Глава 4: Окно связи

Хеппи разбудила Джерри ещё до рассвета. Не трогала за плечо — просто включила на кухне чайник. Он открыл глаза почти сразу. Несколько секунд понадобилось, чтобы вспомнить потолок, комнату и причину, по которой никто не стреляет. Потом взгляд сам нашёл терминал. 05:38 — Три минуты, — сказала Хеппи. Джерри сел и проверил ремень под пустым рукавом. — Ты вчера сразу её узнал. — Что? Хеппи кивнула на терминал. — L.I.S. Ты посмотрел на неё так, будто встретил знакомого. Джерри встал. — Почти. Экран пока показывал обычный гражданский слой: [L.I.S. / локальный гражданский слой: ДОСТУПЕН] [Погода: облачно] [Аварийные уведомления: нет активных] [Старый аварийный контур: ОЖИДАНИЕ РЕТРАНСЛЯТОРА] До сих пор всё было именно так, как ночью. Городской слой работал постоянно. Через него район получал погоду, предупреждения, часть навигации и бытовых данных. Но Джерри ждал другого. В 05:41 экран мигнул. [Орбитальный ретранслятор: В ЗОНЕ ВИДИМОСТИ] [Старый аварийный контур: ДОСТУПЕН] [Режим доступа: ТОЛЬКО ЧТЕНИЕ] [Окно: 05:41–05:49] — Началось? — спросила Хеппи. — Да. Джерри подсоединил манжет к сервисному контакту. Хеппи потянулась к розетке. — Если скажешь — выдёргиваю. — Если скажу. — А если не успеешь? — Тогда тоже. — Отличный план. — Рабочий. Интерфейс принял старую подпись. Без предупреждений. Без тридцатисекундного отсчёта. Хеппи заметила. — Вчера у тебя всё время были секунды. — Вчера я заставлял чужие системы что-то делать. — А сейчас? — Сейчас только слушаю. Активный GibberLink был ударом по двери. Быстрым, заметным, после которого защита начинала задавать вопросы. Здесь всё было иначе. Низкомощный старый контур сам отдавал данные человеку с подходящей подписью. Пока Джерри не пытался менять состояние системы, восемь минут были не атакой. Просто разговором, в котором говорил только один собеседник. Он отправил первый запрос. [ЗАПРОС: локальная карта B74–B77] [РЕЖИМ: чтение / низкая мощность] Карта появилась не сразу. Сначала старая сетка улиц. Потом поверх неё легли современные линии. Прямого доступа к полицейским серверам не было. И не требовалось. Камеры потребляли питание. Патрульные рамки отвечали служебным маякам. Закрытые переходы меняли состояние датчиков. L.I.S. видела следы. Джерри собирал из них карту. На ней появились красные зоны наблюдения, участки с высокой служебной активностью и серые провалы, где сигнал терялся среди бетона и старых коммуникаций. Хеппи наклонилась ближе. — Это камеры? — Где-то камеры. Где-то контроль доступа. Здесь — патрульный коридор. — Откуда она знает? — Она не знает. Она видит следы. Джерри приблизил сектор B75. Там пульсировала отдельная отметка. [МОБИЛЬНАЯ СЕРВИСНАЯ АКТИВНОСТЬ] [ТИП: сканирование / локализованное] [ИСТОЧНИК: НЕ ОПРЕДЕЛЁН] Он задержался на строке. — Что? — В районе кто-то двигает сканер. — Полиция? — Может быть. — NovaGen? — Может быть. — Очень полезно. — Зато честно. Он запомнил сектор. И перестроил путь к CherryMerry так, чтобы B75 остался в стороне. Двор-колодец. Старая лестница. Технический проход под рекламной магистралью. Два участка, где бетон и трубы глушили сигнал лучше любого манжета. Карта дрогнула. На секунду поверх неё открылся служебный индекс, которого Джерри не запрашивал. [L.I.S. / ОРБИТАЛЬНАЯ СЕРВИСНАЯ ПЛАТФОРМА] [СЕРВИСНЫЕ ОТСЕКИ: 4] [ОТСЕК 4: ОПЕЧАТАН] [СТАТУС: НЕИЗВЕСТЕН] Джерри нахмурился. — Ещё что-то? — Старый служебный мусор. Хеппи посмотрела на экран, но индекс уже исчез. Джерри не стал вызывать его снова. Если запись действительно важна, она никуда не денется. Если нет — тратить окно на любопытство было глупо. 05:46 Оставалось три минуты. Он сохранил только локальную карту и закрыл доступ. [СЕАНС ЗАВЕРШЁН] Терминал снова превратился в домашнюю метеостанцию. — Ещё три минуты были, — заметила Хеппи. — Поэтому нас сложнее поймать. — Ты всегда заканчиваешь раньше? — Когда могу. Она посмотрела на него с сомнением. — Вчера не выглядело так. — Вчера не мог.

***

Они вышли через пять минут. Маршрут Джерри отличался от того, которым Хеппи привела его ночью. Теперь он видел город вторым слоем. Где камера смотрит прямо. Где её поле перекрывает соседняя. Где старый сервисный тоннель пережил три перестройки и всё ещё соединяет два двора, хотя на современных картах его давно нет. Некоторые линии он узнавал сразу. Другие были полностью чужими. Джерри не пытался решить за одно утро, что именно принадлежит его памяти, а что просто хорошей инженерной логике. Сейчас это не имело значения. Над крышами снова прошёл тяжёлый гул. На этот раз ближе. Хеппи подняла голову. — Вот. Джерри тоже посмотрел наверх. Облака. Ничего больше. — На SkyRing? — спросил он. — Похоже. — Или выше. — Это должно меня успокоить? — Нет. Они продолжили путь.

***

В CherryMerry уже открывали ставни. Агата сидела за стойкой с кружкой чего-то тёмного и явно слишком крепкого для нормального утра. Она посмотрела сначала на Хеппи. Потом на Джерри. — Вернулись. — Как договаривались, — сказал он. — Люди часто договариваются. Возвращаются реже. Агата поставила кружку. — Что увидел? — Достаточно, чтобы понимать: район сканируют. Она не удивилась. Это было хуже удивления. — Знали? — Подозревали. — Кто? — Если бы знала, это называлось бы не подозрением. Джерри сел. — Мне нужен след Риты. Агата помолчала. — За годы, которых ты не помнишь, город научился хранить историю очень выборочно. — Я уже заметил. — Нет. Пока только вывески видел. Она кивнула куда-то вверх, хотя за потолком было ещё несколько километров бетона, конструкций и города. — На SkyRing есть музей истории Аурелии. Хеппи поморщилась. — Музей истории Эггмана. — Он предпочитает более длинное название. Джерри смотрел на Агату. — И? — Там есть зал сопротивления. — Пропаганда. — Конечно. — Почему мне должно быть интересно? Агата перевела взгляд на его пустой рукав. — Потому что часть тебя уже там. Джерри не пошевелился. — Что именно? — Левая рука. Тишина продержалась несколько секунд. — Моя? — Насколько я знаю. Он посмотрел на пустой рукав. Вчера тот был просто фактом. Теперь где-то наверху существовал его недостающий кусок — под стеклом. С подписью. С версией истории, написанной людьми Эггмана. — Как она там оказалась? — Не знаю всей цепочки. Ответ прозвучал достаточно быстро, чтобы Джерри не поверил полностью. Но давить не стал. Пока. — Она рабочая? — Я не инженер. — Ты знаешь, что я спрашиваю. — Знаю. И не знаю ответа. Агата наклонилась ближе. — Каждый здесь помнит своего Джерри. Для одних ты террорист. Для других — человек, который открывал двери во время Потопа. Для музея ты доказательство того, что сопротивление закончилось. — Удобно. — История вообще удобна, когда тот, о ком её пишут, не приходит спорить. Хеппи посмотрела на него. — Ты хочешь её забрать. — Да. — Прямо сейчас? — Нет. Хеппи явно удивилась. Джерри продолжил: — Сначала Рита. Агата едва заметно кивнула. Проверка пройдена. — Тогда слушай. Она достала сложенный лист старой бумажной карты и развернула на стойке. — Перед исчезновением Рита несколько раз пользовалась маршрутами, которых нет в официальных схемах. — Сервисными? — Иногда. — Контрабандными? — Иногда. — Картельными? Агата посмотрела на него. — Быстро учишься. — Ты вчера сказала слово. — А ты запомнил. Её палец остановился на узком участке между нижним поясом и сухими секторами ближе к SkyRing. — Последний уверенный след ведёт сюда. — Что там? — Не место. Человек. Хеппи напряглась. — Кто? Агата некоторое время смотрела на неё, словно решала, стоит ли произносить имя при ней. — Мартен. — Я его не знаю. — Это хорошо. Джерри перевёл взгляд на карту. — Что продаёт? — Маршруты. — Только? — Маршруты, доступ и тишину. Иногда этого достаточно, чтобы купить человека целиком. Хеппи скрестила руки. — Он картель? — Когда ему выгодно. — Мэрия? — Когда ему выгодно. — Значит, он работает на всех. — Нет. Он работает на то, чтобы маршруты оставались товаром. Джерри понял. Открытый город был плох для такого бизнеса. Чем больше закрытых дверей, пропусков, серых переходов и чужих запретов, тем дороже человек, который умеет провести между ними. — Рита говорила с ним? — Я этого не сказала. — Но отправляешь меня к нему. — Потому что если она шла выше через старый нижний слой, Мартен либо знает её маршрут, либо знает того, кто его продал. Агата сложила карту. — И потому что по сетевому следу ты её не найдёшь. — Почему? — Рита не идиотка. — Хорошо. — А Мартен зарабатывает именно на том, чтобы хорошие системы ничего не видели. Джерри встал. — Где? Агата достала маленький чёрный модуль. Плоский. Без маркировки, кроме трёх точек и короткой полосы. Положила на стойку. — Покажешь это. — Ключ? — Нет. Разрешение не выгнать тебя сразу. — Щедро. — Не путай доступ с безопасностью. Джерри взял модуль. Хеппи уже двигалась к двери. — Ты остаёшься, — сказала Агата. Она остановилась. — Нет. — Хеппи. — Это моя мама. — Именно поэтому. — Я не буду сидеть здесь, пока он идёт к человеку, который может знать, где она. Агата открыла рот. Джерри опередил: — До двери. Хеппи повернулась к нему. — Что? — Идёшь со мной до точки. Внутрь не входишь. Если через шесть минут меня нет — уходишь. — Почему шесть? — Потому что пять ты бы сочла слишком мало, а десять — слишком много. Хеппи несколько секунд смотрела на него. — Семь. — Шесть. — Шесть с половиной. — Шесть. — Ненавижу тебя. — Хорошо. Значит, договорились. Агата закрыла глаза. — Теперь вас двое.

***

До точки Мартена они шли почти сорок минут. Не по прямой. Джерри использовал утреннюю карту только там, где она давала преимущество. Остальное доверял Хеппи: какие лестницы шумят, какие двери запирают днём, в каких дворах люди слишком хорошо запоминают чужие лица. Последние два квартала стали суше. Меньше сырости. Больше закрытых окон. На стенах чаще появлялись камеры, но реже — полицейские знаки. Это говорило больше любых эмблем. Хеппи остановилась возле узкого прохода между двумя техническими зданиями. — Здесь? Джерри сверился с меткой на модуле. Три точки. Полоса. Та же отметка была выцарапана на металлической пластине возле неприметной двери. — Здесь. — Шесть минут. — Я помню. — Если будет семь, я вхожу. — Нет. — Тогда выходи за шесть. Джерри посмотрел на неё. — Если станет опасно, уходишь. — Если станет опасно тебе или мне? — Да. — Это не ответ. — Другого нет. Хеппи раздражённо выдохнула. — Шесть минут. Джерри приложил чёрный модуль к пластине. Щелчок. Дверь приоткрылась. За ней был короткий тёмный коридор и ещё одна дверь без ручки. Он вошёл. Первая закрылась за спиной. Вторая открылась сама. Комната оказалась небольшой. Стол. Две кружки. Тусклая лампа. На стене — ни одного экрана. За столом под тусклой лампой кто-то сидел. Мартен поднял взгляд. Сначала на лицо Джерри. Потом на пустой левый рукав. Потом на чёрный модуль в его руке. Несколько секунд ничего не говорил. А затем улыбнулся едва заметно. — Джерри... Он откинулся на спинку стула. — Значит, Агата всё-таки решила, что сегодня будет интересный день.