Часть 5 Пора узнать детали

Кегван, который в тот момент находился со своими дружками в караоке и только упал на диван, чтобы перевести дух, довольно растянул губы в улыбке. На телефон пришло одно заманчивое предложение, которое поднимало его самоуверенность до небес.  — Чего лыбишься? — спросил один из товарищей, заметив на их негласном главаре наполненное удовольствием выражение лица.  — Одна рыбка попала в мои сети. Очень желанная рыбка, — нараспев ответил тот, быстро отправив смс-ку Саре и поднял взгляд на того, кто с ним так разговаривать не должен был. — А ты как со старшим разговариваешь, сопляк? Тебя вообще волновать не должно, чего я тут улыбаюсь.  Схватив парня, который был всего на год младше него самого, за ухо, потянул на себя и хорошенько потряс. Тот весь рассыпался в извинениях, а когда ухо все-таки отпустили, ушел к другим ребятам, что сейчас стояли у телевизора и пели очередную песню в микрофоны.  — Та самая иностранка с первого года обучения? — догадался другой, более спокойный и расслабленный юноша, являясь одноклассником и некой правой рукой Кегвана — Сон Минги.  Минги громадина, которую ещё поискать нужно и он всегда выделяется среди других сверстников своим ростом. Сам он вообще молчун, с тяжелым взглядом и пухлыми губами да короткой стрижкой черных волос. С Кегваном они общаются просто потому, что они одноклассники и Пак обожает чувствовать себя главарем. На самом же деле, решив Со размазать этого парня по стенке, то у него это получится до смешного легко. Их комплектация тела очень различалась, где один был тощим, а другой на массе кучи мускул.  Кегван побаивался своего друга, хотя вслух ни за что не признался бы в этом. Спасало его только то, что Минги было на многие вещи глубоко плевать.  — Да, Сара Мински. Видел ее ноги? Только из-за них можно немного побегать за этой девчонкой. Погуляю с ней несколько раз, потом ляжет под меня и превратиться в общий фон этой скучной школы. Даже жалко, — хмыкнул Пак, убирая телефон в карман брюк.  Минги ничего не сказал, пялился в экран своего смартфона и отпил из стакана безалкогольный коктейль. Он не так любил алкоголь и сигареты, которые Кегван обожал, выставляя себя крутым взрослым. — Пора закругляться, — допив остатки соджу из стакана, Кегван встал с места и пошел в пляс с остальными ребятами, хватая одну из девчонок за щеки и подарил ей грубый поцелуй.  Минги, наблюдая за этим зрелищем, даже не моргнул глазом, уже привыкший к отвратительном выходкам одноклассника. Он знал этого парня как свои пять пальцев спустя почти три года учебы. А ещё Со очень наблюдательный старшеклассник и был в душе уверен, что Сара Мински даст этого придурку просраться. 

⋅⋅•⋅∙∘☽༓☾∘∙•⋅⋅

— Черт! — Сара на следующий день после отправки сообщения Кегвану безбожно проспала, открыв глаза в десятом часу утра.  Быстро собирая форму по всей комнате и натягивая ее на себя, решила проверить уведомления на телефоне. Было несколько пропущенных от Минхо, ответ от Пака и непрочитанное эмодзи с высунутым языком от Питера, который явно не захотел будить старшую сестру, а теперь злорадствовал над ее опозданием.  — Мелкий говнюк, — прошипела она, застегивая последнюю пуговицу рубашки и заправила ту под юбку.  Уделив на сборы всего пятнадцать минут, Мински вылетела из дома, даже не поздоровавшись с бабушкой, которая не заметила, что ее внучка сегодня утром так и не спустилась вниз на завтрак. Родителей уже не было дома, поэтому она не могла никого попросить подбросить ее на машине, так что пришлось бежать на своих двоих по заученным улицам.  Наступив пару раз в лужи по пути, Сара все-таки оказалась рядом с учебным заведением, пытаясь отдышаться после быстрого бега. Скоро должен начаться второй урок, а значит, у нее было ещё пару минут, чтобы прийти в себя и перевести дыхание.  Охранник на входе ничего школьнице не сказал, потому что ученики здесь постоянно то заходили, то выходили в неподалеку находящийся магазин продуктов. Никто особо не заботился о том, что подростки могли сбежать с уроков.  Оказавшись на втором этаже около класса, Мински в последний раз протяжно выдохнула и открыла дверь. Внутри пустынно из-за короткой перемены, в которую обычно многие ходят в туалет или попить к расставленным на каждом этаже фонтанчикам питьевой воды.  — Доброе утро, — Минхо помахал рукой в сторону зашедшей, улыбаясь снова своей хитрющей ухмылкой, от которой у девушки каждый раз складывалось ощущение, что тот над ней издевается.  — Проспала? Мы уже начали волноваться, — Джисон закинул в рот остатки чипсов из пачки и кинул упаковку в маленькую мусорку в углу класса. — Ты же написала ему вчера?  — Да-да, написала, — закатив глаза, Сара кинула сумку на свой стул и сложила руки на груди, уставившись на четверых друзей, которые единственные остались в классе на этой перемене.  — Выглядишь так, словно по тебе проехался камаз, — Чонин на секунду оторвался от игры на телефоне, прикусив язык у уголка губ.  — Ну, спасибо, красавчик Ян, — подойдя ближе, Сара взяла чей-то стул и пододвинула его к ребятам, чтобы следом сесть на него. Нога закинулась на ногу и девушка начала постукивать пальцем одной руки по своему локтю.  Но тут перед ней выросла рука Минхо, который тоже заметил грязные пятна на ее колготках и решил дать влажную салфетку. Девушка буркнула благодарность и принялась оттирать грязь.  — Фу, не называй меня так, — Скривился в лице Чон, потянув руку к пачке чипсов, но той уже не оказалось на месте. Осознав, что снеки закончились, Ян гневно кинул взгляд на Джисона, который уже уничтожал бутылку с лимонадом.  — Тебя так все девочки называют, кто не плавится от вида Хван Хёнджина, — Мински выпрямилась и развела руками. — А ты, Сынмин, слышал это?  — Да, слышал, — Ким усмехнулся, начав пародировать девчачий голос. — Красавчик Ян сегодня кинул на меня взгляд! Отмечу этот день красным в календаре!  — Меня сейчас стошнит, — нахмурился парень на вид смеющихся ребят.  Но смех резко прекратился, когда дверь в кабинет с размаху открылась и на пороге оказалась Лулу. Та сначала была такой злой, что даже у Сары дыхание сперло от вида непривычно хмурых бровей блондинки и ее с силой сжатых пальцев на двери.  Завидев других людей внутри, выражение лица Лумьер резко поменялось на нейтральное, словно эмоция до этого была лишь всеобщим бредом.  — «Показалось?» — подумала Мински, приподняв одну бровь.  Лулу тем временем молча дошла до своего места, достала что-то из сумки и вышла обратно, оставив за собой тишину в классе. Ребята все это время за ней невольно следили взглядом, а стоило девушке скрыться, Джисон завел разговор.  — Чего это она такая злая сюда пришла? — кинул вопрос он, а остальные подхватили.  — Может, с Хваном поругалась? — пожал плечами Чонин, что снова уткнулся в телефон.  — Кстати, вы слышали вчерашнюю новость? — Минхо, как главный сборщик всех сплетен в этой школе, почесал ухо и откинулся на спинку стула. — Берри курила рядом с каким-то клубом ночью, а компаньоном был Хван Хёнджин.  — Да ладно. Этот молчаливый ангел во плоти? — удивился Ким, отодвинув ученик по биологии в сторону.  — В тихом омуте, как говорится, — Развел руками Ли, а после взглянул на все ещё молчавшую девушку. — Ничего не хочешь сказать?  — Чего говорить? Лумьер у нас главная темная лошадка первого года обучения, — пожала плечами она, выдохнула и встала с места.  Ровно в этот момент звонок прозвенел и другие ученики поспешили занять свои места. Разговор между ребятами остановился на этом моменте, но думать о Лулу Мински продолжила. Новые слухи и детали из жизни француженки невольно привлекали ее внимание. 

⋅⋅•⋅∙∘☽༓☾∘∙•⋅⋅

Стоило обеденной перемене настать, как Сара вспомнила, что должна идти на задний двор и намеренно фальшиво сюсюкаться с Кегваном. Аж тошно становилось, но она вспоминала ради чего это делает. Напоминал о цели и подаренный от Юны маленький брелок, который Мински нацепила на застежку своего пенала.  — «Ты новая подруга моего брата, и я бы хотела что-то тебе дать на удачу. Эти ребята часто попадают в какие-то переключения, поэтому, присмотри за ними», — сказала тогда она, вложив в руку девушки милый брелок с фигуркой зеленого клевера. Четырехлистный, а значит, действительно на удачу.  Ох, только знала бы Юна, что девушка тоже станет частью их безумных планов, которые были направлены на месть. — И что мне делать? — спросила она у ребят, когда они вышли в коридор и толпа школьников буквально толкала их спуститься на первый этаж.  — Веди себя как обычно. Кегван любит тех, кто ведет себя послушно, но твоя строптивость задаст лишь больше интереса с его стороны, — пояснил Чонин, ближе всего идущий.  — Звучит омерзительно, — скривилась в отвращении она, высунув язык.  — Так же, как и «красавчик Ян», — понимающе кинул он, горестно вздохнув.  —Это хотя бы смешно… — протянул Сынмин, идущий по левую руку от друга.  — Кому смешно?! Мне, вот, ни капли! — Ян взорвался от этого и развел руками по воздуху, искренне возмущаясь. Такое поведение лишь улыбнуло остальных и дало Саре капельку расслабления.  Расставшись с ребятами у двери столовой, та отправилась дальше по коридору, чтобы открыть нужную дверь на задний двор. Та без проблем поддалась и короткие волосы Сары тут же потревожил прохладный ветер. После вчерашнего дождя на улице слишком свежо, что хотелось укутаться в теплую одежду и не выходить из помещения. Но реальность была такова, что Саре придется немного потрястись на холоде, чтобы их диалог со старшеклассником не был всеобщим достоянием.  — О, пришла, — не успела она до конца завернуть за угол, как Кегван уже заметил ее фигуру и улыбнулся.  Улыбочка была куда мерзотнее, чем у Минхо, потому что Ли растягивал губы с доброй хитринкой, словно все вокруг него были малявками, которым ещё учиться и учиться. Этот же парень смотрел на парней с угрозой, а на девушек с мерзким оскалом. В его мыслях он уже имел Сару во всех возможных позах, что читалось в его бесстыдных с узким разрезом глазах.  Не будь у этого человека такого ужасного характера и личины, то его можно было бы назвать симпатичным — лисий прищур как у Чонина, широкий подбородок, нос без горбинки и гармоничные, не слишком пухлые и не слишком узкие, губы. При улыбке у него появлялись ямочки на худых щеках, да и сам он весь был как спичка. Узкие школьные штаны только портили весь обзор, потому что на его фигуре это смотрелось смехотворно.  Каким-то дамам такой типаж очень заходил. Плохой парень, который выставляет себя крутым, распивая алкоголь и куря сигареты одну за другой. Этим он сейчас и занимался, пока ждал первогодку, подпирая спиной серую стену. Стоило Саре появится в поле зрения, как он был готов распустить все свои перья как павлин, на что той хотелось усмехнуться. Но Сара сдержалась, чтобы дать понять парню, что она на его внешность и пустую «крутость» купилась.  — Я же сама позвала, — пожала плечами Мински, пытаясь в голове сейчас придумать свой образ для Кегвана.  Пускай она для других будет такой холодной, отчужденной, но рядом с ним другой. Это часто подкупает таких олухов как он. А ещё нужно было для их плана с ребятами, которые просили Сару максимально выложиться для этой миссии. Что они потом будут делать с Кегваном — пока держалось в секрете от девушки.  — И что же хотела сказать? Ох, стой-стой, я читаю этот взгляд, — он взмахнул рукой и довольный стоял все еще с зажженной сигаретой в пальцах.  Если честно, во взгляде Сары можно было бегущей строчкой прочитать, что она отсюда хочет быстрее слинять. Уж очень она не любила флиртовать со всякими говнюками. Именно поэтому она предложила парню уединился здесь — чтобы кто-нибудь другой, более смышленый, не поймал ее на лжи.  — Хочешь признаться в чувствах? Оу, Сара, прошел же всего месяц от начала учебного года. Ты так быстро влюбилась? — Кегван посмотрел на нее с удовольствием, потому что эго его взлетело до небес.  И пока парень у себя в голове ликовал как мальчишка над новой игрушкой, Сара в мыслях двадцать раз закатила глаза и послала его к черту. Раздался хруст собственных пальцев, ведь от нервов она начала их заламывать за своей спиной. Сара даже при Минхо так не волновалась, хотя от него всегда какой-нибудь подлянки ожидала, с его-то хитрющей миной.  Здесь причина волнения была немного другой — девушке противно. Стоять рядом с этим парнем и выставлять себя наивной дурочкой очень смешно, но утомляло, потому что общение с парнями, у которых самомнение выше Эвереста — весьма унизительная вещь.  — В чувствах ещё рано признаваться, — с улыбкой протянула она, сделав вид, что не замечает радость парня и его кровожадный взгляд на ее ноги, скрытые колготками и школьной юбкой. — Но мы бы могли пару раз погулять.  — Погулять? — приподняв широкие брови, он оторвался от стены и подошел ещё ближе. — А мне нравится то, как ты не ходишь вокруг да около.  — К чему оттягивать? Нет, конечно, могу тебе подкидывать любовные письма в шкафчик, чтобы твои друзья завидовали, но стоит ли оно того? Я хочу погулять с тобой, а не с оравой мальчишек, — пожала плечами она, сделав спокойное, насколько удавалось, лицо.  Быть собой и при этом не посылать этого парня в пешее эротическое, было очень тяжко. Сара несколько раз себе щеку уже прикусила, пока несла эту чушь, потому что смеяться хотелось неимоверно. Она видела в глазах напротив, как внутри Кегвана разгорался пожар интереса и удовольствия. Он буквально подсел на это внимание со стороны какой-то девочки с первого года обучения как детсадовец.  — Что ж, я с тобой согласен, — он легонько провел пальцем по кончику носа девушки и та прикрыла один глаз, все еще смотря на него. Он снова довольно заулыбался, потому что только начал осознавать какая красавица попала к нему в сети. — Тогда, как насчет следующей недели? Я очень занят на этой, но для тебя, малышка, очень постараюсь выбить время. Я тебе напишу.  — Я буду ждать, Кегван, — Она помахала рукой вслед уходящему парню, который лишь создавал иллюзию своей занятости.  Он тоже пытался ее уцепить своими уловками, словно он такой крутой и деловой будет ради нее выцеплять крупицы время, ведь она для него важна. Ну, так он хотел, чтобы думала Сара.  На деле же девушка, как только чужой силуэт пропал за дверью школы, тяжело выдохнула и расслабла лицо. — «Никакая я тебе не малышка». — Лживая улыбка спала, а тело, что все это время было напряженно и пыталось показать застенчивость, только сейчас расслабилось. Девушка облокотилась на стену, как Кегван до этого, и начала смотреть на задний двор.  Вокруг ни души. В такую погоду даже собаку жалко будет выпускать сюда, ведь везде слякоть и холодный ветер. Несколько деревянных лавочек с железными ножками неприятно обляпаны землей, а когда-то красивые участки с растущими цветами теперь полностью затоптаны. За этим местом никто не ухаживал, хотя школа престижная.  Сара задумалась глядя на этот унылый пейзаж, прикидывая в голове сколько сможет претворяться. Ей было с этого забавно, не так скучно как до этого. Но компания Минхо явно играли в какую-то крупную игру против Кегвана, раз даже ее попросили включиться в процесс. И не ради забавы, а ради мести.  Саре же мстить лично было не за что.  Да, ей жалко сестру Сынмина и они успели немного поболтать, но Мински ещё не настолько хорошо знала этих ребят, чтобы искренне сопереживать.  Сделав для себя вывод, что будет продолжать, пока не надоест, она отправилась обратно внутрь школы, обняв плечи холодными руками. Надо было ещё успеть хоть перекусить немного, пока перемена не закончилась. 

⋅⋅•⋅∙∘☽༓☾∘∙•⋅⋅

— Ты слышал? Она точно будет моей, — Кегван, встретившись с одноклассником, весь светился и не мог прекратить трещать о встрече с первогодкой.  Сон на это устало вздохнул, не прекращая читать мангу за своей партой. Ему не впервой слушать, как друг подцепил очередную девушку помладше и весь пылает от желания заполучить себе трофей. У Кегвана было много таких наивных девочек. Вспомнить даже Юну со средней школы — она бегала за этим придурком, чуть ли не в рот заглядывала, а потом он ее просто оставил, сказав Минги, что та ему надоела.  Минги никогда не разбирался по каким же именно причинам эти девушки Кегвану надоедали, поэтому он не знал о том, что тот бросил Юну прямо в момент ее приступа астмы. Может, знай он этот нюанс, то точно бы расквасил лицо одноклассника до кровавого месива.  — И что, пойдешь с ней на свидание? — чисто из приличия спросил Сон, не отрываясь от текста и черно-белых картинок.  — Сказал, что пока занят и напишу ей сам. Хочу растянуть этот момент сладостной победы над ледышкой Мински. Говорят, она вообще ни с кем не общается из школы, что делает ее лишь слабее в моих руках, — Кегван довольно присел на свою парту рядом и повертел в руке палочку от съеденного минуту назад чупа-чупса.  — Разве? Я видел ее в компании одноклассников недавно, — что Кегвану нравилось в своей друге, так это его замечательные глаза и предчувствие.  Тот не раз помогал ему избежать стычек и драк с другими пацанами, говоря ему заранее о своих наблюдениях. И поэтому, стоило Минги сказать об этом, как Пак навострил уши.  — Что за одноклассники? — прищурил веки он.  — Да так, мальчишки какие-то. Было видно, что она с ними просто, потому что больше не с кем общаться, — пожал плечами Сон.  На самом деле парень не договаривал маленькую деталь — он знал, кто те ребята, и, что сестра одного из них уже когда-то встречалась с Кегваном. Просто в этот раз ему хотелось понаблюдать за всем этим цирком со стороны, не сопереживая и не помогая никому.  Нет, Минги не плохой друг. Минги лишь немного устал от Кегвана.  — Тогда и беспокоиться нечего, — махнул рукой Пак на слова друга, усмехнувшись. — Все равно она уже моя. 

⋅⋅•⋅∙∘☽༓☾∘∙•⋅⋅

Стоило ребятам выйти из школы, как Сару потащили в другую сторону, совершенно противоположную тому пути, по которому она добиралась до дома.  Минхо премило ей улыбнулся и потянул за руку за ними в какую-то маленькую закусочную. Она в разы отличалась от той, где когда-то была Сара — столиков совсем мало, но здание крепкое, из бетона. С улицы можно было заметить и второй этаж, но лестница до него была скрыта где-то за дверьми. Весь первый этаж был сделан для общественной закусочной, со своей маленькой деревянной стойкой, крошечной кухней и единственной женщиной внутри. — Привет, мам! Мы с ребятами посидим немного тут и разойдемся, — Чонин крикнул первым, только появившись внутри и Сара тут же догадалась, что происходит.  Они внутри закусочной семейства Ян, у которых заведение и жилье было в одном здании. Как обычно и бывало в таких случаях — на первом они продавали, а на втором этаже жили, ютясь в небольшом пространстве из трех комнат.  — Хорошо, милый! Я вам принесу чего-нибудь пожевать! — крикнула та с кухни, и в голосе ее слышалась улыбка.  Стоило им осесть в углу, как по помещению разошелся приятный запах жареной курицы и Сара осознала, что была очень голодна. Маленький перекус в виде онигири на остатке обеденной перемены был слишком ничтожным, чтобы утолить голод. Поэтому, после полного учебного дня, девушка была зверски голодной, что даже не сразу сосредоточилась на словах рядом сидящих парней, вдыхая приятная запах еды.  — Эй, так ты расскажешь, что наплела Кегвану? — толкнул ее слегка локтем в бок Джисон, что сел слева. Справа расположился Сынмин, а напротив Чонин и Минхо.  — Гулять его позвала. Тот так обрадовался, что чуть из штанов не выпрыгнул, не будь они такими узкими, — усмехнулась она, облокотив подбородок на свою руку.  Парни засмеялись с шутки, наперебой то задавая вопросы, то вкидывая ещё какие подколы в сторону старшеклассника.  Сара слушала их и переодически тихо посмеивалась, пока не поймала взгляд напротив сидящего Минхо. Тот на нее так пялился, что она сразу сконфузилась и улыбку с лица стерла.  Ли заметил это и лишь сильнее улыбнулся, перейдя взгляд на говорящего в этот момент Сынмина.  — Так вот, пойдете вы гулять и ты постарайся сделать так, чтобы у вас потом ещё были встречи, ладно? Он должен долго добиваться твоего внимания, — Ким настойчиво просил и Сара нахмурилась.  — Слушайте, это все забавно и весело, но я не понимаю, что вы хотите сделать в итоге? Не поймите неправильно, я сочувствую твоей сестре, Сынмин, ведь Юна действительно милая и прекрасная девушка, но из-за одного этого факта собой рисковать я не хочу. Пока вы полностью не выложите мне свой план действий, я буду делать все это ровно до того момента, пока мне не надоест. А ваша настойчивость уже начинает докучать, — Мински не стала умалчивать и высказала им свои мысли, справедливо сделав выводы.  Сначала Минхо ее уговорил и она повелась, а сегодня, после разговора с Кегваном, уже засомневалась. Эффект от встречи в доме Кимов, когда они представили ей Юну, постепенно спал и какая-то женская солидарность за чужое разбитое сердце внутри нее осталась, но ради этого Сара не очень-то хотела рисковать своей учебой в данной школе. Мало ли до чего дойдут их игры и в итоге Мински выгонят, а эти ребята продолжат спокойно учиться? Вдруг, при малейшем же случае, они скинут всю вину на нее и она останется как дура, расхлебывать навороченное?  — Боишься остаться одна у разбитого корыта? — Минхо заметил чужую настороженность и опасения, словно читал между строк. — Хорошо, мы расскажем.  — Но, Минхо… — Чонин тоже нахмурился и хотел остановить друга, но Ли лишь махнул рукой и продолжил говорить.  — На самом деле мы хотим поймать Кегвана в моменте, и уже с прямыми доказательствами, заставить его отвечать перед законом. Мы не хотим просто побить его или разбить сердце через тебя. Мы хотим такого исхода, где он будет очень долго думать над своим поведением, — Хо выложил все на духу, от чего рядом сидящие парни напряглись, а девушка возмущенно вздохнула, уже открыв рот для упрека, но их прервало появление Госпожи Ян.  — А вот и закуски, ребятишки! — женская рука поставила подрос с курицей и соусами, а так же четыре стакана с газировкой. Оглядев сегодняшних гостей, та охнула. — Чонин, что ж ты мне не сказал, что вы с девушкой! Как невежливо теперь выгляжу, принеся все на четверых.  — Прости, мам, я забыл сказать, — Чонин, несмотря на повисшее напряжение между ребятами, натянул улыбку для матери и представил одноклассницу. — Это Сара Мински, учится с нами в одной классе.  — Такая милая девушка, — протянула та, наблюдая за тем, как Сара встает с места и с уважением кланяется старшей. — Сиди-сиди, я сейчас принесу и тебе напиток с курочкой.  Госпожа Ян ушла, а вот молчание все ещё висело, хоть у Сары было куча слов для этих ребят. Почему они говорят об этом только сейчас?! Она уже договорилась с Кегваном на свидание, сама полезла к нему, а теперь узнает, что вообще должна довести ситуацию до крайности!  По словам Минхо, Пака надо поймать с поличным, взять доказательства. А как ещё они их получат, если не через Сару? И при этом Сара должна с ним не просто фальшиво флиртовать, но и стерпеть его мерзкую выходку, если тот на нее нападет, например.  Они решили ее кинуть в воду, даже не дав задержать дыхание и не предупредив!  — Какого черта вообще? Почему именно я должна терпеть этого Кегвана, если он полезет ко мне? А если он просто целоваться потянется? Мне, что, терпеть стоять, ведь этого недостаточно для того, чтобы его за решетку упечь?! Вы хоть думаете головой своей? — она перешла на гневный шепот, чтобы их не услышала стоящая на кухне мама Чонина.  Все, кроме Минхо, виновато отвели взгляд и прикусили губу от того, что девушка была как никогда права. Они ее выбрали невольной жертвой, за счет которой можно будет отомстить обидчику сестры Сынмина. И никто не спросил ее об этом, никто не уточнил, что нужно зайти так далеко. Это полное безразличие к ее психике и безопасности со стороны ребят, очень сильно оскорбило Сару. Она была готова прямо сейчас разораться, кинуть в лицо каждого парочку ударов, как ее учили еще в Калифорнии, и уйти с поднятой головой, но вместо этого буйства выбрала другую тактику.  Ли оперся руками на стол и нагнулся ближе к лицу разъяренной девушки, тоже быстро зашептав.  — Ты не обязана отвечать этому придурку или сосаться с ним, когда полезет, Сара. Нам нужно, чтобы ты втерлась к нему в компанию и вытянула оттуда информацию. А ещё, — лицо парня пододвинулось ещё ближе, опалив щеки Мински горячим дыханием с запахом мятной жвачки. — Мы хотим, чтобы ты залезла к нему в телефон. Там-то все и доказательства.  — Ещё что мне сде…! — Сара заговорила громче, но прервалась из-за образовавшегося силуэта Госпожи Ян рядом со столом.  — Твоя порция, Сара. Приятного аппетита, — оставив еду и напиток на столе, женщина оглядела компанию и с улыбкой удалилась, с ностальгией вспоминая, когда сама тоже дружила с одноклассниками и собиралась с ними в закусочных.  Ребята вежливо поблагодарили и поклонились маме Чонина, но между собой вели не самый приятный разговор.  — Минхо, эта идея опасная, понимаешь? Я сначала думала вы Кегвана просто приструнить мной хотите, потому что я колючая и нелюдимая. Но такое! А если меня поймают? Если он захочет навредить мне или натравит полицию против нас? Что вы будете делать? — не меняя хмурого выражения лица, Сара все еще сомневалась в безопасности этого плана. Такой риск ради какого-то ублюдка, который ещё не факт, что что-то поймёт.  — Еще до нашей встречи мы искали всех, кто может нам помочь, — кивнул Ли, расслабленно откинувшись на спинку стула. Мама Чонина ушла наверх, поэтому можно было спокойно вести диалог, в котором он чувствовал себя победителем. — Нам удалось заручиться поддержкой одного из сотрудников полиции — Чон Юнхо. Он молодой коп, но весьма популярный среди своих, потому что его дела всегда закрываются с поимкой преступников. Мы поговорили с ним на консультации и он дал понять, что готов помочь, если мы принесем доказательства. Как мы их найдем — уже не важно. И если кто-то нас поймает из окружения Кегвана, постарается натравить на нас полицию или навредить прямо, то Юнхо сразу же возьмется за дело.  — И что же ему мешало взяться за это, когда Юна задыхалась? — вопрос Сары настолько сильно врезался в воздух, что атмосфера стала ещё хуже в разы. Это прозвучало грубо, слишком прямолинейно, местами неуместно в данной ситуации. Мински думала узко, цепляясь только за те факты, о которых знала сама. Внутренняя кухня всей истории была ещё где-то под темным покрывалом, но это не мешало ей уже делать свои выводы и злиться.  Сынмин сжал пальцы в кулак от упоминания своей сестры и той роковой ночи. Он тоже заговорил тихим голосом, поведав наконец Саре детали того дела.  — Он взялся. Дело было вообще о том, что Кегван не просто оставил мою сестру задыхаться в приступе. Он пытался ее насильно принудить к сексу, когда у той внезапно случился приступ. В какой-то степени ее это спасло от другой травмы, но… Кегван все равно остался ни при делах. Попытка изнасилования была лишь со слов Юны и наших, мы все знали, что в тот момент он был с ней. Но сам Пак все отрицает и у нас нет прямых доказательств обратному. Тот случай был первым нераскрытым делом полицейского Юнхо, что висит в архиве. Обвинения есть, есть жертва, но нет улик. Как в самых дешевых детективах, — невесело усмехнулся Ким. — Он согласился помочь нам, потому что это уже дело принципа. — Хорошо, — Сара выдохнула и кивнула, тоже откинувшись назад, оглядела всю компанию за столом. — А почему он не занимается этим? Почему ему должны принести все на блюдечке компания школьников? Вас это не заставляет усомниться в его подходах к делу?  — Заставляло, пока мы не узнали, что кто-то сверху дружит с Кегваном. Юнхо запретили лезть дальше и завалили другой работой. Он мог бы вообще забыть о нас, о деле Юны, но не стал. Если бы ты встретила его один раз, то сразу бы поняла, что Чон — мужчина дела. Ему самому противно от того, что его начальнику подложили несколько купюр и тот заставил Юнхо прекратить копать под Кегвана, — пояснил Минхо, кашлянув в кулак.  — Что же тогда помешает и в этот раз заткнуть полицию парой купюр их начальнику? — подняла бровь Мински, сложив руки на груди. Ее сомнения, опасения и тревога справедливо подкидывали вопросы в голову, на которые парни продолжали отвечать. Только Сару бесило ещё и то, что ей эти вопросы надо задавать, чтобы что-то узнать о деле, в которое ее втянули.  — Чон рассказал нам о том, что семья Кегвана на тот момент была на пике денежного успеха из-за акций в компании. Они выигрывали голосования за руководящие должности. Отец Кегвана работает в Samsung, вместе с семьей Хванов и там, естественно, все крутиться на отношениях между влиятельными лицами, — продолжал Минхо, отпив немного из стакана. — Но, вот, очередное голосование, и за семью Паков не голосуют. Они резко понизились в рейтинге группы, их акции упали, а семейный бюджет резко обнищал. Мы не знаем, что именно случилось, но сейчас Кегван не в том финансовом положении, чтобы раскидываться деньгами и покрывать свою задницу перед полицией взятками. Отцу он тем более не пойдет жаловаться, потому что тот его просто лишит вообще всего наследства за очередные выходки, когда тот прекрасно знает, что сейчас нельзя отсвечивать. Их положение хрупко, чем мы и собираемся воспользоваться.  Так, у семьи Пак нет денег? С виду и не скажешь, если учитывать дизайнерские шмотки Кегвана и его поведение в школе. Похоже, он старается делать вид, что с финансами семьи все хорошо, лишь бы не упасть лицом в грязь перед другими сверстниками и не потерять авторитет. Тогда, что же о той ситуации, когда он посылал Лумьер забрать деньги у Хёнджина? Игра в крутого?  Мински резко сложила пазл в голове и догадалась, что на самом деле, Кегван не забирал долг Хвана. Он просил у него эти самые деньги, а Лулу отправил за ними, чтобы закрепить свой статус. Типа, чтобы она понимала, какой он влиятельный, что даже Хёнджину дает в долг денег, когда на самом деле все было наоборот.  Какой же цирк…  И этот клоун когда-то был любовью Юны? Что ж, у влюбленных часто закрыты глаза на многие вещи, и не Саре судить, ведь она-то никогда ни в кого не влюблялась. Но, чтобы настолько не видеть в партнере красных флагов? Мински это поражало и злило. И она была зла не на малышку Юну, которая хотела видеть в уроде Кегване лучшее. Сара была дико зла на семейку Пак, покупных полицейских и на саму себя, потому что она боялась рисковать.  С одной стороны посмотреть — а почему она должна не бояться и лезть в огонь за справедливость, если дело вообще ее не касается? Она не главная героиня фильма про героизм, самоотдачу ради общего блага и жертвенность. Она такая же обычная старшеклассница, которая может ошибиться, обжечься, попасться на плохом деле, согрешить и пойти на поводу собственного эгоизма. Как и все люди вокруг, которые не хотят весьма логично рисковать своей задницей. Никто тебе безопасность в таком случае не гарантирует, потому что может случится что угодно, и все, твоя жизнь разрушена. Пойдет ли кто на подобное, когда понимает, что в худшем случае все твое будущее может пойти под откос?  Сара не была готова, внутри нее что-то сжималось в отрицании и в чувстве самосохранения. Но в тоже время ее дико бесила семейка Пак, которая безнаказанно творит полную херню. А причиной этой самой херни — высокое самомнение Кегвана, который уже перестал быть богатым сыночком, но пытается держаться в этом статусе через противные манипуляции.  Сможет ли Мински и дальше учиться здесь, закрывая глаза на то, что долбанутый Кегван там творит? Он может напасть на нее, на любую другую девушку, и ничего не получит в наказание. Так, чисто символически может пощечину от отца заработает за то, что его сын снова подрывает их и так шаткое состояние. Ну, или лишится наследства, которое редеет с каждым месяцем из-за статуса в компании. А что до жертвы? Придется ей жить дальше с этим клеймом использованной, сломанной куклы. Как справедливо, правда?  Но тут даже не в справедливости дело. И не дело в том, чтобы наказать виновника травмы Юны и многих других девушек, что обожглись об Кегвана.  Сара сама несколько лет назад чуть не стала жертвой одного неизвестного мужика, что схватил ее за руку и потащил за собой в подворотню. Спасла только мимо проходящая семья, где муж с женой спугнули насильника и проводили напуганную до смерти Сару до дома. В ней кипела злоба.  А ещё в ней была сильная благодарность к той молодой семье за спасение. Она знала то, насколько это защищало психику, насколько возрождало мнение об обществе, где на каждого плохого человека всегда находился и хороший. И для нее это были именно они — совершенно незнакомые женщина с мужчиной, что вели своего ребенка из садика, но ещё вытащили Сару из лап чудовища.  Сможет ли она сейчас встать на их место?  Минхо увидел в глазах Мински кучу опасений, страха и дилемму. Ей было трудно выбрать сторону в этом всем балагане нравственности, потому что она тоже подросток и каждое ее действие и бездействие откликнется. Он видел это, поэтому не постеснялся дотронуться до ее холодных пальцев на глазах у остальных ребят. Он мягко коснулся своими теплыми пальцами, вернув девушку в настоящий мир, вытянув из пелены кучи вопросов и сомнений. Сара нахмурилась, посмотрев на чужое прикосновение к себе, но руку не убрала, позволяя парню объясниться дальше.  — Прости, что говорим тебе только сейчас обо всем. Ты можешь отказаться и это нормально, — Ли сказал это спокойно, без тени улыбки и не пытался как-то успокоить ее. Он лишь говорил о тех вариантах, которые девушка вправе выбрать сама. — Мы сами виноваты, что втянули тебя в это, а теперь вываливаем так много подводных камней. Но для нас это очень важно и мы хотели найти человека с твердым стержнем внутри, который сможет выполнить наш план.  — Но вы меня не знаете, — шепотом отозвалась Сара, уже спокойно посмотрев в глаза парня напротив. — Не знаем, — кивнул он, отведя взгляд на стол, на их пальцы, что до сих пор соприкасались. — Поэтому ты можешь отказаться, Сара. Только дай нам ответ как можно скорее.  На этом их тяжелый разговор подошел к концу и Мински удалилась, оставив компанию ещё долго молчать за общим столом в закусочной. Каждый думал о своем в этом положении, но все сводилось к одному — к Кегвану.