Приглашение

– Как у тебя дела, Гарри? – Не считая того, что я чуть было не умер не так давно, – нормально. – Кстати об этом, скажи… – задумчиво протянул Наставник, поглаживая бороду. – Во время нападения ты, может, услышал какие-то странные звуки или почувствовал странные запахи? – Нет. Ничего. – Покачал я головой. – Может, у профессора Снейпа дела лучше? – К моему сожалению, Северус тоже ничего не выяснил. – Бесполезный кусок дерьма. – Выругался я сквозь зубы. – Гарри, профессор Снейп допросил всех учеников Слизерина и делает всё что может. – В голосе Дамблдора явно слышалось осуждение. Вот никогда не понимал, что Наставник нашёл в этом сопливоволосом гандоне. Ни разу за всё время от него не было ни кната пользы. – «Допросил». Как же! – С издёвкой произнёс я. – Задал пару вопросов да попросил показать руки-ноги. Если бы я мог сам… – Довольно. – Тихо, но вместе с тем твёрдо перебил меня директор. – Я наслышан о твоих попытках поисков. – Голдстейн сам виноват, что не хотел идти на контакт. – Проворчал я себе под нос. – И ты считаешь, что это является оправданием для нападения? Гарри, ты угрожал другому ученику. – Директор взял со стола пергамент и прочитал: – «Что закончит начатое и зажарит до смерти». – Да, сэр, это всего лишь… – Хватит. – Жёстко бросил директор. – Как ты думаешь, где ты находишься? – В школе, сэр. – Тут же ответил я, чувствуя, как по телу пробегает лёгкая дрожь. Альбус Дамблдор был зол. – Именно. Это моя школа, а в ней учатся мои ученики. – Директор сделал акцент на словах «моя» и «мои». – Это не твоя игровая площадка, где ты можешь резвиться как тебе захочется. – Игровая площадка? – Не выдержал я и вскочил на ноги. – Сэр, меня чуть не убили! И этот ублюдок всё ещё жив и не пойман! – Сядь. – Всего одно слово тут же подкосило мои ноги и пригвоздило к стулу. – Я не давал тебе слова. Мы ищем напавшего на тебя человека и делаем всё что можем. В рамках того, что мы можем. И если ты не понимаешь последствий того, что ты бегаешь по школе и угрожаешь расправой другим ученикам, то, значит, я переоценил тебя. Это не то, для чего я тренировал тебя. Наставник не повышал голоса, но его слова били сильнее любых криков. Он был не просто зол – он был разочарован. Разочарован во мне. Но… это ведь несправедливо! Я всего лишь хотел пройтись по списку тех, кто мог мне навредить. И что в итоге? Дерьмо. Как ни иронично, но лже-Грюм, похоже, единственный, кто действительно пытается что-то по-настоящему сделать. Перевёртыш обследовал каждый миллиметр места преступления и вместе со мной составил список подозреваемых. А что остальные? Даже Блэк призвал меня не вмешиваться и дождаться результатов расследования со стороны школы. Но прошло три дня, а никакой новой информации не было. – Послушай, Гарри. – Голос Дамблдора смягчился. – Я хочу, чтобы ты задумался о последствиях своих действий. Как человек, я всецело понимаю, что ты чувствуешь, и, поверь, я тоже хочу найти того, кто стоит за нападением на тебя. Особенно учитывая, что это уже второе нападение на чемпиона Хогвартса. – Седрик! – Выпалил я, вскинув голову. Как я раньше не подумал об этом? Дебил! – Верно, Седрик. – Кивнул директор. – Я убеждён, что он тоже стал жертвой чьих-то действ… Директор продолжал что-то говорить, но я его не слушал. В голове одна мысль сменяла другую. А что если… Что если на меня напали не потому что это я, а потому что я пытаюсь разобраться в деле Седрика? Но о том, что я этим занимаюсь, знает только Крам! Неужели Виктор в этом как-то замешан? Бред. Но тогда с чего вдруг на меня напали? Почему кто-то мог решить, что я причастен? И тут меня осенило – палочка. Чанг. Могло ли быть такое, что кто-то видел, как она мне её отдаёт? Мог. Мы были на открытом пространстве, да и я не особо осматривался по сторонам. Но если этот челов… – Гарри, ты слушаешь? – Позвал меня Дамблдор, резко вырывая из размышлений. – Прошу прощения, я просто… задумался о своём поведении. – Слова вырвались быстрее, чем я успел всё обдумать. Но раз начал врать – надо продолжать. – Вы абсолютно правы, сэр. Мне не следовало так поступать и пытаться причинить вред другим ученикам. – Я рад, что заставил тебя задуматься над своим поведением. Я просто хочу, чтобы ты меня понял. – Развёл руками Дамблдор. – Да, ты мой преемник, но вместе с тем я ещё и директор Хогвартса, а значит, должен заботиться о каждом студенте. И я не могу допустить того, чтобы даже ты, Гарри, ходил и угрожал другим детям. – Я… понимаю. – Послушно кивнул я. Я не мог поверить, что прямо сейчас, впервые за всё время, я вру Наставнику. Да, я не всегда всё говорил, но никогда не врал. Просто я не хотел спорить, доказывать что-то, объяснять, что считаю его подход неправильным. Всё, чего я хотел сейчас – закончить этот пустой разговор и как можно быстрее найти Виктора, чтобы поделиться с ним информацией о палочке и предупредить о возможной опасности: напавший на меня мог видеть нас вместе с Крамом. – Я рад, что мы смогли это обсудить. – Довольно кивнул Наставник. – На самом деле, я пригласил тебя совсем по иным причинам. – Каким? – Я постарался выдать максимум энтузиазма. Да ладно вам, Наставник, мне правда надо бежать. – Для начала, прошу, возьми этот небольшой подарок. – С этими словами Дамблдор протянул мне тонкий серебристый браслет, на ободке которого были выгравированы… фениксы? – Спасибо, сэр. – В растерянности пробормотал я, принимая подарок. Чем-то он напоминал браслеты Малфоя, которые тот теперь постоянно носил. – Это не просто украшение. – Пояснил Наставник, очевидно заметив моё замешательство. – Пока мы не поймали напавшего на тебя человека, я хочу, чтобы ты не снимал этот браслет. Он напрямую связан с Фоуксом. Стоит тебе подать в него энергию, как феникс тут же прилетит к тебе на помощь и перенесёт ко мне. – Вау! – А вот это действительно полезная штука. Будь у меня такой браслет в ванной старост… – К сожалению, это единственное, чем я могу тебя защитить в рамках Турнира. Любые иные артефакты могут быть расценены как нарушение правил. В данном же случае браслет не даёт никаких преимуществ. Ну и как бонус… – Дамблдор слегка усмехнулся. – Феникс может перемещаться, игнорируя любые щиты. Даже хогвартские. Но, к сожалению, он одноразовый. – Спасибо большое, сэр. – Искренне поблагодарил я. В этот момент мне даже стало немного неловко, что я хотел как можно быстрее отделаться от этого человека. Он ведь правда заботится обо мне… – И ещё одна вещь, Гарри… – Директор резко стал серьёзнее и, подавшись на стуле вперёд, облокотился локтями на стол и подпёр подбородок руками. – Есть один человек, который хочет поговорить с тобой. – Со мной? – Да. По непонятным мне причинам, этот человек вышел на контакт с Люциусом и попросил его передать тебе приглашение на встречу. – Директор слегка помолчал, словно не был до конца уверен, стоит ли продолжать. – Прямо сейчас он отбывает пожизненный срок в Азкабане. Что примечательно, ты первый, с кем он попросил встречи за все тринадцать лет заключения. – И чего он хочет? – Осторожно спросил я. Почему у меня резко появилось плохое предчувствие насчёт всего этого? – Никто не знает. – Директор развёл руками. Судя по всему, эта встреча тоже ставила его в тупик. – Он сказал, что хочет поговорить с Гарри Поттером. И всё. – А как его зовут? – Антонин. Антонин Долохов. – Не слышал про него. – Сказал я, перебрав в голове всех известных мне Пожирателей смерти. – Неудивительно. Долохов никогда и не был замешан в громких преступлениях. Он не боевик и не участвовал в рейдах. – Но почему он получил пожизненное? – То, что он не совершил ничего громкого, не значит, что он ни в чём не виновен. На его счету десяток кровавых ритуалов и человеческих жертвоприношений. Люциус и Северус оба одинаково описали его как маниакального психопата, помешанного на чёрной магии. – Тогда почему о нём не писали? Он же… чудовище. – Буквально выплюнул я. – Практически все его преступления были совершены за пределами Англии. – Дамблдор встал со своего места и начал неторопливо ходить туда-сюда по кабинету. Похоже, Долохов не на шутку встревожил его. – При этом никто не знает, чем он занимался при Волдеморте. Но он точно был одним из самых приближённых к нему людей. – Вы думаете, мне следует с ним встретиться? – Не уверен. Слишком много событий происходит в последнее время. – Директор внезапно замер и посмотрел на меня. – А как считаешь ты? – Я бы встретился. – С уверенностью ответил я. – Хоть сам факт встречи с таким… человеком вызывает у меня отвращение, я хочу узнать, зачем я вдруг ему потребовался. Наставник какое-то время молчал, словно взвешивая все за и против, а затем повернулся к одному из портретов. – Септимус, прошу вас, отправляйтесь к Люциусу и сообщите ему, чтобы он организовал. Антонину допрос в Министерстве. – Когда светловолосый человек на картине, поклонившись, ушёл, директор вновь повернулся ко мне. – Через несколько дней Долохова приведут на допрос в Министерство магии. Он пробудет там пару дней, так что у нас будет возможность навестить его. – Хорошо. – Кивнул я. – Но, Гарри, прошу тебя: что бы ни случилось, не соглашайся ни на одно предложение этого человека. Каким бы заманчивым или безобидным ни казалось то, что он предлагает, – не верь ни единому его слову. – Я понял, сэр. Возможно, иногда вы считаете иначе, но я не дурак. – Я не считаю тебя дураком, Гарри. – Мягко сказал Дамблдор. – Просто иногда ты бываешь слишком самоуверен и этим напоминаешь мне меня в молодости. – Разве это плохо, сэр? – Усмехнулся я. – Как по мне, здорово быть похожим на Величайшего волшебника современности. – Увы, в молодости я не был «Величайшим волшебником современности». – Несколько отстранённо и еле слышно пробормотал директор, глядя куда-то в пустоту. Затем, словно вынырнув из неё, добавил уже обычным голосом: – Впрочем, думаю, мы можем закончить сегодняшнюю встречу. Когда Долохова доставят из Азкабана, я тебя позову. – До свидания, сэр. – Я послушно встал и, надев новый браслет, направился к выходу. – Пока, Гарри. – Услышал я себе вслед. Спустившись по лестнице, я на мгновение замер, пытаясь решить, чем сейчас заняться. С одной стороны, мог отправиться к Дафне и вместе с ней пойти в библиотеку. Нам задали довольно обширное эссе по трансфигурации, и я обещал ей помочь. Однако было и ещё одно дело. Хоть порыв немного поугас, я всё ещё хотел поговорить с Крамом. Если я прав, парень был в опасности – и я был обязан его предупредить. Чтобы найти Крама, достаточно было найти любого ученика Дурмстранга и передать с ним нашу кодовую фразу – знак того, что нужно срочно встретиться в штабе. Что я и сделал, отловив одного из серо-красных, бесцельно шатавшихся по этажам. Глядя на то, как тот выпрямился по струнке и поспешил выполнить мою просьбу, я невольно вспомнил слова Милы про Каркарова, член и обоссать. Удивительно. Вообще, я находил забавным то, что с момента, как в моей жизни появилась одна голубоглазая и светловолосая бестия, я перестал при упоминании Милы автоматически думать про её фигуру и о том, как громко она стонала. Хотя вот сейчас подумал – и на душе стало как-то тепло. Так, Поттер, успокойся. Всё. У тебя теперь другая женщина. О других думать нельзя. Размышляя о том, что можно, а что нет, я дошёл до комнаты на пятом этаже и, убедившись, что за мной никто не следит, нырнул в нужную дверь. После произошедшего в ванной я всё чаще замечал за собой признаки начинающейся паранойи. Или, как метко шутил мистер Пожиратель, – я начинаю всё лучше понимать, откуда растут корни у выражения «постоянная бдительность». Зайдя в комнату, я первым делом направился к шкафам в дальнем конце. Достав палочку, покрутил её в руках. Ну и как мне всё это рассказать Краму? Соврать, что нашёл её недавно? Но тогда сложнее будет увязать это с нападением на меня… Если же сказать правду, это может подорвать доверие со стороны Виктора. А он хоть и был говнюком, но мне нравился. С другой стороны, я и так сильно рискую, раскрывая существование палочки. Надо всё как следует взвесить… Когда чемпион Дурмстранга вошёл в комнату, я сидел на своём любимом подоконнике и крутил в руках палочку Диггори. Времени на раздумья у меня было достаточно, и решение я уже принял. – Лови. – Сказал я и бросил палочку Виктору, едва тот закрыл за собой дверь. Профессионализм ловца не подкачал – Крам с лёгкостью поймал кинутый в него предмет. Рассмотрев, что именно ему бросили, болгарин моментально вскинул голову и удивлённо посмотрел на меня. Ого. А он, оказывается, умеет не только хмуриться. – Это… – Начал он, но я тут же перебил. – Да. Палочка Седрика. Она была у его девушки – Чжоу Чанг. Та отдала её мне перед Святочным балом. И да, я проверил. Там ровно то, о чём ты думаешь. – Лучшее решение сейчас – говорить правду. Особенно когда тебя в любой момент могут попытаться убить. – Даже… – Да, даже Avada. – Снова не дал я ему договорить. Какое-то время Крам молчал, поочерёдно глядя то на меня, то на палочку. Затем хмыкнул себе под нос и кинул её обратно. Хоть я и не был всемирно известным ловцом, деревяшку поймать сумел. – Что думаешь? – спросил я своего компаньона, крутанув палочку в руке. – То, что ты зря скрывал это от меня. Я понимаю почему, но мы упустили слишком много времени. Я бы не побежал сдавать Диггори. – Согласен. – Не стал спорить я. – Но и ты должен понять – на тот момент мы были не особо знакомы. – А сейчас? – А сейчас между нами случилась ракия. – Усмехнулся я, глядя, как по лицу спортсмена пробегает рябь отвращения. О да, Виктор, я помню, что тебя унесли раньше меня. – И всё же совместное распитие вряд ли единственная причина. – Крам облокотился на стену и уставился на меня. – Ты хитрый хорёк и будешь до последнего держать все карты при себе. – Эй! – Обиженно воскликнул я. – Я не хорёк! – Я ведь правильно подобрал слово? – Явно наслаждаясь собой, спросил болгарский спортсмен. – Маленькое животное, которое постоянно суёт нос не в своё дело и пытается всех обмануть. – Это нюхлер… – Начал было я, но тут же осёкся и решил сменить тему. – Впрочем, как бы то ни было, есть конкретная причина, по которой я рассказал тебе о палочке. Ты помнишь, что на меня совсем недавно напали? – Ты думаешь, преступник причастен не только к нападению на тебя, но и к ситуации с Диггори? – Виктор тут же стал серьёзным, растеряв даже намёки на шутливость. – Да. – Твёрдо ответил я. – Иных причин идти на такой отчаянный шаг нет. Я думал, конечно, что есть несколько человек, кого я раздражаю, но… убийство… Нет, пожалуй, никто бы не пошёл на такое только из-за банальной неприязни. – Допустим, я с тобой согласен. – Кивнул Крам после нескольких секунд размышлений. – Ты считаешь, что тебя видели с палочкой? – Да. – Вновь кивнул я и быстро пересказал, как именно она оказалась у меня. Заканчивая рассказ, добавил: – Так что увидеть меня мог кто угодно. Точно так же, как меня видели с палочкой, меня видели и в твоей компании. Так что… – Ты хочешь предупредить меня. – Закончил за меня Виктор. – Спасибо. Я ценю это. – Да пожалуйста. Не знаю, правда, что всё это нам даёт, но теперь у меня больше нет секретов. – Развёл я руками, спрыгнул с подоконника и подошёл к доске. – Загадок становится всё больше. Использовалась ли палочка самим Седриком или кто-то другой действовал под его именем? Но откуда тогда взялся настоящий Диггори? Чёрт, слишком много версий. И я всё ещё не понимаю, при чём тут ты. – На самом деле, после нападения на тебя мы можем выдвинуть ещё одну теорию. – Крам с некоторой тревогой посмотрел на меня. – Возможно, тебя пытались убить не из-за палочки. Возможно, наш неизвестный охотится на чемпионов Хогвартса.