Глава 35

      — Танис. Анри. Я просил средство, которое доставляло бы взрывчатку к врагу и которое после выстрела, если надо, можно было бы просто бросить. И что б было сделано из того, что у нас уже есть под рукой, чтобы такие штуки легко заменялись... Так что, мать вашу, это такое?       Учитывая мои познания в средневековых осадных орудиях – то есть почти полный нихера, если не считать обрывочных описаний из случайных интернет-мемов, – я ожидал увидеть какие-нибудь перемудрённые куски дерьма. Что-то такое, что я потом разберу до самой основы и получу простую штуковину, способную швырять мою взрывчатку куда подальше. Сам процесс разборки мне бы даже понравился, а потом я бы заставил всех этих интеллектуалов, жрущих еду с моих земель, смотреть, как «и так сойдёт»-версии их детищ сеют смерть среди врагов.       Но ничего подобного я не получил.       Вместо этого передо мной стояла управляемая летающая бомба – такая, что и американец бы покраснел.       В каком-то смысле яйцеголовые просто решили схалтурить. Они не сделали ни требушет, ни катапульту. По сути, их попытка сделать баллисту так и остановилась на двух луках, выдолбленном стволе, лебёдке и вороте. В переделанном складе стояли маленькие модели первых двух – мелкие, грубые и совершенно бесполезные, – а сама баллиста пылилась в сторонке, хотя и ей я бы нашёл применение.       Но смотрел я не на неё.       Я смотрел на то, во что вылились все исследования, сведения и идеи, собранные из писем Танис, допросов и, вероятно, донесений шпионов Розанны в Илсту.       Эта штука была уменьшенной, обтекаемой версией моего транспортника. Размером примерно в двадцатую часть от него, она не могла поднять человека, хотя крылья у неё были куда длиннее корпуса. Впрочем, это не имело значения, потому что возвращаться она не должна была. Нет. Всё пространство внутри отвели под одну-две сумки с взрывчаткой, а затем аппарат должен был вспыхнуть, едва приблизившись к цели, чтобы полезная нагрузка рванула над землёй.       Запускали эту хероборину с помощью того самого механизма, который они смастерили для баллисты: длинной деревянной направляющей с ложем для аппарата и системой блоков с лебёдками, которые натягивались рычагами, чтобы швырнуть аппарат в воздух. А дальше, уже поднявшись, он мог рвануть к цели, замеченной Анри или одной из её учениц, потому что простенькое заклинание под названием «Полтергейст» позволяло брать под контроль мелкие неодушевлённые предметы и заставлять их двигаться. И, разумеется, силы после такого заклинания они восстанавливали быстро, благо взрывчатка Илсту заодно восполняла и ману.       Коротко говоря, они взяли всё, что я им дал, проигнорировали тот факт, что я не хочу слишком уж зависеть от магов и магии, и создали оружие, которое давало магам-ученикам такую же огневую мощь, как у мага, годами учившегося, чтобы суметь швырнуть огненный шар.       — Похоже, ты недоволен, Хачиман.       — Ещё бы я не был недоволен. Ты только посмотри на это. Этой хренью должен управлять либо кто-то из этих яйцеголовых, либо Анри, либо одна из её учениц! И стреляет она такой штукой, ради массового производства которой нам придётся поднимать целую новую отрасль... вместо того чтобы просто подобрать пару камней или наделать стрел покрупнее!       Я видел потенциал этой штуки. Ещё бы не видеть – в прежнем мире я уже видел нечто подобное. Но если то, что я заказывал, могли бы массово использовать в войне обычные жители этого мира, то для изготовления этого чуда требовался целый склад исследователей, мастеровых и одержимых своим делом учёных. Какие бы у него ни были достоинства, Илсту нужно было не это; и уж точно не за такую цену.       — Отправьте его чертежи Розанне. Пусть она строит, производит и применяет. Для меня эта штука бесполезна.       Одна из яйцеголовых, какая-то баба-корова в очках и дурацкой шляпе, попыталась было открыть рот, но я послал её к чёрту и велел заткнуться, после чего ткнул пальцем сперва в баллисту, потом в сделанную ими рампу.       — Соедините вот это с вот этим. Сделайте мне оружие, которое будет швырять ёмкости с маной, А ЕЩЁ камни.       Просто пусть на хуй идёт это магическое средневековье. Из-за стен, усиленных магией, и артиллерийских заклятий все их знания об осадных машинах пошли по одному месту. И правда, зачем Сородичам тратить время на какие-то там требушеты или катапульты, если против магии им нужна магия посильнее? Да что там, даже у Империи были только баллисты, и те использовались против Драконов или Огров, а не против замков.       — Если кто-то считает, что я не прав, может отправляться к Розанне вместе со своей поделкой и радоваться повышению, подальше от Илсту.       Скопище белых балахонов, моноклей и рогов недовольно загудело, но с ботаниками всегда так: стоит бросить им вызов в том, в чём они уверены, что хороши, и вместо того чтобы развалиться на части, они с удвоенным упорством рвутся доказать тебе, что ты ошибся.       Но это не отменяло того, что поговорить стоило с их начальством.       — Танис, я не хочу, чтобы такое повторялось, — я обвёл рукой эту потерю времени и посмотрел на назначенную Розанной связную. К моему удивлению, в ответ она не покорно кивнула, а уставилась на меня исподлобья. — Ага? Значит, считаешь, я не прав, да? Тебе сказать это сейчас или после того, как ты облажаешься?       — Это оружие – именно то, чего ты хотел, и даже больше.       А, вот оно как. Ну, сейчас будет интересно. Давай, Танис, подходи поближе. И что б ты знала: говорим мы с тобой об одном и том же. Ну что ж, посмотрим, чья логика крепче!       — Это точечное оружие, способное уничтожать силы как внутри крепостей, так и снаружи, и при этом Илсту уже сейчас может вывести его на поле боя имеющимися силами. Более того, их можно запускать даже с твоих транспортников, стоит лишь добавить к нынешней армии несколько магов!       Ага, угу, вижу – намерения у тебя самые правильные. Соорудить летающий носитель для таких штуковин, чтобы планирующие бомбы сыпались на Империю с небес, было бы, конечно, впечатляюще. Танис, твою логику я оценил. Если мне когда-нибудь захочется строить гигантские дирижабли, нанимать армии вампиров и брать города приёмом шока и трепета, я обязательно вспомню о твоём доводе. Управляемые бомбы, запускаемые с пневматической направляющей, это самое то, когда собираешься наводнить вражеский город ударными отрядами.       Но всё это неважно.       Я не какой-нибудь пухлый очкастый нацист с манией величия и не псих, мечтающий сразиться с вампиром, принеся в жертву какого-нибудь некомими-шоту.       Я человек, которому нужно защищать свои земли.       — Вот оно как. И как, скажи на милость, ты предлагаешь сделать сотню этих маленьких дронов до следующего нападения, если мы и без того еле успеваем расширяться? И как несколько десятков таких бомб, даже если они способны превратить крепость в море огня или убить вражеского героя, помогут против толп тяжёлых пехотинцев?       Танис лишь выдержала мой взгляд, не отводя глаз.       Хм-м. Значит, дело не в уязвлённом самолюбии. Ты и правда считаешь, что эта штука, собранная из всего, чем я с вами поделился, и всего, что вы нарыли сами, лучше того, что нужно мне? Ладно. Тогда ответы у тебя должны быть веские, потому что за одну только смелость соглашаться я не собираюсь.       — Посмотри, как мало в Илсту магов, — сказал я. — Когда начнётся вторжение, они мне понадобятся, чтобы разведывать, искать и находить цели для удара – и днём, и ночью. Каждый из них, кто будет вести одну из этих штуковин, а тем более погибнет от рук имперских магов, это пара глаз, которую я потеряю.       — Это так лишь в том случае, если использовать их строго по твоим изначальным планам, Хачиман. Подумай. Сделай выводы. Воспользуйся своим умом – тем самым, которому леди Розанна и завидует, и которого боится! — Танис одной рукой указала на катапульту и дрон, а другую прижала к груди. Её слова полнились чувствами, страстью, но не от злости. Это было отчаяние. Жгучая потребность хоть что-то сделать, хоть чем-то помочь. — Это способ ударить по врагу с любой стороны. Эта приблуда может лететь, пока её ведёт один маг, и обрушиться с небес под покровом ночи. И это преимущество, я знаю, ты сумеешь использовать, даже если таких машин будет совсем немного!       Без сомнений, она боялась того, что надвигается, и хотела хоть как-то помочь, чтобы заодно защитить и себя.       И отчасти она была права.       Я избегал делать ставку на магию из-за её редкости – и, возможно, потому, что именно магия когда-то вырвала меня из моего мира и на годы превратила в раба против моей воли. В каком-то смысле я ненавидел магию, хотя сам пользовался ею и чтобы выжить, и просто ради удобства не раз и не два. Больше всего я хотел армию, которая не зависела бы от магии, а опиралась бы на расовые особенности, выучку и технологии. Дополнять её магией – через разведданные или создание отдельных средств – это одно. Но будь у меня выбор, использовать магов как полноценный боевой ресурс или нет, я бы с радостью делал вид, что их вообще не существует.       Но такой роскоши у меня не было.       И всё же оставался ещё один факт: я не могу вкладывать ресурсы Илсту во всё сразу.       — Хмф. Ладно. Проект остаётся здесь, а не уходит целиком к Розанне. Но раз вы вдвоём над ним работали, вы вдвоём и будете доводить его до ума. И сверх тех обязанностей, которые у вас уже есть.       Да-да, Анри. Ты думала, я про тебя забыл, пока говорил с Танис? Не повезло, не повезло. У неё, конечно, голова на плечах и отличная техническая смекалка, но без человека, который разбирал бы мою тактику и стратегию, оружие вроде этого она бы не собрала. А кроме Саюри на такое способна только ты.       — За деньгами идите к Кураме или к Розанне. Уговаривайте их сами. От меня вы получаете только этот склад. Всё остальное доставайте и оплачивайте за свой счёт.       В современную эпоху я почти уверен, что было бы незаконно вешать на сотрудников проект, за который им не заплатят, да ещё и заставлять их самим искать связи и способы довести его до конца. Чёрт, да я бы и сам это запретил – чтобы ни одному идиоту не взбрело в голову объединиться в профсоюз и усложнить мне жизнь. Но если и Танис, и Анри уверены, что этот проект тот самый козырь, который я не могу позволить себе проигнорировать, несмотря на все затраты...       Что ж, мешать им доказывать свою правоту я не собирался. Особенно если в выигрыше останусь именно я.       Если они окажутся правы, я получу оружейную систему, которой даже не ждал, плюс ту артиллерию, которую изначально хотел.       Если они ошибутся и облажаются, я всё равно получу нужную мне артиллерию, а Розанне достанется оружие, которое она не сможет проигнорировать, но вполне сможет оплатить.       При любом раскладе я остаюсь в выигрыше.       Лучшего набора из двух возможных исходов и не придумаешь.       — Докажите, что я не прав. Сделайте так, чтобы эта штука приносила мне пользу... или потом будете объясняться с Розанной столько, сколько я сочту нужным, — либо пока я не увижу, что ею оснащена каждая её армия.       Так я и выдвинул им ультиматум. Обе вытаращили глаза и заметно затряслись под тяжестью проекта, который я взвалил им на плечи, но я уже собирался оставить их и заняться бесполезными придурками по другую сторону комнаты, отчаянно пытавшимися доказать, что я ошибаюсь. Хотя нет. На этих двоих стоило навесить ещё немного груза, прежде чем переключаться на яйцеголовых.       — А, и ещё: что бы вы там в итоге ни сделали, командовать этим при обороне Илсту будете вы сами. Не я.       Что бы эти двое ни придумали, если оно окажется пригодным к делу, я начну вкладывать в это всё, что смогу позволить себе после того, как новые здания, инфраструктура и работники Илсту начнут приносить деньги.       А то, что я отдал им командование над собственным детищем, должно стать для них ещё одним стимулом пахать как следует.       Ну а поскольку командую ими всё равно я, фактически командовать этим оружием в итоге буду тоже я.       Так что, как ни посмотри, это почти ничего мне не стоит.

***

      Я посмотрел на свой стол и обнаружил, что он пуст: ни отчётов, ни бумаг, даже чернильнице сегодня не нашлось дела. Какая-то часть меня ликовала при виде этого, а остальные девяносто процентов сверлили взглядом А'Бель, которая как раз уставляла мой пустой стол чаем, свеженарезанными фруктами и лёгким овощным супом с курицей. Не той жареной дрянью, которой я откармливал Сородичей – пусть весь жир у них и уходил прямиком в сиськи и задницы, – а полезной запечённой курятиной под специями, которых, я был уверен, в самом Илсту и у соседей днём с огнём не сыщешь.       Я ковырял навязанную мне здоровую еду, хмуро глядя на демоницу, которая успела за меня свести отчёты, подписать бумаги моим именем и поработать в кабинете, пока я мотался по городу и разгребал проблемы.       Избавляться от неё стал бы только полный дурак – особенно если этот дурак делает ту же работу, что и я, – даже если бы всё, на что она была способна, сводилось к тому, чтобы в любой момент со мной связаться, летать и готовить стряпню.       Вот только это было бы очень далеко от правды.       — Значит, ты сильна.       Я мог не только видеть её глазами, посылать ей мысли и даже командовать А'Бель, произнеся её полное имя; она ещё и была непревзойдённой силой разрушения. Живым, дышащим средством сдерживания, которое, в отличие от Эш, понимало не только один метод, сводящийся к: бить врага, пока враг не кончится. Моя Адская Гончая, вне всяких сомнений, старалась изо всех сил и получала достойную награду за свою работу, но этот титан, подающий мне обед, в фэнтезийном латексе и воздушных драпировках? Для какого-нибудь слюнявого дегенерата она, может, и была бы воплощением эротической материнской фантазии, а я видел, какое разрушение она способна устроить, когда велел ей показать мне свои боевые возможности.       — Как думаешь, если я доставлю тебя в столицу, у тебя есть шанс обезглавить Империю?       — Нет.       Ответ прозвучал быстро, решительно и без малейшей попытки «позаботиться обо мне». Наоборот, ей было стыдно, что она не сможет, хотя сама мысль об этом внушала ей страх и тревогу. Разумеется, я мог бы вытащить эту мысль прямо у неё из головы, посмотреть сам и сделать собственные выводы... но по той же причине, по которой я не пользуюсь её полным именем, я лучше дам ей самой объяснить, почему она не в силах добраться до правящей верхушки Империи и познакомить её с гильотиной.       Или, ну, просто с мечом.       Я не привередлив.       — К несчастью, мой дорогой контрактор, внутренние города Империи с древнейших времён были целью для меня и мне подобных. Империя окрепла под нашими ударами, создав магию, искажающую наши формы, и даже способы привязывать нас к своей службе.       А'Бель вздохнула и приложила ладонь к щеке так, будто говорила о ветре, сорвавшем бельё с верёвки, а не о нескольких демонических вторжениях. И, разумеется, в придачу шла куда более неприятная новость: у Империи есть демоны, магия против демонов и силы, специально обученные бороться с ними. И раздражало это не то слово.       — Однако, из-за того, что мой народ беспрестанно их атакует, мы и сами окрепли. Настолько, что Империя не может отправлять своих специалистов по борьбе с нами в далёкие края.       Чтобы понять, к чему клонит А'Бель, мне не требовалось никакое умение читать между строк:       — То есть пользоваться тобой мне нужно осторожно, если я не хочу, чтобы в Илсту приперлись эти уроды и всё мне тут разъебали.       А'Бель кивнула, уселась прямо на мой стол и тут же попыталась накормить меня с рук. Я увернулся, проигнорировал её надутую физиономию и решил, что играть по этим дурацким правилам не собираюсь.       — Да и похуй. Если эти типы заявятся, у меня найдутся и другие способы их убить. Пусть приходят хоть все, пока ты или остальные тебе подобные не наводнят Империю.       А'Бель улыбнулась моим словам; обида исчезла с её лица, и она прошептала так, чтобы слышал только я:       — Какие смелые, яростные слова, — с её губ сорвался смешок.       Она лениво покачивала ногами и негромко мурлыкала себе под нос. Глаза её сияли силой, а ряды её клыков поблёскивали в их свете. Это могло бы пугать, если бы не вид на её задницу, занявшую половину моего стола. Мне вообще достанется хоть один подчинённый, который умеет быть по-настоящему грозным?       — Но, мой дорогой контрактор, пожалуйста, не забывай: я демон, а ты – мой хозяин. Такой гнев и такую ярость... лучше оставить мне и подобным мне.       При иных обстоятельствах я бы возразил.       Но зная, на что она способна?       Нет уж. Я понимал, что пытаться контролировать живое стихийное бедствие – особенно такое, которое с куда большим энтузиазмом убивает, чем пожирает, – себе дороже.       — Разумеется, мой дорогой контрактор. В конце концов, единственный мужчина, что существует для меня, это ты. Всё прочее, все прочие – лишь сорняки, которые остаётся только скосить.       Хм-м.       Эти слова порадовали бы меня куда сильнее, если бы их произносила не ты.       Но я беру что дают.