Эпизод 1: «Незваный чёрный гость»

Тишина в купольном кабинете Создателя, Сэма, белого волка была осязаемой, тяжелой, как свинец. Демиург стоял у массивного стола, его белые лапы дрожали, когда он выводил в воздухе золотые руны. Перед ним в мерцающем мареве магии созидания формировался женский силуэт. Белые волосы, небесные глаза... Но через мгновение образ осыпался пеплом. Очередная фальшивка. Сэм в ярости смахнул со стола чертежи. Мир, который он построил, был совершенен во всем, кроме одного: в нем не было настоящей Лины. Та, что осталась в его памяти десятилетней давности, была недосягаема в глубинах Астрала. «В тишине кабинета, пропахшего озоном от неудачных заклинаний, раздался звонок. Сэм медленно протянул руку к трубке. — Да, слушаю, — его голос был тихим, лишенным привычной вибрации силы. На другом конце, среди шума посуды на кухне особняка, отозвалась Джуди. Её голос был бодрым, но в нем сквозила затаенная тревога. — Привет, это я. Спускайся на кухню, всё почти готово. Выпечка будет через пять минут. — Я… у меня нет аппетита, Джуди, — ответил Сэм, глядя на пустой постамент, где только что развеялся очередной прах неудавшейся имитации. — Я понимаю, что ты всемогущий, — мягко, но настойчиво произнесла она. — Но не есть тоже нельзя. Ты уже неделю не выходишь из комнаты, Сэм. Это ненормально. Демиург тяжело вздохнул, прислонившись лбом к холодному стеклу купола. — Знаешь… быть Богом — это значит не нуждаться ни в чем физическом. Но эта пустота внутри… я не знаю, чем её заполнить. — М-да, — Джуди на мгновение замолчала, понимая, что его упрямство граничит с безумием. — Знаешь, что тебе точно нужно? Хороший отпуск. Просто выключи всё и уезжай. Тебе это необходимо. — У Бога не бывает отпуска, — Сэм почти выкрикнул это, и в его голосе прорезалась горькая ирония. — Чушь! — отрезала Джуди. — Ты не железный, и нервы у тебя тоже не из стали. Побереги себя. — Хорошо, — Сэм сдался под её напором. — Я приду. Потом решим, что делать дальше. — Вот и славно. Жду! Трубка издала короткие гудки. Сэм закрыл глаза, пытаясь унять дрожь в руках. Вдох. Выдох. Он сел в кресло, погружаясь в медитацию, надеясь найти покой хотя бы на дне собственного разума. Внезапный, резкий сигнал КПК вспорол тишину, как нож — тонкую ткань. Сэм вскинул руку. На экране, перечеркивая все расчеты, горела надпись: «Системная аномалия. Изменение константы: 36 → 37 душ». Зрачки Сэма мгновенно сузились, вспыхнув алым пламенем. Его идеальный мир, где каждый атом был на счету, был взломан. В его закрытом раю появилось лишнее, неучтенное существо. Меланхолия исчезла, уступив место инстинкту хищника. Сэм сорвался с места и вихрем выбежал из комнаты, уже на ходу призывая свою силу — Джек! — голос Сэма прозвучал как раскат грома. — Оставайся в особняке. Полная блокировка. Живым отсюда никто не выйдет, пока я не вернусь. Джек Сэвейдж лишь молча кивнул, проверяя затвор своей винтовки. Сэм же, не теряя ни секунды, сорвался с места. Его путь лежал к окраине, к старому заброшенному дому, который он сам когда-то вычеркнул из планов застройки. Координаты не лгали — чужак был там. Прибыв на место, Сэм осмотрелся по сторонам. Заброшенное поместье встретило Сэма гробовой тишиной, изъеденной временем. Перешагнув через ржавую ограду, он привычным движением взвел затвор своего верного «Пустынного орла». Щелчок металла в морозном воздухе прозвучал как приговор. — Ну, поглядим, кто ты такой, — прошептал он, и его голос потонул в сыром мареве, пахнущем гнилой древесиной и многолетней пылью. Сэм двигался как призрак. Его зрение, обостренное магией и инстинктами хищника, сканировало каждый темный угол, каждую трещину в стене. Выйдя на заросшую дорожку, ведущую к запущенному саду, он внезапно замер. Позади, в густых зарослях, раздался отчетливый шорох. Реакция была мгновенной. Сэм развернулся на каблуках, и грохот выстрела разорвал тишину. Эхо ударило по оконным проемам, стряхивая вековую пыль с подоконников. Сэм медленно подошел к кустам, держа ствол наготове, и резким движением отодвинул листву. У его ног лежала разбитая статуя горгульи. Пуля вдребезги разнесла ей голову, превратив камень в крошку. Сэм нахмурился. Инстинкты дали осечку — это был всего лишь ветер, толкнувший старое изваяние. Но не успел он обругать себя, как боковым зрением уловил движение. Угольно-черный силуэт, закутанный в длинный плащ с глубоким капюшоном, промелькнул во дворе и скрылся в глубине коридора. — Эй, стой! — крикнул Сэм, бросаясь вслед. — Я не буду стрелять! Таинственный гость не ответил. На бегу он опрокинул массивную стойку с зонтами, которая с грохотом повалила старую полку. Цветочный горшок вдребезги разлетелся у ног Сэма, заставив того перепрыгнуть через осколки. — Нет, всё-таки я буду стрелять! — процедил Сэм сквозь зубы, чувствуя, как внутри закипает холодная злость. Преследование длилось недолго. Незнакомец взлетел по лестнице и оказался в тупике — на полукруглом балконе, возвышающемся над заброшенным холлом. Пути назад не было. Тьма под капюшоном была непроницаема. Грохот выстрела оглушил, на мгновение вырвав кусок тишины из пространства. Пуля, просвистев в паре сантиметров от капюшона гостя, вонзилась в каменную кладку, выбив облако крошки. Фигура на балконе замерла, окаменев от ужаса. — Стой, где стоишь! — Сэм надвигался медленно, как неотвратимая тень. Он прижал беглеца к самому краю перил. — Выбирай: прыжок с третьего этажа или пуля из «Орла»! Третьего не дано! Гость, осознав абсолютную беспомощность своего положения, медленно опустился на колени у холодной стены. Он закрыл голову руками, словно пытаясь спрятаться от гнева Демиурга. Сэм сделал последний шаг, готовый к любому сопротивлению, но внезапно его взгляд зацепился за деталь: из-под тяжелой ткани черного плаща виднелись тонкие, испачканные белые голени. А затем он услышал это. Тихий, сдавленный женский плач. Ярость Сэма сменилась ледяным оцепенением. Его ладонь мертвой хваткой вцепилась в край капюшона, и он резким движением сорвал его. Мир для Сэма остановился. На него смотрели огромные, полные слез небесно-голубые глаза, в глубине которых теплилось неземное, едва уловимое сияние. Белоснежные волосы тяжелым каскадом рассыпались по плечам крольчихи, контрастируя с черной тканью плаща. — Лина?.. — прошептал он. Его голос, только что судивший и карающий, теперь едва слушался его. — Сэм?.. — она смотрела на него сквозь пелену слез, не веря собственному чуду. Её тело сотрясала дрожь от пережитого холода и смертельного истощения. — Это и вправду ты? — вопрос сорвался с их губ почти синхронно. — Я… я так рада тебя видеть... — Лина задохнулась от рыданий, которые теперь было невозможно сдерживать. — Я думала, что больше никогда не увижу твой взгляд... Весь холодный расчет Созидателя, вся его выверенная логика и стальная воля рухнули в одну секунду. Сэм рванулся к ней, сгребая в охапку и прижимая к груди так крепко, словно боялся, что она растворится в воздухе. Он жадно вдыхал забытый аромат её меха — запах дома и того единственного счастья, которое он когда-то потерял. Это не было магическим эхом или фальшивой проекцией из Книги Мироздания. Под его ладонями билось живое сердце. Настоящее. Их поцелуй стал актом созидания более мощным, чем любое заклинание. Он заново сотворил их общий мир здесь, на грязном балконе заброшенного дома. — Клянусь, — прошептал Сэм ей в самое ухо, не разжимая объятий, пока за окнами сгущались синие сумерки. — Больше никто и никогда не заберет тебя у меня. Мы больше не расстанемся. Поехали домой, Лина.