Эксперименты с подопытной мышкой

1985 год  Осень в этом году выдалась неожиданно прохладной, погода была дождливой, а в календаре на смену сентябрю совсем незаметно подкрался октябрь. Помимо общей рабочей суеты, в самых различных образовательных учреждениях столицы вовсю шел учебный процесс. В том числе это коснулось и Первого медицинского института имени Сеченова. Несмотря на то, что поступление сюда по-прежнему оставалось задачей далеко не из самых простых, в этом году можно было наблюдать какое-то бесчисленное множество первокурсников, прибывших в Москву не только из различных регионов СССР, но и других стран. Лечебный факультет был переполнен молодыми, желающими познать медицину ребятами. Кроме того, сама атмосфера в институте была проникнута радостным духом «перестройки».  Первые пары начинались рано утром, к половине девятого студенты-медики уже расползались по аудиториям в ожидании своих преподавателей. Пара по анатомии в корпусе на Моховой, где присутствовал весь первый поток, не стала исключением. Одним из присутствовавших студентов в тот день был Быков Андрей — молодой восемнадцатилетний парень из Ленинграда, который уже тогда проявлял излишнюю строптивость, скверность характера и циничность, хотя при всем этом его все чаще по мере обучения выделяли не только в своей группе, но и на всем потоке. Он никогда не был отличником, не зубрил параграфы и не записывал каждое произнесенное преподавателем слово. Обучение давалось ему не то чтобы легко, но и не вызывало необходимости сидеть ночами над учебником. Свое маломальское свободное время он предпочитал тратить на азарт, кутеж и глумление. В аудиторию Андрей зашел последним, его не особо беспокоило, что профессор уже мог быть внутри. Подобное поведение или даже опоздание на минуту по общим правилам считались дурным тоном, за что обычно ставили неявку и отправляли на отработку. Однако в этот раз удача была на стороне студента. Лениво осмотрев лекционный зал, Быков обнаружил единственное свободное место слева от своего одногруппника, которому, подойдя, он крепко пожал руку в знак приветствия. Впереди него, но только уровнем ниже, вдоль всего второго ряда, расположились ребята из другой группы.  Быков не заметил, как его взор упал на сидящую внизу худенькую черноволосую девушку, которая внимательно слушала профессора и старательно конспектировала лекцию, не упуская ни одной детали. Он не мог полностью видеть ее лицо, так как она сидела к нему в профиль, но даже этого было достаточно, чтобы зацепить внимательный и оценивающий все вокруг взгляд Андрея. — Ты чего завис, Андрюх? —озадаченно прошептал Саня, тот самый одногруппник Быкова, и посмотрел в направлении его взгляда, — а, вон оно что, понравилась? — А это уже не твое дело, — отрезал Андрей, — лучше скажи, ты знаешь ее? — Да не особо. Настей зовут вроде, отличница и староста второй группы. Сама из Подмосковья, из Звенигорода, если не ошибаюсь, а живет, кстати, с тобой в одной общаге.  – Эвон как… **** Середина ноября, 1985 год    — Андрюх, а ты куда? Сегодня ж единственный выходной. Ты ведь к Лехе с нами идешь? Ему знакомый с четвертого курса по блату кассеты новые подогнал, звал оценить.  — Нет, не могу. Занят я сегодня. Эксперименты буду проводить с одой подопытной мышью, так что ты не особо торопись со своими оценочными суждениями. Прекрасно понимая о чем речь, сосед Быкова лишь беззвучно ухмыльнулся и продолжил заниматься своими делами. Во-первых, это было в целом бесполезно, поскольку Андрей терпеть не мог делиться с кем-то достижениями в своей личной жизни, а во-вторых, так или иначе интересующийся был бы попросту послан куда подальше уникальным и язвительным афоризмом в фирменном стиле будущего терапевта. Андрей же в свою очередь стремительно накинул на себя куртку, захватил ключи и, хлопнув дверью, двинулся из общежития в сторону одного из корпусов института.  Зайдя в здание и быстро оглядев знакомые стены, Быков прямиком направился в сторону кафедральной библиотеки, где за одним из столов он заметил засыпающую над толстым учебником по биологии тонкую женскую фигуру. Молодой человек тихонько подкрался к ней со спины и, приблизившись к самому уху, ехидно отчеканил фразу, от которой девушка испуганно вздрогнула.  — Прием-прием, Настюха, на связь выходишь аль совсем втянулась в царство Морфея? — Ну вот что ты за человек, зачем так делать? Только напугал меня, дурак. Чего тебе?  Уже как полтора месяца Андрей изрядно пытался сблизиться с Настей. Она же была абсолютно непреклонна, что только больше подстегивало Быкова продолжать начатое. В любом другом случае он бы даже не обратил внимание на подобную зубрилку с потока, коей была каждая вторая — все они казались Андрею до жути скучными и простыми. Но не Настя, что-то было в ней такое, что каждый раз приковывало внимание молодого человека, ему хотелось изучить ее. И это касалось не только внешности девушки, но и ее характера. Она была стройна, высокого роста и довольно привлекательна, ее острые черты лица, длинные черные волосы и светло-зеленые глаза особенно нравились Андрею. Кисегач с самого первого курса проявила себя как ответственная, серьезная и дисциплинированная студентка медицинского института, способная взять под контроль не только свою группу, но и весь поток при необходимости. Преподаватели любили Настю за эти качества, ее трудолюбие часто приводили в пример другим ребятам. Андрей же видел в ней не только властную, сильную женщину, которая если и не станет хорошим врачом, то точно будет прекрасным управленцем, но и загадочную, игривую девушку, жаждущую дать волю своим чувствам и желаниям, что казалось безумством для строго воспитанной и порядочной студентки высшего заведения. Все это до невозможности завлекало Быкова, с той самой лекции по анатомии он хотел узнать ее скрытые стороны, раскрепостить от вылизанной прилежности. Он понимал, что она не так проста, поэтому с огромным увлечением погрузился в эту авантюру.  — Кисегач, сколько можно заниматься этим бессмысленным впихиванием неподъемной информации в свой небесконечный мозг? Ты вон уже третий сон над учебником видела.  — Если ты не в курсе, Андрей, то у нас между прочим экзамен по биологии в конце семестра, и он очень сложный. Я уже даже не говорю про остальные дисциплины, — недовольно буркнула Настя, так как все еще отходила от внезапного появления Быкова. — А ты что вообще здесь делаешь? Не поверю никогда, что учиться пришел. — А я и не учиться пришел, я за тобой пришел.  — В смысле за мной? Я вот — занята, сегодня единственный день, когда можно спокойно почитать не до поздней ночи. — Ну вот и я про то: сегодня единственный день, когда можно спокойно отдохнуть от этой километровой писанины, одноклеточной живности, разбора косточек и пойти покутить.  — Нет-нет и еще раз нет, ни за что. Если я сейчас не выучу материал, то потом просто не сдам экзамен.  — Настюха, не зуди, у меня аллергия на заучек, — протянул Быков, облокотившись на стол. — Успеешь ты все вызубрить, ты ж, как белка в колесе с этой учебой, света белого не видишь. Это только первый курс, а ты уже поди не разгибаешься. Пошли, говорю, буду тебя развлекать дуростью своей простонародной.  Андрей потянул Настю за руку и легким движением поднял ее со стула. К удивлению, в этот раз девушка сдалась крайне быстро, так как все то время после инициированного Андреем знакомства Кисегач никак не реагировала на флирт со стороны молодого человека. На деле же в перемене ее поведения не было ничего странного, поскольку Насте действительно был симпатичен Андрей, хоть он об этом еще и не знал. К тому же, за последние полторы недели девушка и вправду сильно вымотала себя поглощением нового материала. Сил читать уже не было, а терять попросту свободный вечер не хотелось. — Но имей ввиду, Быков, если я провалю экзамен, в этом виноват будешь только ты.  Андрей хмыкнул и довольно кивнул ей в ответ, после чего помог убрать книги  и повел в кабак, где работал его хороший друг, доставший по связям кубинский ром. **** В кабаке, где они сидели, над посетителями нависало серое облако от табачного дыма, вокруг скопилось большое количество молодежи — кто-то был в компании, кто-то парой. Настя с Андреем занимали небольшое местечко напротив окна. На их столе стояло два граненных стакана с крепким горячительным напитком, в то время как в их крови было уже как минимум три таких же.  — Мдаа, Кисегач, я и не думал, что ты так умеешь. В ответ Настя лишь широко улыбнулась и с горящими глазами посмотрела на Андрея. Девушка была уже в такой кондиции, когда скромность уходит на третий план, уступая место вольности, глупости и неконтролируемому порыву чувств. План Быкова удался, отличница и блюстительница правил раскрылась с совершенно новой стороны. Не отрывая взгляд от молодого человека, Настя с хитрой улыбкой уверенно предложила Быкову то, что он совершенно не ожидал услышать из ее уст: — А давай на брудершафт?  — Аааай, озорница, приятно удивляешь меня сегодня. А давай, но до дна! — нисколько не колеблясь, сказал Быков, поднимая стакан и скрещивая свою руку с рукой девушки. Оба стремительно выпили всю жидкость, которая моментально теплом разлилась по телу. Андрей развернулся лицом к девушке, положил свою ладонь ей на шею и резко притянул к себе, впившись в столь манящие губы. Настя с не меньшим напором отвечала на не менее желанный поцелуй, только и успевая ловить крохотные глотки кислорода. Отстранившись, Кисегач покрылась легким румянцем, ей стало стыдно, что она, пример для студентов, сейчас творит такие безрассудные вещи, сидя пьяная в кабаке.  — Андрей… — Быков перебил девушку. Его устраивало абсолютно все, что происходило между ними в этот момент, и он крайне не хотел выслушивать сейчас процесс самосуда девушки.  — Подожди, Настюха, я сейчас, — Андрей подошел к стойке, оплатил счет, забрал их недобитую бутылку рома и, вернувшись к Насте, потянул ее на улицу. — Пойдем, пьяньчушка моя, наше вечернее приключение еще не окончено.  Быков обнял девушку за плечи, притянул к себе, вручив бутылку с напитком, и щелкнул ей по носу, усмехнувшись самому себе. Неожиданно для себя Настя откинула всю нахлынувшую стыдливость, притворно обиделась на глумление Быкова над ее носом, ткнув его локтем в бок, и сделала большой глоток рома, а затем вновь не сдержала хитрую улыбку. Пара шла вдоль набережной Москвы-реки, в сторону их общежития, Быков старался развеселить девушку самыми разными глупостями, рассказывая, как он и его одногруппники подшучивали над самым вредным на их кафедре профессором по химии.  В двери общежития они ввалились с жутким хохотом, за что им сразу прилетело суровое замечание от вахтерши. Комната Быкова находилась на втором этаже, а Насти на четвертом. И как только они дошли до нужного крыла, Андрей взял ее за руку и потянул за собой.  — Эй, куда мы? Мой этаж выше, — все еще хихикая, проговорила Кисегач. Быков ничего не отвачал и продолжал молча двигаться в сторону своей комнаты. Девушка покорно шла за молодым человеком, никакое смущение уже не могло скрыть ее озорное настроение, а выпитая бутылка крепкого алкоголя вовсе заслоняла плотной пеленой остатки здравого смысла. Она слишком долго ждала того момента, когда сможет от души повеселиться без малейшего зазрения совести. Как только дверь за ними закрылась, Андрей притянул к себе Кисегач, вновь целуя ее в до дури сладкие, пропитанные ромом губы. Окутанная с трудом контролируемым чувством страсти девушка отвечала на каждый поцелуй и движение рук Андрея, которые уже активно блуждали по ее телу, постепенно стягивая с нее разные элементы одежды. Быков не давал и малейшего шанса Насте, чтобы та перехватила инициативу в свои руки. Подведя ее к своей части комнаты, он остановился у рабочего стола, слегка приподнял девушку за талию и посадил на край, после чего раздвинул ее ноги и встал между. Андрей вернулся к ее губам, постепенно спускаясь ниже к ключице. Дыхание Насти было тяжелое и прерывистое, она глотала воздух ртом, пытаясь успокоить свое сердцебиение, в то время как руки сами цеплялись за футболку Андрея, снимая ее с его разгоряченного тела. Быков нехотя оторвался от шеи Кисегач, потянулся рукой к застежке бюстгальтера и, смотря прямо в глаза девушки, стянул верхнюю часть белья. Ему нравилось испытывать ее, смотреть на ее реакцию, наблюдать за ее эмоциями. И каково же было его удивление, когда в ответ она лишь уверенно потянулась к ремню его брюк. Андрей перехватил ее руки и завел их ей за спину, слегка отклоняя ее корпус назад, так он мог получить полный доступ к ее телу. Несмотря на то, что Настя была даже чересчур стройна для своего роста, Быков, наоборот, не мог устоять перед ее такой хрустальностью и тонкостью фигуры. Мягкими движениями он начал массировать ее грудь, уделяя особое внимание набухшим и затвердевшим уже к тому моменту соскам. Настя откинула голову и, прикрыв глаза, тихо постанывала. Андрей подхватил девушку на руки и положил на кровать, после чего снял с себя оставшуюся одежду и навис над ухом Насти. — Мышка, если ты будешь так стонать, то нас не только из общаги в шею погонят, но и из института, так что постарайся контролировать свои децибелы.  Андрей стянул с Кисегач последний и совершенно ненужный элемент белья и медленно вошел в нее, давая возможность привыкнуть к новым ощущениям. Он постепенно наращивал темп, доходя до предельной точки, и затем резко снижал его, чтобы максимально растянуть удовольствие. Нижняя губа Насти была искусана до такой степени, что Быкову, который пытался заглушить напористым поцелуем прорывающиеся моментами стоны и вздохи девушки, удавалось улавливать слегка солоноватый, перемешанный с выпитым алкоголем привкус крови. В какой-то момент Настя сильно прогнулась в спине, ее мышцы поддались приятному спазму, а рассудок окончательно помутился. Андрей довольно улыбнулся, наблюдая за реакцией ее тела, а затем сам увеличил скорость и резкость своих толчков, ощущая приближавшуюся разрядку.  Уже через двадцать минут они были вновь полностью одеты, Настя стояла у зеркала и поправляла растрепавшиеся волосы. Она накинула на себя пальто и повернулась лицом к Андрею, который все это время сидел на кровати и наблюдал за ней.  — Быков, давай только договоримся, что о случившемся никто не узнает, я не хочу потерять свою репутацию.  — Аналогично, Анастасия, аналогично, — пробубнил Андрей. Не то, чтобы он стеснялся Насти, просто не хотел подставлять ее, и афишировать что-то раньше срока. Ему было любопытно понаблюдать, как будут дальше развиваться их отношения.  — Андрей, только ответь мне на один вопрос: я тебе нравлюсь или ты просто решил затащить меня в постель?  Девушка боялась смотреть ему в глаза, но ждала хоть какого-то ответа. Андрей же терпеть не мог распинаться о своих чувствах, это было совсем не в его стиле, тем более после секса, а отвечать на очевидное вообще вымораживало.  — Белка, — ему так понравилось его сравнение Насти с лесным грызуном, что он решил закрепить это прозвище за ней, — ну вот ты сама-то подумай своей светлой головушкой прежде, чем такие вопросы задавать. Все логично и причинно-следственно вроде как складывается. Кисегач ничего больше не сказала. Да, она не получила прямой ответ на свой вопрос, но язвительный тон Андрея ей понравился сейчас даж больше. Она только коснулась легким поцелуем щеки Быкова, развернулась к двери и стремительно направилась в свою комнату.