Тунеядцы тоже плачут

      — Дай денег.       Кай ненавидел, когда в его кабинет врываются без стука и не щадят старую скрипучую дверь. И, как назло, именно Мерсер, зная о слабости эльфа, делал так чаще остальных. Пришлось оторваться от записей в учётной книге и ответить однозначное:       — Нет.       Чернокнижник был взбешён, но на лице сохранял спокойствие. Это был девятый раз, когда разбойник за сегодня просит у кого-то деньги, и потому Каю уже было известно, что теперь его друг пойдёт за милостыней к нему.       — Да почему?! — недоумевал Мерсер.       — Потому что найди, твою мать, работу. Даже Кейси, сука, Кейси сейчас качает профу, а ты половину дня спишь, а вторую половину бьёшь кому-то лица.       — Ну вот пусть Кейси и работает, а не строит из себя героя. Мы с тобой, Кай, понимаешь, герои. Мы спасли этот мир несколько десятков раз в рейдах. И мы ходим в эти рейды каждую неделю, закрываем их в топах по урону, и всё, что мы получаем, это кривозубое "сьпясибо"?!       Кай рассерженно выдохнул.       — Почему ты считаешь, что ты особенный, Мерсер? Здесь все герои, и все уже (ну, кроме Кейси) спасли мир хотя бы один раз. И, возможно, если бы ты не тратил все деньги с наград на оружие, которое даже твоему классу не подходит, то тебе бы сейчас не пришлось умолять меня!       Кай задел за живое — за хобби Мерсера коллекционировать оружие разной степени экзотичности. В ответ разозлённый Мерсер решил тоже как-то поддеть друга:       — Ну раз я один такой, с твоих слов "лодырь", то объясни, почему мы живём в такой сраной дыре? Все же в нашей гильде "качают профу", так и где наш особняк?       Пришлось развернуть учётную книгу и показать её Мерсеру.       — Вот, — тыкал пальцем в текст Кай. — Это месячные расходы на содержание гильдии. Лекарства для Уилсона, благовония для Мэй, десяток зелий на каждого и, чёрт возьми, аренда этой, как ты сказал, "дыры"! И знаешь что самое ироничное? Если бы ты, сука, делил со мной расходы хотя бы на жильё, а не заставлял меня горбатиться в одиночку, я бы может и дал тебе сейчас денег!       Тяжёлый вздох, и эльф продолжил:       — Если бы не ты, я бы вообще мог штаб гильдии не открывать, но я какого-то хера плачу, чтобы тебе было где спать.       — Ай, ладно. Когда там арена?

Двумя сутками ранее

      Кейси чесал свою репу сквозь ведро и долго думал, где же ему достать шлем получше. Точнее, шлем-то ему предлагал выковать Калеб, да вот только не забесплатно, а их авантюра со свиньями провалилась. Пришлось просить совета у Мэй, на что та ответила:       — Ну, этот вопрос стоит у всех на твоём месте, — отодвинулась от бессознательного больного на койке Мэй. — Всё просто. Найди работу.       — Работу? — удивился Кейси. — Но я думал, что мы, как приключенцы, должны зарабатывать... э... приключениями?       — Так-то оно так, но авантюризм не может обеспечить тебя стабильным доходом. Внезапно озолотить — да, но это не поможет тебе жить полноценной жизнью. Понимаешь, там, просыпаться по утрам с приятным чувством, что ты в уютной кровати, а не на помойке.       — Хм... А что, у всех в гильдии есть профессия?       — Ага. Можешь поспрашивать у ребят. Я уверена, кто-то точно не откажется от подмастерье. Заодно узнаешь, чем вообще можно заняться.       

      Уилсон

      Уилсон и Кейси пошли в лес по грибы и ягоды. Звучит не слишком впечатляюще, но алхимику так или иначе нужны дары природы для изучения свойств. Так можно будет сделать новые зелья с уникальными эффектами, ведь Уилсон — ботаник (да, в обоих смыслах) и зельевар.       Кейси протянул ведро с собранными травами Уилсону, чтобы тот оценил его усилия, но всё, что сказал доктор, было:       — Ну, и что? Мне из этого венок делать? Нам нужны травоглотка синезелёная и ядорешня игглийская. Вот это вот, — Уилсон зачерпнул траву из ведра и выбросил, — не сине-зелёное, и точно не ягода.       Новичок не отчаивался и продолжал искать нужные растения.       Но когда алхимик нашёл Кейси лежащего в кустах без сознания, то заподозрил неладное. Уилсон аккуратно подкрался к общипанному кусту и всё понял.       — Эх, Кейси... — обращался он к парню в отключке. — Ну я же тебе дал нож. Куда ты голыми руками их срывать, они же ядовитые...

Грета

      Грета подозрительно относилась к самоотверженному подмастерье. Но пыл в глазах и стремление учиться всё же внушали какую-никакую уверенность. Ведьма решила дать шанс. Она выложила перед ним на стол грубо обработанный блестящий зелёный камушек и лист бронзы.       — Так, — заговорила Грета, — через полчаса я вернусь. Из этого сделаешь кольцо, а вот это — инкрустируешь. И через эти полчаса я должна видеть кольцо на пальце.       — Хм... Я никогда бы не подумал, что ты ювелир!       В ответ Грета вытащила руки из под чёрного одеяния и показала пальцы — на каждом пальце, кроме большого, были разноцветные, можно даже сказать вырвиглазные, кольца, и каждый переливался всеми цветами радуги.       — Это я ещё магические свойства придавать им тебя не учу. Так, я пошла, — Грета собиралась уходить, но резко развернулась. — Чуть не забыла. Держи.       Она протянула Кейси столовую вилку, и исчезла.       — Эй, стой! Ты же даже не объяснила... Ушла.       Одинокому воину оставалось посмотреть на вилку и задать вопрос самому себе:       — Как я буду вилкой-то..?       Как и обещано, через полчаса Грета вернулась. Но застала лишь хаос: Кейси перевернул комнату вверх дном в попытке снять со своего указательного пальца получившееся кольцо.       Ведьма вздохнула и стукнула волшебной палочкой по кольцу Кейси, отчего то развалилось и освободило палец. И этот самый палец вмиг разбух от красного отёка. Опыт получился неприятный.

Тристан

      Кейси решил поинтересоваться профессией Тристана — свежеванием. Лучник добродушно решил взять в помощники новичка, чтобы показать ему основы своего ремесла. Решил того сильно не грузить — взял с собой на охоту, но охотился сам. Самому Кейси охотник лишь велел снимать шкуры с подстреленной дичи и тащить их на своём горбу.       Казалось бы, что может быть проще? Так думал и Кейси, но когда пришлось свежевать оленя, воин был шокирован тем, насколько это изнурительно. Новичок восторгался Тристаном, ведь целыми днями тот мог свежевать животных и тащить потроха до рынка, а Кейси уже после второго убитого кролика валится с ног. Буквально. Когда Тристан (довольно быстро) решил, что с Кейси хватит и пора уже собираться, воина придавило к земле весом шкур, навьюченных на его спину.

Стромк

      — Ха-ха-ха-хах! Нет.       Кейси опешил.       — Разве тебе не нужен подмастерье?       — Ну, — орк почесал клык, — во-первых, действительно не нужен. Во-вторых, я учился роботехнике несколько лет, и я даже понятия не имею, что можно тебе такого поручить, чтобы ты ничего не испортил. Не хочу обидеть, просто...       — Да я понимаю... — опустил голову воин.

Кай

      В кабинет эльфа постучался новичок. Кейси явно повезло обратиться к нему именно в тот момент, когда тот был не шибко занят.       — Да-да, — после глотка кофе пригласил в кабинет Кай.       — Здравствуйте, господин К-кай. Я б-бы хотел... ну... научиться зачарованию.       Кай отложил читаемую им книгу и подвинул кружку с кофе, после чего с лёгким недоумением посмотрел Кейси в глаза.       — Откуда такой официоз? — удивился чернокнижник. — Я не твой начальник, будь проще.       После чего, Кай встал с кресла и подошёл к книжному шкафу.       — Мы собирались с Мерсером в рейд, присоединиться к одной группе, так что я не успею тебе ничего толкового показать. Впрочем... где-то было... «Проблематика чар на стрелы с гусиными перьями», не то... «Метафизика стола зачарований», тебе пока рано... О, вот же оно.       Хоть Кай поначалу и перебирал толстенные исследования ремесла наложения чар, в конце он достал тоненькую книженцию. Размером с буклетик. Обложка была кричащей, жёлтой, и надпись на ней гласила «Зачарование для самых маленьких». Ну и недолго думая, Кай всучил Кейси этот учебник, после чего покинул кабинет.       — С-спасибо большое, гильдмастер! — крикнул Кейси вдогонку.       С того момента прошло часа четыре. Гильдмастер и заместитель вернулись из успешного похода в логово очередного Всемирного Зла, а вот юный Кейси всё это время практиковался в чарах. И, что характерно, достиг результатов! Теперь острие меча переливалось лазурно-фиолетовым градиентом, не от блеска, а от магии.       Завидев усталого Кая, что вошёл в штаб, Кейси радостно подскочил к нему, чтобы продемонстрировать свои успехи.       — Смотрите, господин Кай, смотрите! — крикнул Кейси, показывая клинок. — Теперь меч должен не только резать и рубить, а, по идее, ещё и проклинать!       Всё же, воин немного подуспокоился и продолжил:       — Хотя я ещё не успел его проверить в бою.       — Подожди ты с боем, — лишь ответил Кай.       Профессиональный взгляд зачарователя на клинок посеял подозрение. Свечение меча было слишком вырвиглазным, ярким, а такое обычно бывает только у очень сложных и дорогостоящих чар на оружие.       — Позволь, я... — Кай протянул указательный и средний пальцы к заострённой части клинка и слегка дотронулся.       Что и требовалось доказать — оружие Кейси вмиг пришло в негодность. Клинок рассыпался в пыль, и на полу оказалась горстка праха того, что было мечом. Кейси был в шоке.       — Что... — пытался вернуть дар речи воин, — что вы наделали, гильдмастер?       — Я — ничего, — тихо, но уверенно ответил Кай. — А вот ты перегрузил меч чарами. Я бы на твоём месте радовался, что это выяснилось не в разгар реального боя, а то остался б ты с одними кулаками.

Аргейн

      В Сан-Хэйвене было две церкви: центральный собор ближе к центру города и церквушка поскромнее на окраине. Кейси знал, что Аргейн служит в той, что меньше, а потому направился туда. Тогда уже вечерело, а потому паладин собирался идти домой, но на паперти встретился с новичком.       — О-офицер Аргейн, здравствуйте! — неловко поклонился Кейси.       — Чего тебе? — безразлично спросил рыцарь.       — Я хотел бы попробовать профессию священнослужителя! Мэй сказала, что т... вы... разбираетесь в этом.       Аргейн осмотрел Кейси сверху вниз, а затем снизу вверх, и божественным чудом удержав смех, спокойно, в своей высокомерной манере, ответил:       — Разумеется. Для начала тебе нужно совершить паломничество к любому из горных монастырей Света: чем труднодоступнее и дальше, тем лучше. Затем, принять постриг в монахи и послужить на благо Собора Света половину своих земных лет. Служба монахом в Соборе Света заключается в том, что ты отказываешься от своего имущества, привычек, хобби, прошлой жизни и имени в целом, принимаешь церковное имя и каждый день очень рано встаёшь, чтобы очень поздно лечь; в течение дня ты выполняешь всю до единого работу, которую тебе назначает Святой отец, не забывая десять в раз в день приходить на молитву; тексты молитв надо выучить наизусть. Это была лёгкая часть, а дальше сложнее — тебе нужно будет...

***

      В связи с распространённостью безумных приключенцев в Вольскланде, профессия Мэй как целителя была очень востребована. Мэй была медиком до мозга костей — как в подземельях она использовала лечебные молитвы для поддержания своих союзников, так и в своей импровизированной палате она вправляла вывихи клиентам. Этому мастерству она довольно долго училась, а потому сразу отказала Кейси в его предложении о подмастерье. Тот отнёсся с пониманием, но всё же расстроился. Не из-за отказа, а из-за того, что ему никак не удаётся найти себя в мире.       Мэй зашла в келью и увидела лежащего грустного Кейси на койке. Он сложил руки на груди и смотрел в потолок, словно слёгший в гроб мертвец. Девушка удивилась:       — Кейси? Ты чего?       Тот не отводя взгляд ответил:       — Я бездарность.       Жрица взяла стул и пододвинула к койке, чтобы сесть рядом с "пациентом".       — Я уже перепробовал, кажется, всё. Ничего не выходит. Не получается! Я пытался помочь уже почти каждому в гильдии, но если меня и допускали до работы, то в итоге всё становилось только хуже. Хотя, мне казалось, что я делаю всё так, как мне говорят. Я подражал им. Но...       — Подожди, зачем подражать-то?       — А как мне учиться? У меня же нет знаний в их области.       Мэй начала смекать, что с её другом.       — Так в этом всё и дело. Ты пытался повторять за всеми, не заглядывая внутрь себя. Никогда не получится эффективно заниматься тем, к чему не лежит душа.       — А как понять, к чему она лежит?       Мэй взяла со стола несколько листов бумаги и показала первый из них.       — Посмотри на картинку и скажи, что ты на ней видишь.       Кейси повернул голову и увидел на пергаменте какую-то кляксу. Ну конечно, Мэй ещё и психиатр.       — Ну... Корову вижу.       Девушка хмыкнула и показала вторую картинку.       — Петуха, или... курицу.       — А здесь?       — Свинью, кажется.       Картина вырисовывалась. Жрица отложила листы и снова повернулась к Кейси.       — Теперь я буду называть слово, а ты в ответ говори первую ассоциацию, что пришла тебе в голову. Итак... Мать.       К: Забота.       М: Бабушка.       К: Забота вдвойне.       М: Утро.       К: Завтрак.       М: Еда.       К: Жизнь.       М: Голод.       К: Катастрофа.       И наконец всё стало ясно, как солнечный день. Мэй встала со стула и убрала его обратно за письменный стол медсестры.       — Так и что? — спросил Кейси.       — Идём со мной.       Мэй повела воина на этаж ниже, на кухню штаба. То, чего Кейси ещё не попробовал и, судя по всему, то, что может ему подойти. Стоило ему ступить на чёрно-белую плитку, как глаза Кейси загорелись каким-то доселе неведомым энтузиазмом.       Хоть кухня штаба была и не очень богатой, но всё же особняком выступала дровяная печь, которая могла пригодиться для большинства блюд. Мэй поделилась своими планами на сегодняшний вечер: она хотела приготовить пиццу для всей гильдии, чтобы как-то скрасить будние дни. Проблема была только одна: даже большой пиццы на девятерых вряд ли бы хватило. Выпросив у Мэй лишнее разрешение, Кейси стал осматривать ящики на кухне и нашёл целый мешок риса — довольно экзотический продукт, но не для великого порта Сан-Хэйвена.       Мэй и Кейси договорились, и приступили к готовке. Жрица, конечно, планировала помогать воину и направлять его, но очень быстро оказалось, что тот сам перехватил инициативу, и уже он командовал ей. Тут не хватает молотого перца, там недодержали тесто в печи. И параллельно с этим Кейси умудрялся ещё и единолично шаманить в миске в стороне; что-то, секрет чего не торопился раскрывать. Несмотря на приказной тон воина, Мэй не могла скрыть своей улыбки. Конечно, это не в последнюю очередь ещё из-за того, что поварской колпак на голове Кейси идентично его любимому ведру сползал на глаза и не давал рассмотреть лица.       На выходе получилась ароматная горячая пицца с томатами за авторством Мэй и Кейси. Им уже не терпелось угостить пиццей друзей, и как обидно, что в этот момент в штабе были не все — только Мерсер, Тристан и Грета.       На столик в гостиной улеглась тарелка с пиццей, сразу захватив внимание всех согильдийцев.       — Что это тут у нас? — сразу облизался Мерсер, сидя на диване.       — Пицца, что же ещё! — ответила Мэй, грациозно и по-"официантски" накрывая блюдо лепестком зелени. — Угадайте, кто помогал её испечь!       Мерсер окинул взглядом комнату и увидел робкого Кейси, трущегося в дверном проёме с кухни.       — О нет...       Тристан же был рад наконец увидеть собственными глазами результат работы его неопытного друга. Запах от пиццы исходил многообещающий, да и выглядела она отлично, поэтому охотник, присев на диван напротив Мерсера, прям не снимая перчаток схватился за кусок. Прожевал, проглотил... и широко ухмыльнулся!       — Кейси! Где ты раньше был?! — радовался Тристан.       Даже под ведром Кейси было видно, как его щёки вмиг закраснели.       — Что значит, "раньше был"? — с подозрением поинтересовалась Мэй.       — М-да, Тристан, — скептически бубнил Мерсер, — ты со своим выживанием и поеданием насекомых в дикой природе совсем вкус потерял.       Грета также дала шанс этой пицце. Ради такого она даже чуть приспустила свой шарф, оголив рот, и уплела свой кусочек. Её реакция была идентична охотничьей.       — Ого! Мэй, в этот раз получилось круто!       — "В этот... раз"?       — Да вы все сговорились, что ли? — недоумевал Мерсер.       Разбойник никак не мог поверить, что этот новичок хоть где-то сможет проявить себя. Но Мэй с неутомимым ожиданием смотрела прямо Мерсеру в глаза, а значит, выбора не было.       Мерсер зажмурил глаза и откусил кусок пиццы. Прошла будто секунда, и вся порция уже была у парня в желудке.       — Я не могу поверить что говорю это, — причмокивая облизывал пальцы Мерсер, — но, походу, у тебя получилось, Ведро. Чё ты там стоишь, иди сюда!       Ошарашенный Кейси не мог сдвинуться и потерял дар речи. Он излишне драматизировал, не без этого, но всё же это был первый раз, когда заместитель гильдии напрямую обратился к нему. Заместитель, подобный нераскалывающемуся граниту, вниманием которого было сложнее завладеть, чем вниманием самого гильдмастера.       — Похоже, у нас наконец-то будет нормальный повар, — говорил Мерсер, набивая свой рот уже вторым куском пиццы.       Тут же, Мэй больно оттянула Мерсера за ухо и с доселе невиданным Кейси свирепым выражением лица холодно проговорила:       — Тебя никто не заставляет есть. Можешь съесть свою обувь, если тебе так не нравится.       — Да извини! Извини! Отпусти, твою мать!       Грета с Тристаном лишь хихикнули, когда Мерсер держался за покрасневшее ухо.       — И вообще, эта порция не для тебя, Мерсер, — проворчала Мэй.       — В-всё нормально, Мэй, — наконец-то подошёл Кейси.       Новоиспечённый повар поставил на столик миску, наполненную спринг-роллами с куриным мясом. Рулетики пахли ещё вкуснее, чем сама пицца, и Кейси застенчиво продолжил:       — Поскольку пиццы на всех итак не хватило бы, я приготовил эти спринг-роллы для остальных.       — Вот, видишь, — повернулся Мерсер к Мэй, не отпуская пиццу зубами. — Я имею полное законное право съесть за Кая. А ты, Ведро...       — А?!       — В «Домике Скряги» готовят такие помои, так что кто-то с твоими поварскими навыками там точно бы пригодился. Пойди завтра туда и спроси Гильермо, он тебя пристроит.       Так и решилась проблема Кейси с поиском своего дела. Он останется авантюрным приключенцем, которому предстоит ещё долгий и сложный путь, полный опасностей. Но со стабильным доходом и дышится легче, а потому на следующий же день Кейси с первыми петухами помчался в рекомендованную Мерсером таверну, чтобы применить свой раскрывшийся талант и, разумеется, заработать с него копеечку.       Единственная проблема, что заработанные деньги придётся тратить не на новый, нормальный шлем, а на меч, так как от первого осталась лишь железная стружка.