2 раунд

Коснувшись ладонью напряжённой шеи, Поттер медленно спускала руку по сильному мужскому телу. Пальчики прошли по центру груди, рисовали невидимые линии между кубиков преса и скользнули по косым мышцам живота, уходившим под пояс его брюк. Он замер, так и не смел шевелиться пока, а ей пришлось сделать глубокий бесшумный вдох, когда добралась до преследуемой цели. Даже легонько прикасаясь, Лили чётко ощущала насколько там всё напряжено. И помедлила бы, но любопытство пока побеждало: положив руку, ощутив его твердость уже всей ладонью, девушка почти осторожно сжимала на нём свои пальчики и подняла нажимистое касание немного вверх. Затем снова расслабила ручку и вела уже вниз. Так же медленно. При этом безотрывно наблюдала за эмоциями на красивом лице Скорпиуса. Даже набралась смелости смотреть ему в глаза. — Лил, ты совсем... — Я знаю, — шепотом перебила его Лили, пока хватало смелости и пока он не сказал что-то вроде того, что она совсем не обязана. И что он придумает что-то другое. Вполне возможно, что так и было бы. Почти не сомневалась, что ему в голову уже пришла идея повторить то, что совсем недавно было. Не исключено, что сделал бы это. Заглядывая в серебро его глаз, решалась озвучить известное ему почти детское откровение и надеялась, что это прозвучит максимально храбро. — Только... Для меня это впервые и если... Если что-то не получится... — мяла губки Поттер. Скорпиус, услышав, лишь улыбнулся. — Для меня кое что тоже было впервые и, по-моему, получилось совсем неплохо. Верно? — и он откровенничал. Не удержался и повёл пальцем по ключице, но и ниже. Пробрался за пределы красивого бралетта, чтобы снова рисовать кружок по маленькой ореоле и тронуть торчащий сосочек. Легонько прокручивая вокруг него пальцем, сам не заметил, как улыбнулся. Уже раскусил хитрую девчонку и её намерения. Почти не сомневался, что Поттер слукавила. — Значит ты?.. Никогда? — томно выдохнув от его прикосновения, тихо удивилась слизеринка, но и сама не переставала легонько водить большим пальчиком там, гда ещё недавно боялась прикоснуться. Ей, конечно, не с чем сравнивать, но то, что было... Думала, что уже давно опытен и в подобном, ведь какой же чертовски горячий. И как у него сказочно хорошо получалось целовать её там, возбуждать и облизывать. До дрожи и до беспамятства. — Никогда. Вот такое было впервые. И никогда не собирался вообще-то, но с тобой... — хоть и тихо, но весьма многозначительно для неё акцентировал Скорпиус. — Очень хотелось попробовать, — игриво и завлекательно шептал это подле её личика. И чистую правду, кстати. Ну, всё. Она уже попалась. Её переполненному эндорфинами мозгу хватило одного только намёка на её превосходство над всеми его профурсетками. Лили отняла свою руку, но лишь для того, чтобы дотянуться до его ладони. Цепко, почти решительно взялась за неё и сошла с места, потянув слизеринца за собой. Отпустила только когда они остановились у края кровати. Глядя на почти обнажённую девушку, он ловил каждое её движение: то, как её пальцы находят пряжку ремня. Как она, чуть медля, тянет его, вытаскивая из шлёвок. Ремень тихо скользнул наружу и через мгновение Лили отбросила его куда-то в глубину комнаты. Она легонько прикусила нижнюю губу, а пальцы опустились к пуговице на брюках. На секунду замерла, будто собираясь с духом, а потом аккуратно продела её в петлю и медленно расстегнула. Скорпиус едва заметно выдохнул. От того, вероятно, что её ласковые руки двигались осторожно, почти робко, но в этом было что-то завораживающее и безумно возбуждающее. Лили потянула за ткань, освобождая застёжку, и пальцы коснулись внизу живота. Даже от этого простого прикосновения по сильному телу прошла напряжённая дрожь. Лили, кажется, тоже почувствовала это — потому что на секунду подняла на него глаза. И в этом взгляде было всё: смущение, решительность и тихое любопытство, которое заставляло её продолжать. Теперь она тихо выдохнула и мягко подтолкнула его назад, чтобы опустился на край кровати. Остановилась перед ним, словно собираясь с мыслями, а затем медленно опустилась, присев на подогнутые под себя ножки. Пальцы коснулись его ботинка. Лили аккуратно развязала шнурки, сосредоточенно глядя на свои руки. Узел поддался, шнурки мягко скользнули между её пальцами, и она осторожно стянула ботинок и носок с его ноги. Потом второй. Руки медленно скользнули вверх. Зацепившись за пояс, поднявшись на колени, она без слов подсказывала ему приподняться. Поттер медленно потянула вниз сразу пару слоёв его одежды. Не спеша, будто растягивая мгновение, Лили обнажала красивое спортивное тело и чуть ли не жадно рассматривала его. Даже успела удивиться собственной храбрости, но уже и не стоило бы, наверное, грани-то отодвинулись. А если так и дальше пойдёт, то имеют шансы полностью стереться. Одежда тихо упала рядом с кроватью, забытая в полумраке комнаты, а Малфой смотрел так внимательно, словно каждое её движение было самым важным зрелищем в его жизни. Всё ещё стоя на коленях, замерла перед ним, затем потянулась вперёд. Скорпиус, заметив это движение, наклонился, позволяя ей получить то, что она хочет, а сейчас она хотела трогать его: грудь, сильные плечи и напряженные бока. Она хотела его губы. Хотела ощутить во рту его тёплый, изучающий язык. Чувствовать, как берёт руками её голову и как его длинные пальцы пробираются в волосы и спускаются на шею. Отвечая на горячий поцелуй, Поттер провела ладонями по его бёдрам, но не смогла удержаться и уже тронула совершенно неприкрытый слоями одежды член. Такой приятно тёплый и крепкий, что она протяжно выдохнула и неосознанно сомкнула на нём свои пальчики ещё сильнее. Прекратив поцелуй, Лили опускала свои глаза. Теперь смогла, наконец, рассмотреть его мужское достоинство и неосознанно облизала губы. Она, конечно, и понятия не имела о том, чего хотела, лишь в общих чертах и в теории, но сейчас, смело прикасаясь, сжимая его в своих пальчиках и видя, какой он большой и красивый, каким сильным ощущается в её руке... Ей безумно хотелось попробовать. Подняла глаза и посмотрела на Скорпиуса пытливым, почти вопросительным взглядом. Прочитав в личике девчонки немой вопрос, Скорпиус положил свою ладонь поверх её пальчиков. Сжал и подталкивая её двинуться немного вверх, а потом и вниз, показывая как надо и будто намекая на то, чтобы была смелее. Сделав ещё несколько неспешных движений, оценив то, как Малфой входит во вкус, Лили наклонилась и приоткрывала свои губы: кончик языка впервые коснулся гладкой, блестящей тёплой головки. Будто изучая, пробуя, оценивая температуру. Скорпиус немного откинулся назад, упираясь на ладони своих рук. Он расслаблялся, прикрывал веки, а слизеринка не без удовольствия отметила, что у неё уже получается делать ему приятно. Конечно да, малышка и не догадывалась насколько: от самой только мысли ум за разум, но даже не из-за всего происходящего, а из-за того, что с ней! У него, конечно, подобное уже было. И не раз. Вот только на месте тех, всех прочих и ненужных девиц, которые ублажали в призрачной надежде что он уже завтра чуть ли не предложит им свою руку и сердце, теперь именно та, от которой почему-то внутри всё приятно переворачивается. Лили нежно коснулась своими влажными губами. Снова тронула языком и повела им так, как во время глубокого поцелуя, но уже не напряжённым кончиком, а широким и мягким. Ладошка снова заскользила, немного оттягивая абсолютно гладкую, тонкую кожу и Лили, осмелев, полностью брала его в рот. Когда головка полностью оказалась за пределом пылких губ, Скорпиус позволил себе запрокинуть голову. Пришедшее ощущения невероятно возбуждало, но ещё больше то, что наблюдал — просто не мог позволить себе не наслаждаться этим зрелищем и поспешил вернуть свой взор. Увиденное будоражило ничуть не меньше каждого ещё неторопливого пока движения: полуобнаженная девчонка и сама прикрыла глаза, будто ей нравится. Взаправду так и было. Он и представить не мог, насколько. То, каким твёрдым, но одновременно гладким и горячим ощущается во рту его член. Как приятно он скользит в её переполненном слюной ротике и по языку. То, как вкусно пахнет от Скорпиуса. Повела головой на бок и если бы могла, то причмокнула бы от воображаемой сладости, ведь уже входила во вкус. Почти пристрастилась. Новое понравилось. Очень. Настолько, что опускалась ниже и насколько только могла, а влаги становилось больше. Он и не знал, что не только за пределом губ, ведь с каждым новым движением между её ног снова становилось мокро и горячо, мог только догадываться. Это всё безумно возбуждало, а предательское воображение уже рисовало ей весьма содержательные картинки. Безумно хотелось, чтобы он прекратил это всё, чтобы приказал ей остановиться, но лишь для того, чтобы забрать в свои сильные руки, притянуть ближе, усадить на себя или положить на кровать, нависнув над ней идеальным рельефным телом. Обнажить, тронуть и войти в неё этим своим самым красивым и вкусным в мире членом. И поглубже. Хотелось ощущать его в себе, хотелось стонать от этого и попробовать двигаться ему на встречу, погружая его в себя так, как сегодня двигалась на встречу его умелым пальцам, когда те снова и снова ныряли в её горячую дырочку. От этих мыслей она замерла. Наяву неторопливо достала со рта самый вкусный, как она уже поняла, леденец в мире и протяжно выдыхала. Вцепилась рукой в его бедро и пробиралась ею выше. Теперь ноготки немного впились в его мясистую ягодицу. Другой всё ещё уверенно двигала по его органу и облизала свои мокрые красные губки. Лили медленно повела им по своим губам так, словно это не его налитый член, а её любимая помада, и так жадно поглощала близкий облик слизеринца, что это не скрылось от прозорливого юноши. И ведь чуть не зарычал. Его фантазии, вероятно, двигались в том же ключе, но нет, нельзя. Вместо этого он запускал свои пальцы в густоту её волос, когда Лили опять почти жадно облизывала и сосала. Снова и снова. Теперь руки двигались быстрее, губы сжимали сильнее, даря ощущение приятной тесноты, а в этой тесноте язык ласкал ещё ощутимей. Тонкие пальчики собрали растёкшуюся по фаллосу прозрачную жидкость и ладонь проскользила ниже. Там тоже хотелось облизать. Ещё как. Тронуть губами, ощутить в своём рту, поиграть с ними не только ладонью, а языком, но не сейчас, быть может потом. Отчего-то хотелось думать, что это призрачное "потом" всё-таки ещё будет, а сейчас... Сейчас он был на грани: наблюдая, как часто голова девушки поднимается и опускается над ним, слыша, как она совсем тихо постанывает от удовольствия при каждом новом погружении, он чаще дышал. И всё реже моргал, ведь глаза практически закатывались от того, что творит эта некогда розовевшая от одного его присутствия девчонка. Мышцы натянулись, а ладони сжались в кулаки. На напряжённых руках проступали вены и он, прикрыв веки, потянулся к ней. Чтобы аккуратно, но сильно сжимать в кулаках волосы над тонкой ароматной шеей. — Лил, сейчас, — предупреждая, запальчиво шепнул Скорпиус. Даже дал ей выбор, чтобы отстранилась, но Лили не собиралась. Малфой уже понял это, ведь крепко впилась пальчиками в его бёдра, нетерпеливо предвкушая то, к чему привели все её смелые ласки. Чувствуя на своём лице прикосновение тёплых ладоней, уже без помощи рук погружала себе в рот его перевозбуждённый конец и специально замерла в какой-то момент, давая ему возможность кончить именно так, как он этого хотел. Закрыв глаза, Скорпиус сделал несколько небольших толчков: член ещё пару раз скользнул сквозь алые, набравшиеся кровью губы девушки и замер на её языке. Ощутила, как легонько дрогнул в ней, а после этого рот заполнило что-то горячее, немного вязкое и чуть сладковатое на привкус. Лили и сама опустила веки, ведь приглушённый мужской рык блаженства уже добрался до закромов разума. Медленно выпуская его из плена своих губ, облизывая, Лили чуть ли не с упоением наблюдала за экстазом Малфоя. Проглотив обильную порцию спермы, уже не отказывала себе в удовольствии тихонько причмокнуть. Словно ей на блюде принесли любимое блюдо, но специально же. Хотела, чтоб он это слышал! Чтоб читал между строк и понимал, что она хотела бы повторить. Очень. На личике мелькнула улыбка — слизеринка явно довольствовалась результатом, он принёс не меньше эмоций, чем сам процесс. Не удержалась и слизала кончиком языка последнюю капельку на блестящей гладкой головке, которую ещё недавно посасывала с откровенным удовольствием. Скорпиус, ощутив приятную напряжённую волну, оценив последние её ласки, улыбнулся и смотрел с помесью удивления, восторга и одобрения. — С ума сойти, — всё ещё отрывочно дыша, тихо ронял он. — Лил, это было... Уф-ф-ф... — немного передразнивал её же реакциями слизеринец. И взаправду удивлялся, кстати, ведь не рассчитывал, что малышка окажется той ещё горячей штучкой. Ловила же прямо на лету, а для первого раза так и вообще... Переплюнула и тех, кто был на голову раскрепощённее и уже с багажом опыта в этих делах. Те дуры со своими нелепыми причмокиваниями или глупыми типо игривыми смешками с его членом во рту просто блекли на фоне милашки Поттер. Он же не знает, что смелости, развязности и желания сделать ему так хорошо добавляло наличие искренних чувств к нему. Мог только догадываться и надеяться. И оценивать по её взгляду. Вот таком, как сейчас: застенчивый и одновременно невероятно смелый, внимательный, многозначительный, будто почти влюблённый. Хотелось бы верить. — Вот теперь тебе точно не грозит смертельная опасность, — она мягко улыбнулась, на грани нежности тронув пальчиком спадающую на его висок прядку. Скорп на миг задумался о том, но что готова крошка Лили ради спасения лучшего друга собственного брата. Хотя вот взаправду надеялся, что это было не единственным её мотивом. — Теперь точно, — уголок его губ поплыл вверх. Повисла тишина, которую растратили на обмен блуждающими улыбками и многозначительными взглядами. Скорпиус первым нарушил молчание: — Так не честно, Лил, — с озорством в глазах шепнул. Едва приподнялась на ноги и предстала перед ним в своём красивом белье. Очень хотелось продлить это их безумие. Хоть ненадолго. Улыбнулся ещё шире, с хитрецой и уже кивнул на собеседницу. Лили тут же поняла о чём речь: он-то весь обнажённый, она лично недавно позаботилась об этом, а сама так и не переступила эту грань. Точнее Скорпиус не переступил, но уже ненадолго, наверное. Надеялся, вероятно, что эта тонкая визуальная преграда хоть немного спасёт его от собственных желаний, но уже понял, что навряд ли — будь сейчас Поттер даже в бесформенной школьной мантии и всём, что под ней, он всё равно хотел бы обнажить её в такой же степени. Скорпиус тянул ближе: нащупал ладошку и уверенным усилием приближал к себе. Что ей оставалось? Замерев между его разведённых колен, Лили прикусила зубками краешек ещё горячей губы и послушно следила за каждым движением. Почти жадно забегав глазами по стройному телу, молодой человек пробирался к маленькой застёжке не совершенно неуместном слое одежды. Тот ещё недавно скрывал от него красивые, круглые и упругие груди. Малфой стягивал тонкие полосочки с тонких рук и теперь тряпица за своей ненадобностью была отправлена куда-то во мрак комнаты. Старшекурсник облизался. А если бы и хотел сдержать этот порыв, то не смог. Руки легли на женственный изгиб бёдер и поползли выше. Ладони добрались до мягкой преследуемой цели и он замер. Чертил невидимые ласковые линии там, где полосочки тонких рёбер переходят в мягкие рельефы. Добрался до её стоячих сосочков и тронул их пальцами. Почти синхронно, ласково, но и дерзко, ведь не удержался и ущипнул их. Даже слегка потянул, а на лице мелькнула игриво-предвкушающая ухмылка. Поттер от этого неуверенно улыбнулась. Чуть не шагнула назад, но он не позволил: быстро обвил её тело сильной рукой, а вторая напористо и смело сжала в ладони всю полукруглую мягенькую грудь. Дотянувшись, словил выпуклую темно-розовую цель губами, но взгляда от её личика так и не отвёл. Аккуратно зажав его между зубами, улыбнулся от того, как Лили немножко запрокинула голову от удовольствия. Поттер запускала свои ладони в его волосы пока Скорпиус продолжил ласкать кончиком языка и даже посасывать. А ей этого и хотелось, иначе девчонка не приближалась бы к этим развращающим прикосновениям. Просто не хотела отказывать себе в этом удовольствии. Точно так же он не мог отказаться от возможности тронуть пару тонких полосочек на её бедрах. Повёл по ним пальцами и остановился только там, где они сходились в крошечный треугольничек под красивым изгибом её спины. Большой палец нащупал третью полосочку — ту, что была бы спрятана от взора между её аппетитных, упругих и гладеньких на ощупь ягодиц. Улыбаясь, тронув кончиком языка свой идеальный белый клык во рту, Скорпиус сжал в ладонях её попку и едва заметно изогнул бровь. Выглядел так, словно задумал шалость и неторопливо потянул заветную ленточку вверх. Как только это случилось, Лили ощутила насколько плотно прижался треугольничек ткани между ног. Ещё влажный от недавнего, но теперь точно. Одним ловким движением он сделал из кружевного лоскутка сплошную полоску. Та вошла между гладеньких половых губок и плотно прижалась к клитору, когда он снова потянул. От этого её приятно-волнующие ощущения только усилились. Затем ещё раз. — Перестань, — легонько шлёпнула его по руке девушка. Смущению всё ещё было место, но теперь будто иному, словно игривому. Вероятно, после недавнего навсегда перешагнула порог своей запредельной робости с ним. Даже попыталась убрать его руки, взяв за запястья, но он не позволил. Вместо этого тянул за тоненькие полосочки вниз. Совершенно неспеша, будто запоминая этот момент. Воображая что-то, возможно, ведь замер, едва опустившиеся трусики открыли взору самое сокровенное и желанное ему. Настолько, что пришлось поторопить себя, обнажая. Чтобы прикоснуться, наконец, к очагу горячительной влаги. Пришлось практически умолять себя не дурить и не наделать глупостей, но она так рядом, так дышит... Подыгрывая, немного разводит ножки и смотрит на него широко распахнутыми глазами. Облизывает сухие от частого бесшумного дыхания губы и впивается в плечи ноготками. А он всего-то невероятно ласково провёл между её ног своими пальцами. Ещё несколько раз тронул маленькую жемчужинку клитора и заметил, как Лили от этого ощутимо дрогнула, будто у неё не осталось сил стоять. Взаправду почти так и было. Выдыхал, растирая в пальцах результат её вожделения и приподнимался с кровати. От греха подальше, ведь соблазна уже через край — вся она. Позволил себе ещё парочку прикосновений, не больше. Малфой положил ладонь на спину слизеринки и легонько подталкивал её в сторону почти утонувшей в темноте комнаты двери. Та привела их в ванную комнату. Дверь тихо закрылась за их спинами. Помещение было небольшим, спрятанным глубоко в подземельях Слизерина. Мраморные стены хранили мягкую прохладу, а свет исходил лишь от нескольких приглушённых ламп у зеркала, из-за чего тут стоял уютный полумрак. Тёмный камень пола чуть поблёскивал от влаги, а медные краны душа отливали тусклым золотом. Всё выглядело просто, но в этой простоте было что-то изысканное и тихо красивое. Скорпиус шагнул вперёд и повернул кран. Трубы глухо отозвались в стенах, и через мгновение зашумела вода. Тёплые струйки ударили о каменный пол, наполняя комнату мягким шорохом. Пар начал медленно подниматься вверх, делая воздух ещё теплее и гуще. Он первым шагнул под воду. Потоки скользнули по его широким плечам и спине. Затем Скорпиус протянул руку и потянул к себе. Она оказалась рядом, почти вплотную и влажный воздух наполнил лёгкие. Скорпиус дотянулся до какой-то бутылочки и скоро в его руках начала появляться густая белая пена. Лили вдруг уловила знакомый запах. Тот самый. Ощутимый, тёплый, пряно-травяной — именно так пахла его кожа. Его шея, сильные руки и его уже обмякший, но от этого не менее красивый пенис. Лили на секунду закрыла глаза и глубже вдохнула, будто стараясь запомнить этот аромат. Хотела держать его в себе как можно дольше. Спустя минуту, смыв с себя ароматную белую субстанцию, она немного отдалилась. Не спешила пока прятать своё голое, почти раскрепощённое недавними событиями тело под пушистым полотенцем. Замерла, стоя в шаге за его спиной и просто смотрела. Она думала. Судорожно размышляла о том, что дальше. Будто боялась, что потоки теплой воды смоют всё то, что недавно творилось в пределах его комнаты. А если не они, то их вытрут нити белого полотенца. Не сомневалась почему-то, что стоит за ними захлопнуться двери, как иллюзия их совместных счастливых по своей сути откровений и близости оборвётся. Об этом хотелось думать меньше всего, но навряд ли же его интересуют такие вот, как она: младшие, скромные, неопытные и обычные. Лили же не знала, что касательно неё всё с точностью, да наоборот и он давно уже перестал считать её лишь младшей сестрёнкой друга. Выросла, поумнела, стала интересней ему. Отличница, умничка, веселая и безумно... Запредельно желанная. Этого всего ей не положено было пока знать. Точно так же не полагалось знать о том, что это самое задание в игре — его рук дело. Что красивый аккуратный почерк на безумной записке принадлежит ему. Он выдумал его как только поманил её головой. Час назад, в гостиной. И написал, видя, как сошла с места и направлялась в сторону их компании, а дальше дело за малым: убедить Поттера чтобы не лез со своей раздражающей братской опекой и позволил ей играть; и совсем немного волшебства, чтобы нужная записка сама оказалась в её руке. Оставалось надеяться, что Лили вытянет его имя. Схитрил бы и в этом, но тут даже без магии обошлось. Он видел, как внимательно следила за его движениями. С предвкушающей улыбкой наблюдал за тем, как малышка хочет его имя, чтобы сыграть именно с ним в очень забавную игру. Его шалость удалась. Теперь ей хотелось продлить и растянуть этот момент. Увеличить количество их прикосновений и быть к нему ближе насколько это вообще возможно. Долго. Готова была бы и бесконечно. Именно эти мысли и заставили сойти с места. Лили поднимала руку и тронула его плечо. Аккуратно, вызывая приятное ощущение на его мокрой коже, вела пальчиками вдоль всей его спины, очерчивая мышцы и впадину у позвоночника. От этого, несмотря на струйки тёплой воды, по спине Скорпиуса прошла волна мурашек и он повернулся. Поттер мысленно поблагодарила его за то, что дотянулся до крана и прекратил этот шум. Повисла тишина. Пар ещё поднимался, смягчая очертания комнаты. Капли стекали по камню, по их телам, и всё вокруг будто становилось тише, ведь они стояли совсем близко. Скорпиус смотрел на Лили долго, внимательно, почти неподвижно. В его глазах было столько всего сразу, что она не могла разобрать, но от этого взгляда в голове мелькали десятки и сотни мыслей. Он смотрел так, будто видел её насквозь. Будто уже знал, о чём думает, что чувствует и как быстро сейчас бьётся её сердце. Доблестно попыталась выдержать этот взор, но не смогла. — Не смотри так… — тихо прошептала она. Ещё немного и готова была бы умолять. Уже пожалела, что подошла и стала зачинщицей их новой близости. Разбудила же усмирённого в себе зверя. Ей же хуже. — Как? — немного прищурившись, Скорпиус едва заметно склонил голову. Он протянул руку и провёл пальцами у неё за ухом, мягко убирая влажную прядь волос назад. — Вот так… — едва заметно кивнула Лили, но вдруг поняла, что и сама смотрит точно так же и не смеет моргать. С желанием, тягой, тихим, но почти невыносимым притяжением. Таким сильным, что не устоять и Поттер медленно подняла руку, чтобы коснуться его лица. Её пальцы скользнули по его щетинистой щеке и очертили резкую линию скулы. Ладонь опустилась ниже, к его шее, где под пальцами чувствовалось спокойное, но сильное биение пульса. Она чуть подалась вперёд и осторожно дотянулась до его светло-розовых губ. Этот поцелуй оказался мягким и медленным. Чувственным и почти осторожным, будто она боялась спугнуть момент. Отстранилась, получилось оторваться пока всё не зашло дальше, пока он не углубил его. Лили едва заметно провела кончиком пальца по его губам. Задержалась, но всего на секунду, словно проверяя реально ли это всё или лишь плод её воображения, а он аж затаил дыхание. От её нежности, близкого облика, от голого идеального тела в ничтожном десятке сантиметров вся железобетонная сдержанность ломалась и с треском. Нет, ну будто издевается! Хватило же лишь пару мимолётных касаний и одного несчастного поцелуя, чтоб так спёрло дух! Лили вдруг заметила, как в нём начинает нарастать что-то странное, напряжённое до того, что почти осязаемое. Он явно о чём-то думал, и думал так сосредоточенно, что это было видно по каждому движению его лица: скулы заходили, когда стиснул челюсти, линия подбородка стала жёстче. В глазах вспыхнул какой-то тёмный огонёк. Даже крылья носа чуть раздулись от глубокого вдоха. Хорошо его знала, она часто за ним наблюдала. Открыто и тайно, и могла сказать, что подобное с ним случалось крайне редко. Он вдруг закусил нижнюю губу. Сильно. Почти болезненно, наверное. Так, что на секунду показалось будто пытается отвлечься болью, словно сдерживает что-то внутри себя. Как только отпустил её, всё изменилось, ведь Скорпиус сделал один уверенный шаг вперёд. В следующую секунду его руки уже были на Лили. Он резко, почти жадно притянул её к себе и впился в пухлые губы. Этот поцелуй оказался совершенно не таким, как её: глубоким, сразу страстным, почти голодным. Словно он давно только об этом и мечтал. Будто бы не было подобных ему. Он целовал её так, будто больше не собирался сдерживаться. Его руки скользнули под её бёдра, и прежде чем успела осознать это, приподнял её. Лили обвила его руками за шею, а ногами вокруг талии. Как только это случилось, слизеринец сразу же прижал к прохладной каменной стене. Дыхание Малфоя стало чаще. Впрочем, её тоже. Он продолжал целовать — настойчиво, глубоко, почти не давая ей перевести дыхание, одной рукой придерживая её под бедовую пятую точку, а другой обвил вокруг тонкого стана. — С огнём играешь, — шёпотом упрекал её Малфой. За то, что посмела испытать его силу воли. Он злился, ведь впервые в жизни настолько легко проигрывал своему желанию. Прижимал к себе. Почти вжал изящную точёную фигурку в рельефы своих мышц. Лили чувствовала его так близко, что сердце сбивалось с ритма. И дело было не только в его горячем дыхании у её губ. Она чувствовала его напряжение всем телом — и от этого по коже снова и снова пробегала волна. Точно так же она чувствовала его возбуждение — он снова хотел её. Его член снова окаменел. Стал твёрдым, поднялся и даже упирался между её ног. Пока не сильно, Скорпиус будто не позволял этому случиться, но Лили... Обвив его ногами ещё сильнее, девушка отвечала на пылкий поцелуй. Немного выгнулась и от этого её тело подалось на встречу тому, что хотелось ощутить. Затем снова. А он уже понял что несносная вытворяет. — Ну что за неугомонная девчонка? Малфой разменивал злость на игривое веселье. На его красивом лице мелькнула улыбка. — Любопытная, — будто кокетливо ответила ему. Тоже не выдержала и улыбнулась. Пусть и застенчиво. — Слишком любопытная, — всё ещё с тоном осуждения, но и про своё фирменное обольщение не забыл. — Ну и что мне с тобой делать? — Эти слова прозвучали с ноткой озорного предвкушения, а Лили, услышав, пожала плечиками. Ну как тут устоять? Хотелось бы удовлетворить любопытство малышки. Хотя бы в рамках самого себе дозволенного. Сильнее сжав на её ягодицах свои пальцы, будто наказывая пакостницу за то, что так ловко манипулирует им, юноша сделал пару шагов и усадил девушку на широкую каменную поверхность возле умывальника. Лили сразу оценила то, что теперь их лица почти на одном уровне. Отпустив Скорпиуса из хвата своих руг и ног, она немного подвинулась назад. Вероятно, чтобы поудобней устроиться, но Малфой, многозначительно глядя в личико девушки, сразу же вернул её на самый край. Настолько решительно, что это разогревало изнутри: то, как цепко взялся под её колени, когда резковато потянул. То, как решительно развёл её ноги в стороны и посмел нажимисто провести между ними пальцами. Он снова возбуждал её, ему это было необходимо: прижав ладонь, сделав несколько круговых движений, стимулировал её маленький отросточек. От этого Лили распахнула губы, но ещё шире когда в неё вошёл палец. Как только это случилось, Скорпиус немного замедлился и слегка прокрутил его. Упивался тем, как ей нравится его смелое решение и улыбнулся, услышав шумный выдох. И как ему не быть, если в её непорочную писечку ныряло уже два умелых пальца. Они двигались там, погружались всё сильнее. Почти полностью выныривали наружу и снова были в ней. Отнимали у Поттер право на вдох каждый раз, когда были глубоко. Скорпиус, распахнув от сопутствующих эмоций губы, почти замер. Коснувшись её губ быстрым поцелуем, бережно и неспеша ввёл в Лили третий палец, а ладонь при этом плотно прижалась и он начал двигать ею. Теперь ощущения немного изменились. Она чувствовала, как им там тесно, ощущала, как плотно они зажаты в плене её мокрого влагалища, но от этого её приятные чувства только усилились и Лили облизала губы. Её тело поддавалось каждому новому движению, словно адаптировалось под все размеры и температуры и слизеринец немного увеличил темп. Прижавшись своей щекой к пылающему личику шестикурсницы, улыбался всякий раз, когда слышал от неё жадные вдохи. Он закончил делать это только когда шум их частых рваных выдохов разбавил хлюпающий звук влаги от её сильного возбуждения. Теперь тело Лили явно было готовым к большему. Тому, о чём она пока не подозревала. До этого момента думала, что откровенные и дерзкие ласки его рук — всё на что может надеяться. Что его пальцы и движения доведут её до безмерного блаженства. А он мог бы. Мог бы и пальцами сделать так, чтобы она умоляла его сделать это снова, но сейчас не приследовал цель подарить ей оргазм. Ему просто хотелось удовлетворить её безграничный интерес. Одалживая у неё обильное количество немного вязкой прозрачной жидкости, принялся размазывать её по блестящей головке. Сжав на себе ладонь, пару раз провёл ею вверх и вниз, готовясь к чему-то. Лили следила за этим, покусывая губку и волнуясь. Пока Скорп не сделал последний короткий шаг. От него расстояние между ними практически исчезло. Заглянув ей в глаза, найдя там невербальное согласие, молодой человек притронулся своим затвердевшим концом к влажной, подготовленной щёлочке. — Я уже говорил, я не собираюсь лишать тебя девственности, — развязно шептал он с явно читаемым удовольствием в голосе. Ему нравилось водить пенисом по её клитору, вызывало восторг то, как снова и снова впивается пальцами в его тело. — Просто хочу удовлетворить твой интерес. Совсем немного, — очерчивал кончиком носа линию на её щеке и добрался, наконец, до жадных к поцелую губ. Едва это случилось, Скорпиус замер, а потом немного двинулся вперёд. Лили шумно и протяжно выдохнула. Оторвалась от поцелуя, опёрлась на ладони и опускала глаза. Смотрела как он медленно, пока только самым началом своего члена входит в неё. Между ног появилось новое, немного распирающее чувство, но уже при следующем аккуратном движении её дырочка легко и почти полностью впустила в себя всю налитую головку. Ощущения были невероятными. Всё было так, как она хотела, мечтая, чтобы был в ней. Даже лучше! Он снова двинулся в скользкую пещерку и на этот раз тронул большим пальцем её набухшую горошинку. Повторил всё это снова, а потом ещё раз. Ей хотелось стонать, чудом сдерживалась, ведь почти сходила с ума. В порыве приблизиться, скользнула немного ниже по твёрдой опоре под собой. От этого её движения Скорпиус нечаянно вошёл глубже, но сразу же вцепился руками в её бёдра, останавливая. Теперь он уже чётко чувствовал, как его край упирается в её девственную преграду. Лили, вероятно, тоже ощутила это, ведь внизу живота на какой-то миг словно потянуло. Не больно, нет, но ощущение было совершенно новым и странным. Сделав ещё одно бережное движение, Малфой снова упёрся в невидимую стеночку. На этот раз чуть напористее. Ему нравилось ходить по грани, нравился этот запрет, но с другой стороны... Хотелось войти в неё целиком. Хотелось бы скользнуть глубже. Гораздо. Полностью. И двигаться всё быстрее. Погружаться в эту тугую малышку снова и снова, ведь даже так, имитируя, он чётко ощущал как там невероятно хорошо и тепло. Будто все температуры, запахи и размеры этой девчонки были созданы для него. И хорошо, что мозг под необычными платиново-русыми волосами ещё соображает. Хотя из последних сил, вероятно. — Лил, нет, не нужно, — запрещал он, как только ощутил, что снова стремится углубить его в себе. Ему стоило невероятных усилий лишиться этого всего, но всё-таки получилось выйти из неё и немного шагнуть назад. Растирая остатки её влаги по своему мужскому достоинству, он уже оценивал полный укоризны взгляд в красивых зелёных глазах. От того и улыбнулся. — Это должно быть не так, — лениво моргнув, говорил он. Ведь глупышка совсем не понимает, что всего-навсего хотел бы уберечь её от спонтанных и необдуманных поступков. — Не хочу, чтобы ты потом пожалела. — А как? — ретиво спросила Лили. Сводя ножки, беспокойно собирала пряди своих длинных волос и дула губы пока Скорпиус закручивал на поясе полотенце. И снова от греха подальше. Обижалась, вероятно, что не позволил ей добиться желаемого и почти бесило, что решает за неё и запрещает ей что-то. Какая бы она не была скромная иногда, но железный стержень характера всё-таки присутствовал. — Обдуманно, — сходу говорил он. Изогнув бровь, упирался ладонями по разные стороны от её ножек и заглядывал в лицо. Уголок его губ поплыл вверх и Скорпиус искренне искал в собеседнице понимания, но пока не находил. Сейчас Поттер больше напоминала серую предгрозовую тучку. Даже сплела руки под своей обнажённой грудью. От этого её мягкие холмики будто округлились и Малфой, не в силах спокойно смотреть на эту картину, закатывал глаза и медленно побрёл по небольшой комнате. Замер аж у противоположной стены, чтобы не поддаться новому соблазну. — Не так спонтанно. И точно после того, как ты всё обдумала бы и сказала вслух о том, что вообще готова к этому шагу. А она бы и сейчас сказала, но слова будто назло слиплись и пока не подкатили к горлу. Могла только моргать, дышать и думать о том, что Малфой тут ей что-то на взрослом и рассудительном говорит, а она на его фоне уже как обиженный ребёнок, наверное. — К тому же для этого нужен правильный человек, Лил. Ну, всё, приехали. Теперь вот аж комочек в горле встал. А он тогда кто? Что он себе думает в своей гениальной голове? Вот как дать ему понять, что он для неё и есть тот самый правильный, ведь она в него настолько по уши, что с другими бы никогда и ни за что и десятой доли подобного. Как хотелось бы верить, что она для него тоже, но здравый смысл побеждал. Не сомневалась почему-то, что для него это лишь очередное интересное приключение, но как же хотелось от чего-то верить в обратное. Уже верила, а его самолюбие тем временем вопило ему окститься! Ведь он и сам почти понимал, что годен на эту роль и по всем фронтам, а соли добавляло жгучее и ревностное чувство собственничества: аж злобно скривился, представив сцену того, как Поттер всего-то обнимает кто-то другой. Он — единственный кому она должна принадлежать. Он — правильней не придумаешь, но останавливало то, что всё так быстро и нахрапом. Нет, нельзя, слишком рано. Все эти их шалости — хорошо, но хотелось бы без значимых последствий. Ещё и сестрёнка лучшего друга. Теперь хотелось развить эту завязавшуюся между ними историю, но не только в интимном ключе. Не плотской тягой единой. Хотелось бы так, как у нормальных людей, хотелось большего. Череда ветренных недоотношений и кратковременных интрижек на одну ночь надоела. Не хотелось бы, чтоб Поттер, перешагнув порог его комнаты, бранила себя всеми ругательствами этого мира. А заодно и его. За то, что не отговорил вовремя и не уберёг. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга — будто продолжая взглядами тот тихий разговор, который начался ещё раньше. Лили первой отвела глаза, но почти сразу снова подняла их на него. — А если бы заданием было… переспать? Скорпиус едва заметно хмыкнул себе под нос. Подобного вопроса он явно ожидал. Ещё когда перешагнули порог его комнаты и Лили была чуть ли не на грани паники от задания, но сейчас в её голосе не было растерянности или возмущения. Чувствовался лишь интерес и какой-то подвох. Школьный староста скрестил руки на груди и будто задумался, а потом на его лице появилось странное, чуть хитрое выражение. — Так и было бы. Мы бы сделали это… — произнёс он спокойно. На мгновение замолчал, будто подбирая слова, и уголок его губ едва заметно дрогнул. — Но не так, — с намёком на недавнее, наверное, ведь кивнул в её сторону. — По-другому. Больше ничего не сказал и было очевидно, что увиливал от полноценного ответа. Повисла пауза. Лили почти сразу поняла, что продолжать этот разговор бессмысленно. И, наверное, лучше поменять тему — слишком уж легко могло вернуться всё то напряжение, которое только начало стихать. Она первой нарушила тишину: — Как думаешь… нас кто-нибудь искал? Скорпиус наконец оторвался от стены и сделал медленный, почти ленивый шаг вперёд. — Очень сомневаюсь, — добавил он, замерев прямо напротив. — Но если хочешь, Лили… можешь сегодня остаться здесь.Ты хочешь? На секунду Лили показалось, что в его голосе мелькнуло что-то нужное ей — почти надежда на то, что она ответит согласием. От его мягкого голоса и такой вот подачи внутри всё приятно перевернулось. Конечно она хотела. Мысль о том, что могла бы остаться здесь… Что сегодня она, возможно, уснёт рядом с ним, в его объятиях. Эта фантазия почти кружила голову и заставляла сердце биться быстрее. Ей даже не верилось, что он сам предлагает это, но разве не предел желаемого? Она изо всех сил постаралась не показать, насколько хотела бы, но скрыть это полностью всё равно не получилось. Лили слегка кивнула и улыбнулась ему — почти застенчиво, очень тепло. — Только пообещай мне кое что, — сказал он с наигранной строгостью и даже указывал в её личико пальцем. — Больше никаких шалостей. Хорошо? Явно пытался выманить из неё обещание, а Лили от этого тихонько рассмеялась. — Я постараюсь… Она подняла на него глаза и добавила уже чуть хитрее, прищурившись: — Но ты тоже пообещай. Была почти уверена: его сила воли гораздо крепче её собственной. А вот её терпения может и не хватить, если он снова будет смотреть на неё так, как сейчас. — Вот и договорились, — тихо сказал Скорпиус. Он шагнул ближе, мягко обнял Лили и снова легко приподнял её, усаживая на себя. Каменный пол под ногами был прохладным, и он просто не хотел, чтобы после тёплого душа она шла по нему босиком. Лили прижалась к нему крепче и хорошо, что между ними теперь была преграда из полотенца. Теперь в этом жесте не было ни прежней неловкости, ни напряжения. Только тихая, естественная близость и она сразу же уткнулась носиком ему в шею. Её тёплое дыхание щекотало кожу, она казалась удивительно лёгкой, почти невесомой. Казалась ему женственной, пылкой и даже развратной, но в то же время была для него маленькой, хрупкой и изящной. — Давай-ка мы во что-нибудь оденемся, — заботливо предложил хозяин комнаты, подходя к шкафу. Придерживая её лишь одной рукой, открыл его створку и замер, будто ждал чего-то. И скоро понятно чего именно: — Не отпустишь? — чуть не посмеивался, когда она покачала головой в знак отказа. Ей было так тепло и уютно, что просто не хотелось отрываться. Она даже прикрыла глаза, прильнув головой к широкому и удобному плечу. А ещё надеялась повеселить его своей выходкой и у неё получалось, ведь от тихонько рассмеялся. — А вот и первая шалость, ненадолго тебя хватило, — прошептал тихо, но с заметной ноткой лукавства, оглаживая длинные волосы вдоль её спины. — Знаешь, что делают с непослушными девчонками, Поттер? Она даже не успела что-то ответить. Мужская ладонь скользнула ниже и он шлёпнул по её упругой попке. В тишине комнаты звук прозвучал хлёстко. Лили совсем не ожидала этого и немного дёрнулась и отпрянула, машинально сжимая на нём ноги в ещё более тугое кольцо. Тело дрогнуло, но не от боли, скорее от неожиданности. — Охо… — удивляясь, тихо рассмеялась Лили, рассматривая его близкое лицо. — И это я с огнём играю? Аккуратней, Скорп, — откровенно дразнила его Лили. Девчонка совсем спятила, ведь роняла явный намёк на то, что ей понравилось и что этот жест только раззадорил её. Тут же потянулась к нему и коснулась его губ коротким, но ощутимым поцелуем. Он тоже этого не ожидал и счёт в их новой забавной игре сравнялся. — Вот и вторая шалость, Лил, — Скорпиус улыбнулся прямо в её губы, но он не оставил это без ответа и сильно сжал на ягодицах свои ладони. И только после Лили наконец отпустила его. Отвлекаясь от незатейливого разговора, Малфой заглянул в шкаф. Найдя несколько подходящих вещей, закрыв створку, он кивком головы поманил девушку к кровати и бросил найденную одежду на покрывало. Лили подошла и остановилась рядом, будто о чём-то глубоко задумалась. Её взгляд скользил по комнате, по теням, по остаткам света. Камин почти догорел. Угли тихо тлели в глубине, и лишь редкие, слабые отблески ещё пробегали по каменным стенам, оставляя вокруг густой полумрак. Комната почти погрузилась в темноту. Ночь уже окончательно вступала в свои права. Зацепив узел на полотенце, Скорпиус снимал его и присел на край кровати. Выбрав из вещей нужную, он молча протягивал её гостье. Тихо поблагодарив, Лили забрала и надела вверенную ей футболку. Замерев, покусывала зубками ноготок, а он так и слышал её громкие мысли. Они всё-таки забрались в кровать. Тут было уютно и тепло. Даже слишком. Лили так и легла под одеяло в одной только длинной ей футболке — её красивый кружевной комплект затерялся в тёмной комнате и искать её уже не хотелось, а Скорпиус предпочитал спать в одних лишь трусах. Одеяло пахло чистотой и чем-то едва уловимо знакомым — тёплым, домашним. Простыня была мягкой, приятно прохладной сначала, но быстро согрелась от их тел. Несколько секунд они устраивались, тихо шурша тканью. — Удобно? — негромко спросил Скорпиус. — Очень, — улыбнувшись, прошептала Лили, чуть повернув голову в его сторону. — Вот и отлично. Значит, моя кровать прошла проверку. Она тихо хмыкнула в темноте. — И сколько раз она её проходила, — откровенно упрекала его в былых свершениях. Девчонка явно ревновала и у неё не получалось это скрыть — в голосе проскочили мятежные нотки, он их уловил. Он от этого тихо посмеивался. — Не так много, как ты думаешь, Лил, — лениво протянул он. — Школьные слухи — страшное дело. Думаю, что мои достижения как минимум вдвое преувеличены. К тому же это всё дела давно минувших дней. — Даже так? — чуточку повеселела Поттер, накусывая ноготок. А и правда, кстати, прожжённый ловелас ещё осенью значительно снизил обороты и перестал таскать в постель сохнущих по нему сучек. Это Лили точно знала. Благодаря своему интересу к нему и, соответственно, к его личной жизни. — Определённо. — Значит... Значит у тебя уже давно... не было?.. — осторожно интересовалась она, а он аж рассмеялся от удивления и если бы не лежала к нему затылком, то видела бы, как высоко поднял брови. — Охо...Серьёзно? — отвечал вопросом на вопрос, но с совсем другой интонацией. — Ты правда хочешь поговорить об этом? — Почему бы и нет? — Она пожала плечиками. Было немного неловко всё-таки, но желание знать побольше о его интимном прошлом пересилило. Тем более, что питала надежду стать частью его интимного будущего. — С октября, — прикидывал он. — Серьёзно? А что же так? — Не было достойной кандидатуры. Это то, что она хотела знать, а он довольствовался тем, что не солгал Тихо усмехнулся, поцеловал любопытную малышку в макушку и на этом их разговор постепенно стих. Скорпиус притянул её ближе, обнял, сильно прижимая её спину к своей груди, а рука спокойно легла поверх одеяла, удерживая рядом. Беззвучно вдохнул аромат ярких волос и прикрыл глаза. — Спокойной ночи, Лил, — тихо прошептал у самого ушка. Она ответила тем же и какое-то время действительно питала надежды уснуть, но сон к Лили не приходил. Откуда ему взяться, когда даже сквозь слой футболки чётко ощущает всё его прижатое тело? А ещё эти убийственные мысли, что сводили с ума. Сначала она лежала неподвижно. Потом тихо повернулась на другой бок, но стало только хуже. Теперь его, роняющего ей на лицо тёплое размеренное дыхание, хотелось поцеловать. Отчаянно борясь с желанием, Лили легла на спину и уставилась в темноту над собой, где едва угадывался потолок. Она крутилась раз, другой, пытаясь устроиться удобнее, но всё было не так. — Может уже перестанешь? — лениво, почти сонно сказал, но в голосе чётко ощущалось веселье. В конце концов Лили умостилась так, как было в самом начале — поджав ножки и вжавшись спиной в его грудь. Ну, вот же, наконец-то! Но Поттер вдруг решила, что не достаточно близко, наверное. Хотя ближе было не куда, но она захотела посильней прижаться к нему своими бёдрами. Он не придал этому значения, думая, что всё ещё ищет удобную позу. Спина Лили немного выгнулась и от этого её прижатая к боксёрам Малфоя попка скользнула на пару сантиметров вниз. Когда Лили проделала подобное ещё раз, он уже понял, что это не случайность — негодница дразнила его. И у неё получалось! Поттер "виляла своим хвотиком" возле его достоинства и это начинало возбуждать. Хватило всего несколько таких трений и движений, чтобы у него снова крепко стоял. Он широко распахнул глаза. Надежды на сон улетучились так, словно и не приходили. Скорпиус почему-то не сомневался, что если девчонка вот прям сейчас не прекратит это всё, то быть беде.