Глава 10. В замкнутом пространстве

Бестиальда начала свой издевательский танец. Она не спеша двинулась вокруг массивного дивана, стоявшего в центре гостиной. Её походка была обманчиво ленивой, бедра плавно покачивались, а каждое движение подчеркивало опасную грацию хищницы. Она знала, что Виктор следует за ней по пятам, чувствуя его тяжелое, прерывистое дыхание у себя за спиной. — Скажи мне, — промурлыкала она, не оборачиваясь и проводя пальцем по резной спинке дивана, — что же так резко изменилось с рассвета? Утром ты был так благороден. «Ещё совершенно не время», «отдыхай, лисичка»... Ты так эффектно уходил к своему виски, оставив меня одну. Она резко развернулась на углу, оказавшись по другую сторону мебели. Между ними был лишь барьер из бархата и дерева, но в воздухе между ними искрило так, что, казалось, обои вот-вот вспыхнут. — Что теперь, Виктор? Твоё самообладание растворилось вместе с твоими акциями? Или ты вдруг понял, что пустая постель в пентхаусе слишком холодная без «собачки», которая кусается? Виктор замер. Его руки, опущенные вдоль тела, были сжаты в кулаки так сильно, что костяшки побелели. Терпение, которое он оттачивал веками, истончилось до предела, превратившись в раскаленную нить. Он смотрел на неё сквозь синие сумерки комнаты, и в его взгляде была такая концентрация страсти и ярости, что обычный человек просто перестал бы дышать. — Ты хочешь знать, что изменилось? — голос его был низким, вибрирующим от сдерживаемого рыка. Он рванулся вперед, но Бестия с легкостью ускользнула на другой фланг, продолжая свой круг. Мужчина остановился, тяжело опершись ладонями о спинку дивана, и его алый взор буквально впился в неё. — Ты — хаос в чистом виде, затянутый в драконью кожу. Он подался всем телом вперед, сокращая расстояние над спинкой дивана, и его слова прозвучали как абсолютное, фатальное признание: — Обладать такой, как ты — с твоим невыносимым характером, с этой твоей ледяной магией Пустоты... это значит не просто иметь женщину. Это значит быть королем Ада. И я не успокоюсь, пока не надену эту корону, Бес. Даже если мне придется сжечь этот город дотла, чтобы ты снова посмотрела на меня так, как минуту назад. Бестиальда замерла. Её наглая улыбка чуть дрогнула. Она ожидала угроз, ожидала попыток вернуть деньги, но это признание... оно было слишком честным. Слишком опасным.