Глава 35. По ту сторону занавеса

Беллатриса сделала еще шаг, ее палочка дрожала от нетерпения, словно живое существо, жаждущее крови. В тусклом свете пророчеств ее лицо казалось маской из кошмара. ​— У тебя есть то, что принадлежит моему Повелителю, Поттер, — прошипела она, и в ее голосе прорезалось безумие. — Ты думаешь, твои грязнокровные друзья защитят тебя? Ты думаешь, этот сброд из предателей крови стоит того, чтобы за них умирать? ​Амулет на груди Гарри внезапно обжег кожу. Это не был просто сигнал — это был яростный, пульсирующий толчок энергии. Джинни стояла справа от него, и Гарри чувствовал, как ее пальцы на палочке побелели от напряжения. Через Узы к нему пришла одна-единственная, кристально чистая мысль: «Сейчас». ​— Пророчество принадлежит тому, о ком в нем говорится, Малфой! — громко сказал Гарри, стараясь, чтобы его голос не дрожал. — И это точно не ваш хозяин. ​— Ты смеешь произносить его имя своими погаными устами? — взвизгнула Беллатриса. — Ты, жалкий мальчишка... ​— СТОЯТЬ! — снова приказал Малфой, заметив, что Гарри занес руку со стеклянным шаром над каменным полом. — Поттер, не будь дураком. Ты не выйдешь отсюда живым, если разобьешь его. ​— Мы и так отсюда не выйдем живыми, если отдадим его вам, — отрезал Гарри. Он мельком взглянул на друзей. Невилл тяжело дышал, но его палочка была направлена прямо в грудь Беллатрисе. Полумна смотрела на Пожирателей смерти с каким-то отрешенным любопытством, словно видела за их спинами стайку нарглов. ​«Гарри, на счет три», — передала Джинни через амулет. — «Стеллажи. Оглушай всех слева». ​— Ну что, Малфой, — сказал Гарри, приподнимая бровь. — Хотите знать, что там внутри? Или боитесь, что правда вам не понравится? ​— ТЫ! — Беллатриса вскинула палочку, но Малфой перехватил ее руку. ​— Поттер, последний шанс... ​— СЕЙЧАС! — заорал Гарри. ​— РЕДУКТО! — хором выкрикнули пять голосов. ​Пять мощных заклятий ударили в высокие стеллажи по обе стороны от них. Раздался оглушительный треск. Огромные деревянные конструкции, державшие на себе тысячи пророчеств, зашатались и начали медленно, с нарастающим грохотом, заваливаться друг на друга. Стеклянные шары сотнями посыпались вниз, взрываясь под ногами у Пожирателей смерти. Зал наполнился призрачным шепотом тысяч голосов, вещающих одновременно. ​— БЕЖИМ! — Гарри схватил Гермиону за локоть и бросился вперед, сквозь облако пыли и битого стекла. ​Амулет Джинни вспыхнул ослепительным светом, указывая им путь сквозь хаос. Они не видели ничего, кроме вспышек заклинаний и рушащихся полок, но связь между ними вела их к выходу, как путеводная нить.Мир вокруг Гарри перестал существовать. Грохот битвы, выкрики заклинаний, звон битого стекла — все это утонуло в ледяной, оглушительной тишине, исходящей от каменной арки. Сириус только что стоял там. Он смеялся, он отбивал заклятия Беллатрисы, его серые глаза горели азартом... А в следующее мгновение он просто скользнул за занавес, словно его порыв ветра унес в другую комнату. ​— СИРИУС! — крик Гарри разорвал легкие. ​Люпин держал его мертвой хваткой, и в этой хватке было столько же отчаяния, сколько и силы. Гарри чувствовал, как его бьет крупная дрожь. Этого не могло быть. Это была просто тряпка, старый кусок ткани, колышущийся от сквозняка. Сириус просто упал за него. Он сейчас выйдет, отряхнет мантию и снова назовет его Джеймсом... ​Амулет на груди Гарри внезапно стал ледяным. Холод был таким пронзительным, что казалось, само сердце Гарри покрывается инеем. Через Узы он почувствовал Джинни. Она была совсем рядом, прижатая к стене Невиллом, её лицо было залито кровью из разбитого носа, но её разум был направлен только на Гарри. ​«Гарри... нет...» — её голос в его сознании дрожал от слез, которые она не позволяла себе пролить. — «Не иди туда. Гарри, посмотри на меня!» ​Но Гарри не мог смотреть на неё. Он видел только арку. ​— ОН НЕ УМЕР! — вопил Гарри, продолжая вырываться. — СИРИУС! ​Люпин прижал его к себе еще крепче, и Гарри почувствовал, как щека профессора коснулась его макушки. Люпин плакал. Тихо, беззвучно, но его горе ощущалось как физическая тяжесть. ​— Его нет, Гарри. Его нет. ​В этот момент за аркой раздался торжествующий, безумный хохот Беллатрисы Лестрейндж. Она уже бежала прочь из зала, её черная мантия развевалась, как крылья гигантской летучей мыши. ​— Я УБИЛА СИРИУСА БЛЭКА! — визжала она, и этот крик подействовал на Гарри сильнее, чем любая удерживающая магия. ​Шрам на лбу взорвался такой болью, что в глазах потемнело. Но это была не просто боль. Это была ярость. Чистая, испепеляющая ненависть, которая на мгновение вытеснила горе. Амулет на его груди вспыхнул багровым светом, резонируя с этой тьмой. ​«Гарри, стой! Это то, чего ОН хочет!» — крикнула Джинни через Узы, но Гарри уже не слышал. ​Он вырвался из рук Люпина. Его тело больше не принадлежало ему — оно было лишь проводником для мести. Он бросился за Беллатрисой, перепрыгивая через обломки камней, мимо сражающихся членов Ордена и Пожирателей. Он должен был нагнать её. Он должен был заставить её замолчать навсегда.