Часть 41 Падение в бездну

Высветилось название серии: Падение в бездну Бесконечность Крепости Бесконечности разверзлась под ногами охотников. Танжиро и Незуко летели вниз, в деревянную утробу, где пространство подчинялось лишь воле Накиме. — ОНИ ПАДАЮТ! ТАНЖИРО! — в зале просмотра Мицури вскочила с места, вцепившись в свои волосы. — Спокойно! Смотрите на них… — Тенген стиснул кулаки. — Незуко… она не падает, она плывет в этом хаосе. Незуко вела себя так, будто находилась в собственном доме. Ее ухмылка озарила лицо, а глаза, ставшие узкими, змеиными… светились холодным, хищным светом. Они были острее любого клинка Ничирин. — Я надеюсь, что мы остались одни, — прошептала она, словно наслаждаясь полетом. — Она не просто убивает его, она играет с ним, — ледяным тоном заметил Обанай, его змея на шее тоже замерла, чувствуя напряжение хозяина. Танжиро же лихорадочно пытался сориентироваться в бесконечном падении, пытаясь не удариться о постоянно меняющиеся платформы. Его положение оставляло желать лучшего. Клинок в левой руке мелко дрожал: рука была готова убить любого демона, но сознание Танжиро все еще отчаянно сопротивлялось — он не мог причинить вред человеку, даже если это была его сестра. — Он не сможет… — Мицури закрыла рот дрожащими ладонями. — Танжиро-кун все еще надеется ее спасти. — Это его погубит, — отрезал реальный Санеми. — Она его не пожалеет. Посмотрите на ее взгляд! Либо вылетит клинок из ослабевших пальцев, либо нужно действовать. Свободная рука сработала на инстинктах — в последний момент Танжиро сумел ухватиться за край пролетающей мимо платформы. Резкий рывок. Боль пронзила все тело, а легкие испустили рваный, болезненный хрип. — Кххх… — прошипел Танжиро, впиваясь пальцами в дерево до крови, все еще крепко сжимая клинок в здоровой руке. Незуко приземлилась на противоположную платформу с грацией хищника. Она даже не попыталась помочь. Вместо этого она смерила брата взглядом, полным искреннего презрения. — Ты такой жалкий, неудачник, — бросила она, поправляя свои длинные волосы. — Как она может… — прошептал реальный Муичиро, побелев от злости. — Эта девка окончательно с катушек съехала! — взревел реальный Иноске, ударив кулаком по подлокотнику. — Танжиро, не слушай её! — крикнул реальный Ренгоку в экран. Камадо дернулся вверх, игнорируя дикую боль в запястье. Тело, повинуясь воле, сработало через силу, и он сумел вкатиться на платформу, тяжело дыша и не сводя глаз с сестры. — Накиме, давай! — скомандовала Незуко, легко отпрыгивая назад. В ту же секунду платформы содрогнулись и начали менять положение, складываясь и раздвигаясь, словно живой, непроходимый лес, запертый в четырех стенах. — Всё, братец, тут нет побега, — зловеще усмехнулась она, мелькая в узких проемах, как тень. — Она использует это место как игрушку! — в ужасе воскликнул Тенген, вцепившись в свои колени. — Накиме подчиняется только ей! — Я не могу на это смотреть... — Мицури закрыла лицо руками, между её пальцев виднелись слезы. — Она же его сестра! Как она может так смотреть на него? Там нет ни капли любви... только холодная жажда власти. — Танжиро, не стой на месте! — прокричал Шиназугава, вскакивая на ноги. — Прыгай, бей, делай хоть что-нибудь! Танжиро перехватил клинок, пытаясь рассечь мешающие ему перегородки. Но стоило ему нанести порез, как дерево мгновенно затянулось, словно живая плоть демона. — Что?.. — Камадо в ужасе обернулся, едва успев блокировать стремительную атаку сестры. — Это место, наша крепость, и оно подчиняется нашим правилам, — холодно произнесла Незуко, нанося удар за ударом. — Дыхание солнца: Сияющий удар солнца! — Танжиро собрал последние силы и попытался проткнуть основную стену комнаты, надеясь вырваться наружу. — Уже хочешь сбежать? — насмешливо бросила Незуко. Клинок Танжиро не пронзил стену — она мгновенно «заросла», намертво зажав сталь внутри себя. Камадо отшатнулся, пропуская смертельный удар Незуко в паре сантиметров от горла. — Ой, и как же ты теперь без оружия? — Незуко сделала уверенный шаг вперед, наслаждаясь его беспомощностью. — ОН ПОТЕРЯЛ КЛИНОК! — у Мицури дрожали руки, она была готова сорваться с места. — Нет, нет, нет! Он же теперь совсем один против неё! — Это конец… — прошептал Томиока, глядя на экран мертвыми глазами. — Он лишен защиты, он лишен выбора… — Накиме, можешь убрать перегородки в комнате? — Незуко обернулась в пустоту. Комната в мгновение изменилась: столбы и перегородки исчезли, оставив абсолютно пустое, гулкое пространство. Танжиро отпрыгнул к противоположной стороне, тяжело дыша. Незуко глубоко вдохнула, готовясь к решающему выпаду. — ОНА БЬЕТ! — вскрикнул Иноске. — ТАНЖИРО, УКЛОНЯЙСЯ! — эхом отозвалась Мицури. — Ты в клетке, — прошептала она, — и это конец. В зале просмотра наступила мертвая тишина. — Танжиро, прошу тебя… — прошептал реальный Ренгоку, сжимая кулаки так сильно, что из-под кожи проступила кровь. — Найди выход. Хоть какой-нибудь! — Он не будет сдаваться, — с пугающим спокойствием произнес реальный Гёмей. — Но Незуко… она ведь действительно собирается его убить. Клинок Незуко, мелькнув в воздухе, глубоко вошел в плечо Танжиро. Быстро, чисто, невыносимо больно. Камадо стиснул зубы, терпя. Он играл роль жертвы, выжидая момент, наблюдая за каждым микродвижением рук «сестры». Раз, два, три… Танжиро резко дернулся, пытаясь ударить коленом по основанию её клинка, чтобы выбить оружие, но расчет оказался неверным — она была быстрее. В ответ Незуко с холодной ухмылкой нанесла новую глубокую рану на его боку. — ОН ПЫТАЕТСЯ ВЫБИТЬ КЛИНОК! — выдохнул Санеми, впиваясь ногтями в ладони. — Но она не дает ему подобраться! — Танжиро, не лезь в ближний бой без защиты! — в ужасе кричала Мицури. Танжиро попытался совершить захват, стараясь зафиксировать её руку, лишить её возможности атаковать. Снова неудача. Незуко выскользнула, словно тень, и Камадо пришлось отскочить назад, теряя равновесие. Пол стал скользким… Нет, наклон! Комната начала вращаться с бешеной скоростью, подчиняясь механизму, который Незуко знала наизусть. Танжиро не сумел предугадать движение. Незуко со всей силой ударила его рукоятью в живот. Тупая, оглушающая боль, а затем — тяжелый, сокрушительный удар спиной о стену. — Ну как тебе? — прошептала она, и прежде чем он успел вдохнуть, её клинок пронзил его легкое. Танжиро сплюнул густую, темную кровь. Она схватила его за запястье, сжимая с такой силой, что кости начали опасно хрустеть. — ОНА ЕГО УБИВАЕТ! — вскочил реальный Иноске, его дыхание стало рваным. — ТАНЖИРО, ВСТАВАЙ, ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛ! — Хватит... — прошептал реальный Томиока, его лицо было мертвенно-бледным, глаза горели отчаянием. — Она не просто дерется, она его мучает. — Шинобу! — рявкнул Санеми. — Скажи мне, что он не умрет от этого ранения! Скажи мне сейчас же! — Пробито легкое, большая кровопотеря... — голос Шинобу дрожал, она больше не записывала, она вцепилась в блокнот до побелевших пальцев. — Если он не вырвется в ближайшие секунды, он просто захлебнется собственной кровью. Танжиро видел перед собой лицо сестры — холодной, расчетливой, лишенной даже тени той Незуко, которую он когда-то защищал. Её пальцы давили на его запястье, медленно, с садистским наслаждением, ломая кости. — Еще немного, и ты перестанешь дергаться, братец, — насмешливо бросила она, глядя прямо ему в агонизирующие глаза. В зале просмотра повисла тишина, страшнее которой не было ничего. — Гёмей-сан, — голос Муичиро был едва слышен. — Почему вы молчите? Вы же видите, что он умирает. — Я жду, — глухо ответил Каменный Столп, его руки были сложены в молитвенном жесте, а по лицу текли слезы. — Сейчас решится, угаснет ли в нем искра человека или... или он примет то, что скрыто в его крови. Её холодная рука медленно отодвинула пряди волос с его лица. Незуко вглядывалась в него с пугающим спокойствием. — Такой же шрам, как и раньше… Ничего не изменилось. Ты всё такое же ничтожество, — прошептала она. Танжиро стиснул зубы, чувствуя, как кровь заливает глаза. — Я знаю… Я изменилась, — вдруг сказала Незуко, и в её змеиных глазах на мгновение промелькнуло что-то… человеческое. — Прости, братец. Я должна. — ЧТО ЭТО ТАКОЕ?! ПОЧЕМУ?! — в зале просмотра Тенген вскочил, едва не опрокинув стол. — Она что, сомневается?! — ОНА!? ЧТО ОНА ЗАДУМАЛА?! — взревел реальный Санеми, его лицо исказилось от ярости и непонимания. — Танжиро, отвечай! Ты чувствуешь, что с ней происходит? — крикнул реальный Томиока, вцепившись в плечо мальчика, который сидел в зале, не в силах оторвать взгляд от экрана. — Я… я не знаю… — прошептал реальный Танжиро, его голос дрожал от противоречивых чувств. Незуко мгновенно вернула себе маску хладнокровия, но её взгляд предательски дрогнул, когда она вновь посмотрела на брата. — Что с ней происходит? Почему она извинилась? — Мицури прижала ладони к щекам, в её глазах стояли слезы. — Она же… она всё ещё там, внутри? — Нет, блять! Это тварь, и всё! — Санеми был неумолим, его трясло от напряжения. — Она играет с ним! — Шиназугава, не выражайся так при детях! — строго одернул его реальный Гёмей, хотя по его лицу тоже текла слеза. — Я убью тебя за всё. Я тебя ненавижу, — жестко отрезала Незуко, окончательно отбрасывая любые сомнения. — А вот и она, вернулась к своей роли, — холодно заметила реальная Шинобу, не сводя глаз с блокнота. — Но что это было? — Томиока смотрел на экран с затаенной надеждой, которую боялся признать даже сам. Танжиро дернулся. Отчаянно. Боль пронзила тело, но теперь она была вторична. Его сломанное запястье, вопреки всему, сумело вывернуть руку Незуко. — ДАВАЙ, ГОМПАЧИРО! — заорал реальный Иноске, вскакивая на кресло. — Это уже не важно, — тихо прошептал Урокодаки, сжимая кулаки в складках своего кимоно. — Сейчас решится всё. — Твой ученик сможет! — твердо ответил ему Джигоро. С невероятным усилием, ценой дикой боли в руке, Камадо вырвал клинок из стены и, сделав резкий рывок, оказался на другой стороне зала. Теперь он снова был вооружен. Следующая серия: Ледяные сердца.