Часть 4

Глава VIII

- Итак после действий сеих Хумпен, перепрыгнул непонятное, высокое черно-слизистое НЕЧТО и побежал… - зачитал максимально мрачно-утрированным голосом Леопольд фон Штраус - Лео, тебе не кажется, что в оригинале ничего подобного не было? – с привычной уставше-безразличной интонацией спросил Маккензи - Стен, на картинке же нарисовано НЕПОНЯТНОЕ СЛИЗИСТОЕ ЧЕРНОЕ НЕЧТО! А ЗНАЧИТ ВСЁ ВЕРНО! - Ох, ладно, продолжим – презюмировал Маккензи - Господи За что!? – спросил сам себя ударив сам себя об стол в камере малец. Шёл уже двенадцатый час его садистски-исправительных работ. Перед ним лежал англо-шведский словарь, издания хоббита на шведском и английских языках, аудио магнитофон с треклятой записью, тетрадь и ручка. При этом в записи было неправильно решительно всё: её записал человек не умеющий пользоваться звукозаписью, сама она была записана на дешевейший микрофон, судя по всему купленный за углом, чтец текста скакал по интонациям от канцелярита к попыткам в актёрскую игру, причём на столько ужасную, что при ней его бы даже за взятку не взяли в актёрский клуб при детском саду, всё это полировал перевод со шведского, сделанный людьми по принципу: «английский и немецкий – родственны шведскому, а значит мы всё как-нибудь да поймём.» Мальца пугало то, что скорее всего, данный ад мог оказаться бескрайним, но тут наконец, как говориться прибыла кавалерия. Дверь камеры открылась, и там показалось лицо Эмиля. - Эмиль?! – обрадованно спросил малец - Ради бога, не ори от радости, а то будет как с моей бабкой. – улыбаясь сказал Эмиль – идём, наше время ограничено! И хоть Эмиль выглядел, необычно, словно улыбаясь через боль, но малец не обратил на это внимания, ибо он был просто рад убраться отсюда. Они на удивление быстро вышли из участка и сели в машину Эмиля. - Как тебе это удалось?! – спросил наконец малец - Деньги… парень…. Многое решают – ответил Эмиль, заводя машину - И куда мы теперь? - Помнишь молодого из кабаре, что был с моноклем? - Ну да - Вообщем, буду честен, наша бизнес-схема провалилась, и мы будем думать, что делать с «товаром», а ты будешь официальным моим представителем, в переговорах с ним. - Ага… - Если что его зовут Исраэль фон Розенталь, понял?! - Ну да - Тогда всё, мы уже приехали, выходи. Малец вышел из машины в каком-то тёмном, пустом переулке, где стоял один человек. Как только малец вышел из машины, Эмиль тут же уехал, малец понял, что обратного пути нет. Он подошёл к одиноко стоявшему мужчине, он в свою очередь тут же спросил: - Чего тебе? - Я к Розенталю. - К какому? - эээ Исраэлю - Ну идём – ответил мужчина, и повёл его по довольно-таки тёмным коридорам, они долго шли… малец даже не знал, как долго они шли, пока мужчина не довёл его до двери, из-под которой проглядывался свет. Мужчина же в свою очередь приоткрыл дверь, а затем, жестом предложил его войти. Малец воспользовался данным предложением и вошёл в гигантскую белую комнату округлой формы, по сравнению с пустыми тёмными коридорами она ослепительно сияла, а за столом сидел собственно Исраэль. - Ээээ добрый вечер! - Ну привет! – Исраэль с самого начала решил сразу показать своим пассивно-агрессивным голосом насколько ему не нравится выбор кандидатуры Эмиля - Эмиль, сказал что вы будете обсуждать товар - Будем - А что за товар? - Оружие - Аааа и какие планы? - Для начала узнаем твои - Нуууу а что, если продать их в Иран? – выпалил первую пришедшую в голову мысль малец - Ты имеешь связи с персами? – спросил немало удивившийся Исраэль - Ну да! - И каким же образом ты их завёл? - Нууу… я… служил…военным переводчиком! – выпалил малец, уже готовый рассказать любую чушь, лишь бы не выглядеть в глазах фон Розенталя, идиотом или лжецом - Эвона как! Ну что ж, поскольку на кону большие деньги, мне надо проверить твою информацию – сказал Розенталь, после чего привстал и нажав на что-то сказал – мне нужен герр Штраус – после чего вернулся в привычное сидячее положение и сказал мальцу: ну что ж, я думаю вам как двоим востоковедам будет что обсудить… Через пару секунд уже вошёл… Алоиз фон Штраус и тут же обратился к Розенталю: итак, где мой коллега? – после чего, видимо по жесту Израэля развернулся и увидел мальца. - Однако… не думал… что ты знаешь фарси… это решительно интересно… - лицо Алоиза впервые выглядело удивленным - Ну да – не без хвастовства ответил малец, впервые узнавший, что официальный язык Ирана вовсе не Иранский… - Ну что ж, можете продемонстрировать ваши умения? – вернувшись к своему невозмутимому лицу сказал Алоиз - Да конечно! Ганга ротшильд кенга ганг! - Молодой человек. Не так быстро – остановил поток белиберды Алоиз - я так ничего и не понял… - Я могу повторить! - Пожалуй не стоит… , давайте я вас просто словами поспрашиваю – предложил Алоиз - Да конечно! - Хорошо, как по-фарси будет мать? - Анте! - Рыба? - Тчин! - Маленький - Ри! - Миленько… миленько, из вас примерно такой же переводчик с фарси, как из моего правнука пилот британских ВВС! - То есть прекрасный? - Не совсем, вы как и мой мальчик имеете страстное желание им быть, но к сожалению не обладаете достаточной компетенцией… Правда и тут есть нюанс: мой правнук имел такие не совместимые желания в лет пять, а вы же в свою очередь выглядите на сорок – пятьдесят… - не понял… - я сейчас объясню: дело в том, что фарси является языком индоевропейской семьи, и их объединяют определённые общие корни… - И? - И к примеру, слово мать, в каком-бы-то ни было языке данной семьи всегда имеет в корне такой слог как «ма», при вашем слове… у меня возникают ассоциации с лидером хорватских усташей… - Ээээээй, старик! - Опять этот старик, вам же сказано было что меня зовут Алоиз! Впрочем неважно, господин Розенталь, поищите как будет звучать мать по-персидски, дело в том что в отличие от данного господина я не имею ни малейшей компетенции в данном вопросе… - Да ты брешишь! - Он говорит правду, мать по-персидски – мадар – Розенталь, пресёк какие-либо ещё словесные попытки мальца оправдаться - Увы и ах! Ну а теперь вдвоём узнаем кто ты есть на самом деле… И тут раздались за дверью шаги - А нет, мы будем узнавать втроём – подметил Алоиз И тут в комнату вошёл человек, ненормальный настолько, словно все предыдущие знакомые мальца стали считаться им нормальными. Это был худощавый человек, под два метра ростом, его волосы были огненно- рыжими, он был одет в омерзительно зелёное кожаное летнее пальто, и такие же туфли, на шее же у него виднелся какой-то цветастый платок, а глаза у него были не менее эксцентричными: левый был мертвенно-серым, а правый же был поделён пополам между зелёным и карим цветом, которые разделял, словно вытянутый как у кошки зрачок - я не опоздал? – сказал он - вовсе нет, прошу – Алоиз указал на мальца - и чем же он вам интересен? - Тем, кем он является на самом деле… - Мелким сошкой и авантюристом, когда-то он был ничем не примечательным жителем рабочей окраины города Ростова-на-дону, но его скажем так потянуло к приключениям, благо случился распад СССР и Югославии, а сам он решил не противится зову к странствиям, и он начал воевать как наёмник: в Приднестровье, Косове и чёрт-знает где ещё, но потом у него появились определённые амбиции… Которые мешали определённым людям…Поняв. Что за ним началась охота, он при помощи разных криминальных элементов перебрался сюда, разумеется, нелегально, после чего по договорённости со своим другом начал работать на вашего правнука…. Вообщем жалкий человечишка с непомерными, для его жалкой персоны амбициями… Или я не прав? Малец молчал, потому что всё что сказал вошедший было правдой - Как говорили древние римляне, молчание - знак согласия – продолжил он – а потому, раз уже ты весь в нашей власти не плохо бы заработать на тебе, а потому ты в скором времени отправишься на родину, там за тебя хорошо заплатят… - Я думаю не стоит – вмешался Алоиз - И что же вы предлагаете? - Поступить как желал того, король Бельгии Леопольд Второй - Разверните свою мысль герр Штраус - Отправьте в Россию только его голову и руки, это менее накладно, а награда за него идёт и как за мёртвого, так и за живого? - безусловно! - Насколько мне известно, этого более чем достаточно для идентификации человека, а потому, мой вариант более чем выигрышный Рыжий помялся секунду… и достал пистолет - Ничего личного, парень - Стой – вмешался Розенталь - Что ещё?! -  У меня здесь мрамор, как мне его от его крови тогда оттирать?! - Грррхххх… - Да доверьтесь людям Исраэля мой друг, они выполнят свою работу в лучшем качестве, а вы в свою очередь – тут Алоиз улыбнулся и достал из кармана бутылку с янтарной жидкостью – сможете насладится этим замечательным скотчем в нашей компании! - Грррхххх… - и тут он убрал пистолет в карман и подошёл к мальцу, толком не двигавшемуся всё это время из-за страха, схватил его за воротник и сказал: возрадуйся Денни Дивер, сегодня по тебе не протрубят рожки. Но как только жена японского императора станцует четыре раза свой танец на ветру, за тобой выйдут благоволите льницы. И настигнут они тебя тогда, когда на западе отпразднуют праздник перелома эпох. И они пронзят тебя двенадцатью палками свинцовой омелы, к которым приведёт тебя лично бог Локи! – после чего отпустил его и направился к Алоизу и Исраэлю - Ты! Алоиз! - Да, я тебя слушаю, ты ведь не спроста решил вспомнить моё имя - Ты работал на  Третий Рейх?! - Вас интересует какое-то ведомство? - ЧАГО?! - Нууу вы же не имеете претензий скажем к центробанку данного государства? Назовите конкретнее… - В СС?! - Точнее… - ЭЭЭЭЭ в гестапо, да точно! После этих слов Алоиз ехидно рассмеялся и сказал: я не работал в гестапо, даже больше скажу, моё ведомство его ненавидело, но заранее благодарю, так как я ожидал что следующим вопросом будет: «не служил ли я в люфтваффе?» После этого на мальца надели мешок и связали, он абсолютно ничего не понимал словно шёл не понятно куда это длилось некоторое время, пока наконец с него не сняли мешок и он не увидел лица, выражавшие чувства полного негодования, лица: Изабеллы, Маккензи, Хельги, Портмана, того рыжего парня и Людвига. Последний посмотрев на часы сказал: Итак, уже полночь, поэтому я могу сказать тебе ещё раз: «ну привет!»

Часть II

Глава I

Тадеуш Мнишек вошел в кабинет номер 1202, был он ничем не примечателен, да и сам Мнишек никогда бы туда не зашёл, если бы не тот факт, что он умудрился заплутать в поисках своей новой начальницы, которой не было не в её кабинете не в коридоре. Сам же кабинет был типичен для такого рода начальников, и представлял собой огромное пространство, отделанное деревянными панелями в тёмных тонах с такой же резной мебелью. За столом же, на высоком кожаном кресле сидел хозяин этого кабинета и увлечённо перебирал различные бумажки. Был он одет в костюм-тройку и имел чёрные волосы, зализанные назад. - Достопочтенный пан?! – решился потревожить его Мнишек - Ммм? – промычал, слегка недовольный отвлечением от видимо очень важного занятия начальник - Тут такое достопочтенный пан, вы не видели, эээ панишну Трин, Тринку.. Тринкуэте вот! – вымолвил Мнишек В ответ неизвестный попытался указать на соседний кабинет, но тут же был прерван Тадеушем. - Нет, благороднейший пан, её там нет! В ответ неизвестный покружил рукой и ничего не ответил - Но пане, мне очень надо! В ответ неизвестный посмурнел в лице, и поправив монокль, явно тут же захотел что-то сказать Мнишеку, как вдруг переменился в лице и сказал: - Helgi, bist du es wirklich?! – и тут же поманил его рукой И тут же мимо Тадеуша прошёл ребёнок лет 11-13, имевший каштановые волосы, одет он был в матроску, синюю юбку, чёрные чулки и такие же чёрные туфли. - Hallo Herr Ludwig, ich freue mich sehr, Sie zu sehen! – тут же сказал подошедший ребёнок. - Oh, Helgi, dein Deutsch hat sich sehr verbessert! – ответил сидевший в кресле мужчина и потрепал ребёнка по голове - Herr Ludwig, übrigens, Ihre Mutter und ich haben Ihnen ein Geschenk gekauft! - Das ist ja toll, Helgi, aber ich muss mich jetzt um diesen Idioten kümmern! – после чего значительно помрачнел и уже раскрыл рот, что бы ответить Мнишеку,  как в друг, в кабинет ворвалась эксцентричного вида девушка, и тут же заявила: - Пряветь Людьвихь, кяк Япо-нияяяяяяяяяяя?! - Неплохо Белль… - ещё более мрачно и недовольно ответил Людвиг - Чтё деляешь? - Ничего, Ты что-то хотела? - Дяяя, помнишь ти привозиль се-гю сюдяяяяяяяяя? - Какую из двух? - Тя которая с екряном, у ня-ё бат-тя-рей-ки сееееееели! - И? - Мне нюжьни нёвие… - Сходи, купи - Нееееееееееть, твоя игрюшка ти и по-кю-пай! - Но батарейки сели из-за тебя! - Ти чтё? Жядиня, не хёчешь бедьнёй сирётьке пёмёчь? – после чего она легла грудью на стол  и жалобно уставилась на Людвига глазами - И всё же нет, не хочу - Ладно Белл, я куплю – в их диалог вмешался уставший голос - Прявдя Мякки? Ти тякоооой дёбрий! Ни тё чтё жядиня – Людьвихь бе-беб-бебе – после чего высунула язык в сторону Людвига и ушла со своим спутником. - Мдаа… - наконец вымолвил Мнишек - Мда – не мда, но вам судя по всему ей и придётся подчиняться, герр? - Мнишек - Герр Мнишек, хорошо, надеюсь это всё что вы хотели от меня узнать? - Ну да - Тогда прошу покинуть мой кабинет! Тадеуш тут же подчинился и закрыл за собой дверь - Дьявол, я так надеялся побыть одному, а тут этот кретин и… Белла…. Со своим папочкой – разачарованно сказал Людвиг - герр Людвиг, ну чего вы, у вас день рождения сегодня как-никак! – пытался успокоить Людвига Хельги - Эх, Хельги, мой милый мальчик, к сожалению, тогда, когда мы становимся старше, тот факт, что мы пересекаем наш годовой меридиан, нас безмерно разочаровывает, и мы всё больше думаем не о наших будущих свершениях, а о том, каких свиней, нам это будущее подложит…. - Ооо, то есть вы не будете рады нашему с мамой подарку? - Хе-хе, чему-чему, а этому я буду всегда рад, давай Хельги, показывай - Та-да! Все ани, ой то есть фильмы студии гибли на одном диске! – гордо сказал, достовая из своей сумки коробочку с DVD - О, браво это мило, кстати, раз уж мы об этом заговорили… То та-да! – тут уже Людвиг достал какую-то книжку, больше похожую на гиганский альбом для рисования, Хельги тут же потрогал обложку, на которой была изображена какая-то японская гора, окутанная туманом, она была очень шершавой, но при этом мягкой, как и у любого альбома для рисования, по крайней мере ему так казалось. - Хмм, а что тут на писано – сказал Хельги, посмотрев на красные иегроглифы на обложке, после чего достал из сумки записную книжку, и несколько раз полистав его туда - сюда объявил: - Ога Казуо: коллекция иллюстраций том 2 - Как видишь, я нашёл жемчужину своей букинистической коллекции! - А где? - В Японии! И даже там мне пришлось неплохо попотеть, чтобы её достать! - Давайте же скорее смотреть! – тут же Хельги начал увлечённо листать данную книгу, смотря на кадры «принцессы Мононоке», «унесённых призраками», «ходячего замка Хаула» и много чего ещё - Тут необычная бумага, вскоре заметил Хельги - Да ты прав, правда это характерно для почти всех такого рода книг, но мне кажется это более правильным, они… напоминают мне фотографии из нулевых, когда их печатали на какой-то странной, плотной лакированной бумаге, на которой время от времени ощущался какой-то странный порошок… Ты, наверное, те времена даже и не застал Хельги? - Герр Людвиг, вы обладаете крайне плохим мнением о мне! - И почему же ты так решил? - Потому что у нас дома всё же есть мои фотографии в альбомах, правда я там совсем маленький… - Хе-хе-хе, эхх… вот сижу я листаю эту красоту и думаю, кто мог данное сокровище сплавить в комиссионный магазин? - Подумайте о хорошем герр Людвиг, если бы не этот аноним, вы бы так эту книжку и не купили бы… - Верно, но всё же интересно было бы узнать кому она раньше принадлежала… Если, конечно, она не попала туда прямо со склада. - Наверное… После этого в кабинете не надолго установилось молчание, которое прервал Людвиг: - Я думаю увидь такое моя тётушка, мы бы могли много времени потратить на эту книгу, да и все остальные такого рода… - Почему же вы ей не предложите?! - Потому что… - тут Людвиг тяжело вздохнул и сказал: я…не…хочу ей это показывать… - Но почему? - Понимаешь…есть пара работ…перед которыми я могу дать слабину…и… затрагивают они…очень личные темы…вдруг Анна увидит это и… начнёт думать что-то не так про себя…или про меня… - Оу… - Поэтому… я считаю что будет для всех нас лучше если мы об этом умолчим…, хорошо Хельги…? - герр Людвиг, я это никому не разболтаю! Тем более вашей тётушке, в конце концов она живёт за океаном в Мюнхене, а у меня даже паспорта нету! – отрапортовал Хельги, словно его принимали в бой-скауты - А вот это в скором времени будет весьма поправимо… - Почему? - Все мои старшие родственники соберутся сегодня здесь, и будут гостить недели две, не у меня правда, а у отца…Но всё же - Ясно - А самое поганое в том, что мой прадедушка хочет видеть тебя там. - То есть? - То есть я искренне надеюсь, что ты сегодня вечером ничем не занят, твоя же мама будет не против?

Глава II

- Тысяча благодарностей вам фру Ларсен! Я вам очень признателен! - Да не за что, герр Штраус, в конце концов я и Хельги, знаем вас целых два года, поэтому почему бы и нет, только пожалуйста будьте осторожны, а то ночь, вдруг что случится… - Да разумеется я приложу максимум усилий что бы ничего не случилось. - герр Людвиг, я готов – из своей комнаты на кухню, совмещённую с гостинной выбежал Хельги, одетый в лёгкое белое платье - Хельги, ну нельзя же так, тебе двенадцать, ты уже взрослый мальчик, а вытворяешь такое! – заботливо отчитала его фру Ларсен - Ну мам! - Хельги, твои странности, принесли нам с папой много проблем! И слава Богу что за 2 года в новой школе никто об этих странностях не узнал! - Фру Ларсен, не беспокойтесь, в данном случае, ваш сын сделал правильный выбор – встрял в перепалку Людвиг - Но герр Штраус, он же идёт к таким важным людям в вот этом! - Беда в том, фру Ларсен, что я очень хорошо знаю этих «важных людей» и если они догадаются об истинной сути вещей у нас проблем будет намного больше… - Ох, мальчики, нельзя же так тревожить материнские сердца! - Боюсь, фру Ларсен вы судите о матерях по себе – сказал Людвиг и допив кофе обратился к Хельги: ну чтож, нам пора. - Берегите себя! И удачи вам! – после чего закрыла дверь. - Мда, во истину, удача нам сегодня определенно потребуется… - А почему, герр Людвиг? – спросил уже начавший спускаться Хельги - Итак первое: мы будем говорить на немецком - Ну я не плохо его понимаю… - Второе, поскольку мы спускаемся, я должен ответить тебе на важный вопрос: «сколько моему прадедушке лет?» - И сколько же? - 115 - СКОЛЬКО?! - И каждый раз одно и тоже – подумал про себя Людвиг – да именно столько, вопрос был задан мною специально чтоб ты вот так вот не орал, когда твой интерес начнёт разъедать данный вопрос…- пояснил он же - Аааааа…. - Теперь третье: моя бабушка. - Наверное она милая… - Вовсе нет, она человек очень старой закалки - Насколько же? - Какой бы мы новый год не справляли, он для неё будет всегда 1943… - Не понимаю… - Облегчу тебе жизнь: она как-то смотрела с одной графиней мультик про поней… - тут Людвиг решил выдержать театральную паузу… - И? – спросил Хельги - Она решила, что данный сериал с рейтингом 0+ повествует о борьбе рас в аллегорической форме разумеется…. - Но как это можно было вообще придумать?! - Хельги, придумать можно всё что угодно: к примеру, вооружившись должным воображением и занудством, данный сериал можно трактовать как историю перехода от многобожия, символом которого является принцесса Селестия, к христианскому монотеизму, олицетворяемому Сумеречной Искоркой… - Но это же странно, зачем кому-то вкладывать туда такие смыслы?! - Пенсия Хельги – вещь неоднозначная, особенно когда у тебя есть родственники готовые тебя обеспечивать. - И почему же? - У тебя слишком много свободного времени, которое ты от безделия начинаешь направлять в самые потаённые уголки своего разума, а что в этих уголках может быть… Только силам небесным известно! - Угу…Что-нибудь ещё? - Да, моя бабушка слепа, от слова совсем! Поэтому знакомится она с тобой будет ощупывая твоё лицо. - Оу! - А вот на этом всё! И честно говоря, такие перспективы вовсе не радовали Хельги, разумеется он знал что родня Людвига довольно консервативна, да и не сказать что Людвига привлекали какие-бы-то идеи левого толка… Но Хельги не обращал внимания на значения данных слов в силу возраста на эти слова, для него, вся политика была про «то как достичь добра разными способами», а Людвиг, в свою очередь, был для него просто хорошим человеком, который готов был уделять ему много времени. А тут он неожиданно понял, что такая вещь как «достижение добра» может пытаться достичь «добра» переездом кого-нибудь, при чём такими «переежальщиками» были родственники одного из главных взрослых в его жизни… Бредя в данных мыслях, Хельги не заметил, как они спустились, вышли из дома, сели в такси и доехали до места назначения. Им был ресторан Lys d’Or. Интерьер данного заведения был оформлен в традициях стиля рококо, что в целом означало, много белизны и немного золота. Хельги, недолго думая сразу подошёл к стойке регистрации и приподнявшись на носках, начал пристально всё разглядывать из этой диспозиции. -  Хельги, не торопись, наше время через 10 минут - А можно посмотреть меню? – изнывая от нетерпения спросил Хельги - Да, конечно – сказал Людвиг Хельги и тут же обратился к администратору, который всё это время чинно стоял, словно солдат. – многоуважаемый, передайте! На радость Хельги, администратор тут же выполнил просьбу Людвига и протянул Хельги книжечку, отделанную чёрной кожей. Хельги тут же начал разглядывать содержимого этой книжки и тут же пришёл в недоумение: герр Людвиг, что такое Тауредос Росини? - Турнедо Россини – французское блюдо, состоящее из стейка из говяжьей вырезки, фуа-гра, крутона, трюфелей и соуса мадера - Я ничего не понял кроме трюфелей и говядины - Не знаю, понял ты что-то или нет, но именно это я себе и возьму - А мне? - Ну там наверняка есть блюда с менее пафосным названием…. - Охх.. герр Людвиг, я уже ничего не хочу есть отсюда, зачем мы вообще пришли сюда? - Потому что в городе всего 3 ресторана которые соответствуют требованиям моей бабушки, а поскольку один – китайский, а второй – японский выбор моей бабушки сам собой лёг на третий - как всё сложно! - и не говори, но моя мама, такова какова есть! – в разговор Людвига и Хельги вмешался третий - папа? – спросил Людвиг - Привет, сынок! Отец Людвига был выше его на 7 сантиметров, при том что Людвиг сам был не самого низкого роста, также он был менее смугл, чем Людвиг, да и природа наградила его, хоть и не самыми распространёнными, но всё же более часто встречающимися бирюзовыми глазами, а не редчайшей гетерохромией как у Людвига. - Здравствуйте герр Штраус – тут же поздоровался Хельги - И тебе привет! – поправив свои очки с толстыми линзами сказал Леопольд фон Штраус - Пап, а где остальные? – тут же поинтересовался Людвиг - Будут с минуты на минуту! - Ну почему с минуты на минуту, кое-кто уже прибыл и просто ждал нужного момента – сказала маленькая темноволосая женщина, вошедшая, или сделавшая вид что вошедшая, недавно. Она нарочита выделялась на фоне Людвига, одетого в привычный ему костюм тройку. А уж тем более на фоне Леопольда носивший стереотипный костюм офисного клерка, за которым никто бы не мог разглядеть действующего судью. Она была одета значительно менее официально: синяя кофта, накинутая на голубую рубашку, коричневая юбка, синие чулки, на которые были надеты, как ни странно, кеды с персонажами «сейлор мун». Хельги безусловно знал кто она – Анна-Мария, старшая сестра отца Людвига, но она не была не похожа ни на старшую сестру Леопольда, ни на тётушку Людвига. Скорее она выглядела как младшая сестра Людвига, ввиду своего маленького роста на фоне своих двоих младших родственников и небывало моложавой внешности: сам Хельги едва ли мог дать ей больше тридцати, хоть он прекрасно знал что ей на самом деле 62 года. - …тётушка… - после небольшого перерыва сказал Людвиг - Людвиг, мальчик мой подойди ко мне! – крайне тепло ответила Анна Тут же Людвиг подошёл к ней, наклонился и тут же они обняли друг друга - подумать только, тебе 29 лет, а ведь я помню каждый день с тех пор, как ты родился… - тётушка… - а ведь ты был такой милой крохой… - да наверное – тут они отошли друг от друга и Людвиг сказал Анне: - тётушка, познакомься с Хельги… он…очень хороший мальчик Тут Анна переменилась в лице, быстро подошла к Хельги и тут же сказала: хмм… Ты же тот мальчик, который очень некрасиво лгал! - Простите, фрау Штраус…, я очень сильно об том случае жалею… - Но не будем о грустном! Как тебя значится зовут? - Хельги Ингвард Ларсен! – Выпалил Хельги и протянул руку - Хммм, как официально! Ну чтож я – Анна-Мария Вильгельмина Фридерика Элизабет Эмили фон Штраус – официально-наигранно сказала Анна и пожала Хельги руку - О.. это так официально…. - Ну ты же именно этого ожидал? Не так ли? - Да… наверное… просто вы взрослая…а у вас такой вид… - Ха-ха-ха-ха! – засмеялась Анна и тут же добавила: - можешь со мной быть по-проще, я не обижусь! - Можно вопрос? - Да! - А почему ваша обувь такая необычная…просто вы такая взрослая, а ваши кроссовки такие… - Потому что они не мои, а Людвига! - Но как?! - Людвиг купил понравившиеся ему кеды, они ему оказались малы, а мне в самый раз! – улыбаясь ответила Анна - Ох, это неожиданно… - Да, но согласись хорошо быть маленьким, с обовью меньше проблем! - Наверное… - Кстати, перейдём к большим! – сказала Анна и направилась к Леопольду - Привет сестрён – сказал слегка покрасневший Леопольд - Лео, почему ты такой грустный, у твоего сына сегодня праздник? – тут же вернувшись от игривого тона к мягкому, с которым говорила с Людвигом - Да наверное… Тут их беседу прервали шаги. И в зал вошли ещё двое: мужчина в прусской форме и какая-то женщина в чёрном платье, меховой накидке и шляпы с перьями и чёрной вуалью. - Здравствуй папа, здравствуй мама… - сказал значительно помрачившие Леопольд и Анна - Приветствую дедушка… и бабушка… - добавил Людвиг - А да приветствую – тут же ответил вошедший мужчина – а этот? – добавил он, указав на Хельги — Это моя подруга… - встрял Людвиг - Ха! Уж больно твоя подружка юна! Когда наконец найдёшь невесту! - Я в активно поиске… - Хох! - Виллем дай мне познакомится с ней… - сказала вошедшая женщина, снимая перчатку - Да, конечно, Наоми – сказал Вильгельм и знаком подманил Хельги Как только Хельги подошёл к Наоми, он тут же про себя начал искренне благодарить Людвига за то, что предупредил его об особенностях своей бабушки. Дело в том, что рука Наоми была худа настолько, что можно было разглядеть её же кости через кожу, к этому добавлялись длинные чёрные накладные ногти, острые словно лезвия бритвы или ножа. Хельги не успел опомниться как она туте начала ощупывать его лицо. Конечно, она ни ранила, ни поцарапала лицо Хельги, скорее данная процедура отдалённо напоминала акупунктуру. Не больно и даже в некоторой степени приятно… Но господи, насколько же это было страшно! - У тебя хорошее, нордическое строение черепа, но ты не девочка! – заключала Наоми - Наоми ты ошиблась, это девочка! – перебил её Вильгельм - Да мама, это однозначно девочка подтвердила слова Вильгельма Анна - МОЛЧАТЬ! Я НАОМИ ФОН ШТРАУС, ПРЕКРАСНО ЗНАЮ, ЧЕМ ОТЛИЧАЕТСЯ МАЛЬЧИШКА ОТ ДЕВЧОНКИ! ТО, ЧТО МАЛЬЧИШКА ОДЕТ ТАКЖЕ КАК ДЕВЧОНКА НИЧЕРТА НЕ ЗНАЧИТ! ТРЕКЛЯТАЯ АНГЛО-САКСОНСКАЯ МОРАЛЬ РАЗЛАГАЕТ ДУШИ ИСТИННЫХ ГЕРМАНСКИХ СЫНОВ И ДОЧЕРЕЙ НАВЯЗЫВАЯ ИМ СВОЮ ДЕКАДЕНСКУЮ МОРАЛЬ! - И всё же это девочка – речь Наоми прервал небывало спокойный голос - Но папочка, я не могла ошибиться! - Но всё же ошиблась, но не будем забывать про приличия! Так что здравствуйте мальчики, здравствуйте девочки! – сказал вошедший поочерёдно приподняв шляпу в отношении Вильгельма, Леопольда, Людвига, Анны, Хельги и Наоми - Здравствуй! – сказали все и каждый от себя добавил: отец, дедушка или прадедушка - Ну а теперь, Людвиг, позволь тебя поздравить тебя с двадцати девятилетием! Конечно, мне как человеку, топчущему эту грешную землю уже более ста лет, это довольно странно говорить, особенно учитывая все приключения за эти годы…, но долгих лет тебе мой мальчик! – сказал самый старший представитель фон Штраусов из присутствующих, пожав Людвигу руку и похлопав его по плечу, добавил: насколько мне известно, наше время пришло, по занятию столика? - Да прадедушка – ответил Людвиг - Ну тогда пойдём! Столик, который был зарезервирован фон Штраусами для данного рождества, был сделан всё в том же стиле что и весь ресторан, но был отделён шторами от основного зала и был окружён белым диваном, на удивление Хельги, на котором довольно удобно все сумели разместиться. Сам же Хельги занял наиболее приятную для него позицию: между Людвигом и Анной, данная диспозиция была настолько приятна, что к Хельги даже вернулся аппетит! И хоть всех присутствующих окутывала неприятная пелена молчания, она не давала вновь вспыхнуть возможным нерешённым конфликтам. Данная странная идиллия продолжалась до того, как все расправились с дессертом. Началась распаковка подарков, которая обернулась полной катастрофой. - Итак, мой первый подарок, от моего дедушки Вильгельма – объявил Людвиг беря большую, продолговатую коробку – и это подарочная бутылка виски… - Исконно мужской подарок, парень! – заявил Вильгельм - Мда, теперь я думаю стоит открыть подарок бабушки – сказал Людвиг вскрывая следующую коробку – и это застольные беседы… Бабушка, зачем мне это?! - Людвиг, ты разлюбил историю?! - Нет… - Ты патриот своей родины Германии? - Да… - Тогда эта книга для тебя! - Ясно… итак, теперь папин.. – Людвиг раскрыл обёртку в форме охотничьего ножа, открыл ножны и убедился: и в этот раз подарок от отца был выбран дедушкой… - О, а это что за маленькая коробочка? – Людвиг потянулся за самой маленькой из присутствующих – ммм, Исраэль фон Розенталь? - Ох Изя, Изя – засмеявшись сказала Анна - прославленный чемпион по самым дорогим и нелепым подаркам… - А почему фрау Анна? – спросил Хельги - Ну на мой день рождения, он подарил вешалку из дерева карельской берёзы. - Но зачем? Это же бесконечно дорого! - Я знаю, но я не Исраэль, что бы знать его мотивов – и тут же обратилась к Людвигу – Людвиг, что там у тебя? - эх, золотая зубочистка… - ха, классическое объединение жидовского дурновкусия, с не менее жидовским жмотством! – заявила Наоми - мама! – тут же сказала Анна, с явным критическим оттенком - Анна, ты мала и глупа, а самое главное, была подвержена деструктивному англо-саксонскому влиянию твоей непутёвой британской бабки! - Наоми… зачем… - тотально помрачнев и затаившись сказала Анна, Хельги даже показалось что у Анны наворачиваются слёзы - кхе-кхе, боюсь сегодняшний ужин… плохо на меня повлиял…, все остальные подарки я распакую у себя дома, Хельги пойдём – тут же сказал Людвиг - Эй Людвиг! Ты не все подарки распаковал! – встрял Вильгельм - Вилли, Вилли, боюсь Людвигу реально плохо, я, пожалуй, выведу его на улицу, и мы с ним подождём с ним вместе такси, я как раз хотел бы покурить, а потом я к вам вернусь - успокоил порыв Вильгельма, патриарх данного клана - Мне тоже надо, выйти у меня сегодня был долгий перелёт, Лео, проводишь меня домой? – спросила своего брата Анна - Да конечно, сестрёнка! - Ха! Ну как знаете! Мы с Виллемом посидим тут ещё немного времени, да дорогой? - О, безусловно Наоми! Людвиг, его прадедушка и Хельги достаточно быстро вышли на улицу. Алоиз тут же закурил и сказал: - Мда, не хорошо получилось - Ничего прадедушка, я понимаю - Есть скажем так один нюанс, это поездка для меня деловая - То есть? - Дело в том, что у моих «друзей» из Лондона, есть определённая щепетильная информация… - Я само внимание прадедушка! - Судя по всему кто-то влиятельный хочет совершить небольшую «провокацию», чтобы обеспечить себе избрание… На этих выборах городского главы… - И в чём же сей интерес, с нашей стороны? - Наш интерес в том, что англичане, да и американцы очень не хотят выставить людей из нашего круга… в несколько не приятном свете, сам понимаешь, нам бы найти того, кто додумался…до такого, поэтому мне бы очень хотелось, чтобы ты скажем так… в меру своих сил помог нам - А что готовиться, прадедушка? - Я не знаю, постарайся прошерстить все сводки по происшествиям, если правда будет некая «провокация», то ты найдёшь её на первой полосе газет. - Понятно, я могу идти? - Да, разумеется, иди и передай своему другу, что у него прекраснейшие шёлковые волосы, мне даже завидно, что у меня больше таких нет. - Хорошо, спокойной ночи прадедушка! - Спокойной ночи, Людвиг! После этого Людвиг повернулся и сделав жест Хельги, сидевшего на корточках близ входа в ресторан, и попросил следовать за собой. — Вот такая у меня семейка! – презюмировал Людвиг — Это так печально, герр Людвиг, я не знал…что у вас такое… - Печально не печально Хельги, но это моя семья и другой у меня не будет – с горечью сказал Людвиг - Я думаю дело не в семье, ваша же тётушка Анна такая хорошая! - Да было время…когда всё было лучше…Анна ближе, Эмиль понятнее, прадедушка менее загадочнее, а прабабушка…живой… - Вы про неё ни разу не говорили! - Да, не говорил… Зачем говорить о прошлом… - Людвиг, мальчик мой, подойди сюда, этот господин хочет тебе что-то передать! – неожиданно крикнул вслед Людвигу Алоиз - Что именно, прадедушка? – спросил Людвиг развернувшись - Какая-то книга, но клянусь она безопасна – ответил Алоиз - Хельги, боюсь нам придётся вернуться - сказал Людвиг и подошёл к Алоизу и курьеру - Хорошо, герр Людвиг – ответил Хельги и последовал за ним Напротив Алоиза стоял какой-то мужчина, он был мелкого роста, с лёгкой полнотой, седыми волосами с плешью и безвкусными усами такого же цвета, одет он был во что-то в стили милитари. - Thanks! – ответил Людвиг и направился назад к идущему ему на встречу Хельги и только что подъехавшему такси. Обратный путь от Lys d’Or до квартиры Людвига, которая располагалась на той же лестничной клетке что и квартира родителей Хельги, по иронии судьбы, ею была квартира под номером 1202. — Вот, так вот Хельги, на чём мы там остановились… - На вашей прабабушке - Да это была добрейшая женщина, так же как и моя тётушка, жаль что её нет с нами уже 20 лет… - герр Людвиг, может вскроем оставшиеся подарки? - Да давай, такс… Анна, что же ты могла мне подарить? – спросил сам себя Людвиг вскрывая подарочную упаковку – о! здесь записка, кхе: «дорогой Людвиг, я всегда знала что ты большой фанат классической живописи, но к сожалению нынешние тенденции рынка, не располагают к появлению произведений в данном жанре, но я не могла не воспользоваться этим прекрасным моментом что бы порадовать тебя, поэтому держи и храни данное произведение как зеницу ока! Твоя любимая тётушка Анна!» На самой же картине были изображены две женщины и два мальчика. Самой старшей была хоть и очень старая но всё же не потерявшая своих прямолинейных черт лица, а также прекраснейших голубых глаз цвета морской волны, в право от центра сидел мальчик лет десяти, одетый в матроску и белые шорты, его глаза были светло-янтарными, почти что жёлтыми глазами, а волосы были коротко подстрижены в андеркат и зачёсаны в лево, в лево от центра сидел мальчик лет 5-6, одетый в пиджачок, белую рубашку и короткие чёрные штаны, подстрижен он был в каре, чем слегка напоминал девочку, но фирменная гетерохромия, явно указывала на то, что эти ребёнком являлся сам Людвиг. Наконец, женщина в левом углу была явно Анна, правда вместо своего привычного хипстерского костюма она была одета также как и женщина в правом углу: в викторианское платье и соломенную шляпу на ленте, доказательствами что это всё-таки Анна служили её фирменные чёрные кудрявые волосы и её не менее фирменные фиолетовые глаза. - Герр Людвиг, кто этот мальчик и бабушка по правую сторону? - Мальчик – это мой кузен, а бабушка и есть моя прабабушка, с первым ты знаком, а со второй… - Но как вы всё это время жили герр Людвиг? - Эхх, понимаешь, Хельги факт смерти близкого человека тебя печалит не долго, да первое время ты сокрушаешься, плачешь…. А потом у тебя появляется пустота…Пустота от того что близкого человека больше нет, ты как бы существуешь, но время от времени данная пустота даёт о себя знать, и эффект от этого может начинаться от нервной оторопи, до долгих периодов меланхолии… - Герр Людвиг, давайте прейдём к следующему подарку, я не хочу… что бы вы грустили в этот день. - Хорошо, о... Это же от Портмана! Что тут у нас? – Людвиг вскрыл упаковку и обнаружил коробочку с cd диском – ну чтож, хоть кто-то прислушался к моим просьбам! - Подождите герр Людвиг, то есть господин Портман знает… - Нет он не знает, для него это обычный диск с музыкой с анимешной девочкой – блондинкой - Понятно… Давайте последний самый загадочный? - Да давай – ничего не ожидая Людвиг вскрыл упаковку и тут же переменился в лице – святой господь, не может быть, вот этого я не ожидал… - Тогда с Мари: счастливых каникул на море? Что это вообще такое, и почему вы так радуетесь этой книге, как по мне художник если и был, то ему явно заплатили протухшим сэндвичем с сардинами! - Твоя правда Хельги, но должен сказать, мне эта книга важна не из-за обложки, а содержания! Ведь как-никак это первое издания моей любимой книги на немецком языке… - Почитаете? - Нуу не знаю… Тут в их беседу вмешался звон дверного звонка - Чёрт, кого в такую ночь могло принести?! – Людвиг встал с дивана в своей гостиной подошёл к двери, открыл её и… - Вольфганг Людвиг Амадей фон Штраус! - Стэнфорд Патрик Маккензи! Как дела, с чего решили поздравить меня с праздником в полночь, из-за уважения к нашей профессии? - А я не поздравлять пришёл, а узнать две вещи. - И какие же? - Первая: как дела у Хельги, его мама не волнуется? - Нет, она мне доверила мне за ним присмотреть - А разве в это время дети не должны быть с родителями? - Не коверкайте закон, Патрик, дети должны быть под присмотром взрослых, а я вполне себе на такого тяну! - Вторая вещь: какого дьявола к тебе сегодня приходил новый следователь, уж не копаешь ли ты под Беллу? - Нет, просто ваша Белла относится к своим обязанностям спустя рукава! И играет в игрушки на рабочем месте, точнее вне его! - Может тогда стоит перестать складировать консоли в прокуратуре!? - К вашему сведению они находятся в комнате отдыха, какого дьявола она там находится через час обеденного перерыва – это уже ваши и её заботы! - Ну ладно, спокойной ночи, мальчики! – сказал злобно ухмыляясь Маккензи - И вам, Патрик! – сказал Людвиг, и закрыв дверь добавил: старый поехавший хрыч! - Герр Людвиг, с вами всё в порядке? - Да, но тебе пора домой - А книга? Я почитаю тебе её позже - Хорошо, герр Людвиг, спокойной ночи! - И тебе малыш – после чего Хельги вышел из квартиры Людвига и зашёл в свою, после чего Людвиг закрыл за ним дверь. Достал CD диск, взял аудио магнитофон, пройдя в спальню сел на кровать. После чего выставил десятую песню и нажал кнопку play. Заиграла медленная приятная музыка и голос женщины пропел: «Видишь ли ты меня одну, в мире что я называю своим? Несмотря на то, что я пытаюсь быть такой обыкновенной? Я чувствую это, так что я прячусь, я надеюсь всё будет хорошо Перед глазами что видят мир Всегда со стороны» И тут Людвиг теперь начал тихо про себя подпевать: «Но жизнь не бывает какой кажется Я нахожу послание во снах Оно словно потерянное воспоминание, шепчет секреты для меня» И после этого Людвиг уже в слух начал петь рыдать: «Так что я плачу в ночи Из-за чего-то, что нашла в своём сердце Так там звезда на небесах, что укажет мне на дом во тьме Если ты назовёшь моё имя, я знаю мы увидимся снова Я буду помнить, что я не одинока» После этого слова отступили на время, словно дав Людвигу от плакаться и песнь пошла на новый круг: «Когда я смотрю на небеса, когда чувства отпускают меня Я пою лёгкий ритм Тех времён, когда мы танцевали под луной Хотя я одинока, я буду знать, что я не одинока Ты научила моё сердце расти И теперь моя любовь продолжится» И точно так же на припеве Людвиг не сдержался и заплакал, и наконец когда песня закончилась он выключил магнитофон и рухнул на кровать.