Глава 7.

Квиддич Сегодня был дебютный матч Гарри по квиддичу. Он очень ждал этого, но и сильно нервничал. Тонкс видела это — он совсем не прикасался к еде за завтраком. — Красавчик, у тебя всё будет просто отлично. С тобой в команде я знаю, что ты приведешь Пуффендуй к кубку. — Гарри откусил сэндвич с яйцом, который сам приготовил, и взял её за руку, не глядя ей в глаза. Но она видела, что они, как и его волосы, переливались с цвета на цвет в течение нескольких секунд. 'Он так далеко зашёл: теперь, когда нервничает, берёт меня за руку, и стал тем ещё флиртующим шутником. Он понемногу приходит в себя, теперь тебе просто нужно сказать мне, что ты чувствуешь, Гарри'. Гермиона заметила, как Гарри взял Тонкс за руку, и слегка улыбнулась. Она знала с первого дня, что Гарри и Тонкс испытывают друг к другу чувства. Она видела весь год, как Тонкс намекала на это, но Гарри был в неведении, и только недавно в его глазах появился этот огонёк. Гарри встал, чтобы идти с Седриком на поле, но перед уходом Лилия, которая следила за сыном перед его первым матчем, была ошеломлена. В его глазах появился тот самый блеск, которого она не видела со времён Джеймса. Проблема была в том, что если у него появлялся этот блеск, это обычно означало, что он затевает что-то неладное. Гарри наклонился, осторожно приподнял голову Тонкс, чтобы встретиться с ней взглядом. — Не волнуйся, Дора. Я знаю, ты болеешь за меня, так что всё будет хорошо, но на всякий случай, для удачи. — Глаза Лилии невероятно расширились, когда она увидела и услышала, что её сын сказал и сделал. Он повторил то, что Джеймс сделал с ней на четвёртом курсе. В тот раз это закончилось огромным красным следом на его щеке. С Гарри же, когда их губы встретились, девушка, казалось, оцепенела. Но прежде чем кто-либо успел что-то сказать или сделать, волосы Гарри стали красными, и он выбежал за дверь вместе с Седриком. На лице Тонкс появилась широкая улыбка. — Он только что сделал то, о чём я думаю? Никто не мог ответить. Весь год Гарри был застенчивым, но, как все считали, благодаря старшему метаморфу, у Гарри появилась некоторая склонность к флирту. Лилия подошла к Тонкс и улыбнулась: — Он так похож на своего отца. Он сделал то же самое со мной на четвёртом курсе, те же слова и всё такое. Только разница была в том, что я сбила его с ног пощёчиной. Нимфадора, похоже, мой сын учится быть собой благодаря тебе. Я благодарна тебе за это. — Когда Тонкс улыбнулась в ответ, настала её очередь покраснеть до цвета волос. — Только не делай меня бабушкой раньше времени, — закончила Лилия с усмешкой и вышла за дверь. Остальные встали и направились к стадиону, но никто не заметил взгляда, который Дафна бросила на Тонкс. Внизу, на поле, Тонкс удивилась, увидев там своих родителей. — Вкусно позавтракала, Нимфадора? — поддразнила её мать. Но прежде чем она успела ответить, начался матч, и Пуффендуй практически доминировал. В течение часа счёт был 100–10, причём 50 очков забил Гарри. Внезапно его метла начала бешено брыкаться и трястись. Гарри было явно страшно: его волосы меняли цвет так быстро, что никто не мог уследить. Это продолжалось до тех пор, пока Гарри не повис на метле, держась только руками. Тонкс ахнула, и всё вокруг померкло. Гарри чувствовал, как его хватка слабеет. Через несколько минут Андромеда заметила, что один из учителей загорелся, и метла Гарри успокоилась, но Гарри сорвался и полетел вниз. Глаза Гарри расширились от падения, он был в ужасе. Он свернулся в клубок: 'Прости, Дора, похоже, ты всё-таки останешься последним метаморфом'. Когда Гарри подумал об этом, все заметили исходящее от него фиолетовое сияние, а Тонкс ощутила волны магии, исходящие от Гарри. Внезапно его «Дыхание дракона» начало пикировать вниз к Гарри и сумело поймать его. Гарри снова отпустил метлу, но был уже так близко к земле, что удар не причинил вреда. Однако он не встал. Мадам Помфри и мадам Трюк подбежали и после быстрого осмотра унесли Гарри в больничное крыло. Пуффендуй объявили победителем, потому что у Гарри не было с собой палочки, а пока длились проблемы, Седрик поймал снитч, так как Чжоу, ловец Когтеврана, отвлеклась на падение Гарри. Тонкс распахнула двери больничного крыла и вбежала вместе с разъярённой Лилией. — Мэм, как он? — Мадам Помфри просто улыбнулась ей и жестом указала. — Иди и узнай сама, моя дорогая. Когда я принесла его сюда, у него была сильно сломана рука и все мышцы были порваны из-за того, как он ловил себя после падения. Я полагаю, что вся та магия, которую он излучал, и была причиной заживления травм. Сейчас он просто магически истощён. Он в сознании, иди проведай его. Тонкс и Лилия подошли и увидели сидящего Гарри, но когда он снова увидел Тонкс, его волосы и глаза изменились на розовый и фиолетовый соответственно. — Привет, красавчик. Поппи говорит, что ты магически истощён, тебе нужно вернуться к исходному состоянию, чтобы не усугублять. Гарри кивнул, и его волосы снова стали вороновыми, но глаза изменились иначе, чем прежде. Один глаз был изумрудно-зелёным, а другой — серебряным. Медсестра заметила это и подбежала. После нескольких заклинаний она сказала: — Я не вижу никакого истощения его магии, как в прошлые разы, когда он менялся. Моё предположение — из-за огромного количества магии, которое он высвободил там, его правый глаз изменился навсегда. Я также дала ему зелье для коррекции зрения до того, как его магия окончательно успокоилась, потому что оно наконец доварилось сегодня. Магия Гарри в сочетании с его способностью к трансформации и зельем изменила его глаз на серебряный, и это закрепилось. У него развилась гетерохромия — разный цвет глаз. Лилия после этих слов принялась душить сына в объятиях. — Мам... мне... воздуха... — Она отпустила его и положила руку ему на щеку. — Я так рада, что ты в порядке, малыш. Я видела, как сбили нескольких учителей, должно быть, один из них проклял твою метлу. Я так счастлива, что ты в безопасности. Даже с новыми глазами, малыш, ты выглядишь прекрасно. После нескольких проверок Тонкс заговорила: — Красавчик, тебе стоит попробовать зелье, повышающее остроту, и превращение. Нам нужно убедиться, что твоё новое состояние не влияет на процесс. Если ты возьмёшь меня за руку, я смогу почувствовать магию изменения и понять, всё ли в порядке. — Гарри взял её за руку и закрыл глаза. Тонкс почувствовала изменение, но оно ощущалось немного иначе, чем обычно. Посмотрев на Гарри, она широко раскрыла глаза. Один глаз был голубым, а другой фиолетовым, но больше всего её поразили его волосы. Он выбрал розовый цвет, как у неё, но с вкраплениями ледяного синего. — Вау, я никогда не могла сделать два цвета одновременно. Это потрясающе, красавчик. Я тоже это почувствовала, дай-ка я попробую. — Тонкс закрыла глаза и сосредоточилась на ощущении, которое только что испытала от Гарри. Когда она изменилась, её волосы стали вороново-чёрными с розовыми прядями. — У тебя получилось, Дора, по крайней мере, с волосами. — Когда она открыла глаза, они были просто ледяного-голубого цвета. Она широко улыбнулась: она годами пыталась это сделать, но не могла понять как. Это открывало так много новых возможностей. — Раз с тобой всё в порядке, почему бы тебе не пойти на ужин, мистер Поттер? Уверена, тебе не помешает хорошо поесть. — Гарри, Лилия и Тонкс отправились в Большой зал. Все взгляды обратились к двери, когда троица вошла, но прежде чем кто-либо успел что-то сделать, на Гарри обрушился коричневый и светлый «снаряд». На лице Гарри явно читалась паника, пока он не увидел, что это Гермиона и Дафна, а затем слабо ответил на объятия, всё ещё не привыкнув к прикосновениям других, кроме Доры и мамы. Две девочки решили сегодня поесть за столом Слизерина и сели, к ним чуть позже присоединились Невилл и, на удивление, Сьюзен Боунс. — Привет, Сьюзен, рада тебя видеть. Ребята, это Сьюзен Боунс. Мы с ней вместе занимаемся в гостиной, потому что у нас одинаковые свободные уроки. Присоединяйся к нам, Сьюзен, здесь никто не будет злым. Ханна тоже может, если хочет, я знаю, вы с ней не разлей вода. — Они ели, болтали и смеялись весь ужин. Всем понравился новый стиль, который опробовали Гарри и Тонкс. Когда ужин закончился, все разошлись по своим делам, но Дафна на секунду задержала Гарри и поцеловала его в губы, а затем ушла. Тонкс была совсем не рада, но утащила Гарри в гостиную, где они устроились на диванах перед камином. Когда Седрик спустился поискать Гарри, потому что тот так и не пришёл в спальню, он увидел, что Тонкс и Гарри спят, прислонившись друг к другу, положив головы друг другу на плечи. Седрик поднялся наверх, взял одеяло и фотоаппарат, щёлкнул снимок и укрыл их.