Часть 2

Солнце Калифорнии — штука приятная, но навязчивая. Оно лезет в глаза, даже когда ты просто пытаешься найти нужную дверь, а не позировать для обложки журнала. Я сделала глоток кофе из картонного стаканчика и поморщилась. Плохой. Совсем плохой. В Нью-Йорке за углом я знала четыре места, где делают идеальный флэт уайт. Здесь же, в «Бейкон Хиллз», пришлось довольствоваться тем, что нашлось в первой попавшейся забегаловке. Слишком водянисто. Слишком… провинциально. «Бейкон Хиллз». Школа выглядела как типичная декорация для подросткового сериала: свежевыкрашенные стены, флажки, зеленая лужайка. Только вот сериалы я смотрела, живя в Нью-Йорке, а теперь мне предстояло в нем играть. — Просто семестр, — прошептала я самой себе, поправляя лямку рюкзака. — Просто семестр, и папа поймет, что его командировка — идиотизм, и мы вернемся обратно. Запах коридора ударил в нос: дешевый освежитель воздуха, пот после физкультуры и чужая жизнь. Вокруг сновали люди. Они смотрели на меня. Не пялились откровенно, но косились. Новая девочка. Всегда событие. Мне было плевать. Правда. Я привыкла быть невидимкой в толпе из восьми миллионов человек. Здесь толпа была в лучшем случае на восемьсот, но чувствовала она себя центром вселенной. Первым делом нужно найти убежище. Место, где можно переждать первую волну внимания и составить план, как не сойти с ума от скуки. Библиотека. Они везде одинаковые. Пахнет книжной пылью, старым клеем и тишиной. Моя стихия. Я толкнула тяжелую дверь и сделала шаг в спасительную прохладу. Здесь было пусто. Идеально. Библиотекарь — женщина с добрым лицом и очками на цепочке — улыбнулась мне: — Ты, должно быть, новенькая? Брок, да? — Элли, — кивнула я, вежливо улыбнувшись в ответ. — Можно просто посидеть тут до звонка? — Конечно, дорогая. Осваивайся. Я прошла в самый дальний угол, села за стол, который стоял у окна, выходящего во внутренний двор. Достала книгу — в бумажном переплете, никаких электронных копий, — и поставила стакан с ужасным кофе на стол. Маленький кусочек привычного мира. — Ух ты, «Сто лет одиночества». Тяжелая артиллерия для первого дня. Я подняла глаза. Передо мной стоял парень. Худощавый, темноволосый, с очень живыми карими глазами и улыбкой, которая, кажется, была приклеена к его лицу по умолчанию. Он держал в руках стопку книг, которая вот-вот должна была рухнуть. — Маркес — единственное, что спасает от культурного шока, — ответила я, изучая его. Не местный красавчик с обложки, но в нем чувствовалась какая-то искра. Беспокойная энергия. — О, культурный шок? Ты из Европы? Или из Лос-Анджелеса? У нас тут Лос-Анджелес считается почти другой планетой, — он попытался пожать плечом, и книги действительно покачнулись. — Чёрт. Я не удержалась от легкой усмешки и кивнула на стол напротив. — Подстраховать? А то похоронишь нас обоих под энциклопедиями. — Нью-Йорк, — ответила я, пока он сгружал свой груз на стол. — Я из Нью-Йорка. Парень присвистнул, усаживаясь напротив без спроса. — Ого. Да, Бейкон Хиллз после Большого Яблока — это как с Марса на Землю. Я Стайлз, кстати. Стайлз Стилински. Местный гид по спасению от скуки, специалист по слухам и по совместительству лучший друг местного капитана лакросс-команды, что звучит круче, чем есть на самом деле. Он тараторил без умолку. Это не раздражало. Это было забавно. Как радио, которое включили на полную громкость, чтобы заглушить тишину. Такой человек мог бы пригодиться, чтобы узнать, где здесь можно найти приличный кофе. — Элли, — представилась я, отпивая из стакана и снова морщась. Стайлз проследил за моим взглядом. — «У Салли»? Кофе там — вода из-под крана с добавлением песка. Запомни: если хочешь жить — иди в «Кофе-хаус» на Гранд-авеню. Берут зерна из Сан-Франциско. Я приподняла бровь, оценивая. Парень не так прост. Разбирается в кофе — уже плюс сто к карме. В этот момент дверь библиотеки снова открылась, и вошла она. Идеальная. Высокая, рыжая, с лицом фотомодели и осанкой королевы. За ней семенили две девушки, которые, кажется, копировали её жест. — Стайлз, ты опять здесь хоронишь свои зачатки мозгов? — пропела она, даже не взглянув на меня. Стайлз мгновенно сдулся. Его уверенность дала трещину. — Лидия, я, э-э… книги сдаю. Вот. — Ммм, — она перевела взгляд на меня. Холодный, оценивающий. Взгляд, который говорил: «Ты мне не ровня, но раз ты сидишь с этим лузером, ты безопасна». — Новая девочка. Добро пожаловать в ад, дорогая. Совет: не связывайся с неудачниками. Она изящно развернулась и вышла, даже не взяв книгу. Я проводила её взглядом, потом посмотрела на покрасневшего Стайлза и спокойно сказала: — Милая девушка. Наверное, единственная тема для разговора в этом городе — налоги и урожай кукурузы, если она здесь королева? Стайлз уставился на меня, потом расплылся в широкой, почти безумной улыбке. — Ты мне нравишься, Элли из Нью-Йорка. — Взаимно, Стайлз, — я закрыла книгу, понимая, что читать сегодня вряд ли дадут. — Рассказывай про свой город. Что тут еще есть, кроме сварливых барменш, королев драмы и… — я посмотрела в окно, на футбольное поле, где тренировались парни, — …стаи местных красавчиков? Стайлз проследил за моим взглядом, и его улыбка стала странной. Почти загадочной. — О, красавчики — это отдельная тема. Особенно некоторые из них. Но про них, Элли, либо ничего, либо всё. И я пока не знаю, готова ли ты ко всему. Я фыркнула. — Детка, я выросла в городе, где человек в костюме Бэтмена на Таймс-сквер — это обычная среда. Думаешь, меня здесь чем-то удивишь? Стайлз откинулся на спинку стула, загадочно блестя глазами. — Посмотрим, — сказал он. — Добро пожаловать в Бейкон Хиллз. Я не знала тогда, что в его словах было гораздо больше правды, чем в моей самоуверенной усмешке. Но первое утро в новой школе, кажется, переставало быть тоскливым. Звонок прозвенел неожиданно, вырывая меня из разговора со Стайлзом. Мы проболтали почти весь урок? Я мельком глянула на часы — так и есть. Странно. Обычно я не подпускаю к себе людей так быстро. — Мне пора на алгебру, — вздохнула я, собирая книгу обратно в рюкзак. — Какая тут у вас система? Учителя реально верят, что мы будем учиться, или можно просто отсидеться? — Зависит от учителя, — Стайлз вскочил, помогая мне придержать стопку тетрадей. — Но алгебра у нас с миссис Финч — она видит всё. Даже то, чего нет. Говорят, у неё рентгеновское зрение, так что шпаргалки прячь глубоко. Мы вышли в коридор, и я снова попала в водоворот учеников. Толпа здесь двигалась иначе, чем в Нью-Йорке — медленнее, но более хаотично. Все знали друг друга, перекрикивались через весь коридор, обнимались на ходу. — Вон, смотри, — Стайлз незаметно ткнул пальцем в сторону группы парней в спортивной форме. — Капитан команды по лакроссу, Скотт МакКолл. Мой лучший друг. Он, кстати, тоже любит книги. Не так, как ты, но читает комиксы, это считается? Я присмотрелась. Парень с тёмными волосами и добрыми глазами, которые, однако, смотрели настороженно. Он словно сканировал толпу в поисках угрозы. Странно для школьного спортсмена. — У него взгляд как у овчарки, — заметила я. — Постоянно начеку. Стайлз хмыкнул, но ничего не ответил. В этот момент парень по имени Скотт обернулся и встретился со мной взглядом. На секунду мне показалось, что его зрачки странно расширились, почти закрыв радужку. Но тут же моргнула, и всё стало нормально. Наверное, игра света. — Познакомлю вас позже, — пообещал Стайлз. — Если выживешь после алгебры. Алгебра оказалась скучной до зубного скрежета. Миссис Финч действительно видела всё: я честно пыталась слушать, но уровень местной программы отставал от нью-йоркской на пару лет. В тетради вместо записей я рисовала кофейные чашки и силуэты небоскрёбов. На большой перемене я снова сбежала в библиотеку. Тишина. Покой. Никто не спрашивает, почему у тебя такой акцент (у меня нет акцента, это у них он есть) и не зовёт тусоваться на стадион. Я устроилась в своём углу, достала Маркеса, но читать не могла. Мысли путались. Всё это место казалось слишком... спокойным. Слишком идиллическим. В Нью-Йорке ты всегда чувствуешь ритм, опасность, адреналин. Здесь даже воздух другой — сладкий, расслабленный. — Можно присесть? Я подняла глаза. Рядом стояла та самая рыжая королева, Лидия. Одна. Без свиты. — Свободно, — я повела плечом, возвращаясь к книге. Она села напротив, положила на стол тонкий телефон и уставилась на меня. Я чувствовала этот взгляд кожей, но не поднимала головы. — Ты дружишь со Стайлзом, — начала она. Это был не вопрос. — Мы разговаривали. — Он странный, — продолжила Лидия. — Но безобидный. А вот с кем тебе точно не стоит дружить, так это с его компанией. Со Скоттом и компанией. Я наконец оторвалась от книги и посмотрела на неё в упор. — Ты пришла меня предупредить? Мило. Только я сама решаю, с кем мне дружить. Лидия наклонила голову, изучая меня как диковинного зверька. — Ты не понимаешь. Здесь всё не так, как в твоём Нью-Йорке. Здесь люди пропадают. Умирают. И это всегда связано с ними. — С кем? С командой по лакроссу? Она промолчала, только сжала губы. В её глазах мелькнуло что-то похожее на страх. — Просто будь осторожна, — сказала она и встала. — И не ходи одна в лес. Никогда. Она ушла так же внезапно, как появилась, оставив меня с неприятным холодком под ложечкой. Городок сходил с ума по лакроссу, девушки помешаны на капитанах, а тут ещё и лес с намёками на опасность. Прямо сценарий фильма ужасов. Я решила, что пора изучить местность самостоятельно. В конце концов, я девушка самостоятельная, и если здесь есть лес, значит, там есть тропинки. А где тропинки, там можно гулять и слушать музыку. После уроков я не пошла к автобусу, а направилась к опушке, которая виднелась за школой. В ушах играл любимый плейлист — инди-рок с нью-йоркским вайбом. Солнце клонилось к закату, раскрашивая небо в оранжевые тона. Лес оказался красивым. Сосны, дубы, запах хвои и прелой листвы. Я шла по тропинке, пиная шишки, и почти забыла о странных предупреждениях. Почти. Тишина. Музыка играла громко, но сквозь неё я вдруг услышала хруст веток. Кто-то шёл следом. Я обернулась — никого. Сердце ёкнуло. Я сняла наушники. Тишина. Только птицы. — Привет? — позвала я на всякий случай. Никто не ответил. Я ускорила шаг, решив, что пора возвращаться. Но тропинка, казалось, стала длиннее. Я не помнила, чтобы заходила так далеко. И тут из-за деревьев вышел ОН. Парень. Высокий, с тёмными взлохмаченными волосами, в кожаной куртке, несмотря на тёплый вечер. Он стоял и смотрел на меня. В упор. Не двигаясь. Я замерла. Что-то в его взгляде было неправильным. Слишком пристальным. Слишком... голодным. — Ты заблудилась? — спросил он. Голос низкий, с хрипотцой. — Нет, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Я знаю дорогу обратно. Я сделала шаг в сторону, чтобы обойти его, но он двинулся следом, перекрывая путь. — Здесь опасно одной, — сказал он. — Особенно в это время. — Спасибо за беспокойство, но я справлюсь, — я сжала в кармане ключи, как учил папа. Если что — бить между пальцев. Парень усмехнулся. Уголки губ приподнялись, и на секунду мне показалось, что я вижу... клыки? Бред. — Ты новенькая, — сказал он. — Из Нью-Йорка. Элли, кажется. — Откуда ты знаешь? — Маленький город, — он пожал плечами. — Здесь все всех знают. Я Дерек. Он не протянул руки. Просто стоял и смотрел. От этого взгляда хотелось провалиться сквозь землю. Или бежать без оглядки. — Приятно познакомиться, Дерек. А теперь прости, мне пора. На этот раз я рванула в сторону, огибая его по широкой дуге, и побежала по тропинке. Бежала, пока не выскочила на школьную парковку, где всё ещё стояло несколько машин. Сердце колотилось как бешеное. Я обернулась — лес был пуст. Никакого Дерека. — Эй! Ты чего бежишь? Голос Стайлза раздался неожиданно. Он стоял у своей старой синей машины с двумя стаканчиками кофе. — Я... гуляла, — выдохнула я. — В лесу? Одна? — его лицо вытянулось. — Ты с ума сошла? Тебе Лидия не говорила? — Говорила, — призналась я, подходя ближе и принимая стаканчик. — Кофе? — «Кофе-хаус», как обещал, — кивнул Стайлз. — Садись, подвезу. По дороге расскажешь, кого видела в лесу. Я уставилась на него. — С чего ты взял, что я кого-то видела? Стайлз замялся, переступил с ноги на ногу. — Ну... у тебя лицо такое. Как будто призрака встретила. Или хуже. Садись давай, а то стемнеет совсем. Я села в машину, пахнущую бензином и мятной жвачкой. Стайлз завёл мотор и вырулил с парковки. — Ну? — спросил он. — Какой-то парень. Дерек. Странный, в кожаной куртке. Стоял и пялился. Стайлз резко нажал на тормоз, и я чуть не врезалась головой в панель. — Ты встретила Дерека Хейла? В лесу? И жива? — А что, должен был съесть? Стайлз посмотрел на меня очень серьёзно. Впервые за всё время его глаза не улыбались. — Слушай, Элли. Я понимаю, ты считаешь нас деревенщиной и всё такое. Но здесь реально творится жесть. И Дерек Хейл — часть этой жести. Его семья... в общем, их дом сгорел несколько лет назад. Все погибли. А он вернулся недавно. И с тех пор начали пропадать люди. Я молчала, переваривая информацию. — Ты хочешь сказать, он убийца? — Я хочу сказать, держись от него подальше, — Стайлз снова нажал на газ. — И от леса подальше. Особенно в полнолуние. — Полнолуние? — я фыркнула. — Серьёзно? Вы тут в оборотней верите? Стайлз бросил на меня быстрый взгляд и ничего не ответил. Мы ехали молча. За окнами проплывали аккуратные домики, газоны, деревья. Идиллия. Но после сегодняшнего дня я начала сомневаться, что это просто идиллия. — Приехали, — Стайлз остановился у двухэтажного домика, который папа снял на время командировки. — Держись, Элли из Нью-Йорка. Здесь каждый день Хэллоуин, просто ты пока не в курсе. Я вышла из машины, сжимая в руках остывший кофе. — Спасибо, Стайлз. За кофе и за... предупреждение. — Обращайся, — он улыбнулся своей обычной кривой улыбкой. — Завтра в школе расскажешь, не приснился ли тебе Дерек. Спойлер: приснится. Он уехал, а я стояла на крыльце и смотрела на тёмный лес за околицей. Где-то там, в темноте, возможно, всё ещё стоял тот парень с волчьими глазами. Я вздрогнула и быстро зашла в дом, заперев за собой все замки. Нью-Йорк показался вдруг невероятно далёким и безопасным. А Бейкон Хиллз только начинал раскрывать свои карты.