Часть 4. Тайный Дом

Оставив позади себя ошарашенных Джеронимо и Карлу, Дон безропотно последовал за Капитаном. Напоследок парень оглянулся и с некой надеждой посмотрел на брата, но тот лишь обнадеживающе улыбнулся, продолжая придерживать за плечи поникшую Карлу. Дон осторожно оглядывался, рассматривая стоящие плотной стеной деревья-гиганты и разросшиеся кусты с бледным синим оттенком. Место было достаточно темным, будто бы скрывающим какую-то тайну, которую, словно самая преданная стража, огораживала от внешнего мира сама земля. Растения, плотные-молодые и сухие-старые, стояли вокруг, будто бы кланяясь новому члену их тайного общества. Казалось, даже мокрая от влажности трава расступалась перед неказистыми ботинками парня, который, всё ещё ощущая себя лишним в этом месте, начал осторожно привыкать к размеренной, молчаливой атмосфере. Вдруг перед ним предстала удивительная картина: у основания могучего дерева, уходившего своими ветками, казалось, до самого неба, находилась постройка, медленно перетекавшая в огромное деревянно-каменное строение, представлявшее из себя наскоро построенный многоэтажный дом. В глаза бросались некоторые части, которые будто бы не должны были быть там. Похоже, что некоторые комнаты достраивались по мере надобности, ставились друг на друга, впритык к стволу дерева, словно грибы-трутовики. Похоже, что оригинальным были лишь первые два этажа — один, сделанный из крепко сбитого камня, все стыки которого плотно измазаны штукатуркой, второй — из плотных, немного потемневших со временем брусьев. Из рассеянных крыш устремлялись ввысь многочисленные трубы, дым из которых, сталкиваясь в высоте с кронами деревьев, практически рассеивался. Строение встретило их приветливым свечением из окон. Как только они подошли настолько близко к нему, настолько, что Дон мог почувствовать тепло, исходящее от его стен, поднявшись на каменную ступеньку перед входом, мужчина остановился и, не отрывая какого-то усталого взгляда от стены перед ним, спросил: — Скажи-ка мне, Смит-младший, - внутри парня всё сжалось, — ты вообще как, готов вступить в армию? Или ты тут из-за брата? И снова этот злополучный вопрос. Было вполне очевидно, что Капитан рано или поздно заговорит об этом, но он всё-таки смог застать парня врасплох. Хотя, если рассуждать логически, а есть ли у Донована вообще варианты, кроме вступления? Он сбежал из лагеря, нарушил закон содружества РЭЙ, подорвав оказанное ему доверие. О прежней благосклонности и речи быть не может. Так что же это получается, его отправят в лагерь? Но разве присоединение к Армии поможет ему? Они же не сидят сложа руки в убежище. Если ты являешься их членом, то обязан совершать саботажи и теракты. В итоге, что ни выбирай, рано или поздно всё равно к нифридам попадёшь? На некоторое время Дон застыл, боясь собственных предположений, после чего, сам не понимая зачем, он перевёл взгляд на Капитана. Тот внимательно посмотрел в ответ, едва заметно качая головой. Это заставило Дона покрыться густым румянцем. И что теперь ему сказать? Соврать? Но даже если тот поверит, кому от этого будет лучше? А если ему дадут задание, с которым парень не справится? Он ведь тут же попадёт в руки нифриции, или, что ещё хуже, в руки Капитана! Как на зло, именно сейчас с ним рядом нет Джеро. Может, хоть он мог бы ему как-то помочь. А может ли Дон отказаться? Но что тогда с ним сделают? Отправят обратно? — Ясно, — ответил Капитан сам на свой вопрос, затягиваясь дымом. Парень опустил голову. Он лишний раз доказал самому себе, что ни на что не годен. Можно было попробовать как-то выкрутиться, потянуть время, пока не пришёл брат. А теперь Дону будет стыдно даже тому в глаза посмотреть. Ему-то он обещал вступить в МОАЗ, но, похоже, экзамен он с треском провалил. — Твой брат совсем безмозговый, не находишь? — практически шёпотом произнёс мужчина. Дон недоумённо взглянул на того — что это значит? Ему давно казалось, что Капитан говорит с каким-то странным акцентом, но что это было за слово? Капитан обернулся, видимо, почувствовав недоумение парня, и так же тихо продолжил. — Знаешь, пригрел себе под боком малолетнюю сорвиголову, хотя у самого ещё молоко на губах не обсохло, теперь и вот ещё... Смысл фразы Капитана наконец дошёл до парня, хотя выражение про «молоко на губах» он слышал впервые, но у него возник новый вопрос — почему он всё это говорит? После всего, что Джеронимо сделал, говорить о нём в таком духе было как-то... неправильно. С каждой минутой этот человек казался Дону всё более странным и даже непредсказуемым. Неудивительно, что даже брат побаивается выступать перед ним. Да и последняя фраза, при который тот качнул головой в сторону парня, давая понять, о ком идёт речь, сильно огорчала. — И вот что мне теперь с тобой делать? — с тяжёлым вздохом спросил Капитан. От этого комок встал в горле. И ведь даже нечем возразить. Дон не может с уверенностью сказать, что он хочет вступить в МОАЗ. Несмотря на страх перед нифридами. Несмотря на страх смерти. Несмотря на страх перед братом. Он прекрасно осознаёт, что не сможет, не справится. Самое главное — это понял Капитан. — Ладно, пошли. Отворив тяжёлую железную дверь, которая с внутренней стороны была увешена различными замками, защёлками и прочими затворами, Капитан первым прошёл внутрь, жестом приглашая парня за собой. Его лицо не выглядело разочарованным, а, скорее, безразличным. Словно бы он совершенно не удивлён такому исходу событий. Парень робко последовал за ним, не зная, радоваться или нет. Ему сложно было определить своё поведение с этим человеком, ведь Дон хорошо помнил его первое появление и боялся, что нечто подобное случится и с ним. Но пока Капитан вёл себя вполне мирно, не давая даже повода беспокоиться. — Сними обувь, пол испачкаешь, — дежурно пробубнил Капитан, ставя свои собственные сапоги на ближайшую полку. — Я серьёзно, приведи себя в порядок. Дон не рискнул даже слово сказать тому в ответ, хотя подобное замечание звучало для чистоплотного парня весьма обидно. Однако фокус его внимания, как только тот поднял голову, быстро переключился на окружение. Прихожая была достаточно просторной и светлой. В отличие от поляны, которую окружала холодная дымка выжидания и таинственности, внутри дома было чисто и тепло. В комнате было несколько вешалок с чьей-то верхней одеждой, множество рядов полок для обуви и одна одинокая скамейка, рядом с которой стояли походные сумки. Воздух был наполнен запахом огня, древесины и трав, отчего рецепторы парня будто пьянели. Он резко почувствовал себя ужасно уставшим, настолько, что чуть не завалился на ближайшую вешалку, которая из-за мягкой одежды напоминала столь желанную в данный момент кровать. Он быстро пришёл в себя, хоть и не без лёгкого разочарования. Пока что он здесь чужой, поэтому не стоит расслабляться. — Сюда, — последовал очередной приказ от Капитана. Поставив обувь, Дон поспешил за Капитаном в соседний коридор, отделённый от комнаты кружевным занавесом. Как только пальцы его ног коснулись шкуры неизвестного животного, выступавшего в роли ковра, его тело пробрала дрожь. Как же сильно он желает сейчас лечь и погрузиться в бесконечно прекрасный сон, хоть прямо здесь, на полу. Повернувшись направо, Дон на секунду зацепился взглядом за дверь напротив входной, которая была настежь открыта. Кажется, за ней был кабинет для совещаний, что было легко понять по массивному, длинному столу, стоявшему посередине, вокруг которого столпились различные стулья и кресла. Но внимание парня привлекло другое — ему показалось, будто бы из тёмного пространства комнаты за ним кто-то наблюдает, но, как только парень развернулся, чтобы приглядеться получше, некто быстро скрылся. Пока Донован не покинул прихожую, он старался получше рассмотреть кабинет, но ничего, кроме мебели, там так и не смог увидеть. Капитан быстрыми шагами пересекал коридор, отчего замученный долгой дорогой парень едва поспевал за ним, тяжело дыша тому в спину. Это мужчина оставил без внимания. Может быть, это проверка на выносливость? Или на покорность? В любом случае, Дон не хотел облажаться, хотя уже несколько раз из-за узкого прохода успел зацепиться за ручки дверей, находившихся вдоль всей стены. Неужели это жилые комнаты? Даже если так, они получались слишком маленькими. В любом случае думать об этом придётся не сейчас. Капитан неожиданно остановился, затянулся последней порцией дыма и затушил сигарету в удобно лежащей на подоконнике пепельнице. Он выпрямился и немного помедлил, будто бы настраиваясь на грядущий разговор, после чего уверенно отодвинул шторку и впустил Донована в новое пространство. — Сними это уже. — Он грубо дёрнул парня за куртку. — Мне даже смотреть противно. Сгорая от стыда, Дон быстрыми рывками стянул с себя инородные вещи. Сделав это, он тут же обернулся на Капитана, будто бы надеясь получить похвалу или хоть какое-то дальнейшее распоряжение, но, стоя в одной ночной пижаме, причём тоже не слишком чистой, понимает, в насколько неловкую ситуацию себя загнал. Парень, словно потерянный ребенок, беспомощно озирался по сторонам, как бы ища помощи. Капитан раздражённо застонал, рывком преодолел пространство между ними, пробурчав что-то себе под нос, вырвал содержимое его рук и тяжёлым шагом направился в другую комнату. Оставшись в одиночестве, Дон лишь робко поглядывал тому вслед, не решаясь даже сдвинуться с места. Почему-то ему стало ещё более неуютно. Эта комната была больше прихожей, однако в ней не было никакой мебели, что создавало ощущение пустоты. Лишь несколько проходов в соседние помещения, в одно из которых прошёл Капитан, хоть немного давали надежду, что рано или поздно из них кто-либо выйдет. Хотя, с другой стороны, это ещё больше пугало на самом деле. Две двери слева, одна из которых, судя по тому, что успел разглядеть Дон за массивной фигурой Капитана, вела в некое подвальное помещение, другая комната, находящаяся на другом конце стены, была плотно захлопнута, и ещё один коридор напротив предыдущего. В каждую минуту откуда угодно мог кто-то появиться, и оставалось надеяться, что, даже если он не знает Дона, он не сочтёт его за шпиона или ещё кого похуже. А ведь на его пижаме есть символ РЭЙ. — Капитан? Из коридора напротив раздался строгий женский голос, от которого у Дона затряслись поджилки. Его потряхивало, но он выпрямился, стараясь ненавязчиво прикрыть герб нифридов и, сглотнув, стал перебирать в голове все варианты возможных объяснений того, кто он и как здесь оказался. — Да, это я! Выходи, тут Смит брата своего притащил! — отозвался откуда-то снизу грубый голос Капитана. — Э-э-э? От такого грубо произнесённого междометия Дон вмиг растерял всю свою уверенность. Он не мог до конца понять: женщина так среагировала, потому что плохо расслышала капитана или потому что была не рада новости о прибытии новичка? — Да выходи уже! Сама увидишь! Не успел парень обрадоваться появившемуся Капитану, как тут же шторка перед ним со свистом колец по металлическому карнизу отодвинулась, явив ему огромную фигуру. Если бы не женское лицо, хоть и с сильной челюстью, то Дон мог бы подумать, что перед ним мужчина. Как только женщина подошла к нему поближе, оценивающе разглядывая его, парень едва отшатнулся — её рост, казалось, был даже больше, чем у Джеронимо, а крепкое тело, которое элегантно подчёркивали классические брюки и рубашка, заставляло неловко сжаться перед её напором. Однако лицо женщины оставалось достаточно сдержанным, даже безэмоциональным. Наклонив немного голову, она обратилась к Капитану: — Так это и есть Донован Смит? — отчеканила та. — Неуверенный он какой-то. Парень покраснел, всё сильнее сжимаясь. Конечно, она лишь констатировала факт, но это прозвучало, словно он был какой-то мебелью. — И не говори. Притащил нам Смит проблему на голову. В этот момент Дон почувствовал себя уязвлённым. Разве это правильно — вот так вот обсуждать его прямо перед ним же. Донован инстинктивно сжал губы и открыл пошире глаза, силясь не расплакаться и не выдать своего волнения. Он понимал, что не является идеальным бойцом, но неужели они не понимают, что это жутко обидно? — А где он сам? — Женщина перевела точно такой же взгляд на Капитана, задав вопрос с такой чёткостью, что граничило с грубостью. — Я им с Карлой наказание дал, пускай отрабатывают теперь! — Ясно. Она словно в ту же секунду после ответа потеряла к нему интерес, вновь переведя свой строгий взгляд на поникшего парня. Тот стоял, будто на суде. Ни один мускул на лице женщины не дёрнулся, а её короткие, чёрные волосы были строго прилизаны набок, делая её похожей на манекен. — Сколько лет? — Э... — парень успел забыть даже, как его зовут, но как только ему показалось, что в тёмных глазах его собеседницы промелькнуло лёгкое раздражение, постарался как можно быстрее собраться с мыслями. — Ам, мне 15, мэм... — Сколько в СИОДе учился? Что это за допрос? Разве Джеронимо не передал им всю информацию про него? Или они его на что-то проверяют?.. — Я... 8 год учусь... — Учишься? — с удивлением она переспросила у него, а со стороны Капитана в этот момент раздался лёгкий смешок. — А-а... То есть... — он сделал глубокий вздох, — я успел отучиться там 7,5 лет. Он постарался произнести последнюю фразу наиболее чётко, отчего лишь почувствовал себя глупо. По женщине сложно было сказать, что она о нём думает, но Капитан, стоящий неподалёку со скрещёнными руками, явно давал понять, что выглядело это довольно комично. Дон искоса глянул на него: его лицо было расслабленным, даже приободрённым, а от былой злости и усталости не осталось и следа. Как только женщина открыла рот для очередного вопроса, позади парня раздался звонкий стук каблуков. Рывком отодвинув шторку, в комнату ворвалась Карла, которая, высоко придерживая подол длинной юбкой, с победным кличем бросилась парню на спину, на несколько секунд повиснув на ней. Парень успел лишь глухо вскрикнуть, отшатнувшись назад, но девушка продолжала крепко сжимать его шею, при этом всё же соизволив опереться на свои собственные ноги, предупредив их совместное падение. Парень успел зацепиться взгляд за лицо Капитана, увидев, как удовлетворённость сменяется неописуемым гневом. — Чё вы здесь, братика пытаете? — из того же коридора донеслись быстрые босые шаги Джеронимо, который через минуту оказался рядом и, будто бы предчувствуя тот взрыв, что грядёт от Капитана, встал рядом с Доном и Карлой и приятельски обнял обоих, с осторожным вызовом смотря на остальных присутствующих. — Вы должны отбывать наказание, — спокойным тоном отчеканила женщина. — Вас не должно быть здесь. Казалось, что ей самой не слишком хотелось выслушивать ругань Капитана, поэтому она решила первая подать голос, опередив пыхтящего Капитана. Похоже, что это помогло, так как в итоге тот не решился ничего добавить к словам напарницы. — Потом на кухне отработаем, — беззаботно сказал брат, переведя одобрительный взгляд на немного ошарашенного, но всё же расслабившегося младшего, после чего, более задорным тоном, добавил: — У нас тут есть кое-что поважнее. Нам же нужно посвящение провести! Не успел Джеро разглядеть в глазах брата панику, вспыхнувшую, как огонь, на который пролили масло, как Капитан, уже успевший остынуть, вновь скрестил руки на груди и, ехидно улыбаясь, произнёс: — А я его не возьму! Время будто на секунду остановилось, а перед глазами парня пронеслась вся его недолгая жизнь. Конечно, он подозревал, что брату рано или поздно придётся об этом сообщить, но он даже не мог подумать, что именно при таких обстоятельствах. Что было ещё хуже — ему это сообщил именно Капитан. Отведя от мужчины испуганный взгляд, Дон посмотрел на Карлу, которая, как и в их первую встречу, застыла с немым вопросом в глазах, не в силах что-либо сформулировать, после чего тут же обернулся в сторону брата, лицо которого ещё сильнее напугало младшего. Именно в этот момент он понял, что кричать и ругаться здесь умеет не только Капитан. — Что?! — с отчаянной яростью спросил Джеро. — Ты с ума сошел! — Что?! — с большим возмущением в голосе повторила Карла, с силой прижимая парня к себе, будто бы стремясь защитить его. — Что слышали! — сказал Капитан с абсолютно безучастным лицом, на котором всё равно гуляла победоносная улыбка. — Это моё решение и обжалованию оно не подлежит! — Так, стоп! Джеронимо, выпустив парочку из рук, обогнул их и, с силой сжимая кулаки, уже попытался начать свою гневную тираду, но его прервал удивительно спокойный для этой ситуации голос женщины. — Он слабый, неуверенный, без квалификации. Кроме того, мы не можем точно знать, что он не сдаст нас нифридам. Приводить его сразу сюда было достаточно опрометчиво, я об этом говорила с самого начала. — Неправда! Он никогда так не сделает! — с яростью процедил Джеронимо. В этот момент Дон вновь вспомнил про символ содружества РЭЙ, на который, как ему казалось, всё это время косилась педантичная женщина. К счастью для него, сейчас его не было видно из-за плотного кольца рук Карлы. — Даже если так, это не отменяет остальные пункты, — холодный голос женщины чётко показывал его собеседнику серьёзный настрой его обладательницы, которая, судя по всему, была не слишком довольна тем тоном, которым с ней разговаривали. Несмотря на давление Джеро, она стойко продолжала стоять на своём. — Да и что с того! — с обидой крикнул на неё Джеро, отчего даже Карла прижала Дона поближе к себе, — остальных вы без проблем взяли, а Дон, значит... — Между «остальными» и твоим братом есть существенная разница, — строго произнёс мужчина, уже разворачиваясь куда-то в сторону стены, — они хотели вступить в МОАЗ, а твой брат — нет.

***

Капитан, развернувшись на 180 градусов, привычным движением руки прогнул стену между двумя дверьми, и та услужливо отворилась, держась посередине на длинном шесте. Провернув её, тот вышел в скрытое помещение, внутри которого блеснула железная винтовая лестница, через секунду уже скрывшаяся за потайной дверью. В любой другой ситуации Дон был бы немало удивлён такой изобретательности, но в данный момент он был занят судорожным поиском оправданий того, что только что было сказано про него. При всём уважении, Капитан даже не соврал. Он имел полное право, при всех прочих, отказать ему в приёме в Армию. Только вот как объяснить это брату, который до сих пор пребывал в таком шоке, что продолжал ошарашено смотреть вслед мужчине. Донован до последнего не желал верить в то, что всё выяснилось именно таким образом. Надеясь, что ему послышалось, он попытался развернуться, но наткнулся на круглые, зелёные глазки, полные недоумения. Карла выглядела так, будто её ударили. Она продолжала, оцепенев, держать его за шею, отчего парню становилось ещё паршивее. — Белла, что он... Брат недоверчиво взглянул в сторону женщины, едва проговорив эти слова, однако та, не пожелав дальше участвовать в разговоре, развернулась и ушла в тот же коридор, откуда и появилась. Джеронимо провожал её взглядом, так же, как несколько секунд назад провожал Капитана. Его глаза уже не были полны злобы. Огонь в них будто бы грубо потушили и теперь радужка, до этого горевшая красным пламенем, совсем слилась по цвету со зрачком. Карла нервно сглотнула, встрепенулась, подтягивая Донована поближе, и крикнула вслед Белле: — Вы все не правы! Вы все! Однако этот клич не воодушевил Джеро, который, с потупленным взглядом и опущенными руками, всё ещё пялился на неподвижную занавеску. Карла, на секунду растерявшись, попыталась промямлить что-то ещё, но всё же в следующий момент отпустила младшего и бросилась к её любимому братику. Оставшись в одиночестве, напротив тех, кого подвёл, Донован сильнейшим образом захотел убежать из этого места. Куда угодно: назад на улицу, за Капитаном в тайный проход или за Беллой в следующий коридор, надеясь, что там его ждёт что-то лучшее. Однако, не успел он даже осмыслить своё желание, как услышал нечто неожиданное. — Напугали ж они тебя, не так ли? Наконец-то брат выпрямился и, облегчённо облокотившись руками о пояс, спокойно взглянул на Дона, что несколько озадачило его. Похоже, для старшего это было абсолютно нормально. Как и тогда, после их конфликта в тележке — он вёл себя так, будто ничего не произошло. Это, конечно, очень странно, но сейчас это определённо лучший исход из возможных. — Ты не переживай так, ладно? — он перешёл на шёпот и жестом подозвал младшего поближе, чтобы что-то сказать ему на ухо. — Капитан бывает вредным, но в целом... — Он ещё хуже! — вставила свои пять копеек Карла, уже успевшая в такт Джеронимо приободриться. — Да цыц ты! — пробубнил Джеро, однако на его лице после замечания девушки проявилась ухмылка. — Просто, понимаешь... Он в принципе очень строгий, иногда орёт ни за что, ругается постоянно. Но он крутой, правда. Хоть на этих словах Карла обиженно фыркнула на брата, будто бы намекая тому на что-то, но Джеро на этот раз не уделил ей никакого внимания, полностью переключившись на младшего. — Его не просто так зовут Капитаном, поверь мне. Он делает всё возможное для МОАЗ. Без него нам бы было тяжело. Джеронимо на секунду отвёл немного смущённый взгляд. Дону было даже неожиданно слышать от брата подобное, особенно после того, как Капитан с ним дважды обошёлся. Карла же продолжала дуться на парня, но уже будто меньше. Очевидно, она не могла слишком долго на того злиться. — Уж не знаю, что Алекс и Белла тебе такого наговорили, но ты их не слушай. Точнее... — он осёкся, вспоминая, что рядом с ним находится девчонка-сорвиголова, которая непременно воспримет его слова как команду к действию, — я имею в виду, они обязательно примут тебя в Армию, просто нужно... время. Как раз подучишься немного. Последнее предложение он составлял особенно тщательно, будто бы ища подходящие слова, чтобы оправдать ситуацию, по крайней мере для самого себя. В этот момент Донован засомневался в том, что брат верит в высказанную им же историю, отчего в его груди резко стрельнуло чувство страха и беспомощности. К тому же он не совсем понимал, что означают слова Джеро про учёбу. — Знаешь, они хоть и главные, но такие решения принимаются коллективно... — задумчиво проговорил Джеро — Да, точно! Карла подпрыгнула на месте, звонко стукнув небольшими каблучками, после чего рванула в сторону оставшейся до сего момента нераскрытой комнаты. Резко отперев дверь, упёршись ногами в деревянный пол, тормозя саму себя, она крикнула в полутёмное пространство: «Лим! Давай, выходи! Тут младший братик! Давай же, познакомитесь!». Видимо, тот, кто находился внутри, не слишком горел желанием знакомиться с ним, так что девушка, не желавшая отступать, тут же нырнула внутрь. На её одежде заиграло золотое свечение, исходившее от керосиновой лампы. В этот момент Дон резко осознал тот факт, что Карла назвала его «братиком», прямо как Джеронимо, причём отметила его как «младшего», хотя он не был уверен, что она старше его. Из комнаты послышался чей-то взволнованный голосок, едва пробивавшийся сквозь не замолкающий, звонкий голос Карлы. Не выдержав напора, из комнаты пулей вылетела смущённая девушка, желая будто бы скрыться от вездесущей сорвиголовы. Увидев незнакомца, она встрепенулась от неожиданности, на секунду попытавшись вернуться обратно. — Ох, боже, — незнакомка прижала руки к тонким губам, округлив глаза, после чего тут же сощурившись из-за яркого света в помещении, — простите, я просто работала и... Она отвела взгляд, нервно наминая в руках невзрачный фартук, представляющий собой кусок простыни, подвернутый в виде подола, внутри которого, судя по характерному звуку, девушка переносила различные скляночки. Она ещё некоторое время шаркала своими изящными туфлями по полу, после чего, сделав глубокий вздох, прощебетала: — Ты... Ты Донован, верно? Она застенчиво улыбнулась, немного испуганно поглядывая то на парня, то на Карлу. Её круглое лицо, обрамленное локонами тёмных прядей, выбивающихся из небрежно собранных волос в пучок, не могло оставить парня равнодушным. Почему-то при взгляде на неё, у него всё сжималось внутри. Казалось, будто бы она пробуждала в нём какое-то очень сильное, тёплое чувство, не похожее ни на что другое. К счастью парня, девушка начала ощущать себя чуть более уверенней. Она наконец выпрямилась и, держа руки в замке, аккуратно, даже грациозно, приблизилась к братьям, искоса рассматривая младшего. — Меня Лимия зовут. Её лицо окрасила сияющая улыбка. Донован ответил ей тем же, при этом не решаясь сказать ничего в ответ. Обычно он сильно стеснялся общения с незнакомцами, но сейчас не желал расставаться с Лим раньше времени, хоть и не мог выдавить из себя ни слова. — Так, значит, ты только прибыл. — Она отодвинула непослушные волосы с лица. — Рада познакомиться! Парень лишь восхищённо кивнул. Он мог оторвать взгляда от девушки, а сама она то проникновенно смотрела в глаза, то смущённо прикрывалась длинными ресницами, отводя взгляд в сторону, будто бы что-то разглядывая. Её нежный образ подчёркивала прелестная бледно-розовая рубашка с широкими рукавами, закреплённая строгой жилеткой, деликатно обводящей пышные формы девушки. Почему-то эта деталь заставила парня вздрогнуть Донован, наконец решившись на ответ, был резко выбит из очарованного состояния, ведь к нему вновь подоспела Карла, крепко вцепившись в него, при этом будто бы оттаскивая его в сторону от Лимии. Джеронимо на это лишь рассмеялся, не замечая растерянного и разочарованного взгляда младшего. Лимия же отскочила от них, так же не зная, куда теперь деть себя. — Лим в медицинском крыле работает, — практически прокричала Карла прямо в ухо парня. — Она о-о-очень занята, правда! — Думаю, если на кухне есть Вио, мы сможем там что-нибудь перехватить, — мечтательно сказал Джеро, направившись в сторону следующего коридора. Карла уверенно потащила «младшего братика» вслед за Джеронимо. Дон впервые за всё время предпринял попытку вырваться из «тисков» неугомонной особы, пытаясь ещё немного рассмотреть Лимию, которую группа оставляла в гордом одиночестве. Однако та, будто следуя словам Карлы, спокойно направилась в свою «каморку», нежно взглянув на парня напоследок, будто говоря: «Не волнуйся, мы ещё увидимся». Даже легонько помахала рукой, скромно отведя взгляд в сторону, пока не была скрыта за задёрнувшейся шторой. Карла несла его с огромной скоростью, совершенно не беспокоясь о состоянии парня, отчего Дона даже болтало из стороны в сторону. Было ощущение, будто она от чего-то убегает, хотя никакой опасности, очевидно, за ними не было. Однако у юноши не было времени думать о причинах такого поведения — в конце концов, а когда она вела себя по-другому? В попытках угнаться за девушкой, он буквально «влетел» в плотный туман невероятно аппетитного запаха, дурманящего голову голодного парня. Очевидно — дальше шла кухня. — Вио, пожалуйста, дай нам что-нибудь! — Это вам не ресторан! Обед уже давно прошёл... — Но я же вижу, что у тебя тут есть еда! Ну пожалуйста, Дон со вчерашнего дня ничего не ел! — Кто? В этот момент из коридора «вылетели» Карла вместе с растерянным Донованом. Девушка, наконец выпустившая парня, резким скачком оказалась около Джеро, нетерпеливо схватив того за руку, на что тот, как ни странно, совершенно не отреагировал. Очутившись в светлой комнате, наполненной дымом от кухонных плит, на которых кипели несколько чанов с ароматной пищей, Дон и не заметил, как его живот заурчал. Подняв голову, он попробовал сфокусировать взгляд, и тут же обнаружил посреди комнаты высокую фигуру брата, вместе с болтающейся на его руке, словно маленький ребенок, Карлой и некую темнокожую женщину, на голове которой была завязана белая косынка, еле державшаяся на пышной шевелюре. На ней была достаточно просторная одежда, для удобства прибранная таким же светлым, как и платок на голове, поварским фартуком. В одной руке она держала ложку, а в другой крепко сжимала кулёк с некой специей, которую уже щедро насыпала в кастрюлю. — Ах, точно! Совсем о нём забыла! Наскоро расправившись со специями, она отложила всё в сторону и, вытерев руки о фартук, бросилась к новенькому. Растянув лицо в улыбке умиления, она сжала его щёки в своих тёплых, немного влажных руках. — Какой ты хороший! — она пропела эти слова, нетерпеливо сжимая его в своих ладонях. — Ну прямо как Джеро! Проходи же, садись! Голодный, наверное, совсем! Она не выпускала его, нежно втягивая парня вглубь комнаты. Её мягкие руки с материнской теплотой обволакивали лицо, а добродушный, задорный голос помогал немного расслабиться в сложившейся ситуации. Кроме того, от неё невероятно пахло. Это была какая-то смесь специй, чего-то варёного, терпкого. Не сказать, что это резало нюх, но как бы создавало вокруг женщины особую домашнюю атмосферу. — Я тоже оголодал весь... — Да тебе-то куда! Небось уже успел что-то из кладовой стащить, по глазам вижу! Не наглей! — женщина тут же осадила Джеронимо, вызвав у того разочарованную улыбку. — Эдит, детка, познакомься со своим новым братиком! Как только женщина, немного грубо развернув его вправо, направилась с ним в сторону длинных столов с такими же продолговатыми скамейками, Дон понял, что всё это время здесь сидела уже знакомая ему Белла, мерно печатавшая что-то на механической машинке, а рядом с ней, с пышными афро-хвостиками, ярким комбинезоном и вязанными полосатыми носочками, сидела маленькая девчушка, лет пяти-семи на вид. Она перевела на маму удивлённый взгляд, который время от времени переходил на парня. — Братик? — строго переспросила девочка. Несмотря на отсутствие нескольких зубов, она говорила достаточно внятно. — Мой братик? Женщина усадила юношу рядом с дочерью, которая с непониманием смотрела на него. Почему-то она проигнорировала вопрос девочки, тут же поспешив обратно за плиту, что-то приговаривая себе под нос. Малышка продолжала стойко сидеть на месте, совершенно не двигаясь, сжимая в руках какую-то детскую книжицу с акварельными иллюстрациями. Недоверчивые тёмные глазки не отрывались от лица Дона. — А где ты был? — продолжала настаивать девочка, так и не получившая объяснений на свой первый вопрос, — почему ты никогда раньше не приходил? Донован не успел придумать, что ответить. Ему было в принципе странно, что ребёнку сходу соврали про него, из-за чего придумать причину для его внезапного появления было достаточно сложно. В этот момент к нему тут же подскочил Джеро, к которому в эту же секунду подсела и Карла. Старший положил руку на плечо младшего брата и с уверенностью в голосе проговорил: — Он на задании был, информацию собирал! Прямо среди врагов! — Угу. Такой смелый, правда? — поддакнула ему Карла, мечтательно положив голову на руки, отчего стала смотреть на девочку снизу вверх. Казалось, будто они говорят абсолютно искренне, даже не подавая вида, что на ходу это всё сочиняют, и даже Вио, неотрывно крутясь у плиты, кивала на каждое их слово. При этом сидевшая рядом Белла совершенно равнодушно отреагировала на подобное заявление, хотя уж она, будучи, как понял Дон, довольно педантичной личностью, вряд ли стала бы напрямую это поддерживать. Хотя девочку подобный ответ более чем устраивал. Донован на некоторое время почувствовал себя неловко, но после приписанной ему биографии, постарался сделать отважный вид, отчего лицо Эдит тут же просияло. — Вау! — Она бросилась обнимать своего новоприобретённого брата, потёршись о него пухленькой щекой. Это вызвало у Дона лёгкий смешок. Ему это напомнило его младшую сестру, хотя она в силу своей застенчивости и легкой отстраненности крайне редко так делала. Однако, резко остановившись, девочка вновь недоумённо посмотрела на него и спросила: — А как тебя зовут? — Хах, — парень уже успел испугаться реакции Эдит, но облегчённо вздохнул, поняв, что волновался зря, — меня зовут Донован. Но ты можешь называть меня Дон. Он подмигнул ей. Похоже, что общение с детьми давалось парню намного проще. Наивный ребенок, без малейших претензий и осуждений, не требующий от тебя ничего сверхъестественного. Становилась сразу будто более... спокойно. — Так, — скомандовала Вио, — разойдитесь теперь, дайте поесть спокойно! Отодвинув Джеро и Карлу в сторону, женщина деловито разложила перед парнем целый «стол» — глубокая тарелка с ароматной густой похлёбкой, несколько ломтиков хлеба, тарелка с нарезанными овощами и варёными колбасками и гранённый стакан с тёмной неизвестной жидкостью, от который веялась белая дымка. На секунду Дон даже не был уверен в том, что всё это исключительно для него. Несмотря на жуткий голод, он не рискнул тут же накинуться на яства, взял в руки столовые приборы, как предписывалось этикетом, и начал аккуратно зачерпывать пищу, вдумчиво проделывая каждое движение. Не сказать, что ему было важно произвести правильное впечатление — он просто уже привык так. Более того, в порыве совести, он придвинул вторую тарелку к брату и девушке, оставив себе лишь один ломтик хлеба. — Хватит его объедать! — донеслось из-за спин Джеронимо и Карлы, но те не собирались слушать женщину. По мере того, как его желудок заполнялся едой, ему хотелось всё больше и больше, но какое-то внутреннее чувство препятствовало ему, хотя, смотря на то, как его соседи усиленно поглощают отданную им пищу, Дон невольно стал есть быстрее. — Ты не стесняйся, — шепнул ему брат, — ешь, сколько влезет. Ты, похоже, нравишься Вио, так что бери, пока дают. Он коварно улыбнулся. Доновану показалось, будто тот намекает ему на что-то ещё, но не желая, чтобы кто-то его в чем-то заподозрил, Джеронимо вернулся в исходное положение, доедая очередную порцию пищи. — Как прошла дорога? — начала потихоньку расспрашивать Вио. — Всё в порядке, без происшествий? — Ага, все путём, — через некоторое время отозвался Джеро, прожевав достаточно крупный кусок. — А тогда чего на вас Капитан ругался? — язвительно уточнила женщина, развернувшись, чтобы получше рассмотреть ребят. Те же в ответ не соизволили сделать то же самое, то ли не желая встречаться с женщиной взглядами, то ли просто не придав этому особого значения. — А что, ему повод нужен? — спокойно ответила Карла, не отвлекаясь от тарелки. — Так, голубчики, — голос резко стал строгим, — признавайтесь, что вы учудили? Джеронимо начал пережёвывать пищу быстрее, будто бы готовясь дать ответ, но тут в разговор включилась Белла, о которой Донован уже успел позабыть. Её голос был всё такой же холодный и ровный, будто она была не живым человеком, а машиной. — Карла подорвала проверочный пункт №1 консервного завода, когда Джеронимо и Донован выполняли предзаключительный этап операции. — Они заслужили это! — резко прервала её Карла, которую задевало такое упоминание её «подвига». — Зачем туда нифрица пригнали? Теперь они ещё нескоро замолкнут! — Ага, — подтвердил Джеро, — в городе сейчас такой переполох! — Как переполох... Оторвавшись от своих забот, женщина развернулась, с ужасом смотря на своих товарищей. Она даже не выпустила из руки половник, с которого на пол медленно капали остатки супа. Не веря в услышанное, она начала осторожно подходить к столам, пытаясь увидеть в лицах присутствующих ответ на вопрос. На удивление, никто и не думал отрываться от своих дел, будто бы ничего не произошло. Даже Эдит ни на секунду не отвлеклась от чтения. Кажется, она уже привыкла к тому, что в разговоры взрослых не следует лезть. Для Дона всё это было невероятно странно — разве реакция Вио является чем-то обычным? Выглядит она так, словно действительно испугана. Однако тут же парня настигло понимание такой реакции. Он задумался о том, как этот «инцидент» мог бы повлиять на деятельность Армии и тогда он сообразил, что некоторые диверсанты всё ещё могут находиться в городе, среди других людей и нифридов, которые, очевидно, после подобного наверняка по периметру перекроют все районы, в попытке найти того, кто причастен к теракту. — Подождите, — приподнялся он, отодвигая от себя практически пустую тарелку, — ведь Марат всё ещё там?