Часть 6. Эрен

Очередное утро в Лондоне, как всегда, выдалось серым и промозглым, под стать мути в похмельной голове Эрена. Микаса так и не вернулась: невероятным усилием воли он прогнал из головы очередные дурацкие шутки про кентаврят, которых воспитывать не собирался, и поплелся на кухню. Кое-как продрав глаза и проглотив подгоревшую яичницу, которой было явно недостаточно, решил не пользоваться аппарацией, тем более в таком состоянии опасность расщепления была слишком высока. На работу он уже всё равно неприлично опоздал, нужно было пройтись, проветрить мозги холодным лондонским воздухом, прежде чем нырять в безумие Министерства и сталкиваться лицом к лицу с Леви, которого вчера едва ли не послал нахер и до сих пор не понимал, как с ним теперь себя вести. Прохожие — обычные лондонские магглы — обтекали его серым потоком. Эрен пялился на них с какой-то тупой завистью: они спешили на свою унылую работу, ругались из-за пролитого кофе. Ему бы их проблемы… Он остановился у витрины небольшого кафе, разглядывая своё отражение: галстук завязан Мерлин знает как, под глазами — тени размером с блюдца, взгляд мутный. Если он сейчас зайдет в кабинет Леви в таком виде, босс его не просто отчитает — сотрет в порошок одним взглядом. Эрен выпрямился, стараясь придать лицу подобие невозмутимости, хотя голодный желудок при каждом резком движении протестующе сжимался. До привычного входа для посетителей оставалось несколько кварталов, впереди его ждал тяжелый разговор и неизбежная расплата за вчерашнюю дерзость. Выйдя из лифта, Эрен непривычно ссутулился, стараясь не привлекать внимания коллег. Каждый громкий голос в коридоре ввинчивался в уши, а магические светильники казались неоправданно яркими. Глядя в пол, он более-менее успешно добрёл до Отдела магического правопорядка и остановился перед массивной дубовой дверью. В груди неприятно кольнуло от предвкушения того, как Леви сейчас будет его распекать. Эрен набрал в легкие побольше воздуха, надеясь, что запах перегара не слишком заметен, и без стука толкнул дверь. — Капитан, я знаю, что опоздал, но… Все заготовленные слова застряли в горле. В кабинете было непривычно светло: шторы, которые Леви обычно держал задернутыми на три четверти, были распахнуты настежь. А за столом, склонившись над пергаментами, сидел Эрд Джин, заместитель капитана. Он сосредоточенно о чём-то размышлял и, судя по хмурому выражению лица, не очень-то радовался своей новой роли. Увидев гостя, Эрд медленно отложил перо и скрестил руки на груди. — О, явился. Я уж думал, ты решил вообще не приходить после вчерашнего бенефиса, — голос его звучал сухо, без тени привычного дружелюбия. Эрен нахмурился, не двигаясь с места. — Ты что здесь делаешь, Эрд? Где Леви? Джин тяжело вздохнул и посмотрел на Эрена с каким-то странным выражением лица — смесью жалости и глухого раздражения. — Капитан Аккерман в отпуске. Приказ Найла Дока, подписано сегодня утром. На ближайшее время все полномочия по руководству отделом переданы мне. — В каком еще отпуске? Ты о чем? Он вчера был здесь, он не мог… он не уходит в отпуска. Никогда. — Похоже, вчерашнего хватило, чтобы он изменил своим принципам, — Эрд выудил из стопки бумаг узкий свиток. — Перед уходом он прислал четкие распоряжения. Учитывая твою нестабильность, ты переведен в отряд патрулирования, будешь ловить мелких карманников в Косом… Эрен пробежал глазами по строчкам, написанным знакомым почерком. — Ты издеваешься, Джин? Я лучший боец в этом чертовом отделе! Он не имеет права задвигать меня в патруль из-за личных… — Он имеет полное право распоряжаться своими подчиненными так, как считает нужным! — рявкнул Эрд, явно теряя терпение. — И вообще, Йегер, сбавь тон. Посмотри на часы. Ты опоздал на три часа без уважительной причины, в уставе за такое полагается выговор с занесением, а не дискуссии о твоих талантах. Так что не ты здесь должен орать. — Да мне плевать на устав! — Эрен ударил кулаком по столу, заставив чернильницу подпрыгнуть. — Где он? Он не мог просто исчезнуть, не сказав мне ни слова! — Мог, как видишь, — отрезал Эрд, поднимаясь со стула. — Он даже меня не предупредил, с чего бы ему отчитываться перед тобой? Забирай документы и проваливай на маршрут, пока я не оформил рапорт за опоздание и неподчинение. — Да пошел ты! — Эрен вырвал свиток из рук Эрда. — Он не может просто так всё бросить и свалить! — А ты посмотри на себя, — его голос стал намного жестче. — Ты прогулял треть смены, от тебя несет спиртом за милю, и ты орешь на исполняющего обязанности начальника. Даже Аккерман с его ангельским терпением не может больше тебя выносить, — он протянул ему карту с пометками мест патрулирования. — Приведи себя в порядок и займись делом. Свободен. Эрен вылетел из кабинета, едва не сшибив стул. В ушах звенело. Леви бросил его, не просто закрылся — уехал неизвестно куда, оставив вместо себя Эрда и совершенно издевательские приказы. Наверное, он полностью заслужил такое отношение, но всё же не ожидал, что оба Аккермана сбегут от него так синхронно. Он шел по коридору, едва разбирая дорогу: злость, обида и похмелье смешались в какой-то ядовитый коктейль, от которого к горлу подкатывала тошнота. На крутом повороте он едва не снес кого-то плечом. Перед глазами мелькнула светлая мантия и слишком знакомая, раздражающе самоуверенная физиономия. — Эй, полегче, Йегер! Ты что, ослеп? — Кирштейн ловко увернулся, удержав в руках папку с документами, но его взгляд тут же зацепился за помятый вид Эрена. — Нихрена себе, да от тебя разит, как от бочки огневиски. Ты вообще в курсе, что сейчас полдень? Жан фыркнул, картинно поправляя воротник, и на его губах заиграла та самая кривая ухмылка, которую Эрен ненавидел больше всего на свете ещё со школы. — Отвали, Кирштейн, — выдохнул Эрен, пытаясь пройти мимо, но Жан и не думал уступать дорогу. — Что, мамочка-Аккерманочка не погладила по головке перед сном? — Жан ехидно прищурился, явно наслаждаясь моментом. Но при упоминании Микасы у Эрена окончательно сорвало предохранители: всё, что копилось со вчерашнего вечера, он вложил в один резкий, короткий удар. Кулак с глухим стуком врезался Жану прямо в челюсть, и тот отлетел к стене, приложившись затылком о каменную кладку. Документы веером разлетелись по полу. — Ты… ты совсем сдурел?! — Жан прижал ладонь к лицу, сплевывая кровь на безупречно чистый пол. — За что?! Эрен навис над ним, снова хватая за грудки. — Где она была всю ночь, конь фестральный? Жан смотрел на него как на сумасшедшего. Гнев в его глазах сменился искренним недоумением, которое заставило Эрена на секунду ослабить хватку. Жан воспользовался моментом и высвободился, отпихивая его от себя. — Я проводил её вчера почти до самого дома, потому что она едва на ногах стояла от усталости! И знаешь, о ком она говорила всю дорогу? О тебе. Она тебя оправдывает даже тогда, когда ты ведешь себя как последний козел. — Ты ничего о нас не знаешь, — огрызнулся Эрен, хотя голос предательски дрогнул. — Но на последнем квартале она меня прогнала. Сказала, что если ты увидишь меня рядом, то совсем с катушек слетишь, а ей хватит на сегодня одной истерики. Она тебя боится, ты это понимаешь своим пропитым мозгом? Она боится идти в собственную квартиру, потому что там — ты. Тебе вообще норм довести подругу до такого состояния? Я думал, она тебе дорога. Эрен хотел снова ляпнуть какую-то гадость, но вместо этого лишь прерывисто выдохнул, привалившись плечом к стене. — Посмотри на себя, — Жан вздохнул, его голос потерял прежнюю едкость. — Ты же едва на ногах стоишь. Иди к Аккерману, пусть выдаст антипохмельное зелье и вставит пистон, пока тебя Док в таком виде не застукал. — Его нет, Жан, — глухо отозвался Эрен, глядя в пол. — Кого нет? Аккермана? Ну, значит, сиди под дверью и жди, пока не придёт. А к Микасе не смей соваться в таком состоянии. Жан поправил воротник, последний раз мазнул взглядом по мятой одежде Эрена и, не дожидаясь ответа, зашагал прочь по коридору. Эрен остался один. Карта патрулирования, которую он сжимал в руке, была влажной от пота. Идея патрулировать переулок, вылавливая мелких воришек, когда внутри всё горело от злости из-за Леви и переживаний за подругу, казалась невыносимой… Он поплелся к выходу из Министерства, чувствуя себя так, словно его только что вывернули наизнанку и бросили сушиться на холодном лондонском ветру. Нужно было срочно решать: засунуть свои эмоции в жопу до конца смены и ответственно начать патруль, или рискнуть последним, что у него осталось, и убедиться, что хотя бы Микаса в порядке. Быстро аппарировав в нужный район, Эрен свернул в узкий переулок, ведущий к небольшому жилому дому, где Саша Браус снимала квартиру вместе с Конни. Это место всегда пахло домашней едой и каким-то уютным беспорядком — полной противоположностью его собственного вылизанного и теперь уже опустевшего жилья. Он был уверен, что Жан не соврал, и если Микасе действительно нужно было спрятаться от него, Саша была единственным человеком из их общих знакомых, способным накормить, уложить спать и при этом не задавать лишних вопросов. Он остановился перед дверью, пытаясь пригладить волосы и хотя бы немного привести в порядок одежду, но руки дрожали от похмелья и нервов. Вздохнув, он коротко постучал. За дверью послышалась какая-то возня, грохот упавшей сковородки и приглушенное девичье ворчание. Наконец, замок щелкнул, и дверь приоткрылась на длину цепочки. В щели показался карий глаз Саши, который тут же сузился, завидев визитера. — Тебя никто не звал, Йегер, — неприязненно бросила она. — Просто скажи, Микаса у тебя? — Она спит. И я не собираюсь её будить, — Саша полностью открыла дверь, но преградила путь, сложив руки на груди. От неё пахло жареным беконом и свежим хлебом, и этот запах заставил желудок Эрена снова мучительно сжаться. — Она постучала в дверь в три часа ночи, Эрен, вся дрожала и молчала, как воды в рот набрала. Знаешь, сколько усилий мне стоило её успокоить? — Я просто хочу извиниться. — Извинениями сыт не будешь, — отрезала Саша, но, увидев, как Эрен пошатнулся и привалился к косяку, её взгляд немного смягчился. — Ладно, заходи, помогу очухаться. Но если её разбудишь — пришибу половником, и твой любимый капитан тебя не спасёт. Кстати, а что с ним? Я слышала, что в Аврорате сегодня какой-то трындец творится, потому что Аккерман пропал. Эрен прошел на кухню и тяжело опустился на табурет, закрыв лицо руками. — Он уехал в отпуск, и я даже не знаю, куда. Саша с грохотом поставила перед ним на стол тяжелую керамическую кружку с густым, обжигающим варевом и тарелку с яичницей, на этот раз не подгоревшей. От запаха трав и чего-то острого у Эрена на мгновение прояснилось в глазах. — Пей, горе-аврор. Это отвар по рецепту моего отца, мертвого на ноги поднимет, — буркнула она, присаживаясь напротив. — Значит, так. Леви уехал, Микаса спит в соседней комнате за тремя запирающими заклятиями, потому что видеть тебя не хочет, а ты прогуливаешь работу? Интересно вейлы пляшут… — Веришь или нет, но мне сейчас вообще не до танцев, — Эрен сделал глоток, и горло обожгло так, будто он проглотил горсть раскаленных углей. Дыхание перехватило, но туман в голове начал стремительно редеть. — Джин выгнал меня в патруль, сказал, что капитан сам подписал приказ. — И правильно сделал, — Саша закивала с таким видом, будто это была её идея. — Тебе полезно подышать свежим воздухом вместо паров огневиски. — Да я не против патруля, Саша! — Эрен грохнул кружкой по столу. — Я просто не понимаю, как он мог… вот так? Без единого слова? Мы же… — он осекся, наткнувшись на любопытный взгляд Саши. — Что «вы»? — она подперла подбородок кулаком. Так и не дождавшись ответа, вздохнула и плеснула в его кружку еще немного варева. — Ладно, не сиди с таким лицом, а то скиснешь окончательно. Эрен допил отвар, зажевал мерзкий привкус нехитрым обедом. Тепло разлилось по телу, возвращая способность соображать. — Спасибо, Саша. Пойду в патруль, — он поднялся, чувствуя, что ноги наконец стоят твердо. — Когда она проснется, передай, что я заходил. И что я очень жду её дома. — Передам, — смягчилась Саша. — Иди уже, только галстук поправь. На тебя же смотреть больно. Воспользовавшись огромным зеркалом в гостиной и приведя себя наконец в приличный вид, Эрен вышел на улицу, сжимая в кармане смятую карту. Патруль так патруль. Если капитан хочет, чтобы он ловил карманников — он станет лучшим ловчим в истории этого чертова департамента. Он завалит Эрда горой задержанных преступников так, что Министерству придется отозвать Аккермана из любого отпуска, лишь бы Эрен перестал превращать рядовое патрулирование в охоту на ведьм… Впереди, в тени Лютного переулка, мелькнула подозрительная фигура в грязной мантии. Карманник? Контрабандист? Сейчас это не имело значения — приличные люди туда не ходят. Эрен сорвался с места, бесшумно и стремительно, как хищник, который наконец-то завидел жертву. Охота началась.