Фвйл 5. Теория, Анализ и Письмо

УРОВЕНЬ ДОПУСКА 3/19 ДОКУМЕНТ: ХРОНИКИ ЗОНЫ — ЗАПИСИ ОТДЕЛА ВНУТРЕННЕГО НАБЛЮДЕНИЯ Период: Полтора месяца до инцидента. РАННЕЕ УТРО. КОРИДОРЫ ТЯЖЁЛОЙ ЗОНЫ В коридорах тяжёлой зоны никогда не бывает тихо. Гул вентиляции, шипение гидравлики, редкие шаги охранников — всё это сливается в ровный, монотонный шум, который новички принимают за тишину, пока не проводят здесь достаточно времени, чтобы научиться различать отдельные звуки. Сегодня утром к этому шуму добавляется кое-что ещё. Из камеры SCP-049 доносится голос. Негромкий, спокойный, с лёгким акцентом, который невозможно привязать ни к одной известной стране. «...и тогда, вы понимаете, я осознал, что подход был неверен с самого начала. Нельзя лечить тело, не понимая, что́ именно в нём поражено. А поражено, как я теперь знаю, нечто гораздо более глубокое.» Агент Алгрин, дежурящий у входа в сектор, переглядывается с напарником. Оба уже привыкли к тому, что Чумной Доктор разговаривает сам с собой, но сегодня его голос звучит особенно... оживлённо. Алгрин: (тихо) Опять свою лекцию читает. Третью неделю. Напарник: Пусть читает. Лишь бы не просил подопытных. Они переглядываются. Оба помнят последний раз, когда SCP-049 просил «материал для исследований». Закончилось это плохо для всех, кроме самого Доктора. В камере за толстым стеклом SCP-049 расхаживает из угла в угол. Его чёрный балахон, давно сросшийся с телом, шуршит при каждом движении. Керамическая маска с длинным птичьим клювом поворачивается то к стене, то к потолку — там, где обычно висят его записи. На стенах камеры — десятки листов бумаги, исписанных мелким, аккуратным почерком на неизвестном языке. Сотрудники Фонда несколько раз пытались расшифровать эти записи, но безуспешно. Язык не поддавался ни одному известному алгоритму. «Хворь не в крови, — продолжает SCP-049, останавливаясь у стола, где лежит стопка свежих листов. — Хворь в самом способе мыслить. В том, как человек смотрит на мир. Как он... принимает свою смертность. (пауза) Это надо исправлять. Коренным образом.» Он берёт перо, макает в чернильницу — откуда она у него в камере, никто не спрашивает, давно перестали — и начинает писать. За стеклом дежурный техник зевает и отворачивается к мониторам. 2. УТРО. ЛАБОРАТОРНЫЙ КОРПУС — КАБИНЕТ ДОКТОРА ЭЛА Кабинет доктора Эла — один из самых маленьких в лабораторном корпусе. Здесь едва помещаются стол, два стула и стеллаж с папками. Но сегодня здесь тесно не от мебели, а от людей. Доктор Эл (L.) сидит за столом, разложив перед собой чертежи и расчёты. За его спиной на доске — сложная диаграмма, испещрённая стрелками и формулами. Напротив — исследователь Фергусон, тот самый молодой учёный с вечно взлохмаченными волосами. Он держит в руках распечатку и выглядит так, будто не спал всю ночь. Эл: (тыкая пальцем в чертёж) Смотри. Я просчитал траектории за последние полгода. Зона 19 перемещается каждые две недели, плюс-минус два дня. Но если наложить график на карту геомагнитных аномалий... Фергусон: (вчитываясь) Получается, что перемещения не случайны? Эл: Именно! (встаёт, подходит к доске) Смотри. Вот точки перемещения за январь. Вот за февраль. (проводит линию) Если соединить их, получается не хаотичный узор, а... (пауза) Фергусон, что ты видишь? Фергусон: (всматриваясь) Это... это похоже на... Эл: На эллипс. Замкнутый эллипс. Мы движемся по определённой траектории, и эта траектория повторяется. Фергусон: (откладывая распечатку) Но это же... это значит, что перемещения можно предсказывать? Или даже... (осекается, понимая, что собирается сказать) Эл: (тихо) Или даже контролировать. Да. Они молчат несколько секунд. В коридоре слышны шаги — кто-то проходит мимо, не задерживаясь. Фергусон: (наклоняясь ближе) Доктор Эл, вы... вы говорили с руководством об этом? Эл: (криво усмехаясь) Говорил. Сказали, что теория интересная, но для практического применения нужны данные за больший период. (пауза) А потом спросили, не пора ли мне в отпуск. Фергусон: (возмущённо) Но если мы сможем предсказывать перемещения, это... Эл: (перебивая) Это спасёт жизни. Я знаю. (садится обратно) Но им сейчас важнее другое. Проект Мэйнарда, новые объекты, переквалификация 1006-го... (машет рукой) Наша зона — просто клетка. Куда её переставят — не важно, главное, чтобы дверь закрывалась. Фергусон: (после паузы) А что, если... что, если мы продолжим работу без них? Эл: (поднимает глаза) В каком смысле? Фергусон: (с жаром) У вас есть данные. У меня есть доступ к архивам. Мы можем просчитать следующее перемещение. Точно. И когда оно совпадёт с вашим прогнозом... (разводит руками) Тогда они уже не смогут игнорировать. Эл смотрит на него долгим взглядом. Потом медленно кивает. Эл: Ладно. (достаёт из стола новую папку) Но работаем тихо. Никому ни слова. Особенно Мэйнарду и его людям. Фергусон: (улыбаясь) Договорились. Они склоняются над чертежами, и доска на стене постепенно покрывается новыми формулами. За окном (точнее, за его имитацией) начинает светать. ДЕНЬ. КАМЕРА SCP-049 — ЭКСПЕРИМЕНТ В комнате наблюдения у камеры SCP-049 сегодня оживлённо. Эксперимент с Чумным Доктором — дело всегда рискованное, но необходимое. Совет O5 требует регулярных отчётов о состоянии объекта, а последний контакт был больше месяца назад. В комнате собрались: доктор Харп — официальный руководитель эксперимента, Эмили Росс — ведёт протокол, агент Идзуми Джунко — как наблюдатель от службы безопасности, и двое охранников с усыпляющими средствами наготове. Харп: (в микрофон) SCP-049, мы начинаем эксперимент. Вы готовы? В динамике — тишина. Потом мягкий, почти мелодичный голос: «Всегда готов, доктор. Знаете ли, ожидание — худшая часть моей работы. Столько времени теряется впустую.» Харп: (переглядываясь с Джунко) Сегодня мы хотим задать вам несколько вопросов о ваших методах лечения. «О, с удовольствием. (пауза) Но не лучше ли будет, если я просто покажу?» Харп: (жёстко) Без подопытных. В прошлый раз... «Ах, прошлый раз. (в голосе слышна нотка сожаления) Да, я помню. Неудачный эксперимент. Пациент оказался... слишком запущенным. Но я многому научился с тех пор.» Джунко: (тихо, Харпу) Он всегда так говорит. Что научился. Что в следующий раз получится лучше. Эмили Росс: (так же тихо) И каждый раз убивает. Харп: (в микрофон) На сегодня мы ограничимся теорией. Расскажите, что вы называете «Хворью». Откуда она берётся? Долгая пауза. В камере SCP-049 замирает. Потом медленно поворачивается к смотровому стеклу. Клюв маски почти касается стекла. «Вы её не видите?» Голос изменился. Стал тише, почти шёпотом. «Она вокруг вас. В воздухе. В стенах. В... (пауза) в вас самих. Я вижу её. Как тёмную паутину, опутывающую ваши мысли. Как гниль, которая начинается изнутри и пожирает вас заживо.» Харп: (сдерживаясь) Вы говорите о болезни? «О том, что хуже болезни. (SCP-049 отходит от стекла) Болезнь можно вылечить. Хворь... её можно только вырезать. Полностью. И заменить чем-то... новым.» Джунко: (в микрофон, холодно) Заменить? На что? «На порядок. (голос становится почти мечтательным) На покой. На... вечность. Мои пациенты больше не болеют. Никогда. (пауза) Разве это не прекрасно?» Эмили Росс: (тихо, Харпу) Он действительно верит в то, что говорит. Харп: (в микрофон) Ваши пациенты — SCP-049-2 — они нападают на людей. Вы это знаете. «Они... защищаются. (пауза) Люди их не понимают. Боятся. А то, чего боятся, всегда хотят уничтожить. Это естественно.» Джунко: (резко) Вы оправдываете убийства? Тишина. Долгая. В камере SCP-049 снова замирает, и в этой неподвижности есть что-то хищное. «Я врач, мадам. (голос спокойный, но в нём появляется металл) Я не убиваю. Я лечу. Если пациент умирает во время операции — это не моя вина. Это значит, что он был слишком слаб, чтобы выдержать лечение.» Харп: (вставая) Эксперимент окончен. Спасибо за сотрудничество. «Всегда рад помочь, доктор. (пауза) И передайте, пожалуйста, моему соседу — новому, из 7-К — что я хотел бы с ним познакомиться. (голос становится чуть тише) Мне кажется, мы понимаем друг друга.» В комнате наблюдения все замирают. Харп: (медленно) Что вы знаете о 1006? «Только то, что слышу. (SCP-049 снова подходит к стеклу) Он... интересный. Говорят, он чинит то, что сломано. (пауза) Как и я.» Джунко: (Харпу, выключая микрофон) Он знает. Откуда — не важно. Важно, что он проявляет интерес. Харп: (мрачно) Надо усилить изоляцию между секторами. И доложить Мэйнарду. Они покидают комнату наблюдения, оставляя SCP-049 одного. В камере Чумной Доктор снова берёт перо и продолжает писать. На этот раз — на английском. «Пациент 1006. Требуется личное наблюдение.» ВЕЧЕР. КАБИНЕТ ДОКТОРА МЭЙНАРДА Мэйнард сидит за столом, просматривая отчёт Харпа об эксперименте с SCP-049. Напротив — агент Скиннер, привычно прислонившийся к стене. Мэйнард: (усмехаясь) Чумной Доктор интересуется нашим новым гостем. Это может быть... полезно. Скиннер: (хмуро) Или опасно. 049 — не игрушка. Мэйнард: (перебивая) И то, и другое — не игрушки. (откладывает бумаги) Тем более, что наш план всё равно требует, чтобы объекты взаимодействовали. Хаос, Скиннер. Чем больше хаоса, тем легче нам будет действовать. Скиннер: (молчит, потом медленно) А если они объединятся? Мэйнард: (усмехается) Доктор, который превращает людей в зомби, и игрушка, которая собирает семью из мёртвых? (качает головой) Нет, Скиннер. Такие, как они, не объединяются. Они конкурируют. (пауза) А мы просто будем рядом, когда начнётся драка. Скиннер не отвечает. Он смотрит куда-то в стену. Скиннер: (тихо) Вы уверены, что мы контролируем ситуацию? Мэйнард: (вставая) Мы никогда не контролируем ситуацию, Скиннер. Мы просто создаём условия. (подходит к карте) А что происходит потом — зависит от тех, кто в клетках. Вот исправленное второе сообщение пятой главы — без концовки с камерой 1006. --- ВЕЧЕР. АРХИВНОЕ ХРАНИЛИЩЕ — СЕКТОР ДОКУМЕНТАЦИИ Архивное хранилище Зоны 19 находится глубоко под землёй, в самом сердце административного сектора. Сюда редко заглядывают живые люди — большая часть документов давно оцифрована, а бумажные копии хранятся скорее по традиции, чем из необходимости. Воздух здесь сухой, холодный, пахнет пылью и старым картоном. Лампы дневного света мерно гудят, отбрасывая ровный белый свет на бесконечные ряды стеллажей. Доктор Эл (L.) и исследователь Фергусон пробираются между стеллажами, стараясь ступать как можно тише. У Эла в руках — фонарик и список инвентарных номеров, нацарапанный на клочке бумаги. У Фергусона — ноутбук и папка с распечатками. Фергусон: (шепотом) Доктор Эл, вы уверены, что нам сюда можно? У меня допуск только до уровня 2. Эл: (не оборачиваясь) Тихо. Если бы нам было можно, мы бы не пришли ночью. (останавливается у стеллажа) Вот. Секция G-7. Документы по перемещениям Зоны за последние пять лет. Он достаёт связку ключей, долго возится с замком. Фергусон оглядывается по сторонам, прислушиваясь к шагам. Фергусон: А если кто-то придёт? Эл: (усмехаясь) Кто? В архиве работают два пенсионера и робот-уборщик, который ломается каждую неделю. (замок щёлкает) Ага. Дверца открывается. Внутри — стопки папок, перевязанных бечёвкой. Эл берёт первую, начинает листать. Эл: Смотри. Вот отчёты за 2001 год. Перемещения каждые двадцать дней. 2002 — каждые восемнадцать. 2003 — шестнадцать. 2004 — четырнадцать. Сейчас — двенадцать-четырнадцать. (поднимает глаза) Частота растёт. Фергусон: (вчитываясь) А что, если... если это не случайно? Если кто-то намеренно ускоряет перемещения? Эл: (медленно) Я думал об этом. (достаёт другую папку) Посмотри. Вот протоколы технического обслуживания за прошлый год. Каждый раз перед перемещением в системе энергоснабжения происходят странные скачки. Фергусон: (листая) Вы думаете, перемещения можно не только предсказывать, но и... запускать? Эл: (тихо) Я думаю, что кто-то уже это делает. В конце прохода раздаётся шум. Оба замирают. Секунды тянутся бесконечно. Потом — урчание и скрежет. Из-за угла выезжает робот-уборщик, неуклюже маневрируя между стеллажами. Он подъезжает к Элу, на секунду замирает, разворачивается и уезжает дальше. Фергусон: (выдыхая) Робот. Эл: (криво усмехаясь) Я же говорил. Он достаёт из кармана маленькую цифровую камеру и начинает фотографировать страницы. Эл: Поможешь? Нужно всё. Каждый отчёт, каждую подпись. Если мы хотим доказать, что перемещениями управляют, нужны неопровержимые улики. Фергусон: (берёт стопку) А если мы ошибаемся? Эл: (пауза) Тогда мы просто потратили ночь в архиве. Это не самое страшное, что может случиться в этом месте. Они работают молча. Только шуршание страниц и тихие щелчки камеры нарушают тишину хранилища. Фергусон: (вдруг) Доктор Эл, а вы... вы когда-нибудь думали о том, чтобы уйти? Эл: (не поднимая глаз) Уйти? Куда? Фергусон: Ну... из Фонда. Уволиться. Уехать. Эл: (пауза, голос становится тише) Каждую неделю, Фергусон. Каждую неделю. (кладёт очередную папку) Но я здесь нужен. Пока есть хоть один человек, который задаёт вопросы вместо того, чтобы просто подписывать бумажки — я здесь нужен. Он поворачивается к Фергусону и впервые за вечер улыбается по-настоящему. Эл: Идиот, правда? Фергусон: (улыбаясь в ответ) Наверное. Но хороший идиот. Они продолжают работать. За окнами (точнее, за стенами) Зона 19 готовится к очередному перемещению. Через два дня. Если расчёты Эла верны. УТРО. МЕДИЦИНСКИЙ БЛОК — ЗАБОР КРОВИ Утро в медицинском блоке начинается с очереди. D-класс выстроился вдоль стены, ожидая планового забора крови — стандартная процедура раз в две недели. Охранники стоят по углам, автоматы на плече, взгляды равнодушные. D-9341 стоит в очереди пятым. Он уже привык к этой процедуре — укол в руку, забор пробирок, потом полчаса ожидания в изоляторе, пока проверят на аномальные маркеры. Ничего страшного. По крайней мере, страшнее, чем тесты со скульптурой. Он замечает знакомый силуэт в начале очереди. Взъерошенные седые волосы, сутулые плечи, чуть заметная хромота. D-9341 не верит своим глазам. D-9342 стоит, прислонившись к стене, и делает вид, что дремлет. Оранжевая роба висит на нём мешком, как всегда. На груди — тот же номер. D-9341: (тихо, стараясь не привлекать внимания) Старик... D-9342 (открывает один глаз, щурится, потом расплывается в щербатой улыбке) D-9342: (шепотом) Сынок! А я уж думал, тебя скормили 106-му или того хуже — перевели в другую зону. D-9341: (подходя ближе) Ты как? Я думал, после той диверсии всех развели по одиночкам. D-9342: (пожимая плечами) Развели, да. Только я, видишь, живучий. Как таракан. (оглядывается на охранников) Сейчас в тридцать седьмой сижу. Стены тонкие, соседей нет, зато скука смертная. D-9341: А меня в сорок третью. Тоже один. D-9342: (хмыкая) Один, да не один. Ты ж с голосами этими... как там их... D-9341: (тише) Не говори об этом здесь. D-9342: (понимающе кивает) Молчу, молчу. (пауза) Слушай, сынок, а ты как вообще? Держишься? D-9341: (пауза) Держусь. D-9342: (внимательно глядя) Врёшь. (усмехается) Но это хорошо. Значит, ещё не сломался. Тот, кто врёт, что держится — на самом деле ещё держится. А кто говорит правду — уже сдался. Очередь двигается. D-9342 оказывается перед кабинетом. D-9342: (оборачиваясь) Сынок, ты это... (пауза) Не теряй надежды. Я тут два месяца. Видел, как люди ломаются. Кто за неделю, кто за месяц. А кто-то, как я, всё ещё стоит. Знаешь, что помогает? D-9341: Что? D-9342: (тихо) Найти то, ради чего стоит терпеть. Хоть что-то. Хоть маленькое. (пауза) У меня это — жена. Бывшая. Я её имени не помню — амнезиак стёр, сволочи. Но помню, что она улыбалась. Когда я ей цветы дарил. Один раз. (голос становится тише) Тридцать лет назад. А я всё помню. И ради этого — терплю. D-9341: (потрясённо) Тридцать лет? D-9342: (криво усмехаясь) Ага. Я в этой системе давно. Долгая история. (медсестра зовёт его в кабинет) Ладно, сынок. Держись. Может, ещё увидимся. В этом аду места хватает на всех. Он скрывается за дверью. D-9341 остаётся в очереди, глядя на закрытую дверь. Сосед из очереди, молодой парень с татуировками на шее, толкает его локтем. Парень: Ты этого деда знаешь? Он кто? D-9341: (не оборачиваясь) Он... (пауза) Он хороший человек. Парень: (усмехаясь) Хорошие люди здесь долго не живут. D-9341: (тихо) Этот живёт. Уже два месяца. Парень замолкает, глядя на дверь, за которой скрылся D-9342. В его глазах — что-то похожее на уважение. 3. ПОСЛЕ ЗАБОРА. КОРИДОР МЕДИЦИНСКОГО БЛОКА D-9342 выходит из кабинета, зажимая ваткой руку в локтевом сгибе. Видит D-9341, ждущего своей очереди. D-9342: (подходя ближе) Сынок, у тебя есть что-нибудь? Ну, маленькое? Ради чего терпеть? D-9341: (пауза) Не знаю. (думает) Может... может, узнать, кто я. До всего этого. Я ничего не помню. Только обрывки. D-9342: (кивает) Хорошая цель. (хлопает по плечу) Тогда держись ради этого. А я, если что, рядом. Тридцать седьмая камера. Стены тонкие — если что, стучи. Услышу. Он уходит, чуть прихрамывая. D-9341 смотрит ему вслед, пока тот не скрывается за поворотом. Медсестра: (из кабинета) Следующий! D-9341 заходит в кабинет. На стене — календарь с пейзажем. Под ним — крупная надпись: 2005. Ты абсолютно прав — доктор Амелия Бак существует в каноне вселенной SCP. Нашёл информацию о ней. --- Доктор Амелия Бак — каноничный персонаж Доктор Амелия Бак — персонаж из веб-сериала SCP Animated: Tales of the Foundation . Должность и опыт · Уровень 3 — исследователь с высоким уровнем допуска · Работает в Фонде уже много лет — достаточно долго, чтобы доктор Молли Коллингвуд была её ассистентом-исследователем · Специализация: аномальные гуманоиды, кризисное управление, психология, протоколы безопасности · Участвовала в многочисленных нарушениях условий содержания высокого уровня, используя свой опыт для защиты персонала и общества Характер и личность · Холодная и отстранённая, особенно с теми, с кем у неё нет личной связи · Строгая, серьёзно относится к работе, заметно раздражается, когда кто-то ведёт себя непрофессионально · Цундэре — её холодное поведение — защитный механизм · Проблемное детство привело к страху неудач и боязни привязанности · Именно из-за детских травм у неё сложные отношения с отцом, которого она недолюбливает · Несмотря на холодность, иногда проявляет доброту — особенно к тем, с кем у неё есть связь (например, к агенту Грину, агенту Лоуренсу, Густаву, доктору Омаду) Внешность · Блондинка с чёрными бровями · Постоянно строгое выражение лица · Носит белый лабораторный халат поверх серой водолазки и высокие кожаные ботинки --- Теперь, зная это, я перепишу третье сообщение, используя каноничную информацию о докторе Амелии Бак. --- УРОВЕНЬ ДОПУСКА 2/19 ДОКУМЕНТ: ХРОНИКИ ЗОНЫ — ЗАПИСИ ОТДЕЛА ВНУТРЕННЕГО НАБЛЮДЕНИЯ ДЕНЬ. ВЕНТИЛЯЦИОННЫЙ ТУННЕЛЬ — УЧАСТОК 7-Г Вентиляционные туннели Зоны 19 — это лабиринт из металлических коробов, тянущихся под потолками основных коридоров и между этажами. Здесь всегда темно, шумно и пыльно. Ремонтные бригады появляются здесь только по графику или когда датчики показывают сбой. Сегодня плановая проверка на участке 7-Г — секторе, граничащем с тяжёлой зоной, но не входящем в непосредственный периметр камеры 7-К. Расстояние до камеры SCP-1006 — почти полсотни метров через два гермозатвора. Техник-7 и Техник-9 — молодые ребята, которых поставили на профилактику вместо выбывшего Техника-3 — ползут по узкому коробу, освещая путь ручными фонарями. Техник-7: (кашляя) Ну и пылища. Когда тут последний раз чистили? Техник-9: (сзади) По графику — месяц назад. Но ты же знаешь, графики и реальность тут редко совпадают. Они добираются до очередного стыковочного узла. Техник-7 открывает крышку распределительной коробки, проверяет контакты. Всё в порядке. Техник-7: Чисто. Идём дальше. Он перебирается через узел и вдруг замирает. Фонарь выхватывает из темноты стену вентиляционного короба. На гладком металле — несколько вмятин. Маленьких. Овальных. Похожих на отпечатки пальцев. Техник-7: (тихо) Эй... глянь сюда. Техник-9 подползает, светит своим фонарём. Вмятин пять. Расположены неравномерно, но явно оставлены чем-то, что приложило усилие к металлу изнутри короба. Техник-9: (вглядываясь) Это... это следы? Техник-7: (проводит пальцем по краю вмятины) Похоже на пальцы. Но кто тут мог... (осекается) Оба смотрят друг на друга. В голове одна и та же мысль: SCP-1006. Та самая махина с паучьими ногами и фарфоровым лицом, которую привезли месяц назад. Но расстояние. До камеры 1006 отсюда — полсотни метров, два гермозатвора, система охлаждения и три коридора. Техник-9: (нервно) Это не может быть тот объект. До него далеко. Метр за метр не протянет. Техник-7: (молчит, потом отворачивается) Может, это старые следы. От монтажа. Техник-9: (с облегчением) Точно. От монтажа. Тогда ещё трубы тянули, наверное, чем-то приложили. Оба делают вид, что поверили в это. Техник-7 достаёт планшет, делает несколько снимков. Техник-7: (в протокол) Обнаружены... механические повреждения обшивки. Предположительно, от монтажного инструмента. (пауза) Следов активности объектов не зафиксировано. Техник-9: (шепотом) Ты уверен? Техник-7: (жёстко) Я записал то, что видел. А видел я вмятины. И всё. Они быстро заканчивают проверку и выбираются из вентиляции. В отчёте, который уйдёт в технический отдел, появятся сухие строчки: «Участок 7-Г — следы механических воздействий, предположительно от монтажных работ. Рекомендуется усилить крепление в местах соединений» . Никто не задаст лишних вопросов. Никто не свяжет вмятины с камерой, до которой полсотни метров. И никто не заметит, что на некоторых снимках вмятины выглядят так, будто их делали изнутри. ДЕНЬ. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА ЗОНЫ Кабинет директора Зоны 19 — один из немногих, где есть имитация окна. Сегодня на экране — пустыня. Значит, Зона находится где-то в Северной Африке. Или в Аравии. Сотрудники давно перестали гадать. Директор Зоны — мужчина за шестьдесят, с седыми висками и усталым взглядом. Он сидит за массивным столом, перед ним — раскрытые папки и ноутбук. Напротив — доктор Харп. Директор: (не поднимая глаз) Доктор Харп, я запросил полную подборку материалов по SCP-1006. Где они? Харп: (чуть напряжённо) Сэр, мы собрали всё, что есть. Отчёты о захвате, протоколы экспериментов, данные наблюдения. Директор: (поднимает глаза) Это всё? Где досье на объект? Происхождение, история, связи? Харп: (пауза) Сэр, досье нет. Объект был обнаружен на заброшенной фабрике. Документация предприятия уничтожена. Мы не знаем, что это такое на самом деле. (пауза) Только то, что удалось выяснить из разрозненных бумаг, найденных на месте. Директор: (хмуро) Три месяца, Харп. Три месяца, а вы не можете сказать, откуда взялась эта... штука? (встаёт, подходит к окну-имитации) Совет O5 требует полный отчёт. Они хотят знать, что мы держим в клетке. Кетер это или Евклид. Опасен он или нет. Харп: (сдерживаясь) Сэр, мы классифицировали объект как Евклид на основании поведения. Но для полного понимания нужны данные с фабрики. Мы не можем просто так их получить. Директор: (оборачивается) Значит, их кто-то должен получить. (пауза) У вас есть предложения? Харп: (помедлив) Есть один специалист. Доктор Амелия Бак. Уровень 3, работает с аномальными гуманоидами, специализируется на кризисном управлении и протоколах безопасности . Если кто и сможет найти информацию на месте — то она. Директор: (возвращаясь к столу) Амелия Бак... (листает записи) Та самая? Я слышал, у неё сложный характер. Харп: (кивая) Да, сэр. Холодная, строгая, терпеть не может непрофессионализм . Но она знает своё дело. Если на фабрике что-то осталось — она это найдёт. (пауза) И у неё есть опыт работы с объектами, которые пытаются манипулировать людьми. Директор: (кивая) Тогда пишите письмо. Я санкционирую запрос. (пауза) Но быстро, Харп. Совет не любит ждать. ВЕЧЕР. КАБИНЕТ ДОКТОРА ХАРПА — ПИСЬМО ДОКТОРУ БАК Харп сидит за столом, перед ним — чистый лист на экране ноутбука. Он несколько раз начинает печатать, стирает, начинает снова. Наконец, набирает окончательный вариант. --- «Доктору Амелии Бак Исследовательский сектор ██ Фонд SCP Уважаемая коллега, Обращаюсь к вам с просьбой о содействии. В ведении Зоны 19 находится объект, предположительно связанный с бывшей производственной площадкой «Playtime Co.» (штат █████, США). Объект (временное обозначение SCP-1006) демонстрирует признаки разумности, способность к вербальной коммуникации и, предположительно, склонность к манипуляции персоналом. Однако информация о его происхождении практически отсутствует — документация предприятия была уничтожена до прибытия наших групп. Зная вашу специализацию в области аномальных гуманоидов и опыт участия в расследовании инцидентов высокого уровня , а также вашу работу с объектами, использующими психологические манипуляции, прошу вас рассмотреть возможность проведения полевого исследования на территории бывшей фабрики «Playtime Co.». Цель — сбор любых сохранившихся архивных материалов, касающихся «Эксперимента 1006», а также общей истории предприятия. К настоящему письму прилагаю: — Краткое досье на SCP-1006 (имеющиеся данные) — Отчёты группы захвата (МОГ Бета-7) — Карту предполагаемого расположения архивных помещений фабрики (на основе аэрофотосъёмки) Зона 19 обеспечит всю необходимую поддержку. Операцию можно провести в удобное для вас время. С надеждой на сотрудничество, Доктор Харп Зона 19, отдел исследований» --- Харп проверяет текст, добавляет приложения и нажимает «отправить». Письмо уходит в защищённый канал связи. Он откидывается в кресле, смотрит на экран. Ответ придёт не раньше чем через несколько дней. А пока — ждать. Эмили Росс (заглядывая в кабинет) Доктор Харп? Вы ещё здесь? Харп: (поворачиваясь) Да, задержался. Что случилось? Эмили Росс: Ничего. Просто... вы выглядите уставшим. Харп: (усмехаясь) Это нормально. (пауза) Вы идите, Эмили. Завтра будет новый день. Эмили Росс: (кивая) Спокойной ночи, доктор. Она уходит. Харп остаётся один, глядя на монитор, где в папке «Исходящие» мигает зелёная галочка: «Отправлено» .