Глава 1. Битва за Шиганшину

***

Городские улицы Шиганшины охвачены хаосом — где-то рушатся дома, крики людей смешиваются с рёвом титанов. Лошади разведкорпуса мчатся по центральной площади, ведя за собой толпу беженцев. Я стремительно мчусь на УПМ вглубь города. Над ухом справа раздается крик капитана: — Смит! Куда разогналась? Ты вообще понимаешь, что твой братец за «кровавую лепешку» на стене меня не похвалит? Или мозгов не хватает? В этот момент из-за угла выскакивает 5-метровый титан, его пальцы впиваются в стену дома, когда он наклоняется ко мне. — Черт! Я решительно перехватываю лезвия. Зацепившись за соседнее здание, делаю виток на УПМ вокруг титана и перерезаю ему сухожилие на ноге. Спустя мгновение он с грохотом падает на землю. Леви одним точным движением добивает поверженного титана, от его клинков идет пар. Где-то вдали слышен грохот артиллерии Гарнизона. Леви на секунду бросает на меня оценивающий взгляд: — Неплохо… для дворняги. Теперь слушай внимательно. Мы прорываемся к главным воротам. Он резко указывает лезвием в сторону дымящегося пролома в стене, где видны силуэты десятков титанов. — Твой брат ведёт оборону там. Если хочешь его увидеть живым — готовься к адской прогулке. Сзади раздаётся душераздирающий крик — группа гражданских только что попала под обвал здания. Я поднимаюсь в воздух, рассекая облако пыли. Леви летит прямо за мной. Впереди внезапно вырастает спина 10-метрового титана, блокирующего путь к пролому. — Не тормози, Смит! Бей в шею или он шлёпнет нас как мух! — кричит Леви, резко меняя траекторию полета. Титан уже начинает разворачиваться, занося свою огромную лапу для удара. Леви разворачивается ко мне корпусом, давая указания: — Ты возьмёшь левый глаз, я правый — ослепляем и режем! Я резко делаю поворот и вспарываю левый глаз великану. Титан замирает, а Леви в этот момент перерезает правый глаз, а затем и холку. Раздается уже знакомый удар об землю. Вокруг образуется пар. — Капит… — я не успеваю договорить. Мир резко переворачивается в глазах, когда огромный титан поднимает меня в воздух. Его горячие пальцы сжимаются вокруг рёбер, боль пронзает всё тело. Леви мчится ко мне. — ДЕРЖИСЬ, ЧЕРТОВКА! Его клинки разрезают запястье титана. Огромная рука разжимается…

***

Я падаю с 10-метровой высоты прямо на разрушенную крышу дома. Леви дергает меня за плащ, встряхивая: — Жива? Говори что-нибудь, или брошу здесь! — Ж-жива… Леви резко дёргает за плащ еще раз, немного сильнее, буквально вытаскивая из-под разбитой черепицы крыши. Его лицо ближе, чем когда-либо — в глазах смесь ярости и чего-то ещё. — Если ещё раз мне придется спасать тебя — быстрее пристрелю сам. Поняла, дворняга? — и спустя мгновение добавляет. — Вставай. Твой брат там, в эпицентре этого ада. И если мы будем подтирать тебе сопли сейчас — он станет очередным кровавым пятном на мостовой. При мысли о брате я уверенно поднимаюсь на ноги. Морщусь от боли, но убираю эти чувства на задний план. Леви снова встряхивает меня за плащ, проверяя, могу ли я держать клинки. Он резко кивает, будто в чем-то убеждаясь, его взгляд скользит по моей окровавленной форме. Где-то за спиной слышен рёв приближающихся титанов — их как минимум трое. — Ты либо прямо сейчас докажешь, что стоишь больше, чем мяско в форме, либо умрёшь здесь. Выбирай. Не дожидаясь моего ответа, он разворачивается к новым врагам и добавляет: — И если упадёшь — я за тобой не вернусь. Три титана выходят из-за руин — один с длинными руками, другой с неестественно широкой ухмылкой, третий напоминает спринтера. — Пошел ты, — буркнула я себе под нос, когда капитан отлетел достаточно далеко. Я подтянулась на УПМ вверх и направилась к Эрвину.

***

Дела у командира Эрвина Смита шли немногим лучше. В эпицентре сражения — площадь перед воротами, которая превратилась в настоящую кровавую бойню. Эрвин с окровавленным плечом координирует последних уцелевших бойцов. Неожиданно справа появляется Леви с разорванным рукавом: — Ну что, Смит, решила устроить семейное воссоединение? Титан из-за угла дома с ревом бросается к Эрвину, его пятнадцатиметровое тело сметает баррикады. Эрвин отступает к обрушенной колонне, его меч сломан пополам… Леви резко меняет траекторию, летя прямо к спине титана. Его клинки сверкают, разрезая воздух. Леви кричит, не оборачиваясь: — Эй, дворняга! Ты берешь левую подколенную, я правую! Только не промахнись, или нам всем конец! Титан уже заносит руку, чтобы схватить Эрвина. Мои лезвия впиваются в сухожилия гиганта одновременно с ударами Леви. Эта громадина падает на колени, подняв облако пыли. Леви приземляется рядом с Эрвином, удобно перехватывая того под плечо, и говорит: — Вот и встреча, командир. Твоя сестрица меня чуть не угробила, пока неслась спасать тебя. - Алиса? - Эрвин произносит мое имя так, будто боялся, что я не вернусь. Эрвин смотрит на меня — в его глазах странная смесь гордости и ужаса. — Эрвин, — я спокойно переглядываюсь с ним, сменяя лезвия, — жду твоего приказа. Эрвин медленно поднимается, опираясь на плечо капитана Аккермана. Его голос звучит хрипло, но твёрдо: — Отход к внутренним стенам. Прикрывать отступающих… — он кашляет кровью себе в ладонь и я вздрагиваю. — Это наш последний шанс спасти хоть кого-то. Леви резко поворачивается ко мне, не скрывая гнев в глазах: — Ты слышала, дворняга? Беги прикрывать тылы. И если хоть один гражданский погибнет из-за твоей медлительности — лично отправлю тебя к праотцам. Где-то в дыму уже слышны крики женщин и детей, а земля дрожит от шагов новых титанов. Внезапный грохот сотрясает площадь — Колоссальный Титан появляется за спинами отступающих, его исполинская рука опускается на группу беженцев. Я инстинктивно толкаю Эрвина в сторону, ощущая обжигающий вихрь пара от взмаха гигантской ладони. Титан медленно поворачивает голову в нашу сторону, его рот начинает неестественно растягиваться… — Это ловушка! Он собирается… — Леви не успевает договорить, как нас откидывает в разные стороны.

***

Громоподобный рёв разрывает воздух, выбивая стёкла во всех уцелевших зданиях. Звуковая волна сбивает нас с ног, мир на секунду погружается в оглушительный звон. Кровь течёт из ушей, когда я открываю глаза. Леви прикрывает меня своим телом, его лицо искажено болью. Он хрипит, поднимаясь на дрожащих руках: — Вставай… сейчас же… — Где… Эрвин? — мой голос звучит слабо. За спиной Колоссальный Титан делает новый вдох для рёва. В воздухе уже слышен свист снарядов гарнизона — они стреляют по гиганту, но слишком поздно… В последний момент Леви резко толкает меня через дыру разрушенной крыши дома, накрывая своим телом. Грохот звуковой волны сотрясает землю, обрушивая дом — мы оказываемся в темноте, прижатые балками, черепицей и какой-то мебелью. Снаружи продолжается ад — крики, взрывы, рёв титанов. — Эрвин… чертов идиот… наверняка пошёл в лобовую… — рычит Леви, сжимая кулаки. — Эрвин! Я должна помочь! — я прикладываю все усилия, чтобы выбраться из-под придавившего меня комода. Я вытаскиваю свои крюки УПМ, но чувствую руку на своем запястье. Леви сжимает мое запястье с такой силой, что хрустят кости. — Ты выйдешь туда — и тебя разорвёт в клочья в первую же секунду. — его глаза сверкают в темноте, полные холодной ярости. — Ты хочешь умереть так же глупо, как он? Или всё-таки научишься думать головой?! Сверху обрушивается новый грохот — кажется, рухнула ещё одна стена. Пыль сыплется сквозь щели, заполняя лёгкие. Леви резко дёргает меня глубже к стене дома, я слышу его хриплый голос: — Если он и жив — то только потому, что не такой идиот, как ты. Теперь замолчи и жди. — Он жив, — злюсь я. Этими словами я уверяю больше себя, чем его, но больше не сопротивляюсь и позволяю тащить себя вглубь дома. Леви резко останавливается в темном углу, прижимая меня спиной к грязной стене. Его дыхание прерывистое — видно, что он на пределе. — Чертовы Смиты… один упрямее другого… Снаружи вдруг раздаётся оглушительный взрыв — земля содрогается, с потолка сыплется штукатурка. Это звук наших пушек, значит, гарнизон ещё держится. Рука капитана неожиданно находит мою в темноте и сжимает на мгновение — то ли чтобы успокоить, то ли чтобы убедиться, что я не рвану наверх за братом. Тишину подвала внезапно разрывает скрежет когтей по черепице прямо над нашими головами. Леви замирает, его пальцы сжимают мое запястье в предупреждении. Пыль сыплется сквозь трещины в потолке, когда какой-то титан медленно проводит рукой по крыше, его горячее дыхание просачивается сквозь щели. Леви зажимает мне рот рукой и шепчет: — Закричишь — мы оба здесь сдохнем. Титан внезапно останавливается, его огромный глаз прижимается к трещине в плитах прямо над нами. Жёлтый зрачок вращается в темноте… Леви медленно высвобождает клинок, не сводя глаз с щели: — Когда я скажу — бежишь в тот проход. Не оглядывайся. Тварь над нами резко поднимает голову… — Я не брошу тебя, — шикаю я на капитана. Леви резко разворачивается ко мне, его глаза в темноте горят безумным блеском. Он хватает мои плечи, впиваясь пальцами в ткань униформы. — Ты вообще понимаешь, что если мы оба сдохнем здесь — всё это было напрасно?! Сверху раздаётся рёв — титан уходит за звуками битвы, но капитан не отпускает. — Ты… чертова… упрямая… — шепчет он почти беззвучно. Его дыхание горячее, неровное. Руки дрожат от напряжения — то ли от ярости, то ли от адреналина. Где-то в глубине подвала слышен слабый стон — это раненый солдат, которого мы не заметили раньше… Леви резко поднимает взгляд, его тело напрягается как пружина. Он одним движением прижимает меня к стене за спиной, одновременно выхватывая клинок. — Тише. Из темноты появляется фигура в разорванной форме — боец Разведкорпуса с окровавленной повязкой на животе. Он шатается, протягивая к нам руку и беззвучно шевелит губами: «Капитан… они все… погибли…». Где-то прямо над развалинами раздаётся новый грохот — это звук УПМ. Значит, кто-то ещё жив… Его взгляд возвращается к вам — стальной, безжалостный. — Смит. Тащи этого полумертвеца с нами, либо оставляй его титанам. Решай. Сейчас. Солдат хрипит, цепляясь за мою ногу и я вздрагиваю. Сверху обрушивается град обломков. Леви уже разворачивается к узкому проходу в руинах и тихо шипит: — Я не повторяюсь. Ухожу через десять секунд — с вами или без. Его тень резко выделяется на фоне взрывов вдалеке… Я перекидываю солдата через плечо. Его тело своей тяжестью почти придавливает меня. Подлетаю на УПМ в проход и мчусь к казармам. Путь чист. В голове только одно: как там Эрвин? Я тащу солдата в полуразрушенные казармы, спотыкаясь о разбросанное снаряжение. Он хрипит на моем плече, его кровь сочится сквозь повязку. Внезапно из-за угла вылетает Леви — его плащ в клочьях, лицо перепачкано сажей и кровью. Он хватает меня за шиворот, резко останавливая: — К медику его, направо. Его пальцы сжимаются на мгновение, они дрожат от перенапряжения. Леви резко толкает меня вперёд. — Поторопись. Он разворачивается к битве, клинки уже в боевом положении: — И если Эрвин жив… передай, что я его ненавижу. С этими словами он взмывает вверх на УПМ, растворяясь в дыму сражения…

***

Грохот рушащихся стен и новые крики атакующих титанов давят на уши. Я перетаскиваю раненого сквозь длинный коридор, чувствуя, как кровь просачивается в ткань рубашки. Медики в конце коридора уже бегут мне навстречу. Леви появляется в дверном проёме, дыша через боль. — Эрвин… держит оборону у центральной площади, — Леви сжимает зубы, когда кровь стекает по его пальцам. — Там сейчас ад. Он быстро осматривает мою окровавленную форму, потом медиков, перевязывающих солдата. — Пойдешь к брату и сдохнешь на передовой или спасешь раненым? Взрыв где-то рядом осыпает нас кирпичной пылью. Леви не двигается, ждёт решения. — Спасти… или умереть… — я секунду колеблюсь и достаю свои лезвия. — Я не медик, капитан. Я солдат. Леви резко выдыхает через нос — это почти что смешок, но в его глазах вспыхивает что-то похожее на одобрение. Он разворачивается к выходу и спокойно говорит: —Тогда запомни: если замешкаешься — отрублю ноги и вытащу за волосы. Это прозвучало так буднично, будто он говорил о покупках в магазине или о предстоящей планерке. Он взмывает вверх на УПМ, не оглядываясь, но я точно знаю — он уверен, что я последую за ним. Я замираю на мгновение, глядя на медиков, которые уносят раненого, затем сжимаю рукояти клинков. Пора в ад.

***

Где-то над руинами раздается оглушительный взрыв — это пушки Гарнизона сносят голову 12-метровому гиганту. Облако пара окутывает площадь, но сквозь него уже видны новые силуэты… Леви внезапно появляется рядом со мной, хватая за крюк УПМ: — Наверх! Смит один не выдержит! Его лицо в копоти, кровь сочится из раны на виске, но хватка стальная. Когда мы взлетаем над руинами, открывается страшная картина — десятки титанов прорываются через брешь, а у центрального фонтана, окруженный телами, сражается Эрвин с последними бойцами. — Видишь эту пятиметровую мразь слева? Сейчас мы сделаем из нее фарш! Он резко бросается в атаку. Его клинки сверкают в последних лучах заходящего солнца. Эрвин поднимает голову и на мгновение я ловлю его взгляд. Я устремляюсь в смертельное пике, клинки сверкают в закатном свете. Титановская морда поворачивается ко мне с тупым интересом, её рот начинает неестественно растягиваться. — СЕЙЧАС! — кричит Леви за моей спиной. Наши лезвия одновременно вонзаются в глаза титана, ослепляя его. Тварь с рёвом хватается за лицо, а Леви уже вспарывает лезвием его шею… В этот момент земля содрогается — Колоссальный Титан делает новый шаг к центру города. Эрвин поднимает окровавленное лицо, его голос вдруг разносится над площадью: — Отряд! Последний рывок! Леви приземляется рядом со мной, его взгляд переходит от командира к прорывающимся титанам. Он сжимает мое плечо до боли: — Твой выбор. За мной или за ним. Он указывает клинком на Эрвина, затем на брешь, где надо держать оборону. — Твой приказ, капитан, — отвечаю я спустя пару секунд раздумий. Леви резко разворачивается ко мне, его глаза в предзакатном свете горят неестественно ярко. Он внезапно бьёт меня кулаком в грудь, несильно. — Мой приказ — заткнись и смотри. Он взмывает в воздух, и я удивленно смотрю на него. Он летит навстречу Колоссальному Титану, а Эрвин внизу строит последних выживших в копьеобразный строй. Леви оборачивается в полёте, кричит так, что слышно даже поверх рёва битвы: — Когда я дам сигнал — руби шею! Внизу Эрвин поднимает окровавленный меч — и вся площадь взрывается криком последней атаки… — Он же горит! Капитан! — рычу я, опасаясь за капитана, но в тот же момент срываюсь с места и облетаю Колоссального Титана, цепляясь ему крюком в плечо. Он безумно медленный, так что я с легкостью замахиваюсь лезвием и бью по шее. Раздается хруст меча и… Я промахиваюсь и теряю управление. Слетаю со спины кипящего титана, затем падаю на пыльную дорогу, прокатываясь кубарем по ней. От резкой боли я теряю сознание. Леви стремительно снижается, его лицо впервые за все время выражает нечто большее, чем холодная ярость. Леви резко подхватывает меня на руки и тащит в безопасное место. — Чертова… упрямая… Его голос прерывается, когда он оглядывает раны. Вдали Эрвин подает сигнал к отступлению. — Прости… — слышу я от капитана. А может мне показалось. Последнее, что я ощущаю перед тем, как полностью погрузиться в темноту — его руки, крепко держащие меня, и далекий звук приближающихся медиков…