Часть 34

Я поправила сумку на плече. Внутри, среди пачек денег, пистолета и фальшивых паспортов, лежал обломок того самого разбитого диска. Лана Миллер знала: третий акт только начался, и по сценарию Кредитора я должна была умереть. Но я больше не была персонажем в его пьесе. Я была пожаром, который собирался поглотить всю его коллекцию. Но, садясь в неприметный подержанный седан, я чувствовала странную, ледяную свободу. Я не была Мэделин Сайрум. Я не была должницей. Я была призраком, и этот призрак только что закончил свой ужин, готовясь нанести первый ответный удар. **-Ты сделал его моим охотником, Джереми. Ты заставил его верить, что я монстр. Но ты забыл одну деталь: ты сам учил меня, как уничтожать монстров. И теперь я иду за тобой.** Уехав в новый мотель, я заселилась в комнату. Лежа на кровати, я раздумывала о дальнейших действиях. **-Нужна разведка и информация.** Проходит ещё два дня. Машину я сменила так же, как и мотель. Я изучала все новости, все данные, пришлось взломать некоторые профили сотрудников ФБР. Мне нужен был Винсент. Но встречаться с ним лично это плохая идея, потому что Джереми явно уже запудрил ему мозг. Загримировавшись до неузнаваемости, я собралась и поехала в самый центр. Бар «У Филиппа» был тусклым, пропахшим дешевым табаком местом, откуда открывался идеальный вид на главный вход штаб-квартиры ФБР. Я сидела у самого окна, медленно потягивая сигарету. Мой пепельный блонд сливался с полумраком заведения. Я делала то, чего Джереми боялся больше всего: возвращалась в самое логово, но уже не как загнанный зверь, а как бесплотная тень. Стеклянные двери офиса распахнулись, и я напряглась. Из здания вышли двое. Сердце на мгновение предательски сжалось, напомнив о Мэделин, которая всё еще жила где-то глубоко внутри. Джереми шел рядом с Винсентом, его рука по-дружески, почти отечески лежала на плече агента. Джереми виртуозно играл свою роль: неопрятный, сокрушенный коллега, предлагающий опору в этот трудный час. Но я видела истину, это была рука кукловода, проверяющая надежность пут на своей новой марионетке. Винсент выглядел ужасно. Осунувшееся, серое лицо, пустой, выжженный болью взгляд, он казался тенью того человека, которого я знала. Я видела, как яд Джереми медленно проникает в него, отравляя воспоминания и превращая его горе в холодную ярость. Джереми «обрабатывал» его, превращая честного человека в идеальную ищейку для поимки «государственной преступницы». В этот момент Лана Миллер окончательно вытеснила Мэделин Сайрум. Я поняла: если Мэделин во мне проявит слабость или попытается объясниться, Джереми уничтожит Винсента, как только тот выполнит свою задачу. Чтобы спасти его, я должна была заставить его возненавидеть себя. Я должна была стать тем самым монстром, о котором трубили новости. Единственный способ удержать Винсента подальше от этой смертельной воронки это стать для него самым страшным кошмаром. Я затушила сигарету в пепельнице на столе. Мой взгляд стал ледяным. Я больше не бежала. Я начинала свою партию, где Винсент был главной ставкой, которую я обязана была проиграть, чтобы он остался жив. Я стану врагом, которого он будет мечтать уничтожить, лишь бы он никогда не узнал, насколько глубока та бездна, в которую его заманивает «друг» Джереми. В голове уже зрел план действий. Шаг 1: Анализ уязвимости и осознание смертности Я смотрела в окно, наблюдая, как Джереми и Винсент выходят из здания. Я видела, как Джереми, человек, которого я знала пятнадцать лет как друга и секунду как монстра по-хозяйски положил руку на плечо Винсента. Этот жест ударил меня сильнее, чем ледяная вода в подвале. Я поняла главную истину своего нового мира: в игре Кредитора любовь - это радиомаяк, по которому наводятся ракеты. Пока Винсент верил в моё спасение, пока он искал в моих глазах проблеск прежней Мэди, он был смертником. Я видела это с пугающей ясностью профессионального агента. Влюбленный человек совершает ошибки: он занижает уровень угрозы, он ищет диалога там, где нужно стрелять, он оставляет спину открытой. Джереми не просто «поддерживал» Винсента. Он маркировал его. Он превратил его в «живой рычаг». Пока Винсент был эмоционально привязан к Мэделин, Джереми мог дергать за ниточки обоих. Если я проявлю слабость и выйду на контакт, «чистильщики» Узла уничтожат нас обоих при первом же удобном случае, обставив это как «трагическую гибель при задержании». Чтобы Джереми убрал руку с плеча Винсента, Винсент должен был стать для него бесполезным. А бесполезным он станет только тогда, когда перестанет быть уязвимым. А результат первого этапа это, что я приняла решение совершить хирургическую операцию по ампутации надежды. Охотник в бронежилете, действующий по уставу ФБР, защищен всей мощью государственной машины. Влюбленный мужчина не защищен ничем. **-Я должна превратить его из соучастника в преследователя. Чтобы он выжил, я должна была убить Мэделин Сайрум в его сердце.** Я закурила новую сигарету и выпив остатки горького кофе, оставила деньги на столе. **-Ну погнали.** Я вышла из бара и прошла к своей машине. Проходит неделя. Поимка меня была просто неистовой. Постоянный досмотр документов и расспросы легавых по типу: «видели ли вы, что-то подозрительное?». Я и есть подозрительность, чувак. Но всем я отвечала своим наигранным писклявым голом, что я ничего не видела. Каждый раз, когда я закрывалась в своей комнате в разных мотелях, я погружалась в свой новый мир ещё сильнее. Моя главная задача была вывести Винни из игры и оградить от влияния Джереми. Я больше не была зрителем. Я стала архитектором собственной гибели, разрабатывая план, который должен был выжечь всё человеческое в человеке, которого я любила. Передо мной на столе в комнате лежала схема моей новой реальности, разделенная на три беспощадных этапа. Это не был план побега. Это был план тотальной аннигиляции Мэделин Сайрум. Параллельно с этим зрел второй шаг моего плана. Шаг 2: Психологическая диверсия и разрушение моста Второй этап требовал от меня стать мастером психологической пытки. Я знала Винсента лучше, чем кто-либо. Я знала, что его сила в его честности и преданности. Именно по этим столпам я и решила нанести удар. Самый простой способ заставить человека возненавидеть это доказать ему, что его десять лет жизни были не любовью, а искусно поставленным спектаклем. Я начала мысленно перебирать наши общие воспоминания, «перекрашивая» их в холодные, циничные тона. Та ночь у него дома? Это была не случайная ночь, а «выход на объект». Тот вечер в ресторане? «Средство для укрепления доверия». Я решила подтвердить самую страшную ложь Джереми: Мэделин Сайрум никогда не существовало. Была лишь Лана Миллер это глубоко законспирированный агент синдиката, которая «обрабатывала» перспективного следователя ФБР, чтобы обеспечить себе идеальное прикрытие. Я достала из сумки свои фальшивые паспорта. Ада Смит. Клэр Вайс. Эти призраки теперь стали моими союзниками. Я планировала использовать их как вещественные доказательства своей многолетней лжи. При нашей следующей встрече я не будет плакать или просить о помощи. Я посмотрю на него тем самым ледяным взглядом, которым Джереми смотрел на меня, и скажу: -Ты был самым легким заданием в моей карьере, Винсент. Ты так отчаянно хотел верить в свою сказку о «спасенной женщине», что мне даже не пришлось особо стараться. Ты был просто удобным прикрытием, пока я собирала данные для Узла. Результат второго этапа: Эта психологическая диверсия должна была полностью обрушить сценарий «Третьего акта», который подготовил Джереми. Тот ждал эмоционального шантажа и слезливых сцен. Вместо этого он получит Винсента, чья любовь превратилась в раскаленную ярость преданного человека. Эта ярость станет той самой стеной, которая удержит Винсента на безопасном расстоянии от меня и, следовательно, от пуль Кредитора. И начинается вся эта схема. Сначала его фотография, а потом продолжение плана. Шаг 3: Театрализация зла и рождение Чудовища Последний этап был актом окончательного самоотречения. Я знала: слова могут быть подвергнуты сомнению, но действия никогда. Чтобы Винсент окончательно поверил в моё перерождение, я должна была совершить нечто такое, что закрыло бы путь назад навсегда. Я должна была совершить преступление, которое выглядело бы как высшая степень издевательства над нашим общим прошлым. Я выбрала своей целью - филиал банка, через который Джереми отмывал деньги организации. Но моей задачей были не деньги. Моей задачей было оставить «подарок». Улику, понятную только ему одному, символ нашей искренности, превращенный в символ насмешки. Фотография Винсента. Я достала из сумки снимок, который я тайно сделала пару дней назад, находясь неподалеку от его дома. На нем Винсент сидел на веранде дома, расслабленный, с чашкой кофе в руке. Это был момент его абсолютной беззащитности и доверия. Глядя на это фото, я почувствовала, как по лицу пробежала судорога боли, но я быстро подавила её. С холодным, пугающим спокойствием я достала красный маркер. Я не стала трогать фон, я сосредоточилась только на нем. Я нарисовала жирный красный перекрестный прицел прямо на его лбу. Тонкие линии маркера прошли через его глаза, превращая его лицо в мишень. Поперек его груди, прямо там, где билось сердце, я размашисто, почти небрежно написала: «СЛИШКОМ ЛЕГКАЯ ЦЕЛЬ». Я представила, как Винсент найдет эту фотографию в разграбленном сейфе. Как он увидит её на столе среди вещдоков под вспышками экспертных камер. Это будет не просто улика. Это будет плевок в его душу. Он увидит, что я не просто предала его, я всё это время смотрела на него не как на любимого человека, а как на добычу. Я запечатлела момент его спокойствия только для того, чтобы превратить его в учебное пособие по устранению объекта. Это фото скажет ему: «Пока я любил тебя, ты выбирала угол обстрела».