Глава 10

Дженнифер сидела и с расширенными глазами смотрела на телевизор в ресторане, не в силах поверить в происходящее. Её пальцы невольно сжались в кулаки, а дыхание на мгновение перехватило. На экране её отец, как ни в чём не бывало, шёл сквозь толпу в синем гоночном костюме с вышивкой «Старк». Он выглядел поразительно уверенным — широкая улыбка, лёгкая походка, будто он не готовился к опасной гонке, а отправлялся на дружескую встречу. — Какой смысл владеть гоночной машиной, если на ней не ездишь? — произнёс он на экране, и зал разразился аплодисментами. — И этот человек — мой отец, — прошептала Дженни, складывая руки на груди и чувствуя, как внутри поднимается вихрь противоречивых эмоций. «Почему он ничего не сказал? Почему всё решает без меня? Я имею право знать, когда мой отец собирается рисковать ради адреналина и аплодисментов!» — Натали, — встревоженно позвала Пеппер, обращаясь к Наташе. — Да, мисс Поттс, — Наташа в то же мгновение оказалась возле столика, её поза была собранной, взгляд — внимательным. — Вы знали про это? — голос Пеппер дрогнул. — Только сейчас увидела, — спокойно пояснила Наташа, но Дженнифер заметила, как чуть сузились её глаза — признак того, что она уже просчитывает варианты действий. Дженни почувствовала, как к горлу подступает ком. Она глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках. «Он не может так поступить. Не сейчас. Не после всего, что было. Он не имееимеет права снова заставить меня бояться...» — Найдите Хэппи, — вмешалась Дженни, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Нельзя допустить, чтобы папа участвовал. Он не должен выходить на трассу. Это слишком опасно. Я не переживу, если с ним что‑то случится. Её голос чуть дрогнул на последних словах, но она тут же взяла себя в руки. В глазах застыла решимость. — Хорошо, мисс Старк, — Наташа тут же удалилась. Дженни снова перевела взгляд на экран. Отец как раз надевал шлем. В груди что‑то болезненно сжалось. «Папа, пожалуйста,просто остановись. Хотя бы на этот раз...» —Лектра, — Пеппер осторожно коснулась её руки, она не стала упоминать настоящее имя, слишком много людей. — Я понимаю твои чувства, но, может, стоит сначала с ним поговорить? Твой отец… он не из тех, кого легко остановить. Дженни резко повернулась к ней, в глазах блеснули слёзы, но она тут же моргнула, прогоняя их. — Поговорить? — её голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — Пеппер, ты видела его лицо? Он уже всё решил. Для него это очередная забава, ещё один вызов, а для меня… для меня это страх, что однажды он просто не вернётся. Пеппер вздохнула и села рядом, слегка сжимая пальцы Дженни в своих. — Я знаю, милая. И я тоже боюсь. Но ты должна помнить: он не просто безрассудный авантюрист. Он — гений, инженер, он просчитывает риски. — Просчитывает? — Дженн горько усмехнулась. — Он всегда говорит: «Всё под контролем», а потом мы сидим в больнице и ждём новостей. Пеппер на мгновение замолчала, подбирая слова. На экране тем временем шла трансляция предстартовой подготовки: механики проверяли машину, Тони что‑то обсуждал с инженером, энергично жестикулируя. — Он любит тебя, — тихо сказала Пеппер. — Больше всего на свете. И он знает, как ты переживаешь. Возможно, он просто не хотел тебя тревожить заранее. Хотел сначала убедиться, что всё безопасно. — Или не хотел, чтобы я его остановила, — тихо ответила Дженни, не отрывая взгляда от экрана. Её голос дрогнул, и Пеппер обняла её за плечи. —Лектра, — мягко сказала она, — твой отец — взрослый человек. Он имеет право принимать решения. Но ты тоже имеешь право сказать ему, что чувствуешь. Если ты попросишь его остановиться — по‑настоящему, глядя в глаза, — он тебя услышит. Я в это верю. На экране отец Дженнифер поднял руку, приветствуя зрителей, и толпа взорвалась овациями. Дженни сжала кулаки. — А если не услышит? — прошептала она. — Если опять скажет: «Это моя жизнь, я сам решу»? — Тогда мы придумаем что‑нибудь ещё, — твёрдо сказала Пеппер. — Вместе. Но сначала — давай попробуем поговорить. И пока ждём Хэппи, давай подумаем, как донести до него наши опасения так, чтобы он не воспринял это как попытку его контролировать. Дженни глубоко вздохнула, посмотрела на Пеппер и медленно кивнула. — Хорошо, — сказала она. — Но если он всё равно выйдет на старт… — Мы будем рядом, — закончила за неё Пеппер. — И сделаем всё, чтобы он вернулся к нам целым и невредимым. Обещаю. Дженни слабо улыбнулась и снова посмотрела на экран. Отец как раз садился в машину, механики отходили в сторону. В груди всё ещё клубилось беспокойство, но теперь к нему примешалась капля надежды. Дженнифер напряжённо следила за прямой трансляцией. На экране Тони виртуозно вписался в крутой поворот, затем резко ускорился — и вот он уже обгоняет одного соперника, тут же мастерски обходит другого по внешней траектории. От стресса Дженни машинально схватила салфетку и начала рвать её на мелкие кусочки, не замечая, как белые клочки падают на стол. Её пальцы дрожали, дыхание участилось. Каждый вираж, каждый опасный манёвр заставлял сердце замирать на долю секунды, а потом биться ещё чаще. «Папа, осторожнее...Только не ошибтсь, только не потеряй управление...» — мысленно повторяла она, впиваясь ногтями в край стола. — Он великолепен, — тихо заметила Пеппер, наблюдая за реакцией Дженни. — Смотри, как чётко он держит траекторию. Это не безрассудство — это мастерство. Дженни покачала головой, не отрывая взгляда от экрана: — Мастерство не отменяет законов физики, Пеппер. Одна ошибка — и всё. Шины могут подвести, соперник может резко перестроиться, на трассе может оказаться какой‑нибудь обломок… На экране Тони снова резко ускорился, уходя от столкновения с соперником, который чуть не подрезал его на повороте. Дженни вздрогнула и сжала кулаки так сильно, что костяшки побелели. — Видишь? — её голос дрогнул. — Он на волоске! Почему он не может просто… просто ездить как нормальный человек? Без этих гонок на выживание? Пеппер мягко накрыла её руку своей: — Потому что это часть его. Талант, страсть, вызов самому себе. Он не может иначе — так же, как ты не можешь не волноваться за него. Да и согласись, ты так же любишь гонки, адреналин. Дженни глубоко вздохнула, пытаясь унять внутреннюю дрожь. Она заметила, что разорвала салфетку в мелкую бумажную крошку — та рассыпалась по скатерти вокруг её тарелки. Внезапно показали, как один из механиков вышел прямо на центр трассы. Дженнифер замерла, сердце пропустило удар. Что‑то в походке мужчины показалось ей неестественно уверенным — он шёл навстречу несущимся машинам так, будто они стояли на месте. «Это ловушка», — молнией пронеслось в голове Дженни. Он резким движением разорвал пуговицы оранжевого комбинезона. Дженнифер вгляделась — под тканью виднелось нечто, напоминающее миниатюрный реактор, почти как у её отца. В руках незнакомца появились хлысты; по ним пробежал электрический разряд, осветив зловещим светом его лицо. Верхняя часть комбинезона сгорела, обнажая сложную систему механизмов и проводов — целая аппаратура убийства, питающаяся от реактора в центре. Навстречу мужчине мчалась одна из гоночных машин. Незнакомец лишь слегка взмахнул хлыстом — и переднюю часть болида буквально разрезало пополам. Машина пару раз перевернулась, чудом не влетев в трибуну со зрителями. В зале раздался коллективный крик ужаса. — О боже… — выдохнула Пеппер, бледнея. Дженнифер и Пеппер одновременно повернулись к выходу. Там уже стоял Хэппи, держа в руке костюм Тони, замаскированный под обычную дорожную сумку. Его лицо было предельно сосредоточенным. Не теряя ни секунды, Пеппер и Дженни вскочили с мест и бросились к нему. Хэппи уже открывал дверь машины. — Хэппи, быстрее! — крикнула Дженнифер, запрыгивая на заднее сиденье. Машина резко рванула с места — Пеппер и Дженни слегка откинуло назад, но они не обратили на это внимания. Дженни тут же полезла в свою дорожную сумку, где лежал её собственный костюм. Пальцы дрожали, но движения были чёткими и выверенными — она сотни раз проделывала это на тренировках. Дженнифер достала чёрный костюм из нановолокон с сиреневыми вставками — лёгкий, почти невесомый, но невероятно прочный. В девять лет она понимала его ценность лучше многих взрослых: это не просто одежда, а защита, оружие, шанс помочь тому, кто ей дороже всего на свете. Этот костюм — олицетворение силы Дженнифер, это показатель того, что она всегда будет готова защитить людей. — Держитесь! — крикнул Хэппи и с рёвом въехал в ворота технического сектора. Дженни подпрыгнула от неожиданности, но быстро собралась. Руки дрогнули лишь на мгновение — она тут же подняла их к волосам и ловко завязала их в высокий хвост, чтобы ничего не мешало. Хэппи гнал по трассе, умело объезжая несущиеся навстречу гоночные машины. Он виртуозно лавировал между болидами: то резко тормозил, то бросал машину в сторону, то ускорялся в последний момент. Дженни вцепилась в сиденье, но глаз не отводила от экрана навигатора — там мигала точка, обозначающая отца. Внутри всё сжималось от тревоги. Дженнифер была вся на иголках: Тони скоро должен подъехать к тому месту, где находился тот мужчина с хлыстами. И почему‑то Дженни казалось, что незнакомцу нужен именно он. «Почему именно сейчас? Почему прямо во время гонки? Он что, ждал,пока папа будет максимально уязвим – в машине, без костюма, без поддержки?» — лихорадочно размышляла девочка. — Дай мне кейс, — Пеппер потянулась вперёд, протягивая руку. — А где ключ? — У меня в кармане, — отозвался Хэппи, резко выворачивая руль и избегая столкновения с болидом, который чуть не вылетел на их полосу. — Машины! — крикнула Дженнифер, инстинктивно пригибаясь, хотя они и находились внутри автомобиля. Наконец они подъехали к нужному месту. Хэппи не раздумывал ни секунды: резко вывернул руль, прибавил газу — и мощным ударом сбил незнакомца, прижав его к защитной сетке ограждения. Тони, который пару мгновений назад стоял на том самом месте, где оказался противник, в последний момент успел отпрыгнуть. Он быстро сориентировался, ловко вскарабкался на сетку и теперь смотрел на машину сверху вниз. Его лицо было в царапинах, комбинезон порван, но он был цел. Старк с потрясением спрыгнул с сетки и подошёл к стороне водителя. В его глазах ещё дрожали отголоски шока, но он старался держаться уверенно. — Ты цел? — спросил Хэппи, и в его голосе прозвучала такая неподдельная тревога, что у Тони на мгновение защемило сердце. Он видел, как друг сжал руль до побеления костяшек — тот явно до сих пор переживал из‑за своего рискованного манёвра. — Да, — ответил Старк, слегка пошатываясь. Он провёл рукой по лицу, будто проверяя, всё ли на месте, и криво усмехнулся. — Ты метил в него или в меня? — Я хотел напугать его, — признался Хэппи, опустив взгляд. — Я догадался уже! — Ты что, совсем спятил?! — истерично закричала Пеппер. Её голос дрожал, лицо побледнело, а руки непроизвольно сжались в кулаки. — Усилить охрану! — громко и властно воскликнул Тони. Он резко обернулся, сканируя взглядом окрестности — где‑то там могли быть сообщники нападавшего. — Живо сядь в машину! — крикнула Дженнифер, решительно выходя из автомобиля. Её голос прозвучал непривычно громко и твёрдо для девятилетней девочки, но в нём не было ни капли страха — только непреклонная решимость. — Вернись на место! — строго приказал Тони, стараясь сохранить авторитет. Но в глубине души он не мог не гордиться своей дочерью — её смелостью, её готовностью действовать. — Без тебя — нет! И точка! — Дженни упрямо вскинула подбородок, её глаза сверкнули такой непоколебимой решимостью, что Тони невольно улыбнулся. Он закатил глаза, но не смог сдержать слабой улыбки. Подойдя к дочери, он открыл дверь, пропуская её внутрь. В этот момент воздух прорезал пронзительный свист — хлыст незнакомца с ужасающей точностью разрубил дверь пополам. Металл заскрежетал, осколки разлетелись в стороны, заставив всех вздрогнуть. Хэппи, не теряя ни секунды, снова и снова прижимал незнакомца к сетке. Его лицо покраснело от напряжения, на виске вздулась вена — он понимал, что нельзя дать противнику вырваться. Каждый толчок машины был рассчитан так, чтобы не навредить, но лишить врага возможности атаковать. Тони пытался взять у Пеппер кейс с костюмом. Дженнифер напряжённо следила за происходящим, и в груди у неё колотился страх — холодный, липкий, сковывающий. Ладони вспотели, дыхание сбилось, а в голове билась одна мысль: «Папа, только не попади под удар...» Внезапно мужчина снова взмахнул хлыстами. Один из них просвистел в сантиметре от Тони. Старк мгновенно схватил дочь за руку и быстро повёл к стороне Пеппер. — Дай мне кейс! — резко бросил он. Пеппер без колебаний выбросила костюм в окно. Тони, не теряя ни секунды, наступил на него — механизм активировался с тихим гулом, пластины начали собираться вокруг него, формируя броню. — Встань за мной! — приказал он дочери, не оборачиваясь. В его голосе звучала непреклонность, но сердце сжималось от тревоги за Дженни. Тони подошёл к машине и ногой оттолкнул её в сторону — та с грохотом откатилась. Он направил руку на мужчину, репульсор на ладони засветился голубым светом, готовясь к выстрелу. Но противник не дал ему шанса: хлысты взметнулись в воздухе, нанося удары один за другим. Костюм Тони замигал, системы начали барахлить — слышны были короткие замыкания, сервоприводы дёргались. Дженнифер, которая пару минут назад едва не поддалась панике, вдруг взяла себя в руки. В голове лихорадочно метались мысли: «В хлыстах этого психа – электричество... А моя магия частично связана с электричеством... Так может... можетможет я смогу перехватить систему? Но как? У меня нет опыта, а вдруг я только ухудшу ситуации... Но я же не могу просто стоять и смотреть!» Времени на размышления не было. Мужчина обхватил Тони хлыстами — костюм заискрил, системы стали отключаться одна за другой. — Папа! — вскрикнула Дженни. Не раздумывая больше, она резко подбежала и схватила хлысты обеими руками. В тот же миг её накрыла волна невыносимой боли — будто тысячи раскалённых игл одновременно впились в ладони. Электрический разряд прошёл по нервам, на мгновение парализовав мышцы. Кожа на пальцах будто расплавлялась, а затем мгновенно замерзала. Мир перед глазами потемнел по краям, в ушах зазвенело, дыхание перехватило. На долю секунды её охватила паника, но следом пришла железная воля. И вдруг она ощутила поток электричества не как врага, а как часть себя. Её магия откликнулась, переплетаясь с разрядом, принимая его, перенаправляя. Хлысты в её руках дрогнули и ослабили хватку. Краткий миг триумфа — она сделала это! Но тут же силы покинули её: руки дрожали, ноги подкосились. Мощнейший выброс энергии отбросил их обоих в разные стороны. Дженни сильно врезалась в борт машины, ударилась спиной и головой. На мгновение мир перед глазами поплыл, дыхание перехватило. Она упала на асфальт, чувствуя, как боль растекается по телу от затылка до кончиков пальцев. Затуманенным зрением она видела, как Тони, используя момент, рванулся к противнику, вырвал из сооружения на груди реактор — тот с треском отключился, аппаратура погасла. В тот же миг отец подлетел к дочери. — Лектра, ты как? — взволнованно спросил он, аккуратно поднимая её. В его глазах читалась неподдельная тревога, губы дрогнули. Он осторожно провёл рукой по её волосам, стараясь успокоить. — Н‑н‑нормально, — Дженни попыталась улыбнуться, но губы дрожали. Она взглянула на ладони — на них отпечатались глубокие порезы от тех самых хлыстов, из которых без остановки текла кровь. Пальцы не слушались, но она всё равно потянулась к отцу. — Я… я просто хотела помочь. Тони прижал её к себе, обнял крепко, но осторожно. — Ты молодец, — тихо произнёс он. — Самая храбрая девочка на свете. Ты спасла меня. Дженнифер почувствовала, как страх постепенно отступает, сменяясь теплом и облегчением. Боль в ладонях пульсировала, но она прижалась к отцу, глубоко вздохнула и наконец позволила себе расслабиться — хотя бы на мгновение. В этот момент она поняла, что сделала правильный выбор. Она защитила того, кого любит больше всего. Рядом Пеппер, не в силах сдержать слёз, прижала ладонь ко рту. В её глазах читались одновременно страх, гордость и безграничная любовь. Хэппи выдохнул с таким облегчением, что чуть не упал — его руки дрожали от напряжения, но на лице появилась улыбка восхищения. К незнакомцу, продолжавшему лежать на земле, подбежала полиция и резко подняла его на ноги. Он покачнулся, с трудом удерживая равновесие, а затем с хриплым смехом плюнул кровью в сторону Старка и его близких. — Вы сдохнете! — прохрипел псих, и в его глазах, полных безумия, вспыхнул зловещий огонь. — Всё это только начало! Тони бросил на него короткий, ледяной взгляд, затем опустил глаза на реактор, который всё ещё сжимал в руке. Металл хрустнул под его пальцами — с тихим треском устройство сломалось, рассыпаясь на части. В воздухе повисло напряжение. Дженнифер сильнее прижалась к отцу, вцепившись пальцами в его броню. Её сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот‑вот вырвется из груди. Ладони, изрезанные хлыстами, пульсировали тупой болью, но она почти не замечала её — страх за отца всё ещё сковывал изнутри. Она прижалась щекой к холодной поверхности костюма, пытаясь уловить хоть какой‑то признак того, что скрывается за маской Железного Человека. Но гладкая, бесстрастная поверхность шлема ничего не выдавала — ни улыбки, ни ободряющего взгляда. Дженни вдруг остро ощутила, как ей не хватает привычного папиного лица: его морщин вокруг глаз, когда он улыбается, лёгкой насмешливой искры во взгляде, едва заметной складки между бровей, когда он сосредоточен. Дыхание было прерывистым, плечи слегка подрагивали. Она старалась не показывать слабость, но внутри всё дрожало. Девятилетняя девочка, только что бросившаяся в бой против вооружённого психа, теперь отчаянно нуждалась в утешении — в простом объятии, в словах «всё хорошо», сказанных тем самым голосом, который читал ей сказки на ночь и учил запускать воздушных змеев. Тони почувствовал, как дочь вжалась в него, и осторожно положил руку ей на голову, слегка погладив по волосам через костюм. Даже через перчатку брои он старался передать ей своё тепло и поддержку. — Всё позади, — тихо произнёс он. Голос, усиленный динамиками костюма, звучал непривычно механически, но в нём всё равно угадывалась знакомая интонация — та самая, что всегда успокаивала Дженни в темноте после кошмарного сна. — Он больше не сможет никому навредить. Дженнифер подняла глаза на маску Железного Человека, пытаясь прочесть в отражающей поверхности хоть что‑то. Ей показалось, или в отражении промелькнуло что‑то тёплое, отцовское? — Я… я испугалась, — призналась она почти шёпотом, впервые позволив себе быть не храброй, а просто ребёнком. — На секунду я подумала, что не справлюсь. Что этот псих… что он победит. Тони слегка отстранился. Хотя Дженни не могла видеть его лица, она почувствовала, что он смотрит прямо на неё — так, как умел только он. Он осторожно взял её руки в свои бронированные ладони — очень бережно, стараясь не задеть раны. — Ты справилась, — твёрдо сказал он. Голос всё ещё звучал чуть механически из‑за динамиков, но в нём звенела неподдельная гордость. — Ты сделала то, на что не решился бы даже взрослый. Ты перехватила контроль, спасла меня. Я… я так горжусь тобой. Дженнифер вдруг представила, как сейчас выглядят его глаза — тёплые, блестящие, с той самой гордостью, которую она так любила видеть. И от этого внутри что‑то отпустило. Боль в ладонях всё ещё напоминала о себе, но теперь она ощущалась иначе — как доказательство того, что она смогла. Что она была сильной. Пеппер, до этого молча наблюдавшая за ними, подошла ближе и опустилась на колени рядом. Её пальцы осторожно коснулись плеча Дженни. — Ты невероятная, — тихо сказала она, и в её голосе дрожали эмоции. — Я до сих пор не могу поверить, что ты это сделала. Хэппи, который всё это время следил за полицией и арестованным, подошёл к ним, тяжело выдохнул и улыбнулся: — Ну, мисс Старк, — произнёс он с шутливой торжественностью, — теперь вы официально в списке самых бесстрашных людей, которых я знаю. Даже круче, чем в кино! Дженнифер не смогла сдержать слабой улыбки. Впервые за последние минуты она почувствовала, как страх окончательно уходит, уступая место облегчению и тихой радости. Она снова посмотрела на маску Железного Человека — и вдруг отчётливо представила за ней папину улыбку. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Тони и Дженнифер шли по коридору тюрьмы — гулкие шаги эхом отдавались от холодных стен. Дженнифер не слушала, о чём Тони говорил с сопровождающими: её мысли крутились вокруг недавних событий, а в груди всё ещё теплилось странное, двойственное чувство — гордость за свой поступок и тревога от того, насколько близко она подошла к опасной черте. На лице Дженнифер всё так же была маска Электры — символ её новой идентичности, напоминание о том, что она больше не просто дочь Тони Старка, а самостоятельная героиня. Но свой геройский костюм она сменила на спортивный: удобные штаны, толстовка с капюшоном и кроссовки — так было легче двигаться, да и раны на руках меньше тревожили при каждом движении. Она шла, опустив голову, и смотрела на свои перебинтованные руки. Белые бинты слегка проступили алым в местах глубоких порезов — следы хлыстов незнакомца. Дженнифер знала, что уже через два дня и шрама не останется благодаря магии, но те чувства она запомнит навсегда: пронзительную боль, когда энергия хлыстов пронзила её тело, ледяной страх перед неизвестностью и ту невероятную, почти сверхъестественную связь с электричеством, когда её магия откликнулась на вызов. «Я смогла, спасла папу и себя»— думала она, сжимая и разжимая пальцы. — Тони и Дженнифер зашли в изолированную комнату. Спиной к ним сидел тот самый псих — его фигура в тюремной робе казалась какой‑то сгорбленной, но в ней всё ещё чувствовалась угроза. Тони подошёл и сел на скамейку напротив, а Дженнифер встала рядом с отцом, чуть выдвинувшись вперёд. Она сложила руки на груди, стараясь выглядеть уверенно, но внутри всё дрожало — не от страха, а от напряжения, от желания понять, кто этот человек и что им двигало. — Модель достойная, — начал Старк, и в его голосе прозвучала профессиональная оценка, будто он рассматривал не опасного преступника, а инженерный проект. — Цикличность была низковата. Ты мог бы удвоить ротацию, собрать репульсионную энергию в реанизированной плазме — это эффектно. Но не эффективно. — Тем не менее копия сносна, — хмыкнула Дженнифер, и её глаза опасно блеснули. — Вот только непонятно: ты мог продать это устройство любой стране! Или на чёрном рынке. Но ты решил поджарить нас. Мужчина обернулся к ним. Его лицо было измождённым, с тёмными кругами под глазами, но взгляд оставался острым, колючим. — Вы происходите из семьи воров и убийц, — произнёс он хрипло. — И, как все, у кого нечистая совесть, пытаетесь переписать свою историю, забывая о тех, чьи жизни разрушила семья Старков. Дженнифер почувствовала, как внутри закипает гнев — горячий, обжигающий. Но она сдержалась, лишь сжала кулаки так, что бинты на руках натянулись. — На счёт совести я бы поспорила, — её голос прозвучал твёрдо, почти холодно. — Не я пыталась убить ребёнка и его отца. Однако откуда у тебя эта технология? — От моего отца, Антона Ванко, — мужчина произнёс это с какой‑то странной гордостью, будто это имя должно было что‑то значить. — Ты русский? — спросила Дженнифер, неожиданно переходя на русский язык. Её произношение было безупречным — два года занятий с Наташой не прошли даром. — Да, — коротко ответил мужчина, удивлённо приподняв бровь. Тони нахмурился, не понимая, о чём говорят эти двое. — Благодаря ему ты всё ещё жив, — продолжил мужчина, глядя прямо на Тони. — Мы пришлём тебе мыло, чтобы ты хотя бы в чистом виде наблюдал за нашей карой, — Дженнифер взяла отца за руку и потянула к выходу, но мужчина бросил им вслед: — Эй, Тони, пока не ушёл… Палладиум в сердце — смерть полной боли. Дженнифер резко обернулась. Внутри всё сжалось от тревоги — что это значит? Но она не подала вида, лишь выпрямилась ещё ровнее и ответила: — Советую в следующий раз перепроверить всё в своём реакторе: энергию, цикличность, — её голос звучал насмешливо, но за этой насмешкой скрывалась настороженность. — Пойдём, папа. Они вышли из комнаты. Как только дверь за ними закрылась, Дженнифер глубоко вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Дженни попросила оставить её в Щ.И.Т.е на день. Нужно было встретиться с Фьюри и друзьями — обсудить произошедшее, понять, какие выводы следует сделать, и просто почувствовать себя частью чего‑то большего. И вот сейчас она стояла в кабинете директора без маски. Агент Старк. Она выпрямилась, стараясь держаться ровно, хотя тело напоминало о недавнем испытании: на брови был пластырь — след от удара при падении, нога ныла при малейшем движении, а руки, всё так же забинтованные, пульсировали тупой болью. Но Дженни не позволяла себе показать слабость. Она смотрела Фьюри прямо в глаза — точнее, в единственный видимый глаз, — стараясь не выдать внутреннего волнения. Фьюри стоял у большого экрана, на котором в замедленной съёмке повторялся момент, когда Дженни перехватила хлысты. Он внимательно изучал кадры, потом повернулся к ней. — Ты прекрасно справилась, агент, — произнёс он спокойно, без лишних эмоций. — Реакция, расчёт, нестандартный подход. Ты использовала свои способности не просто как оружие, а как инструмент решения проблемы. Это впечатляет. Дженни чуть расслабила плечи, но тут же взяла себя в руки. Похвала от Фьюри значила многое — она означала, что её действия признали на официальном уровне, что она действительно чего‑то стоит не только как дочь гения, но и как самостоятельный агент. — Однако ты поступила опрометчиво, — продолжил Фьюри, и его голос стал жёстче. — Что было бы, если бы ты не справилась? Если бы твоя магия не сработала? Если бы разряд оказался сильнее? Ты подвергла себя смертельному риску, не имея чёткого плана отступления. Дженни почувствовала, как внутри всё сжалось. Она знала, что он прав. В тот момент она не думала о последствиях — только о том, что папа в опасности. Но теперь, когда адреналин схлынул, она отчётливо понимала: да, она рисковала всем. — Я… я не могла иначе, — тихо ответила она, опустив взгляд на свои забинтованные руки. — Он держал папу. Костюм барахлил. Я видела, как он слабеет… и просто действовала. Фьюри помолчал, изучающе глядя на неё. Потом подошёл ближе и слегка наклонился, чтобы их глаза оказались на одном уровне. — В этом и проблема, агент Старк, — сказал он мягче, но всё так же твёрдо. — Ты действуешь сердцем, а не головой. Это качество хорошего человека, но не всегда — хорошего агента. Ты должна научиться сочетать одно с другим. Дженни кивнула, чувствуя, как к горлу подступает комок. Ей хотелось возразить, сказать, что в тот момент не было времени на расчёты, что она спасла отца — разве это не главное? Но вместо этого она просто сглотнула и произнесла: — Я поняла. Я буду работать над этим. — Я нашёл информацию про этого мужчину, — Фьюри протянул папку. Дженни осторожно взяла папку, чувствуя, как внутри снова просыпается тревога. Тонкий переплёт казался неожиданно тяжёлым в её руках. Она кивнула, собираясь поблагодарить Фьюри, но в этот момент дверь с грохотом распахнулась — в кабинет влетели Дима и Хлоя. — Дженни! — первым выкрикнул Дима. Его глаза горели от волнения, волосы торчали в разные стороны, будто он бежал сюда без остановки. Он чуть не сбил её с ног, порывисто обнимая. —Ты в порядке? Ты хоть понимаешь, что ты сделала?! Это же безумие! Он отстранился, чтобы осмотреть её — взгляд метнулся к пластырю на брови, потом к забинтованным рукам. Его лицо исказилось от тревоги. — Ты могла погибнуть, идиотка! — голос Димы дрогнул. — Я смотрел запись… Когда ты схватила эти хлысты… Я думал, всё, конец. А ты… ты просто взяла и победила. Как? Как ты это сделала? Хлоя, в отличие от Димы, подошла спокойнее. Она мягко отстранила его и встала рядом с Дженни, внимательно изучая подругу. В её глазах читалась глубокая забота, но движения оставались плавными, выверенными. — Ты молодец, — тихо сказала Хлоя, осторожно касаясь плеча Дженни. — Но ты должна была нас предупредить. Мы волновались. Очень. Дженни невольно улыбнулась, хотя внутри всё ещё дрожало от разговора с Фьюри. Она инстинктивно прижала папку к груди, будто пытаясь спрятать её от друзей. — Да так, — она пожала плечами, стараясь говорить небрежно. — Ничего особенного. Просто повезло. — «Повезло»?! — Дима всплеснул руками. — Да ты чуть не сгорела заживо! Я видел, как тебя отбросило! Если бы не твой отец… — он резко замолчал, сглотнул и добавил уже тише: — Прости. Я просто… я так испугался за тебя. Его голос дрогнул, и на мгновение он отвернулся, пытаясь взять себя в руки. — Мы оба испугались, — мягко поправила его Хлоя, бросив на Диму понимающий взгляд. — Просто Дима выражает это… более эмоционально. Она повернулась к Дженни и улыбнулась — тепло, по‑дружески. — Но мы так гордимся тобой, — добавила она. — Ты проявила невероятную смелость. И силу. Но в следующий раз, пожалуйста, не рискуй так бездумно. Договорились? Дженни почувствовала, как к горлу подступает комок. Она не ожидала, что друзья будут так переживать. — Простите, — тихо сказала она. — Я не хотела вас пугать. Просто… в тот момент я не думала ни о чём, кроме папы. Дима глубоко вздохнул, подошёл ближе и осторожно сжал её плечо. — Я понимаю, — произнёс он уже спокойнее. — Правда, понимаю. Но мы тоже твоя семья. И мы хотим помогать. Защищать тебя. Так что в следующий раз… давай будем командой, ладно? — Согласна, — Хлоя кивнула. — Мы — команда. И команда должна действовать сообща. Фьюри, до этого молча наблюдавший за встречей, слегка приподнял бровь. — Агент Старк действительно проявила нестандартное мышление, — подтвердил он. — Но, как мы уже обсудили, ей есть над чем работать. Дженни почувствовала, как щёки слегка краснеют. Она бросила быстрый взгляд на папку в своих руках — та словно жгла пальцы, напоминая о загадке незнакомца и его словах про палладиум. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Ребята выехали из здания Щ.И.Т.а и направились в парк — там их ждала ЭмДжей. Дженни всё ещё держала папку от Фьюри под мышкой, стараясь не думать о её содержимом, пока не обсудит всё с друзьями. — Ты уверена, что стоит посвящать ЭмДжей во всё это? — в который раз спросил Дима, повернувшись к сестре. — Она же не агент, не тренирована… — Именно поэтому ей и нужно знать, — твёрдо ответила Дженни, глядя в окно. — Мы не можем от неё ничего скрывать. Она наша подруга. И имеет право знать, что происходит. Тем более, она может помочь — у неё невероятные способности замечать детали, которые мы пропускаем. Хлоя кивнула, подтверждая слова Дженни: — К тому же, если мы будем что‑то от неё скрывать, она всё равно докопается до правды. Лучше уж сразу всё рассказать. Дима вздохнул, но спорить не стал. — Если что, я скажу Фьюри, что это Дженнифер-я-всё-решила-Старк настояла. — Ну спасибо, предатель. — А ты идиотка. — Дима потрепал сестру по волосам. ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ В парке было тихо и спокойно — люди гуляли с собаками, дети играли на площадках, пары сидели на скамейках. Но ЭмДжей не замечала этой идиллии. Она нервно ходила туда‑сюда возле назначенной скамейки, то и дело поглядывая на часы. Когда ребята подошли ближе, она бросилась к ним: — Наконец‑то! — воскликнула она, обнимая Дженни так крепко, что та слегка поморщилась от боли в руках. — О боже, Дженни, я так волновалась! Я видела запись… Ты могла погибнуть! Её голос дрожал, глаза были красными — похоже, она плакала. Дженни почувствовала укол вины. — Прости, — она осторожно обняла подругу в ответ. — Всё произошло так быстро… Я просто не хотела тебя пугать. — Пугать?! — ЭмДжей отстранилась и посмотрела на неё с возмущением, но в глазах всё ещё стояли слёзы. — Ты чуть не погибла, а я узнаю об этом из новостей! — Мы приехали сразу, как смогли, — вмешался Дима. — И теперь мы здесь, чтобы всё тебе рассказать. Они сели на скамейку — Дженни в центре, по бокам ЭмДжей и Хлоя, Дима присел на корточки перед ними. Дженни достала папку и положила её на колени. — Это информация от Фьюри, — тихо сказала она. — Про того мужчину, который на нас напал. Его зовут… —Иван Ванко, — закончила за неё ЭмДжей, и все удивлённо уставились на неё. — Что? Откуда ты знаешь? — выпалил Дима. ЭмДжей вздохнула и поправила прядь волос. — Я кое‑что нашла, пока вы были заняты. Помните, я говорила, что помогаю в школьной библиотеке с оцифровкой старых газет? Так вот, я наткнулась на древнюю статью про учёного Антона Ванко. Он работал с Говардом Старком над первыми реакторами, но его обвинили в шпионаже и выслали из страны. Она достала из сумки планшет и быстро нашла нужную статью. — Вот, смотрите: «Антон Ванко, талантливый физик, обвинён в попытке продать военные технологии иностранным государствам. Отпущен под залог, но вынужден покинуть США». А вот фото — видите, он очень похож на того, кто напал на вас. Все склонились над экраном. На старой газетной фотографии был изображён мужчина с суровым лицом и пронзительным взглядом. — И самое главное, — продолжила ЭмДжей, — я нашла упоминание о его сыне. В одной из заметок говорится, что у Ванко остался малолетний сын, которого он взял с собой. Больше никаких сведений о нём нет — словно он исчез с лица земли. Пока не появился сейчас. — Получается, он мстит за отца, — задумчиво произнесла Хлоя. — Считает семью Старков виновной в их изгнании. Дженни переглянулась с друзьями. В груди разливалась тяжёлая смесь чувств: сочувствие к человеку, потерявшему всё, и тревога за отца. — Но почему сейчас? — спросила она вслух. — Почему он напал именно сейчас, спустя столько лет? — Возможно, он долго готовился, — предположил Дима. — Создавал оружие, изучал технологии… И дождался момента, когда ты и Тони были уязвимы. ЭмДжей вздрогнула. — Дженни, а ты… ты в безопасности? Он знает, кто ты? Дженни хотела ответить что‑то ободряющее, но вдруг почувствовала, как устала — физически и эмоционально. Вместо этого она просто покачала головой: — Не знаю, ЭмДжей. Но теперь мы знаем больше. И будем осторожны. К тому же Фьюри дал нам задание — разобраться во всём до конца. — Значит, мы будем помогать, — твёрдо сказала ЭмДжей, беря Дженни за руку. — Все вместе. Я могу искать информацию в открытых источниках, проверять старые архивы. Спасибо папочке. — А я опрошу инженеров Щ.И.Т.а, — подхватил Дима. — Может, кто‑то из них слышал что‑то про разработки Ванко. — Отлично, — Хлоя улыбнулась. — Тогда мы распределим задачи. Дженни, ты пока покажи нам всё, что есть в папке Фьюри. Нужно понять, какие ещё угрозы могут нас ждать. Дженни открыла папку и начала доставать документы. Солнце клонилось к закату, окрашивая парк в тёплые оттенки, а четверо друзей склонились над бумагами — объединённые общей целью, поддержкой и дружбой, которая помогала им не сдаваться даже перед лицом неизвестной опасности.