Глава 14: Ржавый горизонт

Трущобы Sunken Hope были местом, где вода казалась густой от мазута и грехов. Здесь не было неоновых вывесок Китайского квартала или величественных арок Маленькой Италии. Только ржавые трубы, из которых сочилась желчь мегаполиса, и тени, которые дрожали от страха. Джонни двигался сквозь этот кисель, как нож сквозь подгнившее мясо. Наркофабрика, спрятанная в недрах заброшенного насосного завода, гудела, как потревоженный улей. Запах аммиака и синтетического «инея» был настолько сильным, что жабры Джонни начало жечь. — Пятьдесят тысяч, — прошептал он, проверяя взрыватель, выданный Мэй. — Цена того, чтобы стереть это место с карты. Он проскользнул мимо охраны — опустившихся, костлявых рыб, чьи глаза были мутными от собственного товара. Они не были бойцами Изодовулки, они были призраками. Джонни заложил заряды под главные цистерны с концентратом. Его движения были механическими, лишенными эмоций. Когда он нажал на кнопку дистанционного пульта, за его спиной расцвел ядовито-изумрудный цветок. Взрыв не был громким под водой, но он был сокрушительным. Пламя пожрало лабораторию, превращая миллионы доз яда в бесполезный пепел. Джонни даже не обернулся. Он плыл прочь, чувствуя, как в кармане куртки тяжело лежит банковский чип на предъявителя. Пятьдесят тысяч долларов. Сумма, за которую в этом городе можно купить жизнь... или заказать тысячу смертей.

***

Но деньги не принесли покоя. Он висел в толще воды на окраине района, глядя на темный силуэт школы *Hope High*. Там, в подвалах, всё еще прятались Билли, Майк и Стив. Те, кто когда-то называл его братом, а потом продал за пригоршню фишек. Мысль об их убийстве пульсировала в его висках, как воспаленная жила. Это задание от Триады — убрать свидетелей и предателей — оставалось невыполненным. Его палец ласкал спусковой крючок револьвера. Он представлял, как входит в их убежище, как видит страх в глазах Билли... но рука дрожала. Не от трусости, а от странного, тошнотворного истощения. — Не сегодня, — выдохнул он, чувствуя, как изо рта вырываются горькие пузырьки. — Пусть пока живут со своим страхом. Это мучительнее пули.

***

Он не вернулся в Китайский квартал. Он не пошел к Мэй и не явился к Пэт Фэю за похвалой. Джонни знал: теперь он — самая ценная добыча в городе. Для полиции он — террорист и убийца Дона. Для мафии — предатель. Для Триад — опасный свидетель, который знает слишком много. Его новым домом стала Свалка Затонувших Кораблей — кладбище стального лома на границе глубоководного разлома. Здесь пахло ржавчиной, старым мазутом и одиночеством. Среди громадин перевернутых танкеров и разбитых барж Джонни нашел свое логово — раскуроченный сейф внутри капитанской рубки грузового судна, ушедшего на дно еще в прошлом веке. Он забился в этот стальной ящик, подтянув колени к подбородку. Пятьдесят тысяч долларов в пачках лежали под ним, как жесткий матрас. Джонни прислушивался. Скрежет металла о металл под действием течения заставлял его вздрагивать. Каждый блик света от проплывающей мимо глубоководной рыбы казался ему фонариком спецназа. — Рэндалл... — прошептал он, сжимая в одной руке револьвер, а в другой — стилет Мэй. — Ты ищешь меня, акула? Ищи. Здесь только ржавчина и кости. Он закрыл глаза, но сна не было. Перед ним стояло лицо Фредди, её голубые глаза, полные того самого «порядка», который он разрушил. Он видел Рэндалла, целующего её ласт. Он видел себя — черное пятно на фоне их идеального мира. Джонни погружался в полузабытье, окруженный тоннами мусора. Он был самым богатым подростком на свалке. Он был свободным от хозяев. Но, прячась от федералов, полиции и собственных теней, он понимал: он сам запер себя в этом ржавом сейфе. И ключ от него он выбросил в бездну в тот самый момент, когда выбрал путь тени. Город наверху продолжал жить, праздновать падение Маленькой Италии и оплакивать сгоревшую фабрику. И никто не знал, что в сердце свалки, среди обломков империи, спит Черная Тень, готовая проснуться для своего последнего, самого страшного хода.