Часть 12. Труд

*** Шандар сидел у дальней стены в человеческой форме, прислонившись спиной к холодному камню. Эспера устроилась рядом. Она сидела на шкурах, подтянув колени к груди, и смотрела на спящих малышей. В слабом свете ее лицо казалось почти прозрачным, а красный рубец на шее ярко выделялся, отчего альфа чувствовал ярость. - Расскажи мне, - негромко попросил он, чтобы не разбудить стаю. - Как ты оказалась в их мире? Как тебя поймали? Эспера медленно перевела взгляд на него. В ее желтых глазах мелькнула тень страха, но рядом с альфой он быстро растворялся, уступая место печали. - Меня никто не ловил, мой альфа, - тихо ответила она. - Я родилась там. Шандар нахмурился. Его брови сошлись на переносице. - Как это возможно? Ригия говорила, что они открывают порталы ради охоты на взрослых и захвата живых омег. Да и там же нет... альфы, чтобы ты родилась. - Люди забирают все, что представляет ценность, - Эспера опустила глаза, разглядывая свои тонкие пальцы. - Около года назад отряд людей нашел в лесу забытую кладку. Они убили защитников, забрали спящие коконы и унесли их через портал. Большинство коконов пустили на ингредиенты для магов. Но мой почему-то сохранили. Я вылупилась в холодном каменном подвале, пропахшем кровью других животных. Моим первым воспоминанием был не запах стаи, а лязг железа. Ошейник с рунами на меня надели в тот же день, как я смогла встать на ноги. Внутри Шандара снова шевельнулось глухое рычание. - В доме герцога, которому я принадлежала, служили еще три омеги. Они были старше меня, попали в плен много десятков лет назад. Днем нам запрещали говорить. Но по ночам, когда надсмотрщики уходили, а руны на ошейниках немного ослабевали, они рассказывали мне о наших лесах, о наших стаях. Говорили, что наш истинный дом - это огромный, прекрасный мир под названием Хрикс. Они описывали бескрайние, густые леса материка Айнер, где деревья достают до самых облаков, и неприступные, снежные пики Колинара, где воздух режет легкие, но дарует свободу. Для меня это были просто легенды. Рассказывали они и о силе наших вожаков, что одни стоили целых армий. - Глупцов, что погрязли в своей жадности, - буркнул Шандар. - Ты говоришь, что родилась в плену и никогда не видела наших земель. Откуда тогда ты узнала, куда идти в лесу? Как поняла, что я здесь? - Твой голос, - просто ответила омега, прижимая тонкие ладони к груди. - Это случилось внезапно. Громкий, ясный зов прямо в голове. Я просто знала, что мой король где-то рядом, и должна найти его любой ценой. Шандар задумчиво кивнул. - Сколько их еще там? - спросил он, сжав кулаки. - Сколько омег осталось в плену? Эспера поежилась, словно от сквозняка, и обхватила плечи тонкими руками. - В доме герцога их три. Но я часто слышала разговоры надсмотрщиков и солдат. При королевском дворе держат не меньше десятка. А сколько еще раскидано по другим богатым домам и гильдиям... Точно больше десятка, мой альфа. Шандар закрыл глаза, справляясь с подступающей яростью. - Спи, Эспера, - мягко произнес он. - Завтра будет долгий день. Тебе нужно набраться сил. Она благодарно прикрыла глаза и свернулась на шкурах, подвинувшись поближе к спящим детенышам. Их мерное дыхание и исходящее от них тепло быстро убаюкали ее. Шандар неслышно вышел из пещеры на каменистый уступ. Ночной горный ветер обдувал лицо, но мысли молодого вожака были далеки от этих пейзажей. *** Утро выдалось холодным и серым. Туман плотным одеялом лежал в ущелье, скрывая камни и редкий кустарник. Шандар почти не спал всю ночь, раз за разом прокручивая в голове слова Эсперы. Тем не менее, что либо сделать с этим он не мог. Да, он силен. Но он один. Вместе с ним лишь горстка армадитов, половину из которых составляют детеныши. А что собой представляет королевство людей? Смутные воспоминания из прошлого подсказывали ему, что это могла быть армия чуть ли не в сто тысяч солдат. Пока рано. Но он обещал себе. Придет день, и он вернет всех своих сородичей. Перед уходом он долго смотрел на спящую стаю. Эспера лежала в центре, окруженная детенышами, и даже во сне ее присутствие наполняло пещеру небывалым спокойствием. Литта, оставшаяся за старшую, молча кивнула ему на прощание. Сегодня с ним шла Ирра. Они двигались по уже знакомой тропе к водопаду. Ирра в звериной форме бежала чуть позади, ее когти бесшумно ступали по влажным камням. Шандар оставался в человеческом облике - так ему было проще концентрироваться. Шум падающей воды нарастал, заглушая звуки леса. Когда они вышли к скрытой площадке, Ирра сразу запрыгнула на высокий уступ, выбрав место значительно дальше, чем вчера сидела Литта. - Отсюда нормально? - крикнула она сквозь грохот ручья, переключаясь в человеческую форму. - Да, - коротко бросил Шандар. - Если почувствуешь давление - сразу кричи. Терпеть не нужно. Ирра серьезно кивнула и уселась на край скалы, свесив длинные ноги. Шандар сел у самой воды, скрестил ноги и закрыл глаза. Гнев, кипевший в нем со вчерашнего вечера, рвался наружу. Сила внутри пульсировала, требуя выхода, желая крушить и ломать. Но ему больше не нужна была слепая разрушительная мощь. Если он хочет вырвать своих из плена, ему нужен контроль. Идеальный, безупречный контроль. Он сделал глубокий вдох, отсекая грохот падающей воды. Нащупал внутри тугую, пульсирующую нить. - Сиди тихо, - бросил он Ирре, не оборачиваясь. Он закрыл глаза и сфокусировался на грызуне. Касание. Зверек замер. Передать эмоцию "спокойствия" получилось легко, как и вчера. Нить держалась ровно, не причиняя вреда. Но теперь Шандар попытался сформировать простую, четкую мысль-команду: "иди к воде". Сконцентрировавшись на этом, он аккуратно толкнул приказ по невидимому каналу. Зверек дернулся так, словно в него ударила молния. Его крошечное тельце выгнулось дугой, из глаз брызнула кровь, и он замертво свалился на влажные камни. Шандар сцепил зубы. Опять. Он подождал, пока из-под корней не вылезет еще один грызун, любопытно озираясь. В этот раз он попытался сдержать силу еще сильнее, открыть "шлюз" лишь на самую крошечную щель, чтобы пропустить одно-единственное беззвучное слово: "повернись". Результат был тот же. Сосуды зверька не выдержали, крошечный разум выгорел за долю секунды. Ирра, наблюдавшая за этим с уступа, напряженно молчала. Он пробовал снова и снова - ловил разумом мелких птиц, новых грызунов, скользящих по камням ящериц. Но стоило ему попытаться вложить в посыл хоть каплю осмысленной формы, выходило нечто грубое и смертоносное. Максимум, чего он мог добиться, не убивая - это передать примитивную эмоцию. "Успокойся". "Опасность". Это получалось легко, инстинктивно. Эмоции не требовали сложной структуры, они просто перетекали от него к цели, как тепло от костра. Он снова закрыл глаза и погрузился в себя, пытаясь рассмотреть свой дар изнутри, в надежде выяснить, что же с ним не так. И постепенно до него начало доходить. Проблема была не в том, что он не умел концентрироваться. Проблема крылась в самом источнике. Его ментальная сила не была тонким ручейком, из которого можно было аккуратно зачерпнуть воду ладонью. Это был бездонный, бушующий океан. Раскаленное, клокочущее ядро. Всякий раз, когда он пытался приоткрыть "шлюз" лишь на крошечную щель, чтобы пропустить одну мысль, колоссальное давление всей его силы устремлялось в этот проем. Объем энергии был настолько чудовищен, что сминал саму мысль, превращая ее в смертоносный таран для того, кто находился на другом конце. У него было слишком много силы. - Не выходит, - с глухим раздражением произнес Шандар, открывая глаза и глядя на мертвые тушки у ручья. Может, в прошлом его сочли бы живодером. Ирра легко спрыгнула с уступа. Перетекая из человеческой формы в звериную прямо в полете, она мягко приземлилась на четыре лапы у воды, после чего подошла к вожаку. - Ты слишком сильно давишь? - спросила она, разглядывая грызунов. - Я вообще не давлю, Ирра, - Шандар посмотрел на свои широкие ладони. - В том-то и дело. Моя сила... ее слишком много. - Но это же хорошо? - не поняла армадитка. - Не всегда. Представь, что ты хочешь напоить этого грызуна, - он кивнул на мертвую тушку. - Но вместо капли воды обрушиваешь на него всю мощь вот этого водопада. Моя сила работает точно так же. Чтобы передать приказ, мне нужно сузить поток до одной мысли. Но давление остальной силы настолько огромно, что прорывает это русло и уничтожает чужой разум. Ирра внимательно посмотрела на водопад, затем перевела взгляд на вожака. В ее желтых глазах читалась решимость. - Значит, тебе нужен не грызун, - сказала она, делая шаг вперед. - Мой разум крепче. Потренируйся на мне. Шандар резко поднялся на ноги. - Нет. - Шандар, - она не отступала, глядя на него снизу вверх. - Если ты будешь бояться ранить нас, ты никогда не научишься. Как ты собираешься... - Я сказал - нет, - жестко отрезал он. В его голосе проскользнули низкие, вибрирующие ноты альфы, заставившие Ирру инстинктивно опустить голову. - Если я не могу передать простейший приказ примитивному существу, не взорвав ему сосуды, я не стану рисковать тобой. Ты член моей стаи. Рисковать вашим рассудком ради экспериментов я не буду. Ирра поджала губы, но спорить больше не посмела. - Возвращайся на уступ, - уже мягче добавил Шандар, садясь обратно на холодный камень. До самого вечера ущелье оглашалось лишь ровным шумом падающей воды. Шандар сидел неподвижно, упрямо пытаясь подчинить себе бушующий внутри океан. Он выхватывал разумом мелких рыб, проплывающих в заводи, сбивал на лету неосторожных птиц, выуживал из нор новых грызунов. Он пытался ставить мысленные барьеры, пытался оборачивать команды в эмоции, пробовал отпускать контроль и, наоборот, сжимать его до предела. К закату берег ручья напоминал крошечное поле боя. Шандар был вымотан так, словно весь день ворочал скалы голыми руками. Виски ломило от постоянного напряжения. Он так и не смог передать ни одного осмысленного слова, не убив цель. Океан силы отказывался превращаться в покорный ручеек. Солнце окончательно скрылось за скалами, окрасив спустившийся туман в багровые тона. Альфа открыл уставшие глаза, посмотрел на свои руки и тяжело выдохнул. Ирра бесшумно спрыгнула с уступа и подошла к нему, ожидая команды. - На сегодня хватит, - хрипло произнес Шандар, поднимаясь. - Возвращаемся домой. *** Так прошло еще двадцать лун. Пещеры, которые раньше были лишь временным укрытием, надежным, но холодным, постепенно превратились в настоящий дом. Эспера удивительно быстро влилась в суровый быт стаи. Лишенная боевых инстинктов, она нашла свое призвание в заботе, наполнив логово уютом, которого армадиты не знали с рождения. Она взяла на себя заботу об очаге. Ригия, Манд и другие охотники привыкли питаться жестким, наспех обжаренным на открытом огне мясом. Омега подошла к делу иначе. Она осторожно исследовала склоны у входа в пещеры, собирая ароматные травы и коренья, бережно запекала дичь, и теперь по вечерам своды логова наполнялись густым, дразнящим запахом настоящей еды. Даже суровые ветераны-беты, возвращаясь с охоты, первым дело втягивали носами воздух и с довольным урчанием стягивались к костру. Детеныши под влиянием Эсперы росли с пугающей скоростью. За эти луны они заметно вытянулись, мягкая серая кожа на их спинах и плечах начала уплотняться, покрываясь первыми роговыми пластинками настоящей брони. Их движения стали увереннее, игры - жестче, подражая повадкам взрослых воинов. Шандар был удивлен, что оказывается детеныши растут именно так, а не как он - за несколько лун вырасти до здоровенной махины и рвать гоблинов на части. Но самым большим достижением стало то, что они заговорили. Их речевой аппарат только формировался, поэтому слова давались им с трудом. Речь малышей состояла из коротких, рубленых фраз, которые они произносили забавными, срывающимися на писк голосами, изо всех сил пытаясь подражать рыкам взрослых. Да, до сих пор ни один из них не принял человеческую форму, но на это нужно не меньше года, по словам Ригии. В один из таких вечеров Шандар вернулся с очередной изматывающей тренировки у водопада. Логово встретило его теплом. В центре пещеры весело трещал костер, над которым Эспера ловко переворачивала нанизанные на толстые ветки куски мяса. Стоило альфе перешагнуть порог, как к нему со всех ног бросился один из самых крупных детенышей. Он затормозил у самых ног Шандара, неуклюже ударив начинающим тяжелеть хвостом по камню, и задрал голову вверх. - Альфа пришел! - пискнул он, старательно выговаривая каждый звук. - Мы... ждали. Шандар опустился на одно колено и провел широкой ладонью по его жесткой макушке. - Я здесь, - коротко ответил вожак, чувствуя, как внутри разливается спокойствие. - Эспера... вкусно, - добавил детеныш, ткнув коротким когтем в сторону костра. - Альфа будет есть. У очага омега подняла взгляд от огня. В отблесках пламени красный рубец на ее шее казался почти незаметным, а желтые глаза светились тихой радостью. В ее руках кусок сырого мяса превращался в нечто, что объединяло стаю не хуже крика вожака. Шандар кивнул Эспере, подходя ближе к очагу. Жар костра приятно согревал лицо. Ирра и Литта, уже привычно взявшие на себя роль помощниц омеги, тут же перехватили у нее тяжелые ветки с мясом, позволяя Эспере освободить руки. За эти луны беты поняли, что забота о вожаке и омеге - это не признак слабости, а еще один способ служить стае. Да и Ригия постоянно намекала на это, особенно это касалось Литты - из-за отсутствующего глаза она могла неправильно рассчитать расстояние до добычи, а такие ошибки могли быть критичны на охоте. Шандар опустился на расстеленные шкуры, вытягивая гудящие от напряжения ноги. Эспера придвинулась ближе. От нее, как и всегда, пахло сладковатым, успокаивающим ароматом, который безотказно снимал тяжесть с плеч альфы. - Они так быстро растут, - тихо произнесла она, глядя, как детеныши, урча, делят первый снятый с огня кусок. - Ригия говорит, что к следующей зиме им будет тесно в этих пещерах. Нам нужно будет расширяться. - Мы найдем место, - уверенно ответил Шандар, глядя на танец пламени. - К тому времени я буду готов. Мы спустимся ниже, в долины. Заберем старые охотничьи угодья. Если понадобится вырезать несколько племен ящеролюдей - так тому и быть. Никто больше не загонит нас в горы. Эспера слушала его голос, полный уверенности, и ее глаза преданно блестели в полумраке. Для нее он был не просто защитником. Он был божеством, вернувшим ей жизнь и смысл. Повисла пауза. Ирра и Литта тихо переговаривались на другой стороне костра, деля еду, а детеныши возились в своем углу. Шандар заметил, как Эспера опустила взгляд. Ее тонкие пальцы нервно теребили край серого платья, а на щеках, обычно бледных, проступил легкий, смущенный румянец. Она явно собиралась с мыслями, чтобы сказать что-то важное, но слова давались ей тяжело. - Что тебя тревожит, Эспера? - мягко спросил он, чуть наклонив голову. - Тебе чего-то не хватает? Она быстро покачала головой, не поднимая глаз. - Нет, мой альфа. У меня есть все, о чем я даже не смела мечтать. У меня есть имя. Дом. Стая, - она судорожно вздохнула, словно перед прыжком в холодную воду. - Но... я омега. Ригия много раз говорила об этом. Моя истинная цель - не просто греть очаг и успокаивать детенышей. Моя суть в другом. Шандар слегка нахмурился, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Эспера наконец подняла на него взгляд. В ее глазах смешались смущение, покорность и зов самой природы, который она не могла игнорировать. - Мой альфа... - ее голос упал до едва слышного шепота, предназначенного только для него. - Когда... когда мы приступим к зачатию нового плода? Шандар застыл, не зная, что ответить. Внутри него мгновенно проснулся инстинкт. Тело отреагировало на слова омеги горячей волной, кровь ускорилась, наполняя мышцы тяжестью. Биологически он давно созрел. Ригия была права: альфы растут иначе, их развитие подстегивается потребностями выживания. Он прекрасно помнил те первые дни, когда Ирра с Литтой, одурманенные его внезапно вспыхнувшими феромонами, едва не потеряли контроль. Тогда его собственный организм отозвался властным, первобытным желанием - взять свое, подчинить, утвердить власть. Природа требовала продолжения рода прямо сейчас. Он был готов к этому на все сто процентов. Но разум человека, запертый в массивной бронированной оболочке, внезапно столкнулся с абсолютно нелепой, но катастрофической проблемой. Он просто не знал, как именно это делают армадиты. Его человеческий опыт здесь был бесполезен - таковой у него по сути даже отсутствовал. Существуют ли у армадитов какие-то обязательные ритуалы? Брачные танцы? Особые ухаживания? Он вырос без наставлений вожаков, а Ригия учила его только истории, выживанию и контролю силы. Никто ни разу не поднимал тему "технических деталей" размножения огромных разумных существ. Шандар смотрел в покорные, влажные желтые глаза Эсперы, чувствуя себя невероятно глупо. Он - всемогущий альфа, способный силой мысли взрывать мозги, сидит и не знает, с какой стороны подойти к собственной омеге. Надо было как-то выкручиваться, не роняя авторитета. - Мое тело давно готово к этому, Эспера, - наконец медленно произнес он. Его голос непроизвольно сорвался на низкий, вибрирующий рык, от которого девушка мелко задрожала, а ее запах стал еще слаще. - Я хочу этого так же сильно. Но... Шандар кашлянул, пытаясь подобрать слова. - Но ты знаешь, что я рос один. Без других вожаков, которые могли бы передать мне знания предков, - он внимательно посмотрел на нее. - Я не знаю наших обычаев в... этом деле. Как именно все должно произойти? Да и много у нас народу в пещере. Эспера удивленно моргнула. На мгновение на ее лице отразилась искренняя растерянность от того, что всемогущий вожак может чего-то не знать, но затем она облегченно выдохнула. Мягкая, нежная улыбка тронула ее губы. Искреннее замешательство грозного альфы показалось ей удивительно трогательным. - Тебе не нужно ни о чем беспокоиться, мой альфа, - ее голос зазвучал увереннее, наполнившись теплотой. - Я все понимаю. Я возьму все это в свои руки. Тебе нужно будет лишь довериться мне, когда придет время. И ты прав... здесь слишком шумно. Шандар мысленно выдохнул. Оправдание сработало, неловкая проблема была успешно делегирована, а авторитет вожака (почти) не пострадал. Решив, что на этом щекотливый вопрос временно закрыт и омега успокоилась, он благодарно кивнул. - Хорошо, - коротко ответил он, поднимаясь на ноги. - Пора отдыхать. Завтра тяжелый день. Он отправился на свое место у стены, быстро провалившись в глубокий сон, уверенный, что отвоевал себе еще немного времени на подготовку. *** Утро началось привычно. Туман все так же цеплялся за скалы, когда Шандар размял затекшие за ночь мышцы и направился к выходу из пещеры. Он собирался с мыслями перед очередным изматывающим днем у водопада и уже ждал, что за ним, как обычно, тенью скользнет одна из армадиток, чтобы занять место на уступе. Но внезапно раздался тихий, но твердый голос: - Сегодня с тобой пойду я. Шандар остановился и обернулся. Эспера стояла посреди пещеры. На ней было ее привычное серое платье, но во взгляде желтых глаз читалась абсолютная, совершенно несвойственная ей до этого решимость. От нее исходил чуть более густой, дурманящий аромат, чем обычно. - На тренировку? - Шандар нахмурился, не скрывая своего удивления. - Это не лучшая идея, Эспера. Моя сила все еще нестабильна. Ты не бета, у тебя нет прочного панциря и крепкого разума, чтобы выдержать случайный удар, если я потеряю контроль. - Я иду с тобой, - мягко, но непреклонно повторила она, делая шаг к выходу. - Ты сам говорил, что тебе нужен покой для концентрации. Мое присутствие поможет. Альфа перевел вопросительный взгляд на Ирру и Литту, ожидая, что они поддержат его и отговорят омегу от опасной затеи. Обе беты замерли у очага. Они обменялись быстрыми, многозначительными взглядами. В их желтых глазах блеснуло абсолютно четкое, инстинктивное понимание происходящего, скрытое от разума Шандара. Литта поспешно отвела взгляд, сделав вид, что чрезвычайно занята сортировкой сухих кореньев, а Ирра, пряча понимающую усмешку, шагнула к копошащимся детенышам. - Мы останемся с малышами, Шандар, - быстро сказала Ирра, усаживаясь на шкуры и преграждая детенышам путь к выходу. - Не беспокойся о лагере. Идите. Шандар подозрительно прищурился. В поведении самок явно читался какой-то сговор, но какой именно - он уловить не мог, ибо утренний разум отказывался работать в полную мощь. Отказывать своей омеге, когда ее внезапно поддержала остальная стая, он не стал. - Ладно, - глухо отозвался он, выходя на прохладный утренний воздух. - Но сидеть будешь далеко. На самом верхнем камне. Эспера лишь кротко улыбнулась уголками губ и бесшумно последовала за ним по каменистой тропе, ведущей к водопаду. Грохот водопада здесь, на скрытой скалами площадке, был оглушительным, заглушая все звуки внешнего мира. Шандар грузно ступил на влажные камни и, повинуясь привычке, сбросил звериную форму. Массивная белая броня втянулась, тяжелый хвост исчез, оставляя его в уязвимом, как он всегда считал, человеческом обличии. Он тяжело выдохнул, готовясь сесть у воды и начать привычную борьбу со своим бездонным океаном силы. - Эспера, иди наверх, - бросил он через плечо, не оборачиваясь. Ответа не последовало. Вместо этого воздух вокруг него вдруг изменился. Туман, поднимающийся от воды, словно стал гуще, приобретая невыносимо сладкий, дурманящий аромат. Это не был тот легкий, успокаивающий запах, к которому Шандар привык в пещере. Это была концентрированная, первобытная эссенция желания, бившая точно в древние инстинкты альфы. Его человеческий разум полыхнул паникой, но тело предало мгновенно. Кровь закипела, превращаясь в жидкий огонь, сердце заухало в груди тяжелым молотом. Дыхание перехватило. Шандар медленно, словно преодолевая сопротивление невидимой среды, обернулся. Эспера не ушла на верхний камень. Она стояла всего в паре шагов от него. Утренняя прохлада ничуть не беспокоила ее; наоборот, ее серая кожа казалась неестественно горячей, а желтые глаза светились таким голодным, призывным огнем, которого он никогда не видел у этой кроткой самки. Она медленно, грациозно, словно хищница, выслеживающая добычу, шагнула к нему. Шандар, оглушенный собственными инстинктами, даже не попытался отстраниться. Эспера опустилась прямо к нему на колени, обхватив его бедра своими стройными ногами. Вблизи ее запах ударил по рецепторам с силой кувалды. Человеческие мысли, еще мгновение назад пытавшиеся анализировать ситуацию, разлетелись в пыль. Осталось только тяжелое, сбивчивое дыхание и пульсирующая потребность взять то, что принадлежит ему по праву крови. Эспера подалась вперед, прижимаясь своей мягкой, податливой грудью к его широкой груди. Ее горячие ладони скользнули по его шее, пальцы зарылись в волосы. - Ты сказал, что доверишься мне, мой альфа, - прошептала она, и ее губы почти коснулись его губ. Ее голос, несмотря на грохот водопада, прозвучал внутри его головы удивительно ясно. - Наша кровь знает, что делать. Просто позволь ей вести. Она мягко, но настойчиво потерлась бедрами о его пах. И в этот момент произошло то, чего Шандар, запертый в иллюзии своей человечности, никак не ожидал. С тихим, едва слышным за шумом воды щелчком, кожа внизу его живота начала уплотняться, мгновенно покрываясь роговыми пластинами. Панцирь формировался прямо на глазах, но не для защиты. Пластины разошлись в стороны, образуя своеобразную чашу, обнажая скрытый доселе половой орган альфы, который стремительно наливался кровью и мощью, требуя немедленного действия. Эспера, заметив его реакцию, издала тихий звук, похожий на мурлыканье кошки. Она приподнялась на коленях, направляя его. Когда они соединились, Шандар окончательно перестал себя сдерживать. Грохот водопада, холодный туман, мысли о людях и войне - все исчезло. Осталась только первобытная жажда, сладость ее запаха и неукротимая потребность влить свою жизнь в ее тело.