Глава 9. Ритуал подчинения

Пять секунд. Ровно столько Бестиальда позволила ему наслаждаться этим моментом абсолютной уязвимости. Она чувствовала, как его пальцы судорожно впиваются в её горячую талию, как его дыхание сбивается, становясь тяжелым и прерывистым. Она видела в его глазах крах империи, который был гораздо масштабнее финансового кризиса. И именно в тот миг, когда Виктор был готов окончательно сдаться на милость победителя, она резко отстранилась. Из её горла вырвался смех — звонкий, заливистый, почти девичий, но пропитанный ядом истинной лисьей насмешки. Этот звук разрезал синее марево комнаты, как острый клинок. — Ох, Виктор... — выдохнула она сквозь смех, упираясь ладонями в его плечи. — Если бы ты видел свое лицо! Великий дьявол, задыхающийся от близости той, кого он утром выставил за дверь. Она начала неспешно сдвигаться, плавно снимая ноги с его бедер. Её движения были издевательски грациозными: шнуровка на шортах скользнула по его коленям, а алый шлейф змеей потянулся следом, когда она начала опускать ступни на холодный пол. Каждое её движение было направлено на то, чтобы разорвать контакт, оставить его в этой удушающей пустоте, которую она создала всего секунду назад. Для Виктора это было подобно резкому лишению кислорода. Его жаждущая натура, только что получившая обещание искупления и страсти, взбунтовалась. Когда тепло её тела начало исчезать, сменяясь прохладой гостиной, его зрачки расширились, заполняя почти всю радужку черным цветом. — Куда ты... — сорвалось с его губ, и в этом вопросе не было власти, только оголенная, первобытная потребность. Он сидел на диване, подавшись вперед, его руки всё еще были приподняты, словно они всё еще держали её за мягкую талию, но теперь они хватали лишь воздух, пропитанный иссиня-черным дымом. Его грудь тяжело вздымалась, а на бледных щеках горел лихорадочный румянец. Бестия уже стояла в двух шагах от него, поправляя корсет из драконьей кожи с видом женщины, которая только что закончила скучную деловую беседу. Она обернулась через плечо, сверкнув алыми глазами. — Ещё совершенно не время, Виктор. Разве не это ты сказал мне утром? — она повторила его же слова с идеальной, издевательской интонацией. — Отдыхай. А мне нужно проверить, как идут дела с твоими оставшимися счетами. Она видела, как он медленно поднимается с дивана, и в каждом его движении сквозила угроза хищника, которого лишили добычи в самый последний момент. Его щит не просто треснул — он был уничтожен, и теперь на его месте зияла черная дыра жажды, которую могла заполнить только она.