Часть 5

Вечер опускался на Коноху мягко и спокойно. Боруто ждал у входа в раменную. Он пришёл раньше. И злился на себя за это. Это просто часть плана. Ничего больше. Он повторял это уже десятый раз. Чочо появилась через несколько минут. Без привычной показной уверенности. Без громкого «я голодная, спасайте!». Она выглядела… немного напряжённой. — Ты правда не шутишь? — спросила она, остановившись рядом. — Правда. Они вошли внутрь. ⸻ Рамен Сначала разговор не клеился. — Ты часто сюда ходишь? — спросил он. — С папой раньше ходила, — ответила она. — Он говорит, что еда — это счастье. И если ты делишься едой, ты делишься счастьем. Боруто хмыкнул. — Твой отец всегда звучит так философски. — А твой всегда занят. Фраза прозвучала мягко. Без укола. Но Боруто всё равно напрягся. — Он Хокаге. — Я знаю. Тишина. Она опустила взгляд на чашку. — Ты всё равно гордишься им. Он удивлённо посмотрел на неё. — С чего ты взяла? — Потому что когда о нём говорят плохо, ты злишься. Он замолчал. Она замечала. Больше, чем он думал. — А ты? — тихо спросил он. — Ты правда хочешь стать главой клана? Она улыбнулась. — Папа хочет. Я… не знаю. Но я не хочу, чтобы на меня смотрели и видели только вес. Он посмотрел на неё иначе. — Я… — он запнулся. Сказать «прости» было неожиданно сложно. — Я иногда перегибал. Она подняла на него глаза. — Иногда? Он неловко усмехнулся. — Ладно. Часто. Чочо тихо рассмеялась. И этот смех не был натянутым. Он был тёплым. И Боруто поймал себя на том, что ему важно это слышать. Не для спора. Просто важно. ⸻ Снаружи Они вышли, и вечерний воздух показался прохладнее. — Спасибо, — сказала она. — За что? — За то, что не издевался. Он поморщился. — Ты правда думаешь, что я настолько плохой? Она задумалась. — Нет. Я думаю, ты запутавшийся. Это задело сильнее любой насмешки. ⸻ Тем временем Сарада стояла на крыше здания напротив. Она не собиралась следить. Просто случайно увидела их вместе. Смеющихся. Спокойных. Её руки сжались. — Ты злишься, — снова сказал Мицуки, появляясь рядом. — Мне всё равно. — Тогда почему ты здесь? Она не ответила. В груди было странное ощущение. Не ярость. Не обида. А страх. Страх, что она может опоздать. ⸻ Ночь Боруто лежал на кровати, глядя в потолок. Он должен был чувствовать удовлетворение. Первый шаг выполнен. Она расслабилась. Начала доверять. Всё по плану. Но вместо этого в груди было тяжело. Когда она смеялась — это было не как победа. Это было как ответственность. Я же всё равно её брошу. Мысль прозвучала глухо. И впервые — неприятно. ⸻ На следующий день Во время тренировки Чочо действовала увереннее. Она не избегала его взгляда. Не ждала подвоха. Сарада это заметила. И когда Боруто случайно коснулся руки Чочо, помогая ей подняться после падения, Сарада резко отвернулась. Позже, когда они остались вдвоём, она сказала: — Ты серьёзно? — О чём ты? — О вас. Он нахмурился. — Нас нет. Слова прозвучали слишком резко. — Тогда что это? — спросила она. Он не ответил. Потому что сам не знал. ⸻ Вечер. Крыша Академии — Ты уже не уверен, что сможешь её бросить, — спокойно сказал Мицуки. Боруто молчал. Ветер трепал его куртку. Внизу Чочо разговаривала с Сумире, улыбаясь. — Это просто этап, — наконец сказал он. — Тогда почему ты злишься, когда Сарада смотрит на вас? Он резко повернулся. — Я не злюсь. — Ты ревнуешь. — К кому?! Мицуки спокойно посмотрел на него. — Хороший вопрос. Тишина повисла тяжёлой. Боруто впервые не знал ответа. И это пугало больше всего.