Часть 9. Последняя тренировка О.Д.

Хмурый март сменился апрелем. Приближались экзамены, о которых неустанно напоминали преподаватели и Гермиона. Последняя в этом плане была одновременно и хуже, и лучше всех. Грейнджер всячески настаивала на том, чтобы проводить за учебниками каждую свободную минуту. Камелия и так всё последнее время уделяла только книгам. Когда она не готовилась к экзаменам, то лопатила книги из библиотеки в поисках расшифровки непонятного шифра, но так и не находила ничего подходящего. Главной отрадой девушки были собрания О.Д. Именно здесь Камелия чувствовала себя на своём месте. Здесь её не могли достать подковёрные игры Тенебре. Тут она могла укрыться от постоянного перешёптывания всех студенток с третьего по шестой курс, которые сходили с ума по слизеринцу и завидовали Сабрине. Хоть девушка и не была виновна в том, что ей нравится монстр, не злиться на неё у Камелии не получалось. В О.Д. не было Амбридж, которая так и норовила кольнуть её побольнее. И тут отсутствовала бесконечная, изматывающая зубрёжка. В компании друзей она была самой собой. Она была счастлива. Царящие здесь энергия и магия были идеальны. Сегодня состоялось последнее занятие перед пасхальными каникулами. Вскоре друзья разойдутся: кто-то отправится домой, кто-то снова зароется в спальнях с учебниками. Камелия надеялась, что сможет хоть немного перевести дыхание за это время. В конце собрания, когда все ребята стали по одному покидать помещение, Поттер остановилась возле зеркала и посмотрела на фотографию Седрика. Она думала, что все уже разошлись, однако рядом замерла Чо Чанг и тоже взглянула на снимок. Камелия обернулась и встретила бесконечно грустный взгляд рейвенкловки. Напряжение между двумя ранеными девушками росло. Было очевидно, что Чо больно — она страдала. В отражении её глаз гриффиндорка видела саму себя: разбитую, поникшую, сломленную — такую же, какой она была сразу после Турнира. Это разозлило Камелию, и её глаза полыхнули яростью. Секунду они смотрели друг другу в глаза, понимая всё без слов, и в следующий миг Камелия крепко притянула Чо к себе, даря тёплые, защищающие объятия. Её робко обняли в ответ. Прошло ещё несколько мгновений, прежде чем Чо отстранилась. Она мягко улыбнулась и, смахнув слёзы, пошла к выходу. Камелия задержалась у фотографии, переживая бурю чувств, которая поднялась в ней после обмена эмоциями с девушкой. Когда стук шагов затих, она тоже собиралась уйти, как вдруг… — Какие жаркие объятия. Думал, она от тебя не отлипнет, — в отражении зеркала на неё с ухмылкой смотрел Томас Тенебре. Он стоял, лениво прижавшись к стене и сложив руки на груди. Девушка моментально выхватила волшебную палочку и, развернувшись, направила её на него. Он даже не шелохнулся. — Что ты так пугаешься? — усмехнулся он, отталкиваясь от стены и лениво шагая к ней. — Будто Лорда Волдеморта увидела, а не одноклассника, — выдержал паузу, наслаждаясь её смятением и злостью. — Нарушаем, мисс Поттер? — улыбнулся он и весело подмигнул ей. Она продолжала целиться, не опуская руки. В голове роем копошились мысли, и ответ приходил один ядовитее другого. Однако сказала она иное: — Как ты здесь оказался, Том? — она специально постаралась выделить его имя, делая отсылку к его отцу-маглу, зная, что он ощутит разницу. Раз он посмел проникнуть сюда, в её святая святых, да ещё и использовал своё прозвище в качестве шутки, то что же, она тоже может шутить. Тенебре почти незаметно, на долю секунды, поморщился, считав посыл. И мысленно она возликовала, но палочку не опустила. — Стало интересно, что вы тут делаете. Что за «Отряд» такой, — приблизился он и остановился в двух метрах от неё. — Собираться здесь… в такое непростое для школы время, — прицокнул он языком и осуждающе покачал головой. — Директриса не будет в восторге, Камелия… «Годрик! Насколько же давно он следил за нами?!» Он приблизился ещё на шаг. Камелия, не опуская руки, следила за каждым его движением. — Для своего возраста ты неплохо сражаешься. Не то что они, — он снова усмехнулся, кивая головой на выход и удерживая руки в карманах. Образ благочестивого студента таял на глазах, обнажая его гнилую суть. — Даже жаль, что сейчас нет нормального преподавателя ЗОТИ. Такие задатки… — он притворно вздохнул. — И кто в этом виноват? — она вопросительно выгнула бровь. — М-м, прости? — он изобразил недоумение. — А-а-а, — протянул он, останавливаясь прямо перед ней. Палочка уткнулась ему в грудь, когда он чуть наклонился вперёд. — Я, кажется, слышал что-то… — он широко улыбнулся, — про то, что эта должность проклята. Забавно. — Что тебя забавляет, р-р? — казалось, она сейчас выплюнет «Реддл». — Да так, ничего. Кучка детей без боевого опыта, со скудными знаниями и без лидера… пардон, талантливого лидера, пытается противостоять величайшему Тёмному волшебнику, наследнику Салазара Слизерина, — он рассмеялся. — Ладно уж ты, Поттер… геройствовать у тебя, кажется, в крови. Но они-то при чём? Разве ты хочешь, чтобы они умирали за тебя? Считаешь себя достойной этого? Тебе совсем их не жаль? — он притворно пожурил её. Злость вспыхнула в Камелии с новой силой. Да как он смел? Он ничего не знал о ней и о них, но его слова задевали её за живое, уничтожая то немногое хорошее, что удерживало её на плаву. Том перевёл взгляд на фото Седрика Диггори. Заметив это, Камелия попыталась заслонить её собой — она не считала, что этот человек достоин даже смотреть на Седрика. — Какая пустая трата магического потенциала, — уже без притворства вздохнул он. — Так глупо проливать магическую кровь, когда волшебников, особенно талантливых, так мало. — Заткнись, Том! Это только из-за тебя! — О, правда? Значит я во всём виноват?! — указательным пальцем он легко отвел острие её палочки в сторону. Она тут же вернула её на место, отступая назад. — А кто же ещё?! — хлёстко ответила она. Он прекрасно разыгрывал комедию и притворялся. Даже искусно. Ему было выгодно продолжать эту игру, хотя он прекрасно знал, что Камелия видит его настоящего. Девушка привыкла быть одна против всех, но эта борьба изрядно её выматывала. Она догадалась, что он зарабатывал себе алиби: в случае чего, в её воспоминаниях об их столкновении никто не увидит ничего подозрительного. Напротив, она снова будет выглядеть жалкой и сумасшедшей девчонкой. — Как ты здесь оказался? Отвечай! — она слегка тряхнула палочкой. Глаза Тома потемнели, зрачки расширились, и в комнате стало физически ощутимо давление его тяжёлой магии. — Не груби, Поттер. И не смей отдавать мне приказы, — он стремительно приблизился, увёл её руку с палочкой в сторону и наклонился к лицу. — Если ты уяснила, с какой стороны держать оружие, это ещё не значит, что ты можешь махать им как вздумается. Так ненароком можно и пораниться, дорогуша. Его дыхание обжигало. Близость пугала. А безупречная внешность молодого парня вносила сумятицу в девичьи мысли. Теперь он смотрел ей прямо в глаза, намереваясь взломать разум, но не мог, натыкаясь на глухую стену. По его хмурому виду Камелия поняла — у него не выходит. Это принесло ей короткое облегчение. Он быстро проскользнул взглядом по её рукам, шее, задержался на серёжках в мочках ушей и хмыкнул. Отступил, давая ей наконец выдохнуть. И пока Камелия возвращала себе кислород и контроль над пространством вокруг, в его руке будто из воздуха появилась палочка. Быстрым, точным, практически неуловимым движением он поднял её и послал в неё невербальное заклятие. Чудом заметив этот его жест, она вскинула руку. Щит вспыхнул перед ней в последнее мгновение — формулу заклинания она даже не успела произнести, магия отозвалась гораздо быстрее на её паническое желание укрыться. За первым заклятием последовало второе и третье… Защитные чары Камелии ощутимо дрожали, едва успевая восстанавливаться. Хотя её щит и стал несколько крепче за год, но он точно не мог выдержать его магической мощи. Поэтому вскоре он затрещал и оказался разбит. Девушка бросилась в сторону, едва разминувшись с очередной вспышкой. Она послала заклятие себе за спину и побежала к выходу, но луч, ударивший в ручку двери, заставил её отпрянуть. Она выдохнула, осознав: убегать бесконечно — не выход. Не для этого она столько тренировалась. Призвав к себе спокойствие и взяв на какое-то время эмоции под контроль, она обернулась и крепче перехватив палочку, принялась сама посылать в него проклятия. В слизеринца полетели «Ступефай», «Редукто», «Диффиндо» и даже «Бомбарда», на которую Камелия с трудом решилась, оставляя её напоследок. Палочка Элладоры Блэк ощущалась в руке идеально. Она была мощной и упрямой, как и её хозяйка. Древко интуитивно предугадывало следующее заклятие, и точно направляло новый луч в противника. Камелия вновь обрушила на него град заклятий, но все они были безупречно отражены. Том вёл палочкой лениво и грациозно, наслаждаясь каждой секундой сражения. Казалось, что он ни капли не напрягался. Вокруг летела пыль, а потоки воздуха от заклятий едва позволяли удержаться на ногах. Камелия осознала — это была насмешка. У неё не было и шанса против него. Может у Ордена Феникса и был, но не у неё. И уж точно не у них. Затем снова пришёл её черёд обороняться. Щит снова с трудом выдерживал давления его заклятий. Она уставала. Концентрация падала, а магический резерв расходовался быстрее. Пот катился по вискам, ладони стали влажными, палочка начала скользить и нагреваться. Камелия держалась из последних сил, понимая, что разоружение — лишь вопрос времени. И вдруг он остановился. Камелия не поверила своим глазам. Чтобы Волдеморт держал жертву на прицеле и не воспользовался этим? Волшебник опустил палочку и отступил на шаг, задумчиво хмурясь. Не доверяя ему, девушка опустила щит, но была готова вернуть его за долю секунды, понимая, что вероятно это будет её последний рывок. Тенебре же просто стоял и смотрел. — Возможно, я поспешил с выводами, — проговорил он, поигрывая палочкой. — Ты мне напоминаешь кое-кого… — его голова склонилась к плечу, а сузившиеся глаза просканировали её с макушки до пят. Под таким пронзительным взглядом девушка ощутила себя уязвимо. Захотелось снова поднять щиты. Задавать вопрос, на кого же она была похожа, не имело смысла. Да и не чувствовала она, что хочет знать. — И что стало с этим «кое-кем»? — вырвалось у неё вопреки воле. Любопытство оказалось сильнее осторожности. — Умер. Она шумно вздохнула: — Кажется, Том, — она снова выделила его имя, черпая силы из собственной злости, чтобы скрыть смущение, — с тобой лучше держать дистанцию. Он усмехнулся. — Размером с Марианскую впадину, — добавила она холодно. Ему не понравилось. А ей стало хорошо. Гнев, сопротивление, вызов — эти эмоции были ей понятны и знакомы, в отличие от того недоразумения, что охватило её ранее. Она вспомнила всех, кто сегодня пришёл на тренировку. Они ушли все… Все ли? Камелия сделала решительный шаг вперёд: — Что ты сделал с Джинни? — ругательство хотело сорваться следом, но она заставила себя прикусить язык. Он сначала вопросительно посмотрел на неё, а затем ответил с явной насмешкой: — Уизли? Ничего. Похоже, эта девчонка давно в меня влюблена, — он негромко засмеялся, особенно выделив слово «давно». «Вот… тварь», — быстро промелькнуло в её голове. — Ты ошибаешься! — Разве? — он тоже сделал шаг к ней. — Сколько, — протянул он с наслаждением в голосе, — за свою жизнь я видел влюблённых взглядов… не счесть. — В его карих глазах заплясали искорки веселья. — Такой взгляд ни с чем не спутаешь. Он пристально уставился на Камелию. — Представляешь, даже у двенадцатилетки он бывает. Камелия вспыхнула, и в её голове быстрым вихром пронеслись убийственные мысли. «Гад. Вот гадина. Мог ли он знать?! Но… откуда? Чтоб ты сдох, Тенебре, в подвалах Азкабана!» — И что же ты видишь сейчас? — дерзко спросила она, делая отрешённым лицо и выгибая бровь. — М-м… Потенциал. Как там у маглов говорят? От ненависти до любви всего один… — При условии, что это ненависть, а не отвращение или презрение! — перебила его Камелия. Он помрачнел и гневно поджал губы. — Да, Поттер, в тебе совершенно нет и капли изящества, — цокнул он языком. На этот раз она расцвела, будто услышала комплимент. — Знаешь, когда один взрослый — даже пожилой — волшебник, который годится тебе в деды, — улыбалась она, видя, как на его лице проступает бешенство, — пытается убить тебя раз за разом с первого года жизни… тут не до реверансов. Ведьма услышала скрип его зубов. — Кстати, может, он не такой уж и великий, раз убийство малолетки ему не под силу? Как в его руке снова оказалась палочка, Камелия проглядела, увлеченная спором. Взмах — её серёжки с тихим стуком посыпались на пол. Второй взмах — и палочка вылетела из её пальцев, отлетев в сторону. «Добилась своего, Поттер? Вывела его». Лишившись оружия, Камелия снова рванула к выходу. Но у самых дверей её настиг луч заклятья. Руки и ноги будто оплели невидимые путы. Впечатавшись в дерево, она начала оседать на пол. Но её поддержали не дав окончательно съехать вниз — Тенебре был рядом. Одна его рука придержала её за талию, а вторая развернула лицом к себе. Она оказалась зажата между ним и дверью. Спасение было близко, но недостижимо. Его ноздри расширялись от гнева, а глаза полыхали злобой. Руки, которыми он держал её сжимались всё сильнее. Она перепуганно заморгала, когда одна его рука с талии скользнула немного выше, крепко удерживая под грудью, сдавливая рёбра. А другая, уже свободная, с палочкой взметнулась к её лицу. — У тебя ядовитый язык, Поттер. Как у змеи, — произнёс он сухими губами. — Согласна, — она разозлённо зашипела. — Так что держи своё лицо подальше от моего, — проговорила, глядя ему в глаза. Он заметно расслабился и вдруг рассмеялся, удерживая на губах улыбку. — Я отлично справляюсь с ядами, Камелия, чтобы ты знала. И со змеями тоже, — он наклонился ниже к её лицу, словно желал оказаться «отравленным». Не успела она осмыслить сказанное, как к её виску прижалось древко палочки, и с губ мучителя сорвалось: — Легилименс! Камелия ощутила чужое присутствие, но боль отсутствовала. Она шумно вздохнула, но скорее по привычке и от неожиданности. Том пытался пробиться в её разум, снова и снова натыкаясь на прочный барьер. От страха ей казалось, что он всё равно сможет прорваться, настолько его напор был мощным и подавляющим. Не теряя времени, Камелия приложила все свои силы и легендарное упрямство на то, чтобы сбросить его заклятие связывания. И, к счастью, её воля оказалась сильнее его желания. Переборов его чары, она увернулась от его палочки, ушла вниз по гладкой поверхности двери и оттолкнула его. Осознав, что сеанс легилименции провален, и жертва вырвалась, волшебник быстро пришёл в себя. В порыве ярости он перехватил её поперёк груди, крепко прижимая спиной к себе. Теперь все его силы уходили на то, чтобы удержать её на месте и снова навести палочку на висок. Невербальным «Акцио» девушка призвала свою, точно поймав ту сильной хваткой. Камелия услышала начало фразы: «Обли-…», когда в панике и на адреналине ей удалось поразить его ногу жалящим заклятием. Захват на ней резко ослаб. Не теряя ни секунды, она отворила двери и бросилась прочь. Бежала не оглядываясь. В спальню ведьма влетела стремительно, даже не заметив, как пронеслась через гостиную под десятками любопытных глаз. Оказавшись одна в комнате, опустилась на пол и уткнулась лицом в согнутые колени. Сердце бешено колотилось о рёбра. Она пробовала успокоиться. Старалась дышать спокойнее. Вдыхала и выдыхала, гладила себя по рукам и приговаривала, что всё позади. Постепенно к ней начало возвращаться осознание произошедшего. Голова кружилась, как после слишком крепкого вина. С трудом поднявшись и придерживаясь за стену, она добрела до окна и распахнула его, жадно глотая прохладный воздух. И эта свежесть, помогла ей собраться с мыслями. Всё закономерно: он давно знал об О.Д. Сначала галлеон, потом — он наверняка что-то «считал» из головы Гермионы. А его вхождение в «Дружину» позволило ему узнать то, что в школе существует, или существовала ранее, некая «группа Поттер»… Во время дуэли он не пытался всерьёз ранить её. Нет, более всего это походило на проверку — сил, пределов, магии. Проверку её самой. А потом… потом он начал получать от этого удовольствие… Хоть бы с Джинни было всё в порядке. Её чувства к нему могли стать тем, что он мог снова использовать против неё. И против них всех. Через пару минут в комнату вошли Гермиона и Джинни, о чём-то весело переговариваясь. Но увидев Камелию, обе мгновенно замолкли и встревоженно переглянулись. — Джинни! Ты как?! — Камелия бросилась к подруге, лихорадочно её осматривая. — Я в порядке, Кам. А вот твоё состояние нас пугает, — ответила Уизли. — Ками, что случилось? Тебя долго не было, — взволнованно добавила Гермиона. — Джинни, где ты была? — строго переспросила Камелия, игнорируя вопрос Грейнджер. — Поттер, ты точно в норме? — удивлённо смотрела на встревоженную подругу Уизли. Но девушка упрямо сверлила её взглядом, ожидая ответа. — В Выручай-комнате, вместе с вами! На тренировке О.Д.! — А когда ты вышла? Тебя кто-нибудь видел? — Не знаю, — Джинни нахмурилась, вспоминая. — Кажется, я зашла в уборную, а когда вышла — никого уже не было. То есть… только ты и Чанг ещё оставались в комнате. Камелия вдруг порывисто обняла Джинни, крепко прижимая её к себе. А затем притянула в их объятия и опешившую Гермиону. — Вы не представляете, как я вас люблю… Девушки обняли её в ответ. — И мы тебя любим, Поттер, — мягко засмеялась Джинни. — Хотя порой ты жутко чудачишь. — Камелия не чудачка, — возразила Гермиона, приподняв голову. — Хорошо, хорошо, — быстро согласилась Уизли. — Мы любим тебя, какой бы ты не была, — и тихо добавила ей прямо в ухо: — Чудачка. Камелия засмеялась и выпустила девочек из своих рук. В этот момент на подоконник опустилась школьная сова. Гермиона подошла к ней и отвязала от лапки маленькую коробочку. — Ками, это тебе, — подняла шатенка небольшой свёрток, показывая тот девочкам. Обе выжидающе посмотрели на брюнетку. Но прежде чем кто-то успел вымолвить что-то ещё, тишину прервал испуганный крик ворвавшейся в спальню третьекурсницы: — Гермиона! Уизли дали первокурсникам какие-то батончики, и им стало плохо. Их нужно срочно вести в Больничное крыло! — Мерлин! — воскликнула староста и бросилась к выходу. Джинни поспешила следом, чтобы лично увидеть, что снова натворили её братья. Сова улетела. Небольшая коробочка продолжала лежать на тумбочке, где её оставила Гермиона. Подойдя к ней, Камелия вынула палочку и зашептала заклинания обнаружения проклятий — явных и скрытых, которые успела почерпнуть из тетради отца. Всё было чисто. Взяв посылку, она открыла её и увидела на мягкой подушечке свои серьги. Рядом лежал свернутый листок пергамента. Немного поколебалась, но всё же развернула его. Красивым, ровным и пугающе знакомым почерком было выведено: «Возвращаю твою собственность, Камелия. С полной уверенностью, что ты, как подобает умной ведьме, никому не расскажешь о нашей маленькой шалости. Буду рад повторить как-нибудь… Только в следующий раз без палочек». Девушка шумно выдохнула. Пользуясь тем, что в комнате никого нет, она негромко позвала: — Добби. В комнате с хлопком появился эльф. — Мисс! — он низко поклонился. — Добби счастлив! Добби может чем-то помочь мисс Камелии Поттер? — Можешь, Добби. Скажи, пожалуйста, какую магию ты чувствуешь от этого? — она протянула ему ладонь с серьгами. Эльф аккуратно коснулся украшений пальчиком и поднял на девушку большие, восторженные глаза. — Это очень красивые серьги, мисс! Я чувствую в них мощную магию! — Камелия напряглась, но Добби продолжил: — Камушки зачарованы магом-артефактором. Они защищают владельца от беспорядка в голове, который могут сотворить другие волшебники. Поттер облегчённо выдохнула. — С ними всё в порядке? Никакого чужого вмешательства? — Нет! Мы, эльфы, чувствуем вашу магию! — улыбнулся маленький помощник. Камелия забрала украшения и начала снова надевать их. Добби с интересом следил за этим. — Третья серёжка тоже зачарована, мисс. Наша магия, эльфийская. Она так просто не спадёт, если только сама мисс не захочет её снять. Камелия застыла и быстрым жестом коснулась третьего прокола. Вот оно. Выпуклая поверхность маленького гвоздика. Малютка и в одиночку смогла оказать сопротивление напору колдуна. Благодаря эльфийской магии — этот артефакт он не смог сорвать своим заклятием. Мороз пробежал по её коже. Она провела руками по мочкам с серьгами, которые тогда легко слетели от его чар. — Добби, а ты можешь так же зафиксировать и эти две серьги? — Добби может, — кивнул он. Камелия присела, и домовик зачаровал основные серьги. — Спасибо тебе, Добби. Ты очень выручил. Ты прекрасный эльф, — она мягко коснулась его плеча. Добби просиял и с хлопком исчез. Камелия направилась к выходу из спальни — пора было посмотреть, какой переполох устроили близнецы в этот раз.