Старый морской волк

Антон протёр очки и отпрянул. Перед ним стоял старый Харитон тот самый странный дед на коляске из посёлка, который вечно грозил детям своими историями. Но теперь вместо коляски у него была массивная деревянная нога, выточенная из мореного дуба, а вместо поношенного ватника - капитанский камзол, пахнущий порохом и крепким табаком. Харитон? Ахнул Антон, едва не свалившись обратно за борт. Для тебя - Капитан Харитон, малявка, прохрипел старик, опираясь на верную деревяшку. Глядите-ка, матросы, этот заяц ещё шевелится! Ну, ведите его в каюту, напоите чаем, а то он бледный, как брюхо дохлой рыбы. Спустя час Антон сидел в капитанской каюте, заваленной картами и старыми навигационными приборами. Харитон грузно опустился в кресло и долго смотрел в окно, на расстилающуюся синеву. Ты, небось, гадаешь, Петров, как я сменил завалинку на штурвал? Старик горько усмехнулся. Море забирает всё, что нам дорого. И оно забрало самое ценное, что у меня было. Мою внучку. Полину. Антон вздрогнул, вспомнив прекрасную девушку на скале, чья скрипка едва не погубила корабль Ромки. Я видел её, капитан... В бухте. Она играла на скрипке. Глаза Харитона сверкнули из-под густых бровей не то яростью, не то нестерпимой болью. Значит, ты слышал её проклятый смычок. Сирены... Эти твари не просто топят корабли. Им нужны души, способные творить красоту. Они забрали Полинку прямо с берега, когда она репетировала свой концерт. Утащили в пучину и сделали одной из них. Надели на неё чешую, дали скрипку из костей утопленников и заставили петь песни смерти. Капитан стукнул кулаком по столу так, что чернильница подпрыгнула. Она теперь их главная приманка. Играет, плачет внутри, но остановиться не может. А я... я поклялся, что найду способ разрушить чары. Я собрал этот фрегат, назвал его «Верный Рог» и борозжу эти воды, надеясь вырвать её из лап морского дьявола. Харитон пристально посмотрел на Антона. Ты выжил после её песни, парень. Либо ты оглох, либо у тебя в башке есть что-то покрепче опилок. Рассказывай всё: где ты её видел и куда направился корабль, который она пыталась погубить. Если поможешь мне вернуть внучку, я доставлю тебя хоть на край света, хоть к твоей рыжей девчонке! Антон подался вперед, его глаза за стеклами очков азартно блеснули. Он вспомнил, как Ромка смотрел на Полину там, в туманной бухте, в его взгляде была не только магия сирен, но и что-то очень земное, отчаянное. Капитан Харитон, я знаю, как разрушить чары! Воскликнул Антон. В моих книгах... и в жизни тоже, всё работает одинаково. Заклятие сирен держится на холоде морской бездны, но его можно разбить теплом. Настоящим, человеческим. Харитон недоверчиво хмыкнул, потирая деревянную ногу. И что ты предлагаешь, малявка? Сварить им горячего супа? Нет. Нужен поцелуй, твердо сказал Антон. И не чей-нибудь, а того, кто по ней по-настоящему сохнет. Ромка Пятифан! Он там, на корабле Кати, чуть с ума не сошел, когда её услышал. Он влюблен в неё по уши, хоть и строит из себя крутого пирата. Харитон замер, и его кустистые брови поползли вверх. Тот сорванец с ножом? Хм... А ведь он за ней по пятам ходил еще в поселке, цветы в окно кидал, дурень. Именно! Подхватил Антон. План такой: мы догоняем корабль Кати, забираем Ромку. Затыкаем ему уши моей проверенной ватой, чтобы он не превратился в безвольного овоща раньше времени. Подплываем вплотную к скале, где играет Полина. Ромка должен её поцеловать. Это вырвет её из-под власти моря и вернет ей человеческую душу. И тогда мы заберем её домой! Капитан Харитон тяжело поднялся, его деревянная нога гулко стукнула по палубе. Он подошел к огромному штурвалу и резко крутанул его, закладывая крутой вираж. Ты либо гений, Петров, либо окончательно перечитал своих сказок! Прорычал старик, но на его обветренном лице впервые промелькнула тень надежды. Но это единственный шанс. Эй, остолопы! Ставить все паруса! Держать курс на флагман Порт-Рояла! Будем вызволять нашего «романтика» из лап губернаторской дочки! Фрегат «Верный Рог» вздрогнул и, поймав попутный ветер, понесся по волнам. Антон стоял на носу корабля, вглядываясь в даль. Ему предстояло совершить невозможное: помирить Ромку с Полиной, спасти их от сирен и при этом самому не попасться в лапы разъяренной Кати Смирновой. Надеюсь, Ромка не забыл, как целоваться, пока махал своей финкой, усмехнулся про себя Антон, поправляя очки. Потому что от этого теперь зависит судьба всего океана.