Часть 6

      Контраст между освежающим океанским бризом и белоснежными пляжами Мальдив и этим душным, хлюпающим под ногами кошмаром оказался настолько резким, что моя психика дала трещину еще на подлете к Бразилии. Воздух Амазонии был густым, влажным и тяжелым, как кипящий зеленый сироп. Оказаться в этом удушающем пекле было сродни добровольному погружению в гигантскую пароварку. Стеной возвышались гигантские папоротники, испарения гниющих растений смешивались с криками невидимых хищников, а монотонный гул миллионов насекомых создавал атмосферу абсолютного, первобытного безумия.       И всё это из-за чего?       Источник всех бед: Иннокентий Петрович - колоритный городской сумасшедший, обитавший за гаражами неподалеку от нашего циркового лагеря. Сплендор, обладавший безграничной верой в чистоту человеческих душ, угостил его пирожком с мясом и двумя клубничными леденцами. В ответ Иннокентий Петрович, пустив скупую слезу, вручил отцу «абсолютно подлинную, мамой клянусь» карту сокровищ древних инков и золота Эльдорадо, нарисованную маркером и углём на обороте заляпанной кетчупом коробки из-под обуви. В качестве сдачи Сплендор получил еще и купон в химчистку.       «Настенька, это же дух настоящего авантюризма! Индиана Джонс бы не упустил такой шанс!» - радостно вещал Сплендор всего сутки назад, пока мы прорубались мачете сквозь заросли, кишащие ядовитыми пауками размером с суповую тарелку.       Я же мысленно проклинала кинематограф восьмидесятых и полное отсутствие критического мышления у Безликих.       Нападение произошло по всем законам жанра - со свистом, улюлюканьем и градом бамбуковых дротиков, которые, впрочем, бессильно отскакивали от невидимого защитного барьера Сплендора. Через секунду нас плотно окружили несколько десятков невероятно мускулистых воинов дикого племени, раскрашенных ядовито-красной охрой, белой глиной и углем.       Нас чисто символически «взяли в плен». Точнее, усадили на расчищенной от джунглей земляной поляне и намертво привязали жесткими лианами к толстым деревянным тотемам. Я не стала сопротивляться - от стопроцентной влажности было банально лень шевелиться. Сплендор же добровольно протянул свои длинные руки в белых перчатках, приглушив звон бубенчиков, чтобы «не портить туземцам радость победы».       Мой приемный отец выглядел возмутительно расслабленным, несмотря на свои трехметровые габариты. Он умудрился адаптировать свой гардероб к экспедиции: неизменный фрак в разноцветный горошек, совершенно не испачкавшийся в грязи и черный цилиндр, поверх которого была изящно повязана камуфляжная москитная сетка.       - Ой, Настенька, посмотри, какой аутентичный узел! - восхищенно шептал отец, пока воины обматывали его туловище. - Какая этническая самобытность! Слендер бы их всех уже испепелил, а я считаю, это прекрасный культурный обмен!       Но истинный сюрреализм разворачивался чуть левее, на небольшом скалистом уступе. Егор, наш истеричный ассистент, всю дорогу шел замыкающим и нес на себе три палатки, надувной матрас и огромный походный казан. Когда дикари только окружили нас, их прежний вождь - колоссальных размеров мужчина с костью в носу и шрамами от когтей ягуара - вышел вперед. Он начал произносить громогласную, гневно-ритуальную речь, яростно размахивая утыканной обсидианом дубинкой.       У Егора началась острая паническая атака. С криком «Джеронимо!» он попятился, пытаясь взобраться на ближайший валун. Но его фирменная неуклюжесть, умноженная на скользкий амазонский мох, сработала как идеальное оружие массового поражения. Егор запутался в собственных кроссовках и лямках казана. Очки за сильными линзами съехали набок. Отчаянно взмахнув руками, он всем весом влетел в подгнивший ствол мертвого дерева. Дерево рухнуло, потянув за собой переплетенные лианы. Лианы сдвинули замшелый вековой валун размером с хороший холодильник. Тот сорвался с места и покатился вниз. Камень описал идеальную параболу и приземлился ровно на грозного вождя, впечатав его в чавкающую прибрежную грязь с глухим, влажным звуком. Перья ара картинно разлетелись в стороны. Племя замерло. Птицы в джунглях замолчали.       Егор, сидя на уступе и тяжело дыша, медленно поправил треснувшие очки испачканной рукой. Из его кармана выпал наполовину съеденный круассан, а на голове криво сидела крышка от казана. Тонким, срывающимся голосом он пискнул:       - Я не специально! Он сам подлез под траекторию! Но для аборигенов этот акт мгновенного, математически точного расплющивания их лидера стал неоспоримым божественным знамением. Младший шаман мгновенно оценил политическую ситуацию, упал на колени и экстатически завыл:       - О, Великий Каменный Убийца! Повелитель Падающих Гор! Твой казан - символ твоей безграничной власти!       Остальные воины дружно рухнули ниц, утыкаясь носами в сырую землю в порыве благоговейного ужаса. Прошло два часа. На импровизированном троне, сооруженном из пальмовых листьев, лиан и подозрительно гладких человеческих черепов, восседал наш ненаглядный ассистент.       На взлохмаченной голове Егора криво сидел массивный венец из перьев гарпии. Поверх грязной, насквозь пропотевшей футболки с надписью «Пивозавр» красовалось тяжелое ожерелье из клыков. В одной руке он до побеления костяшек сжимал ритуальное копье, а в другой - банан, которым его почтительно угостил шаман. Лицо новоиспеченного божества выражало дистиллированную панику.       Шаман тряс перед ним связкой сушеных тыкв, окуривая едким дымом.       - Господин Спазмал... Настя... Сделайте что-нибудь! - зашипел Егор, стараясь не шевелить губами. - Они хотят, чтобы я вызвал дождь к закату! А шаман на пальцах объяснил, что если не вызову, меня скормят духам реки! А духи реки - это, сука, пираньи!       «Егор, мальчик мой, ну что за пессимизм! Это же феноменальный карьерный рост!» - во весь голос отозвался Сплендор. Одно из его черных щупалец незаметно выскользнуло из-под фрака и с явным научным интересом щекотало экзотическим цветком волосатые лапки тарантула на тотеме. - «Ты теперь король! Какая блестящая строчка для резюме! Главное, держи осанку. Божества ни в коем случае не сутулятся!»       - Пап, это абсолютно не смешно! - прорычала я сквозь стиснутые зубы. Жара сводила с ума, а укус мутанта-москита на шее чесался с дьявольской силой. - Нам нужно выбираться отсюда!       Но тут к трону подползли две полуголые, обильно татуированные амазонки и начали с ритуальными песнопениями растирать бледные икры Егора густой зеленой мазью.       - Господин Спазмал!!! - сорвался на визг Егор, подпрыгнув на черепах. - У меня нет страховки от укусов тарантулов! И эта мазь из помета летучих мышей жжется!       Вот так мы и сидели: мой отец - хтонический монстр, готовый на всё ради квеста от бомжа-картографа. Мой напарник - нелепый студент, ставший языческим божеством. А я - привязанный к бревну подросток с тепловым ударом.       Внезапно где-то внизу живота свернулся тугой, горячий узел. Хищная сущность внутри меня резко проснулась. Мир вокруг потерял краски, переключившись в контрастный хищный спектр. Зрачки сузились в вертикальные щели, заливая склеру ядовито-неоновым зеленым светом. Когти на руках с тихим хрустом удлинились, и твердый кератин легко, словно масло, разрезал жесткие волокна лиан.       - Если вы сейчас же, - прошипела я низким, вибрирующим, двоящимся голосом, от которого шаман нервно оглянулся на меня, - не прекратите этот гребаный этнографический кружок... я сама покажу вам, как выглядят настоящие лесные демоны. И поверьте, падение валуна покажется вам веселым фокусом!       В ответ Сплендор лишь радостно зазвенел золотыми бубенчиками. Одним неуловимым движением плеч он разорвал сковывавшие его пучки травы на мелкие кусочки, аккуратно отряхнул мой топ от листьев и поправил цилиндр.       «Ну что, Настенька, сокровища инков подождут!» - лучезарно объявил он. - «Шаман жестами намекнул мне, что вечером у них пир в священной пещере. Нас ждет королевский прием!»       Великий Повелитель Падающих Гор попытался максимально вжаться в спинку из черепов. Туземцы с благоговением подняли его на бамбуковых носилках и понесли к костру.       - Ребята?! Что они делают? Они собираются меня варить?! Я невкусный, я весь в репейнике! - испуганно заблеял Егор из-под своего перьевого великолепия.       Я обреченно вздохнула и размяла затекшие плечи.       - Расслабься, Ваше Величество, - крикнула я ему вслед. - Постарайся только не издать указ о запрете физики, они этого не поймут.       Глядя, как наш новоиспеченный бог на носилках пытается величественно отмахиваться от москитов ритуальным копьем, я поняла одно: из всех возможных сценариев отпуска этот был самым идиотским, но скучно нам здесь точно не будет.       Процессия двигалась сквозь джунгли с пугающей торжественностью. Впереди, раскачиваясь на бамбуковых носилках, плыл наш несчастный Бог-Император. Егор вцепился обеими руками в края своего шаткого паланкина, а его лицо под венцом из перьев приобрело цвет залежалого сельдерея. За ним семенил шаман, непрерывно позванивая тыквами и бормоча мантры, от которых у меня начинала гудеть голова.       Мы со Сплендором замыкали шествие в качестве свиты. Мое хищное зрение постепенно угасло, вернув джунглям их привычный, тошнотворно-зеленый оттенок, но обостренные рефлексы никуда не делись. Я то и дело ловила на лету особо наглых москитов, с хрустом разминая их пальцами.       - Пап, мы идем в логово к каннибалам. Ты же это понимаешь? - мрачно поинтересовалась я, переступая через корень, подозрительно похожий на спящую анаконду.       «Настенька, твой юношеский максимализм иногда мешает тебе наслаждаться моментом!» - Сплендормен беззаботно перепрыгнул через лужу грязи, не замарав ни единого пятнышка на своем фраке. Его щупальца образовали над нами некое подобие зонтика, отгоняя гнус. - «Эти прекрасные люди проявили к нам исключительное гостеприимство. К тому же, обрати внимание на архитектуру!».       Отец указал рукой в белой перчатке вперед. Джунгли внезапно расступились, обнажив гигантскую скалу, изрезанную древними, поросшими мхом барельефами. Вход в Священную пещеру был выполнен в виде разинутой пасти колоссального каменного ягуара.       И, что самое удивительное, Иннокентий Петрович - тот самый бомж из-за гаражей - оказался не таким уж и сумасшедшим.       Внутри пещера освещалась десятками чадящих факелов, пропитанных какой-то смолой с запахом жженой корицы и старых носков. Но свет пламени отражался не от голых влажных стен. Он играл на золоте.       Его здесь было неприлично много. Древние инки, майя или кто бы там ни построил это место, явно не страдали от дефицита драгметаллов. Золотые диски, инкрустированные нефритом, валялись под ногами, как строительный мусор. Изящные статуэтки пум использовались туземцами как подпорки для шатких деревянных столов, а массивные золотые чаши, чья стоимость на черном рынке могла бы покрыть внешний долг небольшой страны, служили мисками для местной бражки.       Егора торжественно сгрузили с носилок и усадили на каменный алтарь, который заботливо застелили свежими шкурами (очень надеюсь, что не предыдущих божеств).       - Настя... - прохрипел новоиспеченный вождь, когда я подошла поближе. Его очки запотели от влажности. - Они принесли меню. Я не буду это есть. Убейте меня сами, это будет гуманнее.       Я посмотрела на то, что аборигены с почтительными поклонами ставили перед Егором на золотых подносах. Праздничный банкет включал в себя:       - Копченых гусениц размером с сардельку. Они всё еще подозрительно шевелились, несмотря на термическую обработку.       - Студень неизвестного происхождения. Он имел неоновый фиолетовый цвет и пульсировал в такт ударам ритуальных барабанов.       - Главное блюдо: На огромном листе банана покоилась жареная рыбья голова величиной с телевизор, чьи мертвые, белесые глаза смотрели прямо в душу Егора.       «Какое кулинарное разнообразие!» - восхитился Сплендор, усаживаясь прямо на кучу золотых слитков. Одно из его щупалец ловко подцепило фиолетовый студень и отправило в «рот». Послышался довольный чавкающий звук. - «М-м-м, нотки забродившей папайи и легкий привкус болотной тины! Егор, непременно попробуй!»       - Я веган по вторникам! А сегодня вторник! - в панике зашептал Егор, пытаясь отодвинуться от подноса с рыбьей головой.       Но шаман уже стоял перед ним, протягивая вырезанный из кости кубок, до краев наполненный густой, пенящейся серой жидкостью.       - О, Повелитель Падающих Гор! - возвестил шаман, и племя мгновенно затихло. - Испей Нектар Прозрения! А затем... - он театрально указал посохом на потолок пещеры, - ...покажи нам свою мощь! Вызови Дождь Жизни, чтобы наши посевы взошли, или мы поймем, что ты ложный бог, и вернем тебя духам реки!       Тишина в пещере стала осязаемой. Туземцы кровожадно уставились на Егора. Сплендор перестал жевать студень и задумчиво склонил голову набок.       - Настя, - одними губами прошептал Егор, и по его бледному лицу покатилась капля пота размером с горошину. - Я гуманитарий. Я не умею делать дождь. Максимум - могу сделать презентацию в PowerPoint о круговороте воды в природе.       Я раздраженно выдохнула и сжала кулаки. Когти снова начали покалывать кончики пальцев.       - Пап, - тихо сказала я, глядя на Сплендора. - Либо ты сейчас организуешь тут тропический ливень, либо мне придется устроить локальный геноцид и запачкать золотые статуэтки кровью. Выбирай.       Сплендор тяжело, укоризненно вздохнул.       «Настенька, насилие - это всегда крайняя мера. Мы же культурные существа,» - мысленно передал он мне, поднимаясь во весь свой трехметровый рост.       Он подошел к алтарю, ласково похлопал дрожащего Егора по плечу и повернулся к шаману.       «Мой юный и могущественный господин немного устал после того, как размазал вашего прошлого лидера по камням,» - бархатистый, многоголосый голос Сплендора зазвучал прямо в головах аборигенов, заставив их в ужасе прижать уши. - «Поэтому я, его скромный Вестник, помогу ему с этой пустяковой задачей.»       Сплендор элегантно снял цилиндр. Внутри пещеры вдруг резко похолодало. Факелы замигали и разом потухли, погрузив пространство в первобытный мрак. Воздух затрещал от статического электричества.       Из спины моего отца с влажным шелестом вырвались десятки длинных, абсолютно черных векторов. Они метнулись к высокому своду пещеры, пробивая тонкий слой породы до самой поверхности джунглей. Раздался оглушительный грохот, скала содрогнулась.       Через образовавшиеся в потолке микротрещины в пещеру хлынула вода из какого-то подземного озера, находившегося ярусом выше. Вода ударила прямо в центр зала ровным, плотным душем, щедро окатив перепуганного шамана и пару десятков воинов.       Свет факелов магическим образом вспыхнул вновь. Сплендор, как ни в чем не бывало, надел цилиндр на место и радостно развел руками:       «Вуаля! Дождь Жизни подан! Надеюсь, напор вас устраивает?» Туземцы, мокрые до нитки, рухнули на колени с такой силой, что я услышала хруст их суставов. Они начали неистово отбивать поклоны Егору, который сидел на троне в полном ступоре, всё еще сжимая в руке так и не откушенный банан.       - Ну что, Ваше Мокрейшество, - хмыкнула я, стряхивая капли воды с плеча и подбирая с пола увесистую золотую пуму. - Кажется, твой божественный статус подтвержден. А теперь давай быстро пакуем сувениры - и на выход, пока они не попросили тебя превратить воду в вино. У нас строгий лимит на чудеса.       Егор, до которого наконец-то дошел смысл моих слов, медленно моргнул. Его взгляд метнулся от лужи, стремительно растекающейся по каменному полу пещеры, к грудам желтого металла, а затем - к своему походному казану, чудом уцелевшему в суматохе. В этот момент в нашем робком, страдающем от десятка фобий ассистенте проснулось нечто первобытное. И это было вовсе не божественное величие, а банальный, кристально чистый инстинкт мародера.       - О, верные мои... э-э-э... дети джунглей! - неожиданно звучно и властно изрек Егор, вставая с трона. Он величественно указал дрожащим пальцем на казан, а затем обвел рукой кучи золота. - Боги требуют подношений! Грузите всё блестящее вот в эту священную емкость!       Шаман, истолковав жест Великого Повелителя по-своему, издал радостный вопль. Дикари, скользя босыми ногами по мокрому камню, бросились исполнять волю небес. В казан полетели золотые тарелки, инкрустированные рубинами браслеты, ритуальные маски с искаженными лицами и пара статуэток пум. Когда емкость наполнилась до краев, Егор, всё еще не выходя из образа, царственно кивнул двум самым мускулистым воинам, безмолвно приказывая им взять этот неподъемный груз на плечи.       - Гениально, - пробормотала я, запихивая за пазуху увесистый золотой диск размером с хорошую сковородку. Металл холодил кожу, но грел душу. - А теперь валим, пока они не решили в качестве бонуса принести в жертву пару девственниц.       Но, как известно, в присутствии Безликих законы физики работают по принципу рулетки. И в этот раз шарик выпал на зеро.       Поток воды с потолка, который поначалу казался освежающим тропическим душем, внезапно изменил тональность. Вместо равномерного шума раздался низкий, утробный гул. Тонкие микротрещины, оставленные векторами Сплендора, начали стремительно расползаться во все стороны, образуя на своде пещеры причудливую паутину.       Из образовавшихся разломов хлынули уже не струи, а настоящие водопады мутной, ледяной воды вперемешку с кусками горной породы и какими-то доисторическими слепыми рыбами.       - Пап... - я напряженно проследила за тем, как кусок потолка размером с легковой автомобиль с оглушительным плеском рухнул прямо на каменный алтарь, где еще минуту назад сидел Егор. - Ты пробил несущий слой породы, да? Там наверху не лужа, там, мать его, целое озеро!       «Ой,» - только и произнес Сплендор. Его лицо, казалось, выражало искреннее смущение, хотя черты на нем, как таковые, полностью отсутствовали. - «Возможно, я слегка не рассчитал гидродинамическое давление. Моя вина, признаю. Какая досадная архитектурная оплошность древних инков!»       Уровень воды в пещере начал прибывать с катастрофической скоростью. Праздничный банкет со всеми его копчеными гусеницами и фиолетовым студнем ушел на дно. Туземцы, осознав, что божество переусердствовало с благодатным дождем и теперь устраивает локальный библейский потоп, запаниковали. Пещера наполнилась криками, плеском и отчаянными попытками аборигенов вскарабкаться на стены, украшенные барельефами.       - Господин Сплендор! Мы сейчас утонем! - взвизгнул Егор, когда вода достигла его колен. Перья на его венце слиплись, придавая ему сходство с облезлой, очень испуганной курицей.       «Ни в коем случае, Ваше Величество! Экскурсия окончена, прошу на выход!» - бодро отозвался Сплендор.       В ту же секунду из его спины вырвался целый лес черных, извивающихся щупалец. Два из них обвили талию брыкающегося Егора, подняв его в воздух, как пушинку. Третье щупальце деликатно, но крепко обхватило меня за плечи. Еще четыре вектора метнулись к туземцам, которые держали казан с золотом, выхватили у них драгоценную ношу и подвесили ее высоко под потолком, подальше от бушующих волн.       Остальные щупальца Сплендора начали методично вбиваться в осыпающийся потолок, удерживая каменные своды от окончательного обрушения и работая как гигантские анкерные болты.       - Держитесь, дети мои! Следующая остановка - суша! - пропел отец, и мы рванули к выходу из пещеры-ягуара.       Это было похоже на аттракцион в самом безумном парке развлечений. Сплендор скользил по затопленному полу гигантскими шагами, раздвигая потоки воды своим невидимым барьером. Я болталась в воздухе, прижимая к себе золотой диск и мысленно подсчитывая, на сколько лет безбедной жизни нам хватит содержимого казана, который летел рядом, звеня драгоценностями на каждом повороте.       Егор же, болтаясь над водой, пытался сохранить остатки своего божественного достоинства. Он размахивал ритуальным копьем и орал аборигенам, которые спасались на уступах:       - Не поминайте лихом! Я пошел проверять посевы в другом полушарии! Стройте ковчег!       Шаман, уцепившись за каменный клык у входа в пещеру, смотрел нам вслед с религиозным экстазом. Тот факт, что Великий Бог улетает на гигантских черных тентаклях своего безликого жреца, унося с собой весь золотой запас племени, абсолютно укладывался в его парадигму мифологии.       - Слава Повелителю Падающих Гор! Слава его Священному Казану! - неслось нам вслед сквозь шум водопада.       Мы вылетели из пасти каменного ягуара как раз в тот момент, когда своды пещеры с оглушительным, утробным рыком обвалились окончательно, выбросив наружу гигантскую волну. Вода снесла половину джунглей, превратив расчищенную поляну в бушующее грязевое море, но мы были уже высоко. Сплендор, перепрыгивая с кроны на крону вековых сейб, уносил нас прочь от места нашего кратковременного, но яркого царствования.       Двое суток спустя. Отель «Копакабана Пэлас», президентский люкс.       Кондиционер тихо гудел, источая благословенную, почти морозную прохладу. Я лежала на огромной кровати, застеленной хрустящим египетским хлопком, и смотрела в потолок, наслаждаясь отсутствием насекомых, желающих отложить в меня свои личинки.       В соседней комнате Егор, отмытый от зеленой мази, но всё еще дергающийся от каждого громкого звука, полировал бархоткой золотую статуэтку пумы. Его очки были склеены скотчем, а на прикроватной тумбочке гордо возвышался венец из перьев гарпии - единственное, с чем он наотрез отказался расставаться.       Сплендор стоял у панорамного окна, выходящего на океан. Он был в новом белоснежном фраке, купленном в местном бутике (и чудом подогнанном под его нечеловеческие размеры). В одной руке он держал хрустальный бокал с безалкогольным пина-коладой, а другой - аккуратно разглаживал на стеклянном столике ту самую заляпанную кетчупом картонку от обувной коробки.       «Знаешь, Настенька,» - задумчиво произнес он, поворачивая лицо ко мне. Его золотые бубенчики мелодично звякнули. - «А ведь Иннокентий Петрович оказался кристально честным человеком. Картография у него, конечно, страдает, масштаб нарушен, но топографическая точность на высоте!»       Я приподнялась на локтях, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок предчувствия.       - И что это значит, пап? Мы вроде бы обналичили уже часть сокровищ. Нам хватит на покупку собственного острова, если захотим.       «О, деньги - это тлен, моя дорогая!» - Сплендор радостно всплеснул руками, едва не расплескав коктейль. - «Суть в приключении! Я тут внимательно изучил обратную сторону картонки... Там, под пятном от майонеза, есть еще одна стрелочка. Судя по координатам, это где-то в Тибете. Храм Забытых Ветров! Говорят, там живут разумные йети!»       Из соседней комнаты послышался глухой звук падения. Кажется, Великий Повелитель Падающих Гор только что упал в обморок прямо на свой золотой казан. Я медленно откинулась обратно на подушки и натянула одеяло на голову.       Отпуск, определенно, продолжался.