Глава 4. С такими друзьями и враги не нужны

      Йеджи тихо, смиренно вздохнула, выходя за пределы школы. Уже издалека она видела, как её ждал Сон Джэ, бросая презрительный взгляд на каждого выходящего школьника, слегка прищурив глаза.       — Я думала, уже не придёшь, а ты прямо почти как джентльмен стоишь и ждёшь, — произнесла она с усмешкой, подходя к нему.       — Если скажешь, что соскучилась, даже рюкзак твой понесу, — он довольно усмехнулся в ответ, обхватывая её плечи своей рукой.       — Ещё чего, не дождёшься, — девушка язвительно фыркнула, но не стала смахивать с себя его ладонь.       — Да и похер, — он резким движением стянул с плеч Йеджи рюкзак и надел на свои. — Ножки у тебя отпад. Ещё в клубе заметил.       Он бросил хищный, оценивающий взгляд по её фигуре в школьной тёмно-синей форме. Она подтолкнула его плечом, начиная идти вперёд, тихо рассмеявшись над его комплиментом.       — Ты сам, я так вижу, не хочешь учиться? — она посмотрела на его бордовые пиджак и брюки. — Твои ножки хоть и не видно, уверена, они тоже ничего.       — Хочешь увидеть? — он обнял её, положив свою горячую ладонь на поясницу девушки.       — Как-нибудь в другой раз, — Йеджи тяжело выдохнула и поджала губы. — Из-за тебя у меня всю ночь в груди неприятно сжималось. Ты плохо на меня влияешь.       — Значит, сердце твоё по мне скучало. Даже тело твоё намекает, — он широко, довольно улыбнулся, обнажив белоснежные зубы.       — Когда моё сердце болит — в этом нет ничего хорошего, — девушка закатила глаза. — Так что убогих, вообще-то, жалеть надо.       — Убогих? Киса, ещё раз откроешь рот в подобном ключе — засосу тебя так, чтобы больше не смела так говорить о себе, — он посмотрел на неё спокойно, но несколько хмуро и недовольно. — Херня в сердце не делает тебя какой-то в моих глазах особенной. Ты обычная, такая же, как и все.       — Будь я для тебя обычной, ты не стал бы ко мне клеиться, — Йеджи остановилась, посмотрев Гыму в глаза. — Скажи честно, зачем я тебе?       — А то не понятно? — он сделал к ней шаг, сократил расстояние между ними до минимума, наклонился и почти коснулся губами уха девушки. — Там, в машине, мы классно потрахались. Мне понравилось, и я ещё захотел.       Йеджи почувствовала, как его дыхание обожгло кожу на шее, вдоль её позвоночника даже пробежали мурашки. Щёки предательски вспыхнули от туманных воспоминаний, и сердце от этого забилось быстрее.       — В жопу иди, — злобно, сквозь зубы, отозвалась девушка, сверкнув глазами, стараясь не показать своего смущения.       — Здесь? Вот так сразу? Может, хотя бы отель снимем какой? Или к тебе зайдём? — он усмехнулся и достал из кармана пачку сигарет, выбрал из коробки одну и закурил.       — Ты всегда такой озабоченный? — Йеджи нахмурилась, мельком взглянув на дымящуюся сигарету у него в руке.       — Брось, детка. Нам обоим всё очень понравилось, и чего уж скрывать, мы идеально друг другу подходим. Я даже готов терпеть твои подколы, ведь они создают особую атмосферу, — он протянул ей ладонь с сигаретой. — Будешь?       Девушка в ответ помотала головой, продолжая смотреть на него серьезно.       — Переспать с тобой было ошибкой, и…       — Ты знаешь, — он не дал ей договорить, — иногда нужно много раз ошибиться, чтобы понять, как ты влюблена в человека, — он лукаво подмигнул ей, опять усмехнувшись.       — А давно ты считаешь себя человеком, а? — спросила она, не подумав, и увидела, как медленно улыбка сошла с его лица.       — Я вижу, ты забыла, с кем имеешь дело, киса, — Сон Джэ на мгновение замер, и Йеджи увидела, как злобно у него сверкнули глаза.       Он выкинул сигарету, не докурив, угрожающе на девушку двинулся, заставляя её тяжело выдохнуть. Она сделала шаг назад. Йеджи выставила перед собой обе руки, но юношу было не остановить. Ещё пару шагов, она ощутила, как спина наткнулась на холодную стену в наземном очередном переходе.       — Ты меня чертовски пугаешь, Сон Джэ, — произнесла Йеджи тише.       — Да что ты, — он наклонил голову вбок, прислонил к стене левую ладонь возле её головы и правую положил девушке на бедро. — За языком надо было следить.       — И как мне удержаться и не поязвить, когда ты позволяешь мне это?       Гым продолжал смотреть ей в глаза слишком пристально, сердито.       — Значит, трëп свой отказываемся контролировать? — он подхватил указательным пальцем её подбородок.       Её сердце затрепетало внутри, стоило ему лишь наклониться, и девушка усмехнулась ему в губы.       — Тут кроме нас, вообще-то, тоже ходят люди, — голос Йеджи дрогнул, и когда Сон Джэ коснулся рукой её волос, убрав выбившуюся прядь за ухо, она нервно сглотнула слюну. — Перестань давить на меня, или хуже будет.       — И что же ты сделаешь, киса? Скажешь, что тебе снова херово?       — Да, упаду в руки и дам себя полапать немного.       Её ответ его рассмешил. Сон Джэ немного оттаял и снова повёл девушку за собой, но не в сторону её дома.       — У меня планы на вечер, — тут же произнесла Йеджи, взяв молодого человека за руку, не замечая, как переплелись их пальцы между собой, направляя парня в сторону района, где жила.       — Да брось, — он крепче вцепился пальцами ей в руку. — Сходим, поиграем немного.       — Я бы и рада, но не могу. Мы с сёстрами сегодня идём в кино, даже билеты уже купили. Хотели выбраться вместе впервые за этот год.       — Знаешь, кто ты после такого? — выдохнул он раздражённо.       — Знаю, можешь не произносить.       Он довёл Йеджи до дома, и девушка видела, как он не хотел отпускать. Не хотел уходить и отдавать ей рюкзак, будто предчувствовал, что она ввяжется без него в неприятности.       — Какой хотя бы сеанс? Во сколько? На что идёте? — спросил он её, завалив вопросами.       — Джису хотела сходить на ужастик, в девять, — Йеджи медленно вздохнула, понимая, что он не отстанет, пока всё не узнает. — Встречать меня после кино вздумал?       — Посмотрим на твоё поведение, — ответил Сон Джэ, не выпуская её руки.       — За мной не увязывайся. Ещё раз говорю — я пойду с сёстрами, — она хотела высвободить свою руку, но молодой человек лишь усмехнулся её слабым попыткам.       — Больно надо слушать вашу бабскую болтовню, — ответил он суше обычного. — Если сегодня не свидимся, завтра снова зайду за тобой.       — Я и без тебя одна прекрасно всегда добиралась домой. В няньки мне набиваешься? — ей всё-таки удалось высвободить свою ладонь и отправить её в карман школьной формы.       — Бери выше, киса.       — В женихи? — она удивлённо вскинула брови. — Я не планировала выходить замуж, ну не знаю… — Йеджи ненадолго задумалась, — лет до тридцати.       — С фантазией у тебя, я вижу, неплохо, но события, давай-ка, не торопи, — он подошёл к ней так близко, что у неё снова всё замерло внутри. — Телефон свой дай мне уже, пока не огребла проблем.       — А ты меня попробуй через социальные сети найти, раз так хочется общаться поближе.       — Мне, блять, делать больше нечего.       — Тогда не судьба. Адьëс, — девушка подмигнула ему на прощание и поспешила уйти, пока он не вцепился ей в руку или куда-то ещё.       Дома её ждали не самые приятные новости. Сёстры, одна и вторая, вдруг резко поменяли свои планы, отказавшись идти в кино, и решили пойти на свидания, каждая со своим новым кавалером.       — Предательницы, — проворчала Йеджи, подумав, что могла бы провести этот вечер в компании Сон Джэ.       Девушка вдруг поняла, что начала скучать по нему и пожалела, что так и не дала Гыму свой номер. Но с билетами нужно было что-то решать, и скорее.       Она первым делом написала друзьям, и, на удивление, парни ответили быстро. Девушка даже выдохнула с облегчением, что не придётся идти одной, ведь билеты оплачены, и через пару часов она уже была в кино, разглядывая афиши. Сначала пришёл Уджин, а затем в кинотеатр зашёл и Юн. Йеджи хотела поговорить со вторым, но он даже не позволил ей и слова произнести, бросив мельком сухое «всё в порядке». Девушка, сомкнув губы, почувствовала лишь ещё большую перед ним вину и предложила купить ему что-нибудь из еды, но молодой человек отказался.       Он переписывался с кем-то, не отрывая глаз от телефона, как и Уджин. До сеанса оставалось ещё двадцать минут, и Йеджи боялась, что все это время они втроём будут сидеть молча друг перед другом, но внезапно с ней всё-таки заговорил Юн.       — Слушай, нам и правда надо поговорить, — он убрал телефон, и решительно схватив девушку за локоть, повёл в сторону.       Йеджи не придала его поступку никакого значения, когда он отвёл её куда-то вглубь здания, где пахло краской, строительными материалами и пылью.       — Куда мы идём? — спросила она, вдруг почувствовав что-то неладное лишь тогда, когда он подвёл её к какой-то старой двери, скрипучей, с обшарпанной краской. — Юн? Что…       Он не дал ей договорить. Йеджи почувствовала на губах, руках и груди чужие руки. Будто что-то её сначала заставило замолчать, ударило головой о стену с такой силой, что девушку на несколько секунд выбило из колеи. Она смогла пошевелиться лишь тогда, когда ощутила, что её в старой, пахнувшей грязью подсобке прижали лопатками к полу, расстегнув толстовку.       Её зубы беспомощно царапали ладонь Юна, не позволяя ей произнести ни слова. В фильмах казалось, можно было укусить насильника, дать отпор, но девушка не могла даже пошевелиться, не веря, что сейчас происходило с ней именно это.       Йеджи дрожала, прокручивала всю их дружбу в своей голове. Уджин сжимал её запястья так больно и сильно, что наверняка на её коже останутся синяки.       Она слышала, как произвольно рвалась на ней от грубости сначала толстовка, а потом и футболка, чувствовала, как обнажалась со шрамом кожа, как сердце стучало, отдавая в виски. Йеджи хотелось кричать, но сквозь чужие пальцы не получалось. Слезы и мольба застряли в горле. Даже когда один раз удалось вырвать руку, она почувствовала, как ногти беспомощно шкрябали футболку Юна, не доставая до кожи.       — Харэ ломаться, ты ведь не девственница, — раздражённо, издевательски произнёс Юн, сев сверху на неё чуть выше коленей, больно и неприятно сжимая пальцами её грудь через бельё. — Я не дурак, прекрасно понял, чем вы с Сон Джэ занимались в моей машине. Подумал, может и мне вдруг перепадёт, раз ты даёшь всем направо и налево, — он провёл по её щеке свободной холодной рукой, щекоча пальцами кожу, заставляя в животе девушки всё неприятно сжаться до боли. — Ты обычная шлюха, а не друг.       Йеджи всхлипнула и тут же получила шлепок по лицу. Пощечина вышла звонкой, болезненной, но девушка ощутила, как с губ из-за этого исчезла его рука. Успела лишь сделать вдох, умоляющий стон снова пришëлся на чужие пальцы.       Уджин ещё болезненнее сжал её запястья, встряхнул тело девушки так, что она ударилась затылком о пол. С глаз Йеджи посыпались искры, голову обдало болью и почему-то холодом, будто она съела слишком много мороженого. Ей не хотелось верить в происходящее, словно здесь была не она и не её друзья. Она прокручивала в голове все моменты с детства: садик, первый класс, средняя, теперь старшая школа. Ей хотелось кричать, но не от физической, а от моральной боли. И она увидела взгляд Юна перед собой — решительный, издевательский. Девушка лишь успела мотнуть отрицательно головой, когда чужая рука ушла от лица, и губы Юна накрыли её.       Его поцелуй был грубым, неловким, мерзким. Даже сквозь плотно сжатые губы она ощутила, каким он был мокрым, резким. Её затошнило. И тогда она ощутила уже поцелуй Уджина на своём обнажённом плече, вызывая ещё бóльшую леденящую дрожь. Йеджи захотелось наблевать от этого. Всё равно что быть в отношениях с братьями.       Юн отстранился, снова зажал рукой ей рот. Живот неприятно скрутило, с горла, сквозь чужую ладонь, раздались подобие всхлипов. Ей на ухо Уджин стал шептать непристойности, свои планы с ней, желания, позы и добавил в конце:       — Будешь ломаться, сука, возьмём тебя насухую.       Йеджи не могла вырваться: парней двое, и они были куда сильнее её. Она перестала брыкаться, решила немного поддаться, хотя по её испуганным глазам парни, наверняка, не поверили, но этого хватило, чтобы она успела высвободить руку, убрать мокрую, вспотевшую чужую ладонь от своих губ.       Она вскрикнула что есть сил. На пару секунд, но так, что надеялась: кто-нибудь услышит и придёт проверить, всё ли в порядке. Но кругом была тишина, надежда Йеджи растаяла, и девушка закрыла глаза.       Сколько раз она парней отовсюду вытаскивала, просила не трогать их перед другими драчунами, имитировала приступ, чтобы этих двоих не трогали. И хоть она чувствовала вину перед Юном за случай в машине до этого дня, теперь понимала, что в каждой драке они получали ровным счётом то, что заслужили. Терпение в момент кончилось, они осушили эту чашу до дна. Разорвали, растоптали доброе к себе отношение.       Йеджи почувствовала, как безвольно ладони и плечи были зажаты в чужих руках, ногами не ударить — они плотно сведены, и она ощущала, как чужие дрожащие пальцы одной руки пытались расстегнуть на её джинсах пуговицу и замок.       Она уже представляла, как будет давать показания в полицейском участке, как обо всём расскажет родителям, как все вокруг назовут её мерзкой, развратной и грязной. Но внезапно снаружи дверь вздрогнула, замок затрещал, один удар выдержал, а со второго открылась хлопком. Йеджи открыла глаза, когда Юн отвлёкся и приподнялся, и ударила его коленом между ног. В дверном проёме, злой, как в приступе бешенства, стоял Сон Джэ. Его трясло, как в сильнейшей лихорадке. Он видел её испуганную, дрожащую от страха, а она его в приступе злости.       Почувствовав, что её отпустили, Йеджи села и прикрыла себя трясущимися руками. Когда бывшие друзья отступили, она прижалась левым боком к стене, отвернувшись, лишь бы Сон Джэ не увидел её шрама. Она видела, как он снял очки со своего носа, расстегнул мастерку и бросил её в девушку без объяснений, начиная избивать тех, кто хотел причинить ей вред. Очень быстро Йеджи почувствовала запах чужой крови, когда надевала на себя одежду Сон Джэ. Она, дрожащая, но хотя бы целая, сидела в стороне на полу, закрыв глаза. Слышала каждый удар, вздрагивала в плечах, но не мешала ему.       Йеджи надеялась, что он не повредит себе руку, но побьет их так сильно, чтобы они даже не посмели подумать снова напасть на неё. Время медленно шло. Девушка решила открыть глаза и наблюдала за избиением. Слышала, как что-то хрустело у бывших друзей, как парни стонали от боли, но девушка уже знала, что больше никогда за них она не заступится, и эти двое получили сполна за то, что хотели её изнасиловать.       Шёл удар за ударом, их было так много, что сначала она их даже считала, но потом сбилась и перестала. Они были глухие, но быстрые. Йеджи больше от них не вздрагивала и, смирившись, поднялась на ноги, облокотившись спиной о стену. В её глазах была пустота, казалось, даже сердце замерло, а руки вдоль тела безвольно повисли.       Она думала, всё это длилось так долго, что подсобка покрылась пылью ещё с килограмм, если не больше. Но на деле прошло лишь несколько самых ужасающих, неприятных, болезненных минут. Почти насладившись чужой болью, Сон Джэ повернулся к ней. Взъерошенный, обезумевший, злобный. Йеджи дёрнулась, врастая в стену своей спиной. Его руки были в кровавых ссадинах, напугавших её.       — А теперь представь, киса, если бы меня здесь не было, — он подошёл и почти прижался своим телом к ней. Она почувствовала на себе его неровное, учащённое дыхание, как он коснулся рукой её дрожащих пальцев. — Баку на тебя глубоко наплевать. Хочешь и дальше бегать за ним и в какой-то момент быть оттраханной ими? — Сон Джэ бросил взгляд на бывших друзей Йеджи. — Или будешь со мной, и тебя тогда точно никто не тронет.       Она понимала — выхода больше нет. Девушка переплела свои пальцы с его, стараясь успокоить Сон Джэ, пока он точно не убил их.       — Отведи меня, пожалуйста, домой, — попросила она, стараясь держаться из последних сил, чтобы не плакать, но пара слёз всё-таки показалась наружу.       У девушки от всех неприятных воспоминаний снова сердце быстрее застучало и задрожали губы. Она вцепилась в его руку обеими ладонями, но он резким движением вырвал её, чтобы напоследок отыграться на подонках, лежащих на холодном полу, когда кто-то из них подал голос. В нём было ещё так много злобы и ярости, что она видела, как он хотел просто оторвать им головы.       — Вам повезло, куски ебучего говна, что вы ничего не успели с ней сделать. Иначе я вас обоих убил бы, — бросил в конце Сон Джэ.       Он ударил каждого из парней несколько раз ногами, кулаками, и лишь потом, схватив её за руку, увёл Йеджи из этого места. И теперь она боялась отпускать его. Держала так крепко, будто от этого зависела её жизнь. Она даже не поняла, как они оказались вскоре у её дома, и девушка посмотрела с тревогой на свет в окнах. Она боялась не того, что подумают родственники, а что отец может убить Уджина и Юна, когда узнает о случившемся. Она решила хоть немного постоять, чтобы успокоиться. Когда девушка стала говорить, её голос был тихим, хриплым, страдальческим. Йеджи сама не узнавала его, так сильно он дрожал и поменялся всего за несколько минут пережитого ада.       — Они ведь сами развлекались в его машине. Из-за этого даже много слухов ходило, что не все девушки были там добровольно, но заявлений никто вроде не писал, и я не верила, что они на подобное были способны, — Йеджи замерла, ощущая вину и боль за то, что её предупреждали. А ведь пару лет назад, кажется, даже Ынчхе как-то обмолвилась, что они приставали к ней. Теперь её высокомерное отношение к Йеджи стало более понятным ей.       — Заяву будешь катать? — вдруг спросил у неё Сон Джэ.       — Маме расскажу, там решим, как поступить лучше. Если папа узнает — он сам убьёт их, а я не хочу, чтобы он сидел, — девушка замолчала, чувствуя, как в горле образовался ком. — Если будут спрашивать, скажу, что не знаю того, кто избил их, — добавила она, понимая, что Сон Джэ также могут привлечь к ответственности.       — Теперь понимаешь, блять, как важно тебе быть со мной? — Сон Джэ задал ей вопрос, а она даже не подняла глаза на него.       Йеджи смиренно, податливо кивнула ему. Уставилась взглядом молодому человеку в грудь и внезапно почувствовала на себе его тёплые руки, как он её к себе притянул. Сначала положил ладонь девушке на затылок, обнял так крепко, а затем обхватил её талию обеими руками, будто боялся, что если отпустит, с ней снова что-то плохое произойдёт.       — Хватит, ничего смертельного не случилось ведь. Я пришёл вовремя, повезло, что следил за тобой, — он нахмурился, видя, что она не поднимала на него всё ещё испуганные глаза. — Перестань сопли глотать. Не могу видеть тебя такой.       — Прости, — произнесла она, судорожно выдохнув Сон Джэ в грудь, будто была в чём-то перед ним виновата. — Дай, пожалуйста, сигарету. Меня хоть немного отпустит. Но, даже закурив, Йеджи поняла, что легче не становилось. Её руки ещё немного дрожали, сердце в груди стучало громче и сильнее обычного.       — Если мы и правда станем встречаться, ты станешь защищать меня совсем от всего? — спросила она, почти докурив сигарету полностью. Девушка посмотрела ему в глаза, ощущая, как его одежда от пота сильнее прилипла к её коже.       — А есть от чего? — спросил он, закурив следом за ней.       — Сам же видишь, я вечно влипаю в неприятности…       — Даже к лучшему, иногда мне полезно размяться, — теперь Йеджи ждала, пока он закончит курить, но Сон Джэ выбросил свою сигарету затянувшись лишь до её половины. — Всего один раз тебя предупреждаю: увижу возле тебя Баку или кого-то ещё — сначала им бошку снесу, а потом приду к тебе с разборками.       — Даже если случайно увидимся на улице? Я не могу за него отвечать, да и мы в одной школе учимся, я иногда общаюсь с его сестрой, — её голос стал более поникшим и тихим.       — Я предупредил. Ты — моя, — он увидел страх и растерянность в её глазах и на сегодня больше решил не наседать.       Она с трудом взглянула Гыму в глаза.       — Подожди минут десять меня, я переоденусь и верну тебе мастерку. Вечером будет прохладно, так что, останься, пожалуйста, ещё немного здесь, — произнесла она, стараясь проглотить все за сегодня события. — Если зайдем домой вдвоём, я точно расплачусь, а мне бы этого не хотелось.       Она осторожно, постоянно оглядываясь, переступила порог, и, к счастью, родители ещё не вернулись с работы. Лишь младшая сестра сидела у себя в комнате, но ей до Йеджи не было никакого дела.       Девушка в спешке переоделась, сняла с себя одежду Сон Джэ, порванную футболку и последнюю затолкала под матрас в кровати. Йеджи накинула на плечи чистую толстовку, вспомнила, что ту грязную, разорванную, оставила в подсобке, даже про неё не вспомнив. Она взглянула на себя в зеркало, подметила, что немного опухшие глаза выдают то, что с ней что-то случилось, но, прихватив одежду Гыма, она поспешила вернуться к нему. Сердце неприятно сжималось после всех событий, и мысли, что она навсегда потеряла сразу обоих друзей. Лишь сейчас ей становилось больно, что столько лет она не знала по-настоящему этих двоих людей.       Выйдя из дома на улицу, Йеджи нигде не нашла глазами молодого человека. Неужели, Сон Джэ так тихо и поспешно ушёл? Она снова внимательно посмотрела на улицу с двух сторон и тихо вздохнула. Даже сначала опечалилась. Но вдруг увидела, как он издалека стал приближаться к ней, что-то неся в одной руке. В другой он держал сигарету, часто подносил её к своим губам. Оказавшись возле девушки, взамен на мастерку, он отдал ей пакет, набитый доверху сладостями.       — Чего уставилась? У тебя диабет? — спросил Гым раздражённо.       — Нет, — мотнула она головой. — Но зачем ты принёс это?       — Не нравится подобное успокоительное?       Йеджи лишь снова отрицательно в ответ помотала головой. Горло саднило от крика, в носу першило. Стараясь до последнего не плакать, девушка глаза опустила себе под ноги, плотно сжав зубы, вспоминая постоянно произошедшее. Сон Джэ стоял и смотрел на неё несколько секунд, но вскоре не выдержал и прижал к себе девушку. На землю рядом с ними опустился его пакет. Йеджи закрыла глаза и разрыдалась у него на плече. Она чувствовала, как юношу затрясло. Гым обнимал её, наверняка, хотел вернуться и отыграться на парнях по полной, но продолжал быть с ней рядом, чтобы окончательно не сорваться.       Успокоившись, она поняла, что всё это время молодой человек молчал, и у неё было время подумать и решить, что его запах её успокаивал. Когда стало полегче и слёзы высохли, он спросил девушку:       — Может, номер мне дашь наконец-то свой? — предложил ей Сон Джэ. Когда он протянул ей свой телефон, она набрала на нём несколько цифр. Молодой человек сделал дозвон. В кармане её штанов тут же отозвался вибрацией смартфон Йеджи. Достав его, она проверила входящий номер. Теперь они могли быть на связи друг с другом намного чаще.       — Послушай, я ведь не урод какой-нибудь, — произнёс он, немного подумав, с уверенностью в голосе. — Дам тебе время на раздумья, хочешь ли ты по-серьёзному встречаться со мной, учитывая произошедшее. Недели будет достаточно?       Она заглянула ему в глаза и всё так же молчаливо кивнула.       — Перестань бояться меня. Я хоть раз сделал тебе больно? — тише и спокойнее спросил он её.       Девушка почувствовала, как его ладони легли ей на плечи. Йеджи задумалась и не смогла ответить на вопрос положительно. — Я позвоню тебе, как что-то решу, — она напоследок посмотрела ему в глаза и вернулась в дом.       В тот же вечер, когда вернулись родители, она всё рассказала им, не утаив ничего о случившемся. Они не обвиняли Йеджи, напротив, были готовы убить за неё. Мама её обнимала, гладила волосы, в какой-то момент заплакала. Сёстры принесли воду и успокоительное для всех, решив, что нужно идти в полицейский участок немедленно.       Девушка лишь успела взять с собой футболку как доказательство, убрав её в пакет, зная, как маме станет от её вида плохо. И хоть заявление приняли, парней найти пока не могли. Дома их пустовали. Даже в школе они не появились после двух пропущенных дней.       Сон Джэ сразу же предложил просто сопровождать её в школу и обратно, но девушка отказалась, так как за это взялся папа, взяв несколько из немногочисленных отгулов с работы. И после учёбы дочь попросила отвезти её не домой, а в компьютерный клуб, где сидел Гым. Она не хотела раздумывать хотя бы сутки, решив, что с ним ей будет безопаснее и комфортно.       Машина отца замерла неподалёку от входа в компьютерный клуб. Он был оцеплен парнями чуть старше Йеджи и намного крупнее, и, всё ещё переваривая события того страшного дня, девушка сильно занервничала.       — Я хочу поговорить с Сон Джэ, — произнесла она, обращаясь к одному из них, перегородившему ей путь собой.       — Может, сначала перетрёшь со мной? — парень издевательски усмехнулся.       Йеджи не стала больше с ним говорить и набрала номер Гыма.       — Меня не пускают к тебе. Говорят, ты очень занят и предлагают свою компанию, — сразу пожаловалась ему девушка.       — Поставь на громкую связь, — лишь отозвался Сон Джэ. Когда Йеджи сделала это, он обратился уже к своим людям: — А теперь слушайте сюда, говнюки. Кто девушку тронет — тому лично разнесу их ебучие хлебальники в щепки, так, что не узнает мать. Пропустили её, блять.       Даже громила изменился в лице. Йеджи презрительно фыркнула, глядя ему прямо в глаза и задрав нос повыше, мимо них спокойно прошла, хоть внутри вся тряслась, как лист дерева на ветру. В клубе, как всегда, было тихо. Сон Джэ сидел в окружении троих человек.       Девушка не была настолько глупа, чтобы не понимать, что Сон Джэ мог предоставить ей абсолютную безопасность в этом районе, но он так же мог и забрать её, обеспечив жизнь Йеджи из страданий и реального на земле ада. Когда она к нему подошла, то поняла, что что-то в отношении к нему внутри неё изменилось. Она стояла, а сердце её громко стучало. Оно начинало биться всё быстрее, и Йеджи пришлось отключить браслет на руке.       — Может, присядешь уже? — спросил он её, размеренно выдохнув.       — Я пришла поговорить, а не играть, — девушка поняла, как каждая клетка тела перед ним стала ещё больше дрожать. — Пришлось о многом подумать за эти дни, и, может, выйдем и поговорим наедине? — она бросила взгляд на сидящих с ним рядом парней.       — Свалили отсюда на десять минут, — сухо, спокойно произнёс он таким холодным голосом, что даже Йеджи пробрало до костей. Когда его люди ушли, он откинулся спиной на стул, на котором сидел. — И что ты решила? — Сон Джэ посмотрел на неё с нетерпением, не моргая, не пошевелившись. — Киса, давай не тяни.       — Думаю, нам можно попробовать, — стоило ей произнести это, как молодой человек изменился в лице, немного прищурился и стал немного веселее. — Только поубавь в мою сторону грубости, — она видела, как он протянул к ней руку, и Йеджи села к нему на колени. — Сон Джэ, — теперь он коснулся указательным пальцем её подбородка, приближая его к себе, — поцелуй меня.       Его не нужно было просить о подобном дважды. Едва их губы соприкоснулись, Йеджи закрыла глаза. Это был самый мягкий, волнующий, сладкий поцелуй в её жизни. Его руки сжимали её тело на удивление куда мягче, хоть и как прежде настойчиво. Их поцелуи ускорялись, она подразнила его язык своим. Двое молодых людей прижались телами друг к другу так близко, что казалось, можно было услышать её неровное сердцебиение. Но вскоре Йеджи стало не хватать воздуха, и она попыталась отстраниться от Сон Джэ. Он отпустил её с нежеланием, оставил парочку более протяжных прикосновений на её губах и ещё один быстрый, шумный поцелуй с причмоком напоследок, как точку в конце предложения.       — Теперь ты моя любимая киса? — спросил он более хриплым, довольным голосом.       — Твоя, — Йеджи кивнула и мягко, смущённо улыбнулась, глядя ему прямо в глаза.       — Наконец-то, блять, — он выдохнул, усмехнувшись. — Учишься лишь на собственных ошибках.       — Как отпущу папу, сыграем? Проигравший оплачивает ужин, — предложила она и заметила на губах парня самую самодовольную ухмылку на его лице, на которую он был только способен.       — Детка, я разгромлю тебя с превеликим удовольствием.