Часть 12

К тому моменту, когда они вернулись домой, солнце уже начало клониться к горизонту. Машина плавно свернула на знакомую улицу, утопающую в зелени. Летний воздух всё ещё хранил дневное тепло, но жара уже отступала, оставляя после себя приятную мягкость. Где-то стрекотали цикады, в соседнем дворе работала газонокосилка, а над крышами домов лениво проплывали подсвеченные солнцем облака. За последние месяцы участок вокруг дома заметно изменился. Раньше здесь всё выглядело аккуратно, но немного безлико — подстриженный газон, несколько кустов и ничего лишнего. Теперь вдоль дорожки появились цветы. Сначала один небольшой куст. Потом ещё несколько. Затем Майк где-то раздобыла деревянные ящики для клумб, и процесс окончательно вышел из-под контроля. Леон до сих пор не понимал, как именно их стало так много. Но каждое утро он неизменно заставал её на крыльце с чашкой кофе, внимательно осматривающей очередной цветок. А потом он заметил несколько странных растений — Майк гордо заявила, что это помидоры. Он решил не вмешиваться — если ей нравится, то пожалуйста. Дом встретил их прохладой кондиционера и знакомой тишиной. Майк привычно бросила ключи в керамическую чашу у входа и сразу направилась на кухню. На столе всё ещё лежала раскрытая папка. Несколько листов разъехались в стороны, поверх них был приклеен жёлтый стикер с её почерком: “Не забыть взять свидетельство.” Рядом — список документов для ратуши. — Кстати. Леон уже снимал пиджак. — Мм? — Ты взял справку? Он замер на несколько секунд, что уже было достаточно красноречивым ответом. Майк медленно прикрыла глаза. — Леон. — Я собирался. Она красноречиво отвернулась: — Напомню тебе завтра. — В свою защиту скажу, что правительственные расследования обычно требуют меньше документов, чем ратуша, — он тоже прошёл на кухню. Майк не удержалась от смешка. — А мне ещё предстоит повоевать с паспортным столом, — глубокий вдох, — опять. Леон чуть виновато приподнял брови. Майк задумчиво провела большим пальцем по тонкому кольцу. Она прекрасно помнила тот вечер. Наверное, впервые за всё время знакомства она видела Леона настолько растерянным. Он явно готовился, что было видно сразу. Несколько раз начинал говорить, останавливался, снова начинал. Даже поставил бокал на другой край стола, а потом ещё минуту пытался незаметно переставить его обратно, будто именно это сейчас имело значение. Майк тогда едва сдерживала улыбку. Потому что человек, способный сохранять хладнокровие в самых абсурдных ситуациях, внезапно выглядел так, словно его отправили на самое сложное задание в жизни. За годы службы он пережил столько вещей, что хватило бы на несколько жизней. Входил в заражённые города, принимал решения под огнём, разговаривал с людьми, от которых зависели судьбы целых стран. Но маленькая коробочка в его руках волновала его сильнее пережитого. По крайней мере, именно так это выглядело со стороны. Он несколько секунд молчал, провёл рукой по затылку, и возможно, Майк показалось, но кажется, он даже поджал губы, а потом посмотрел ей в глаза: «— Я люблю тебя, Микаэль.» Майк невольно улыбнулась, вспоминая. Тогда он сделал короткую паузу, будто собирался сказать что-то правильное, что-то красивое, но лишь выдохнул и закончил: «— Стань моей.» Разумеется, потом последовала шутка, мол, ювелир отказался сделать кольцо в виде чеки, поэтому пришлось взять обычное. Но, если честно, за всю жизнь Майк не слышала ничего лучше. Улыбнувшись собственным мыслям, она демонстративно похлопала себя по карманам, затем нахмурилась, повторила движение ещё раз. Проверив сумку, Майк изобразила выражение человека, внезапно столкнувшегося с небольшой, но крайне досадной жизненной катастрофой. — Кажется, я телефон в машине оставила. Леон, успевший к этому моменту избавиться от пиджака, устало прикрыл глаза. — Ты серьёзно? — Более чем. Некоторое время он смотрел на неё с тем особым выражением лица, которое появлялось всякий раз, когда Майк снова доказывала, что блестящий послужной список и способность помнить расположение вражеских подразделений совершенно не связаны с умением не забывать телефон. Однако спорить не стал, лишь покачал головой и направился к гаражу. Дождавшись, пока за ним закроется дверь, Майк мгновенно преобразилась. Пересекнув кухню почти бегом и едва не зацепив по дороге стул, она распахнула холодильник, выуживая из дальнего угла тщательно замаскированную коробку. Свечка зажглась ровно за несколько секунд до того, как со стороны гаража вновь послышались шаги. Майк успела отступить назад, пытаясь придать лицу максимально невинное выражение. — Телефона там нет, — начал Леон, возвращаясь на кухню. — Возможно, ты забыла его в офи… Осёкшись на полуслове, он замер. На кухню медленно вползал тёплый летний вечер, из сада доносился терпкий запах нагретой солнцем земли и цветущих роз, а посреди стола, залитого золотистым светом уходящего дня, стоял небольшой торт с аккуратной надписью, которой Майк вчера чуть не довела кондиционера до нервного срыва, потому что буква «L» выглядела «не так»: «Happy Birthday, Leon» Майк, подхватив торт обеими руками, осторожно приподняла его со стола и кивнула на свечу, пламя которой лениво покачивалось от сквозняка от приоткрытого окна. — Ну давай. Леон вопросительно приподнял бровь. — Что? — Загадывай желание. На его лице мгновенно появилось то самое выражение, которое обычно означало, что он считает происходящее слегка абсурдным. — Мне пятьдесят лет. Думаешь, это всё ещё работает? — Не спорь с традициями. Майк поймала себя на мысли, что видит перед собой не федерального агента Леона Скотта Кеннеди. Да, он был очень важным человеком в офисе. Да, он был блестящим агентом. Да, его имя знали в львиной части правительственных структур страны. Но сейчас он был…просто Леоном. Просто человеком, у которого сегодня юбилей. А потом он всё-таки наклонился вперёд и задул свечу. Тонкая струйка дыма медленно поднялась вверх. — Ну? — тут же спросила Майк. — Что загадал? Леон выпрямился. — Не скажу. — Почему? — Потому что тогда не сбудется. Майк уставилась на него, потом рассмеялась: — Ты сейчас серьёзно? То есть в магические свойства свечки ты не веришь, а в это веришь? — Конечно. Она покачала головой, продолжая улыбаться. — Ладно. Тогда хотя бы намекни. — Нет. — Совсем? — Совсем. Майк прищурилась. — Это что-то дорогое? — Нет. — Связано с работой? — Нет. — Со мной? На этот раз Леон не ответил сразу. Майк почувствовала, как уголки губ сами собой дрогнули в улыбке. — Ясно. — Вот и хорошо. Леон потянулся за ножом, явно считая разговор законченным. Именно в этот момент по дому разнёсся звонок в дверь. Оба одновременно подняли головы. На лице Леона мелькнуло лёгкое недоумение — он никого не ждал. Майк лишь пожала плечами, следя за удалившимся в прихожую Леоном. Через несколько секунд до неё донёсся знакомый женский голос. Майк невольно улыбнулась. Шерри. Выйдя из кухни, она как раз застала момент, когда Леон принимал из рук гостьи небольшой подарочный пакет. — Выглядишь на все сто, — произнесла Шерри. — Спасибо, но мне пятьдесят. Шерри перевела взгляд ему за плечо, и на мгновение замолчала, словно сравнивая стоящую перед ней женщину с тем образом, который успел сложиться за все эти месяцы. Майк испытала примерно то же самое. Странное чувство. Будто встречаешь человека впервые и одновременно уже давно его знаешь. Первой улыбнулась Шерри: — Так вот ты какая. Майк тихо рассмеялась. — Забавно. Я только что подумала то же самое. — Она подошла ближе и протянула руку. — Рада, наконец, познакомиться. — Наконец познакомились, — согласилась она, пожимая её ладонь. Пока Леон убирал подарочный пакет куда-то в сторону и привычным жестом предлагал Шерри проходить, сама Шерри уже успела осмотреться. Майк поймала себя на том, что чувствует лёгкую неловкость. За последние месяцы имя Шерри всплывало в разговорах настолько часто, что Майк давно начала воспринимать её как часть жизни Леона, существовавшую задолго до её появления. И теперь эта часть неожиданно стояла посреди их гостиной. Шерри тем временем остановилась возле полки у стены. Её взгляд скользнул по нескольким книгам, небольшой вазе с цветами, затем задержался на полароидном снимке. На её губах тут же появилась улыбка. — Ох. Майк автоматически посмотрела туда же — фотография, сделанная прошлым Рождеством. Под снимком аккуратным почерком было выведено: «Leon & Mikael. Christmas 2026.» На фотографии Леон обнимал её одной рукой, а сама Майк, выглядела немного странно — конечно, он же даже не предупредил о том, что сделает кадр. — Вы очень милые, — произнесла Шерри, не отводя взгляда от снимка. Леон, успевший к этому моменту дойти до кухни, тяжело вздохнул. — Не начинай. — Я ещё даже не начала. — И тихо рассмеялась. Майк же почувствовала, как к щекам неожиданно приливает тепло. Леон подозрительно прищурился, но уточнять ничего не стал. Вместо этого направился обратно на кухню, явно намереваясь наконец разрезать несчастный торт, вокруг которого за последние десять минут произошло больше событий, чем планировалось изначально. Именно в этот момент по дому вновь разнёсся звонок. На этот раз куда настойчивее. Леон повернул голову в сторону прихожей. — Шерри, ты кого-то позвала? Она вздохнула так, словно её поймали на совершенно незначительной шалости. — Леон, тебе пятьдесят. Пятьдесят бывает только раз в жизни. По его лицу было видно, что ему очень хочется возмутиться, но спорить с Шерри он давно разучился. Звонок повторился, и он, что-то пробормотав себе под нос, направился к двери. Майк и Шерри переглянулись и почти одновременно пошли следом. Когда дверь открылась, на крыльце стояли двое: Клэр Редфилд первой вскинула руку в приветственном жесте, в другой она держала большую белую коробку, перевязанную яркой лентой. Рядом стоял Крис. Засунув руки в карманы лёгкой куртки, он выглядел так, словно приехал на обычную рабочую встречу. — С Днём рождения, старик, — произнесла Клэр прежде, чем Леон успел сказать хоть слово, и тут же сунула ему коробку. — Нет. — Нет? — Клэр удивлённо вскинула бровь. — У меня уже есть торт. — Замечательно, — усмехнулась она, буквально отодвигая Леона в сторону, чтобы пройти в дом, — значит, будет два. — Три, — невозмутимо добавила Шерри, — я тоже принесла. Крис шагнул вперёд, привычным движением хлопнув Леона по плечу: — Рад тебя видеть, — затем он перевёл взгляд на сестру, которая схватила руки доселе незнакомой ему женщины и что-то щебетала. Конечно, он знал о ней, но видел впервые. — Это она? — Крис кивнул в её сторону. Леон кивнул, закрывая дверь. Майк повернула голову в их сторону, и Крис немного нахмурил брови: — Где служила? Клэр закатила глаза, а Майк мгновенно выровнялась: — Армия, затем спецподразделение. Штаб-сержант. Что-то, едва похожее на одобрение, мелькнуло в лице Криса. — Неплохо. — Обычно после этого говорят «спасибо за службу». Уголок его губ дрогнул. — Обычно. — Только теперь он протянул руку. — Крис Редфилд. — Майк Скарсгард. Рукопожатие получилось коротким и крепким. — «Майк» — позывной? Она невольно улыбнулась. Этот вопрос ей задавали всю жизнь. — Скорее сокращение от Микаэль. Но в какой-то момент все настолько привыкли к Майк, что… — Она неопределённо повела плечом. — Что уже сама не понимаешь, где имя, а где позывной, — закончил Крис. Майк кивнула: — Именно так. Крис вдруг окинул её взглядом с ног до головы, затем глянул на стоящего на кухне Леона — он как раз открыл коробку с тортом, принесённым Клэр. — Рад, что ты женщина. В гостиной повисла короткая пауза. Клэр мгновенно повернула голову к брату. Шерри начинала подозревать, к чему всё идёт. Леон медленно прикрыл глаза. — Не надо. — Что? — Крис пожал плечами. — Я слышал, что Леон живёт с каким-то Майком, говорят, выглядит счастливым, я подумал, одиночество настолько надавило на тебя, что ты, — он на секунду задумался, подбирая слова, — решил поменять ориентиры. Клэр рассмеялась первой. Шерри почти сразу присоединилась к ней. Даже Майк не удержалась. Леон выглядел так, будто пожалел, что вообще открыл дверь: — Ты закончил? — Пока да. — Крис прошёл дальше в дом. — Но если хочешь, я могу вспомнить ещё несколько историй. — Не хочу. Шерри, тем временем, показывала Клэр рождественскую фотографию, и они тихо шушукались. Майк прошла на кухню, доставая бокалы. Крис устроился за кухонным островом: — Где твоё гостеприимство, Леон Скотч Кеннеди? Мой бокал всё ещё пуст. Майк тихо прыснула, смотря на Леона — тот выглядел так, будто ещё одна фраза, и его глаз начнёт дёргаться. — Скотч? — переспросила девушка, ставя бокалы на стол. — А ты не знаешь? — Крис выгнул бровь. — Вообще-то, это коллекция, — ответил Леон, кивая на полку, отделённую именно под виски. — Ты называешь свой алкоголизм коллекцией? Майк увидела, как напряглась его челюсть, но в этот момент раздался ещё один звонок, и Леон быстро перевёл взгляд в сторону двери. Шерри отпила вина и невинно пожала плечами. За порогом оказалась никто иная как Джилл. Она мягко улыбнулась, приветствуя его. — Шерри? — спросил Леон, пропуская её в дом. — Она была очень настойчива, — усмехнулась Джилл, проходя в гостиную. — Предательница. — Я всё слышу! — донеслось из кухни. — На это и расчёт! Когда они показались на кухне, Майк сразу выпрямилась. Джилл сразу заметила её и протянула руку: — Джилл Валентайн, — и слегка кивнула. — Микаэль Скарсгард, — она пожала руку в ответ. К середине вечера кухня окончательно стала центром дома. Три торта заняли половину столешницы, бутылки постепенно пустели, а разговор, начавшись с работы и последних новостей, незаметно скатился к воспоминаниям двадцатилетней давности. Время от времени кто-то вспоминал детали, которые остальные давно забыли, кто-то спорил о датах, а кто-то категорически отказывался признавать очевидное. — Ты всё ещё ездишь на байке? — поинтересовался Крис, лениво покручивая в пальцах бокал. — Редко. — И как успехи? Леон бросил на него подозрительный взгляд, и Майк заметила это мгновенно. Клэр, уловив настроение разговора, тут же расплылась в улыбке: — Кажется, она не знает. — Не знает чего? — Майк перевела взгляд с неё на Криса. — Того, что в определённый период своей жизни Леон был уверен, что великолепно управляет мотоциклом, — добавила она. — Я и сейчас неплохо управляю. — Конечно, — невозмутимо согласился Крис. — Тебе тогда просто повезло, что куст оказался крепче. Майк замерла с бокалом в руке, затем медленно повернулась к Леону. — Какой куст? Леон прикрыл глаза. Клэр откровенно засмеялась: — После Алькатраса мы отмечали завершение операции в одном баре. Все были уставшие, вымотанные, мечтали только о душе и нормальном сне. И вот в какой-то момент этот человек замечает девушку. — Я до сих пор считаю, что план был рабочий, — пробормотал Леон. — План закончился в декоративных кустах возле парковки, — напомнил Крис. — Ты решил произвести впечатление на девушку? — Майк ехидно улыбнулась. — Это лишь версия событий, — он отмахнулся. — Леон, ты буквально поправил куртку перед тем, как подойти к мотоциклу, — вмешалась Клэр. — Ты не можешь этого помнить. — Могу. Потому что это выглядело нелепо. Джилл, до этого молча слушавшая спор, сделала небольшой глоток вина: — Он ещё посмотрел на своё отражение в зеркале бокового вида. Майк уже опустила голову на руку, пытаясь справиться с приступом смеха: — И что было дальше? — Дальше, — начал Крис, явно наслаждаясь моментом, — Леон решил эффектно затормозить возле неё. — Не просто затормозить, — поправила Клэр. — Он собирался красиво подъехать. С красивой частью не сложилось — кто-то перепутал передачи. Майк уставилась на Леона. — На собственном мотоцикле? — Я был уставший. — После чего герой всей операции проехал мимо девушки, мимо парковки и частично мимо собственного достоинства, — подытожил Крис. Постепенно история про кусты сменилась другой, затем третьей, и вскоре разговор окончательно распался на десяток отдельных тем. Смех то затихал, то вспыхивал снова. За окнами стемнело. Сад утонул в мягком свете фонарей, оставив за стеклом лишь размытые силуэты деревьев и цветочных клумб, которыми Майк занималась всю весну. В доме же было тепло, шумно и удивительно уютно — настолько, что сама она временами ловила себя на мысли, насколько нереальной выглядит эта картина. — Кстати, — вдруг произнесла Клэр, потянувшись за бокалом, — кольцо очень красивое. Майк машинально посмотрела на левую руку. Тонкий ободок мягко блеснул в свете ламп. — Спасибо. — Мне теперь интересно спросить, — продолжила Клэр. — Как он сделал предложение? Леон тихо выдохнул. Майк улыбнулась: — Вообще-то, история очень романтичная. Крис заинтересованно поднял голову. Джилл тоже отвлеклась от разговора с Шерри. Клэр выглядела человеком, которому только что пообещали отличный вечер. — Так вот, — начала Майк, задумчиво крутя кольцо на пальце, — предложение было сделано на полу разрушенной подземной лаборатории. На кухне стало тихо. — Рядом лежал труп моего бывшего мужа. — Прекрасный момент, — кивнула Джилл. — Мужа-мутанта, — уточнила Майк. Шерри поперхнулась вином. Клэр закрыла лицо ладонью. Леон обречённо смотрел в свой бокал. — Естественно, кольца у него не было, — она пожала плечами. — Поэтому он просто подобрал валявшуюся рядом чеку от, как он заявил, отличной гранаты М67. Несколько секунд над столом стояла тишина, затем Шерри тихо рассмеялась в бокал. Крис лишь покачал головой, будто услышал нечто совершенно ожидаемое. — Да, это очень похоже на Леона. — Меня больше беспокоит, что Микаэль после этого согласилась, — заметила Джилл. — Спасибо, — сухо отозвался Леон. Майк невольно улыбнулась. Честно говоря, тогда, на полу разрушенной лаборатории, среди мигающих аварийных ламп и запаха гари, ей тоже казалось, что всё происходящее звучит как очень плохая шутка. Однако стоило ей поднять взгляд на сидевшего рядом мужчину, как улыбка сама собой стала мягче. Леон поймал её взгляд и едва заметно выгнул бровь, словно без слов спрашивая, что именно её так развеселило. Майк лишь качнула головой. Ладонь, лежавшая у неё на пояснице уже последние несколько минут, чуть сдвинулась, притягивая её ближе. Где-то на фоне Клэр уже возмущалась отсутствием нормального кольца, Крис что-то отвечал про полевые условия, а Джилл вполголоса заметила, что видела предложения и хуже. Но сама Майк слушала их уже вполуха и думала, что если бы можно было вернуться назад, в тот вечер, на тот холодный бетонный пол, она бы всё равно ответила точно так же. Дом затих далеко не сразу. Даже после того, как за Крисом и Клэр, которые удалились последними, ведь Клэр умудрилась рассказывать ещё одну историю после официального прощания ещё минут десять, закрылась дверь, а красные огни его пикапа скрылись за поворотом, в комнатах ещё долго оставалось ощущение чужого присутствия. Леон какое-то время ещё стоял на крыльце, вдыхая тёплый ночной воздух. Лето окончательно вступило в свои права. Где-то стрекотали цикады. Из соседнего дома доносился приглушённый смех. Вернувшись внутрь, он обнаружил Майк на кухне. Она стояла возле раковины, закатав рукава домашней кофты, и, явно собираясь во что бы то ни стало закончить начатое, домывала последние тарелки. — Я ведь говорил оставить до утра. — А я ведь сказала, что тут на десять минут работы. — Это было сорок минут назад. — Не придирайся. Леон только хмыкнул. На столешнице всё ещё стояли остатки вечера: пустая бутылка вина, смятая упаковка от подарка, несколько свечей и полароид, который кто-то успел обнаружить перед уходом. На фотографии Клэр смеялась так, что почти выпадала из кадра, Крис выглядел так, будто его заставили фотографироваться под угрозой ареста, а Шерри с Джилл мило улыбались. И лишь на заднем фоне можно было разглядеть Леона и обнимающей его Майк. Майк улыбнулась, заметив снимок. За спиной послышались шаги, и знакомые руки мягко обвились вокруг её талии. Леон ничего не сказал — просто притянул её к себе, уткнувшись лбом в её плечо. Майк продолжала улыбаться. — Устал? — Немного. — Старость. Она почувствовала, как он тихо усмехнулся. Несколько секунд они молчали. Вода продолжала негромко шуметь. Где-то за окном качнулись ветви деревьев и зашумела листва. Майк уже собиралась поставить последнюю тарелку на сушилку, когда почувствовала, что объятия стали чуть крепче. Она повернула голову. — Что? Леон ответил не сразу, будто раздумывал над чем-то своим, потом просто пожал плечом: — Ничего. — И после короткой паузы добавил. — Люблю тебя. Так спокойно, словно говорил о погоде за окном. Майк замерла всего на мгновение, затем выключила воду и повернулась к нему лицом. — Знаешь, — тихо произнесла она, обнимая его за шею, — ты ужасно редко это говоришь. Поэтому каждый раз это работает. Уголок его губ дрогнул. — Знаю. Она легко коснулась губами его щеки. — Мне нравится это слышать. Леон посмотрел на неё несколько секунд, словно хотел что-то добавить, но в итоге лишь наклонился и поцеловал её.