Часть 33

Она видела его один раз, мельком, через стекло витрины, когда он проезжал мимо на своей машине. Его лицо было серым от усталости, взгляд пустым и жестким. В тот момент она едва не выбежала на дорогу, едва не закричала его имя, но ледяной голос рассудка напомнил: Джереми только этого и ждет. Любая попытка контакта с Винсентом станет для него смертным приговором. Джереми не колебался бы ни секунды, чтобы устранить «свидетеля», как только тот выполнит свою роль ищейки. Джереми наслаждался каждой секундой этого процесса. Для него это было высшее проявление искусства, чтобы превратить величайшую любовь в инструмент уничтожения. Он часто заходил к Винсенту поздно вечером, принося кофе и изображая сочувствие. Д-Мы достанем её, Винн. Ради твоего же блага, мы должны это сделать. Пока она не совершила что-то, после чего пути назад уже не будет.-шептал он, глядя, как Винсент в очередной раз перебирает фотографии с места её «последнего появления». Внутри Джереми ликовал. Его «Коллекция Сломанных Судеб» пополнилась самым изысканным экземпляром. Он не видел, как Мэделин теряет свою личность, превращаясь в Лану, жестокого и одинокого призрака. Но он видел, как честный агент Винсент превращается в фанатичного охотника, готового переступить через закон ради своей цели. Но была еще одна деталь, которую Джереми приберег на финал. Тот самый разбитый жесткий диск. Он знал, что Мэделин мучается вопросом: что на нем было? Он посеял в её душе зерно сомнения относительно прошлого самого Винсента. «А что, если Винсент не жертва? Что, если он — часть моей игры с самого начала?», а эта мысль была самой страшной пыткой для Ланы Миллер. Теперь война вышла на новый уровень. Джереми задействовал «Протокол Стирания». Он начал блокировать любые ресурсы, которыми Мэдди могла бы воспользоваться. Он отслеживал её не по деньгам, а по привычкам, которые он изучал двадцать лет. Он знал, какую марку сигарет она купит, чтобы скрыть запах своего парфюма. Он знал, в каких районах она будет искать убежище. Он не просто охотился, а дирижировал её движениями, загоняя её в ту самую точку, где её будет ждать Винсент. План Кредитора был совершенен. Весь мир стал для Мэделин враждебным. Сверху на неё давила мощь ФБР и правительства, требуя её головы за «предательство». Снизу её подстерегали профессиональные убийцы «Узла», готовые выполнить любой каприз своего хозяина. А прямо перед ней, в темноте каждого переулка, стоял мужчина, которого она любила больше жизни, и который теперь был её самым опасным врагом. Джереми поправил свои темные очки и мягко улыбнулся своему отражению в темном стекле монитора штаб-квартиры ФБР. Д-Третий акт.-прошептал он. Д-Занавес поднимается. Посмотрим, кто из вас сломается первым. Охота продолжалась, и с каждым часом надежда на спасение таяла, оставляя место лишь холодному расчету выживания в мире, где даже любовь стала оружием массового уничтожения. Как там наша Мэделин? Прошло трое суток с того момента, как я не появлялась в своей квартире с того момента, как я встретилась со своим Кредитором, Джереми, лично. Я арендовала себе машину, второй раз сняла себе комнату в другом мотеле. Забегаловка на окраине города была пропитана запахом пережаренного масла, дешевого табака и безнадеги. Я или уже Лана Миллер сидела возле стойки, в тени подтекающего кондиционера. Моя трансформация была шедевром мимикрии: это была не просто смена прически, а полное перекраивание личности. Пепельно-светлые волосы были подстрижены в рваное каре, которое полностью меняло геометрию лица. Карие линзы не только скрывали мой настоящий цвет глаз, но и имели едва заметный корректирующий эффект, делая взгляд более мягким, менее сосредоточенным. С помощью умелого контуринга я визуально опустила скулы и изменила линию подбородка. Даже если бы кто-то из моих бывших коллег зашел сюда и начал вглядываться, он бы лишь на секунду замер, подумав: «Надо же, как похожа... нет, показалось, эта женщина старше и выглядит совсем иначе». Я двигалась по-другому, сутулилась по-другому, даже чашку держала левой рукой, хотя я была правшой. Над стойкой висел старый телевизор. Звук был приглушен. Когда на экране всплыло фото Мэделин Сайрум, идеальный портрет агента ФБР с волевым взглядом и гладко зачесанными волосами, я не вздрогнула. Я не опустила голову и не попыталась скрыться за волосами. Напротив, я спокойно отставила чашку, выпрямилась и с легким, почти ленивым любопытством уставилась на экран, как это сделал бы любой случайный посетитель, коротающий время за новостями. Официант потянулся к пульту и прибавил громкость. Разговоры в зале стихли. Я стала слушать, скрывая внутреннее волнение, держа в руке кружку с остывшим кофе. Дик-Продолжаются общенациональные поиски бывшей сотрудницы ФБР Мэделин Сайрум.-чеканил диктор с неестественно белыми зубами. Дик-Министерство юстиции сегодня утром официально предъявило ей обвинения в государственной измене и краже данных, представляющих высшую степень секретности. На экране сменились кадры. Теперь там показывали записи с камер наблюдения моего дома, моего подъезда. Кольцо сужалось прямо на глазах у миллионов. Дик-Следователи полагают, что Сайрум в течение многих лет являлась «кротом» международного преступного синдиката, известного как «Узел». По оперативным данным, её недавнее заключение в тюрьму было частью сложной схемы по внедрению и последующему хищению зашифрованного жесткого диска, содержащего имена действующих агентов под прикрытием. Я почувствовала, как внутри всё сжалось. **-Имена агентов? Джереми, ты превзошел сам себя. Ты не просто выставил меня воровкой, ты сделал меня мишенью для каждого копа в этой стране.** Дик-Директор департамента информационных ресурсов Джереми Уэйн выступил с коротким заявлением.-продолжал диктор. Экран заполнило лицо Джереми. Он выглядел изможденным, убитым горем «другом». Д-Мы глубоко потрясены этим предательством. Мэделин была одной из нас. Но закон превыше всего. Я призываю её сдаться добровольно, пока не произошло непоправимое. Мэделин, если ты слышишь это — позволь нам помочь тебе. ?-Ишь, тварь какая.-прохрипел старик за соседним столиком, сплевывая на пол. ?-Своих же продала. Из-за таких баб парни на заданиях гибнут. Я посмотрела на мужчины и немного хмыкнув, вернула взгляд обратно. Дик-ФБР предупреждает: Сайрум вооружена и предельно опасна. Она владеет техниками изменения внешности и психологической манипуляции. За любую информацию о её местонахождении назначена награда в пятьсот тысяч долларов. Также сообщается, что специальную оперативную группу по её поимке возглавил агент Винсент... Я внутренне вздрогнула, услышав его имя. На экране на секунду мелькнул кадр: Винсент выходит из здания штаб-квартиры. Он выглядел так, будто не спал вечность. Его челюсти были сжаты, а глаза...в них была пустота, которую я знала слишком хорошо. Это была пустота человека, чья вера была вырвана с корнем. Официантка, немолодая женщина с усталыми глазами, подошла к моему столику с кофейником в руке. Она на секунду замерла, глядя на экран, а затем покачала головой, наполняя мою кружку. Оф-Ну и дела.-вздохнула официантка, кивая на телевизор. Оф-Глядишь на неё ну чисто ангел, лицо такое...правильное. А внутри, видать, черти водятся. Столько лет в ФБР проработать и всё ради того, чтобы своих же продать. Я подняла взгляд на женщину и понимающе усмехнулась. Мой голос был на полтона ниже обычного, с легкой хрипотцой, которую я старательно поддерживала. -В наше время лицо это просто обложка.-спокойно ответила я, делая глоток кофе. -Никогда не знаешь, что там на самом деле. Но если она действительно украла то, о чем они говорят, то долго ей не бегать. ФБР таких не отпускает. Официантка хмыкнула, вытирая руки о передник. Оф-Да уж. Говорят, за ней теперь полстраны охотится. Надеюсь, поймают её раньше, чем она еще чего натворит. -Поймают.-уверенно киваю. -Рано или поздно все совершают ошибку. Дик-...Агент подчеркнул, что поимка Сайрум является приоритетом номер один для национальной безопасности. Официантка пошла к следующему столику, а я продолжила смотреть сюжет. Я знала то, чего не знала эта женщина, и чего не знали тысячи агентов ФБР, рыскающих по городам. Они верили, что участвуют в официальной поимке предателя. Они не догадывались, что Джереми, их уважаемый замдиректора, параллельно выпустил на охоту своих «чистильщиков» из «Узла». ФБР искало меня, чтобы доставить её в камеру. «Узел» искал меня, чтобы заставить замолчать навсегда. Джереми играл в шахматы сам с собой: официальные власти были его загонщиками, а его личные наемники палачами. И ни те, ни другие не знали о существовании друг друга. Я посмотрела на часы. Сюжет обо мне закончился, сменившись рекламой страховки, но в забегаловке еще долго стояла тишина. Люди переглядывались, в их глазах читалась подозрительность. Любой другой на моем месте выскользнул бы из кафе немедленно, подстегиваемый адреналином. Но я знала: резкие движения привлекают внимание. Я осталась сидеть. Следующие пятнадцать минут я медленно допивала свой кофе, листая оставленную кем-то на столе местную газету. Я изучила колонку объявлений, посмотрела результаты бейсбольного матча и даже заказала дополнительную порцию вишневого пирога, который съела с видимым аппетитом. Я вела себя как женщина, которой абсолютно некуда спешить и которой нет никакого дела до государственных изменников. Винсент, скорее всего, сейчас прочесывал мои последние контакты. Он был бы поражен моим хладнокровием. Джереми был бы в восторге. Он всегда говорил, что я его лучший ученик. Через четверть часа я неспешно встала, положила на стол купюру, включающую щедрые чаевые, и кивнула официантке на прощание. Руки мои не дрожали. Джереми добился своего: он выжег во мне страх, оставив только инстинкт выживания. -Хорошего вечера.-бросила я, выходя в прохладный сумрак улицы. Оф-И вам, милочка.-отозвалась та, даже не подозревая, что только что пожелала удачи самой разыскиваемой женщине страны. Выйдя на парковку, я не побежала к машине. Я шла спокойным шагом, вдыхая сырой воздух. Я знала, что где-то там, в темноте, уже могут быть люди «Узла» с тепловизорами. Я знала, что Джереми ждет моего звонка, моего срыва.