Наставление

В его голове была как тонкая ледяная плёнка — хрустальный щит, через который доносился её голос, настойчивый и острый. Без эмоций. Лишь сарказм. Лёд. Что угодно только не доброта и наивность. Он вёл себя соответственно, но каждый её взгляд, брошенный через классную комнату, был подобен удару тока. Она чувствовала, как от него пробежал страх противоречащая всем её командам. Сдерживать этот порыв было мукой. После уроков она завела свой байк с рычащим ревом. «Надо привести тебя в порядок, охотник», — хихикнула она, но в смехе дрожала едва уловимая струна. Он сел сзади, не спрашивая, его руки обхватили её талию с такой уверенностью, что у неё перехватило дыхание. Он прижал её к себе, его тело, твёрдое и требовательное, прижалось к её спине. В этом не было прежней неуверенности, лишь тихая, непреложная сила. Что-то в нём переломилось той ночью, позволив ему требовать, претендовать. Она вела мотоцикл по мокрому асфальту, а его дыхание обжигало её шею. Его пальцы слегка двигались под краем её куртки, касаясь оголённой кожи над джинсами. Просто намёк, случайность, которая не была случайной. Вся её концентрация уходила на то, чтобы не свернуть в тёмный переулок и не дать своему телу прижаться к его ладони в ответ.Она за собой это замечала , и была в недоумение. «Ты дрожишь», — его голос прозвучал прямо у уха, низкий, лишённый её магического льда, но полный чего-то нового — тёмного понимания.