Глава 30. Новые грани

      — Наконец-то, — проворчала Мишель, выходя следом за Дани из конференц-зала, где они проводили свои «летучки». — Застрелиться можно, пятнадцать минут мусолить одно и тоже.       Дани хмыкнула, соглашаясь с ней. Оказавшись за своим рабочим столом, она ввела пароль на компьютере и открыла ежедневник на нужной ей странице, где в уголке была выведена надпись, подсмотренная где-то, где она уже и не вспомнила бы: «Некоторые годы нужны для роста, но этот год — для цветения».       Она смотрела на файл с текстом статьи о дружбе пилотов, которую хотела дописать за пятницу, и понимала, что не может сосредоточиться, потому что в голову лезло совсем другое. Но в этот раз не хотелось гнать от себя мысли, посвящённые не работе.       Она открыла другой файл, над материалом в котором работала в свободное время.       …— Не думала набить ещё одну татуировку? — кожу щекотнуло тёплое дыхание Джорджа, и бабочки на лопатке мягко коснулись его губы.       — Господи, да никто не пытается тебя подставить, Карли, — раздался позади возмущённый голос Тесс. — Тебе я и Ирэн, как люди, разбирающиеся в фотографии и получившие диплом по этой теме, объясняем, что такое нельзя в статью вставлять. Уровень «школьник сфотографировал на мыльницу», а не уровень женского крутого журнала.       …Она была сверху, и её движения были одновременно мягкими и страстными. Каждый её толчок отзывался волной удовольствия в их телах. Она смотрела Джорджу в глаза, переплетя с ним пальцы. Расселл ощущал её тепло, каждое движение отдавалось волной удовольствия по всему телу.       Он был полностью во власти её ритма.       — Ага, я знаю, как вы мне «посоветуете». И что.       — Да нет смысла нам тебя подставлять, как бы ты нам не нравилась, — терпеливо пыталась объяснить ей Тесс. — Нам же всем попадёт, что мы проявили халатность.       — Давай я попытаюсь это отфотошопить… — Ирэн тоже пыталась спасти ситуацию.       В один момент перепалка за спиной Харрис стихла. Тесс плюхнулась на стул рядом с Дани.       — Так и хочется впечатать её лицо в дверь, — вздохнула она, — но этого же нельзя делать. Я бы согласилась месяц не получать зарплату, но врезать Карли, — Тесс перевела взгляд на компьютер Дани и сощурилась, пододвигаясь ближе к экрану. — Что пишешь?       Дани поспешно щёлкнула мышью, сворачивая файл.       — Ничего.       — Там было что-то про утрату. Но Натали завернула тебе тему про ментальное здоровье.       — Это не для Натали, а для Криса, — понизила голос в конце предложения Дани. — И говори тише. Если кто-то услышит… Его имя здесь теперь как красная тряпка для быка.       — А ты рисковая девчонка, — усмехнулась Тесс. — Ещё и на офисном компьютере печатаешь. Хулиганка.       — Я не думаю, что из статьи получится что-то серьёзное, — призналась Дани. — Это так, баловство. Хочу попробовать написать что-то, отличное от обычного. Ни отношения, ни гонки.       — Как там Крис?       — Держится. Мне кажется, без работы выглядит ещё лучше. Посвежевший, отдохнувший, полный энергии. А вы там? Подправили статью Карли?       — Еле-еле согласилась, — Тесс закатила глаза. — Ну и дура.       — Натали, — окликнула Дани проходящую мимо начальницу. — Можно мне сегодня уйти чуть пораньше? У меня… Свидание.       — Можно. Ты потом напишешь об этом статью?       — Нет, это не для статьи. Для себя.       — Хорошего вечера. Покажи ему, что такое девушка «Composure», — подмигнула ей Натали, уходя.       — Непременно, — отозвалась Дани.       Тесс прижала ладони ко рту, сотрясаясь от беззвучного смеха. Дани сделала глубокий вдох, прикрывая глаза.       — Джордж сбежит, если ты начнёшь ему это показывать, — хмыкнула Аттвуд. Дани усмехнулась, выключая компьютер и кидая в сумку телефон с наушниками. — Пожалей парня.       — Буду ласковой и нежной, — протянула она, наклоняясь к уху Тесс. Та рассмеялась в голос, и на них обернулось несколько коллег. Дани попрощалась и, подхватив сумку, направилась к выходу.

***

      Было в Джордже что-то такое, что заставило Дани, проснувшуюся рано и захотевшую что-то испечь, замереть на пороге спальни и несколько минут смотреть на спящего Расселла. Во сне его лицо казалось умиротворённым. Ресницы едва заметно дрожали при каждом вдохе. Губы были расслаблены, уголки рта чуть приподняты, словно он видел что-то приятное во сне.       Ей до сих пор не верилось в происходящее. Джордж в её квартире, Джордж на её кухне, Джордж спрашивает её о книгах. Джордж засыпает и просыпается рядом с ней в одной постели.       С ним было совсем не так, как с Томом, и Дани порой ловила себя на мысли, что чувствовала себя идиоткой, пытаясь бороться за отношения и доказывать всем, что у них невероятная любовь, что Том её уважает, ценит и любит.       Харрис прикрыла дверь спальни и направилась на кухню. Сегодня она захотела что-нибудь испечь, опробовать духовку в новой квартире, и выбор пал на вишнёвый пирог.       На кухне играла «Out Tonight» из фильма «Богема», адаптации одноимённого бродвейского мюзикла. Джо подпевала девушке и, надев на руки варежки, вытащила из духовки противень с только что испечённым вишнёвым пирогом. Они обе — она и Дани — склонились над пирогом на безопасном от него расстоянии, чтобы горячий воздух не обжёг лицо.       — Поздравляю, Дани, ты только что освоила фирменный рецепт Харрисов, — усмехнулась Джо и похлопала её по плечу. — Теперь можешь удивлять им кого хочешь. Только помни, главный ингредиент — хорошая вишня. Сочная, кислинка — главная фишка пирога.       — Дани! — через некоторое время позвал её Джордж. — Ты тут?       — Иду! — отозвалась она. Когда Харрис вошла в спальню, Джордж не спал. Он сидел в постели и что-то читал в телефоне, который отложил в сторону, увидев её.       Дани осторожно поставила на центр постели форму с вишнёвым пирогом.       — Что-то сегодня я поздно проснулся.       — Ничего, мы всё равно никуда не собирались. Зато ты отдохнул и выспался.       — Согласен. Статья попалась, про премии в журналистике. Меня заинтересовала одна, называется «Призма», — поделился Джордж, кивком головы указав на телефон. — Она вручается журналистам за публикации на необычные, неожиданные темы.       Дани кивнула. Она хорошо знала эту премию — она считалась одной из престижных в мире журналистики. Как Джордж и сказал, «Призма» отмечала смелость и творческий подход к поиску новых сюжетов, оригинальность выбора объекта исследования, а также вклад в развитие информационной повестки и открытие для аудитории новых горизонтов.       «Открывая новые грани реальности».       Им в журнале такое только снилось.       — Кстати, это награда, которой у «Composure» нет, — Дани протянула ложку Джорджу.       — Почему? — он, попробовав кусок, отдал ей ложку обратно.       — Чтобы её получить, надо писать о чём-то более серьёзном, чем о сексе или советах, как отмазаться от штрафов, — усмехнулась она. — Слушай, а неплохо вышло. Плита новая, я боялась, что не пропеклось. Пирог всё ещё моё фирменное блюдо. И, пожалуйста, не говори моей маме, что мы ели прямо из формы для выпечки. Я не плохая хозяйка, и у меня есть тарелки.       — Хорошо, — улыбнулся Джордж. — Это будет нашей тайной.       Он потянулся к ней и ласково коснулся волос, заводя прядь за ухо. Поцеловал в губы, и она ощутила вкус кислой вишни на языке.       — Дани.       — Да?       — Очень вкусно.       — Спасибо.       — Дани.       — Что? — с улыбкой произнесла она, смотря на него. Расселл улыбнулся в ответ.       — Ты бы хотела съездить в Кингс-Линн? — неожиданно спросил Джордж. — Познакомиться с моей семьёй? На этих выходных там будет только Бенджи со своими детьми, у Кары приехать не получится. Если, — он заглянул ей в лицо, — это как-то поспешно, то отложим.       Дани молчала, ковыряя ложкой кусок пирога на более мелкие. Надавила на целую ягоду вишню — она дала сок. Джордж накрыл её ладонь, сжимающую ложку, своей.       — Я не настаиваю.       — Я знаю. И ценю это, Джордж. Можно мне немного времени подумать?       — Конечно. У тебя здесь след от вишни.       — Где? — она попыталась оттереть пятно.       Его пальцы коснулись уголка её губ.       — Не убрала, — прошептал Джордж и потянулся к ней сам, чтобы поцеловать.

***

      Эйдан позвонил, когда Дани подходила к кованым чёрным воротам кладбища.       — Ты не на работе? — удивился он. — По звукам будто куда-то идёшь.       — Иду. Я отпросилась на несколько часов и приехала к папе. Я… Я ведь давно у него не была. Решила навестить и…       — Всё понятно, — мягко произнёс Эйдан. — Ты только маме не говори, где ты. Она, конечно, теперь работает со специалистом, но это всё ещё наша нестабильно-эмоциональная мама.       — Я наберу тебе потом.       — Передавай папе привет.       Дани убрала телефон в карман лёгких хлопковых штанов и прошла дальше. Она хорошо помнила место, где располагалась могила папы, и могла найти её без Эйдана или мамы. Ухоженная, утопающая летом в зелени и цветах — все обязательства по уходу и присмотру взял на себя Эйдан. Он же вместе с Джо выбрал и памятник, пока Дани присматривала за Далией.       — Привет, пап, — она коснулась серого мраморного камня и сжала пальцы, будто сжимала плечо Джейми. Перед памятником стояла лавочка, на которую она села, и теперь смотрела на улыбающегося папу с могильной плиты. — Даже и не знаю, с чего начать. Хотя, нет, знаю. Прости, что давно тут не появлялась. Я помню о тебе каждый день, — Дани сцепила пальцы в замок. — Столько всего произошло за эти месяцы. Год кажется очень долгим. Но, пожалуй, самое главное событие — я и Том расстались. Я тебе про него рассказывала. Я поставила точку. Он задел то, что мне очень дорого, и я не смогла этого вынести. Я переехала. Точнее, пришлось переехать — не хотела продолжать жить в квартире, где мы жили вместе, а ещё он поиздевался над моими вещами. Досталось твоей куртке «Феррари». Я хотела разнести его любимую гитару в студии, но не сделала этого. Вещь не виновата в том, что он придурок. Что ещё… — Дани подняла голову, скользя взглядом по зелёным верхушкам деревьев. — Я по-прежнему работаю в «Composure». Теперь временно пишу про гонки — у Натали появилась идея, как можно привлечь ещё аудитории к нашему журналу. Думаю, тебе бы понравились мои статьи. Твоим ребятам из мастерской и автодрома нравится. Крис и Тиффани уволились. Не знаю, к чему мы придём без Криса. Пока держимся, но…       Она замолчала, переводя дух. Осталась ещё одна тема.       Джордж.       — А ещё… Ещё я встречаюсь с парнем, пап. Его зовут Джордж. Джордж Расселл. Он гонщик, — Дани усмехнулась. — Может, наша семья действительно не может без Формулы и гонок? Тебе бы Джордж понравился, он не Том. Он даёт мне право выбора даже тогда, когда я согласна. Джордж забавный, интересный и умный. Мне нравится, что с ним спокойно. Он не изводит меня своей неуверенностью, мне кажется, у неё его нет вообще. Я могу ему доверять и довериться. Не знаю, куда меня всё это приведёт, но я надеюсь, что Джордж — тот самый, и мне не придётся тратить пять лет жизни, чтобы и в нём разочароваться. Он… Он предложил мне навестить его семью, пап. Я сказала, что подумаю, — она принялась крутить кольцо на пальце. — Может, дашь мне какой-нибудь знак, чтобы я приняла его приглашение?       С ветки сорвался листок и запутался в её волосах. Дани подняла руку и сняла его с макушки.       — Спасибо, пап. Знак в прямом смысле слова.       Харрис поднялась со скамьи и подошла к плите ещё раз. Наклонилась и обняла холодный мрамор, прикрывая глаза и вспоминая папу.       — От Эйдана тебе привет. Прощай, пап. Я постараюсь навещать тебя почаще.       Выйдя с кладбища, Дани направилась в сторону остановки. В ожидании автобуса она достала телефон и открыла переписку с Джорджем, начиная писать сообщение.       «Предложение о поездке в Кингс-Линн ещё в силе?»