Глава 20: Последнее слово Тени

Ржавый сейф на окраине свалки встретил Джонни мертвой тишиной. Но стоило ему переступить порог своего стального убежища, как интуиция, заточенная на выживание, заставила его замереть. На полу, придавленная куском битого стекла, лежала записка. Рядом — две полароидные фотографии. Джонни поднял их. На снимках были Майк и Стив — точнее, то, что от них осталось после падения с высоты «Атланта» и короткой расправы. Их глаза были пусты, а чешуя подернулась серой дымкой смерти. Он развернул клочок бумаги. Почерк Билли, когда-то размашистый и уверенный, превратился в ломаные каракули безумца: > *«Они сдохли, Джонни. Теперь мы остались вдвоем. Я заложил остатки гексогена под центральный коллектор. Если через 24 часа на мой счет не упадет миллион долларов — этот город захлебнется собственной гнилью. Ты сделал меня таким. Ты и заплатишь».* Джонни медленно опустился на ящик с деньгами. Полмиллиона, заработанные кровью у Мэй, показались ему грудой бесполезного мусора. Билли требовал больше, чем деньги. Он требовал признания своего безумия. — Миллион за город... — прошептал Джонни. Его костяшки пальцев, белевшие на рукояти револьвера, внезапно расслабились. — Ты всегда был жадным, Билли. Но ты никогда не умел вовремя остановиться. Он вытащил из кармана помятый лист бумаги и огрызок карандаша. Внутри него что-то надломилось. Он больше не хотел быть «тенью», которая решает, кому жить, а кому умирать. Ему нужно было, чтобы закон — настоящий, сильный, пахнущий синим сапфиром и сталью — поставил точку в этой истории.

***

Письмо давалось ему тяжело. Джонни писал, примостившись на обломке кораллового рифа под тусклым светом биолюминесцентной лампы. Каждое слово царапало его нутро глубже, чем пули спецназа. *«Полковник Фредди... Анна.* *Я сделал то, что должен был. Картель уничтожен, икра больше не будет стоить жизней. Но у этой истории остался один хвост. Его зовут Билли. Он был моим другом. Намного лучшим другом, чем я заслуживал, или худшим врагом, которого я когда-либо знал.* *Он заминировал коллектор. Он сошел с ума от жадности и страха. Я прошу вас — найдите его. Не как полицейский, ищущий вора. Найдите его как человека, который должен остановить чуму. Сделайте всё возможное, чтобы поймать его. И если закон позволит... казните его. Он не остановится. В его сердце больше нет воды, только огонь и ненависть».* Джонни замолчал, глядя на строчки. Он добавил в конце: *«Найдите того, кто сможет быть для меня другом в следующей жизни. В этой я уже опоздал».*

***

Дом Фредди находился в охраняемом секторе, но для Джонни, знавшего каждый сантиметр дренажных систем Sunken Hope, это не было преградой. Он двигался как пульсация тока в проводах — незаметно и быстро. Он видел, как в окнах горит мягкий свет. Там, внутри, Рэндалл наверняка обнимал свою невесту, обсуждая будущее. Джонни почувствовал укол острой, почти физической боли. У него никогда не будет этого света. Он подплыл к почтовому ящику у входа. Металлическая крышка тихо скрипнула. Джонни бережно, словно хрустальную вазу, опустил конверт внутрь. Глухой звук падения бумаги на дно ящика показался ему громче взрыва в театре. Это был его последний патрон. Его последнее слово. Он на секунду задержал ладонь на холодном металле ящика. — Теперь это твой груз, Полковник, — прошептал он в темноту. Джонни резко развернулся и ушел в глубину, растворяясь в мутных прибрежных водах. Он знал, что завтра охота на Билли станет делом чести для всего департамента. А он... он будет ждать в тени, наблюдая, как правосудие, которое он когда-то презирал, исполняет его последнюю волю. В окне дома Фредди шелохнулась занавеска. Она почувствовала движение воды, но увидела лишь расходящиеся круги и пустую ночную улицу. Но завтра, вместе с утренней почтой, к ней придет исповедь того, кого город называл монстром, а она когда-то хотела спасти.