Щенок найден

Редко, но иногда бывает, что охота заканчивается внезапно, не долгой погоней, а тихим моментом, когда хищник понимает — след наконец совпал. Питер стоял на противоположной стороне тихой пригородной улицы и смотрел на дом. Данный элемент зодчества не представлял собой ничего особенного. Все как у всех. Аккуратный скучный газон, кусты, подстриженные с раздражающей тщательностью, машина на подъездной дорожке. Типичный магловский пригород Лондона. Он посмотрел на табличку ещё раз "Тисовая улица", потом на номер дома — 4, и наконец позволил себе удовлетворенно выдохнуть. — Ну надо же. Он потратил почти год на поиски. Документы. Реестры. Старые записи. Списки браков. Переезды. Сотни фамилий, которые пришлось проверять. И в итоге всё оказалось почти смешно. Петунья Эванс вышла замуж за человека по фамилии Дурсль и переехала в обычный пригород. Жила… абсолютно обычной жизнью, ну , не считая племянника мажёнка. Питер усмехнулся. — Если честно, я ожидал чего-то более изобретательного. Он стоял под тенью дерева, наблюдая за домом. Запахи ветер приносил редко — слишком много машин, асфальта и человеческих запахов — но иногда между ними проскальзывало что-то другое. Слабо, едва заметно, но для опытного хищника вполне достаточно. Запах магии и крови. Питер закрыл глаза на секунду, отдаваясь ощущениям. Да, это был тот самый след, что он взял на развалинах дома Поттеров, — слабый запах щенка Джеймса. Гарри Поттер живёт именно здесь, последний из стаи. Питер открыл глаза, когда дверь дома резко распахнулась и на крыльцо вышла женщина — тонкая, напряжённая, пахнущая раздражением и страхом — Петуния. — Понятно, — буркнул себе под нос Питер. Через секунду следом выбежал круглолиций мальчик, громкий и избалованный, вероятно — сын. На Поттера этот ребенок был не похож, значит точно не он. И только потом на улицу осторожно выскользнул второй ребёнок. Слишком тихо. Слишком ...аккуратно. Тонкий мальчик в слишком большой одежде, тёмные волосы, очки как у Джона Ленона и слабый намек на запах Джеймса. Питер застыл, а волк внутри поднял голову, потому что это было не рациональное узнавание — в конце концов Питер никогда не видел ни Джеймса, ни Сириуса, ни тем более пацана. Но инстинкт Люпина был силен, все в этом мальчишке кричало — стая. Щенок, то есть, мальчик стоял на крыльце, будто не совсем понимал, что делать дальше. Женщина резко сказала что-то, указывая на дорожку. Гарри кивнул и быстро пошёл выполнять поручение. Питер смотрел на него, не двигаясь. Этот ребенок был слишком худым, слишком тихим . Щенок прежнего альфы должен был расти среди силы, шума, смеха стаи, а этот двигался так, будто привык не мешать. Питер почувствовал, как что-то холодное медленно поднимается внутри. Заморыш-волк тоже напрягся. Инстинкт был простым, как кирпич — щенка стаи нельзя ломать. Питер выдохнул медленно. — Интересно. Он наблюдал ещё несколько минут за тем что происходило во дворе дома номер 4: как мальчик убирает садовый шланг, как старший ребёнок толкает его плечом, как женщина даже не смотрит в его сторону. — О. Вот значит как. Теперь всё стало ещё интереснее. Он ещё раз посмотрел на мальчика. Щенок альфы шести лет, без стаи за спиной, среди людей, которые явно не понимали, кто у них дома. Питер повернулся и медленно пошёл прочь по улице. Теперь торопиться было нельзя, он уже нашёл след и теперь игра становилась намного проще. Питер тихо сказал в пустоту: — Ну здравствуй, малыш. Скоро познакомимся.