Глава 14. Если меня спросят, что такое в мире красота — я покажу им тебя

Мэрилин проснулась раньше и первым делом посмотрела на Олега. Парень спал, обхватив подушку и уткнувшись в неё лицом. Одеяло он скинул, и по его мускулистой спине прыгали солнечные зайчики. Впервые за долгое время Мэри не снились кошмары, и настроение с самого утра было удивительно хорошим. Через несколько часов ей нужно было выезжать на съёмки в готическом зале. Аккуратно поцеловав Олега в лоб, эстонка сползла с кровати и направилась на кухню. Ей так хотелось порадовать своего любимого, ведь за последние недели она практически не прикасалась ни к плите, ни к продуктам. Девушка вспомнила рецепт творожного пирога, быстро замесила тесто и сделала начинку. Мэри старалась не шуметь, но звуки готовки всё равно были слышны в соседней комнате. Отправив форму для запекания в духовку и закрыв дверцу, она почувствовала крепкие объятия сзади и родной запах. — Доброе утро, малышка, — сонно протянул Олег. — Олежик, — Мэрилин откинула голову назад, положив её на его плечо. — Это из-за тебя я отлично пройти испытание. Это же твои фантомы! Только ты мочь так видеть. Олег не торопился признаваться. Он медленно потянулся к её губам, нежно накрывая своими. Медиум с особым наслаждением прикасался к её мягким розовым губам, будто не мог насытиться ими. Он периодически немного отстранялся, выдерживая паузу между поцелуями, словно играя с Мэри и вынуждая её саму тянуться к нему в поисках удовольствия. И каждый раз, когда она попадалась на эту удочку и ловила его влажные приоткрытые губы, Олег поощрял её более глубоким поцелуем. Медиум в порыве чувств увлёкся моментом и только потом заметил, что его ладонь оказалась на Мэриной груди. — Ну да, я, — играясь в смущение, признался Олег, переводя руку ей на талию. — Если бы не ты… Битва бы для меня вчера закончиться. — Мэрилин развернулась лицом к нему и проникновенно посмотрела в глаза. — Но я же есть. Так что давай даже не думать, как было бы без меня, — сказал Олег, оставаясь буквально в нескольких сантиметрах от её лица и притягивая любимую за ягодицы чуть ближе к себе. Мэрилин встала на носочки и, взяв подбородок Олега в свои руки, нежно, но в то же время уверенно и страстно поцеловала его. — Спасибо. Я тебя люблю. Очень сильно, — сказала она, отстранившись. — И я тебя люблю. Ты даже не представляешь как, — тихо сказал Олег, любуясь сонным лицом своей девушки и убирая рыжую прядку ей за ушко. Мэри снова потянулась к любимому, и их губы встретились. Нежный поцелуй благодарности постепенно стал глубже, насыщеннее и перетёк во французский. Оторвавшись от его горячих губ, Мэри спустилась дорожкой поцелуев к его шее, оставляя на ней влажные следы. Олег замешкался, принимая этот долгожданный прилив страсти. Он мог бы раствориться в этом моменте, но что‑то казалось неправильным. В движениях Мэри было что-то… автоматическое? Словно она повторяла заранее выученные жесты, шаблонные приёмы, отточенные на ком-то другом. Не убирая рук от её ягодиц и талии, Олег почувствовал, как тело его возлюбленной легонько задрожало. Мэрилин скользнула поцелуями ниже, по груди и животу Олега, опускаясь на колени и касаясь подбородком ткани боксеров. Парень заметил в её взгляде, который она, видимо, нарочно изображала томным, отблески страха. Эту эмоцию своей девушки за последние недели он научился считывать профессионально. Когда Мэрилин дотронулась рукой до выступающего бугорка и уже попыталась зацепить край резинки, Олег перехватил её под руку и мягко, но настойчиво потянул вверх: — Не надо, солнце. — Тебе не нравится? — растерянно спросила Мэри, поднимаясь с колен. — Нравится. Безумно нравится. Ты сама только что это чувствовала рукой. Просто… — Олег замялся, подбирая слова. — Я вижу, что ты не здесь. Мыслями ты не со мной. Ещё очень рано, я не хочу спешить. Когда ты действительно будешь готова, я сделаю всё сам, в лучшем виде. — Но тебе не хочется… меня, — выпалила Мэри, подтверждая свои страхи и отводя взгляд. — Нет же, моя маленькая, — Олег провёл ладонью по её щеке. — Я вижу, что ты боишься. Я больше всего на свете не хочу давить на тебя. Кто тебя научил этому? Проявлять инициативу, когда внутри нет желания. — Тимур. — Мэри честно назвала имя. — Тьфу ты, блять, не вспоминай это чудо‑юдо рыбу‑кит, — вспылил медиум. — Кто? — Забудь, — усмехнулся Олег, понимая, что у него не хватит времени просвещать Мэри в русский фольклор. — Он… — эстонка словно получила зелёный свет, чтобы высказаться. — Он обижаться, когда я долго не приставать, не делать инициатива. А сам делать всё больно и резко. Я соглашаться, лишь бы ещё раз не ругаться. Было терпимо, но… — Всё, Мэри. Забывай, что ты должна так делать. Ты обязана уважать свои границы и ставить своё тело на первое место. Больше ты ничего не должна. Даже если я захочу интима, а ты нет, у меня есть две верные помощницы. Одну зовут «Правая», другую — «Левая», — сказал Олег, забавно поднимая по очереди ладошки вверх. — Договориться, — ответила Мэри и прижалась к груди Олега, смущаясь от своих недавних действий. — Чего ты хочешь на самом деле? — спросил её медиум. Выдержав паузу, она ответила: — Снова стать той самой маленькой Мэри, которая не знать вся эта хуйня и верить, что впереди только самое лучшее и счастливое. Олег обречённо вздохнул, понимая, что здесь он бессилен. — А что ты больше всего любила в детстве? — он задал вопрос, поглаживая её по голове. — Я любить гулять. Любить ходить в лес, любить купаться. У меня быть большой надувной рыба. Все меня считать из‑за рыба самой крутой, — вспоминала Мэри беззаботное детство в Эстонии. — Слушай, а классная идея! Как раз сейчас такая жара. Давай я тебя заберу со съёмки в готзале и поедем на озеро? Рыбу резиновую не обещаю, но сам могу выступить в роли акулы и подставить спинку, — предложил Олег. — Давай, — обрадовалась девушка. Молодые люди поели, и Олег был просто в восторге от завтрака. Мэри поблагодарила его ещё раз за помощь на испытании и протянула цепочку, купленную вчера в подарок. Медиум был безумно рад — даже не столько из‑за цепочки или творожного пирога, сколько из-за того, что Мэри понемногу начинала приходить в себя: снова чего‑то хотеть и стараться. Девушка быстро собралась, и Олег отвёз её на съёмки. Прощаясь в салоне автомобиля, он сказал, что пока Мэри будет занята в готзале, ему нужно срочно заехать в свой эзотерический магазин — сдать отчёты и подписать контракты. Олег пообещал, что как только освободится, сразу же заберёт её, и они вместе поедут на то самое озеро за чертой города. Съёмки прошли относительно легко, насколько это вообще возможно, при том что Левин с самодовольной ухмылкой постоянно находился в одном помещении. Мэрилин боялась его и старательно избегала, держась поближе к Лине и Марьяне. Она заняла в готзале такое место, куда он не попадал ей даже в периферическое зрение. От наблюдателей она получила наивысший балл, от экстрасенсов — 8,2. Шестёрка от Левина подпортила общую сумму, но Мэрилин было плевать. Пусть хоть минус десять ставит — лишь бы он делал это молча. Несмотря на поддержку её версии другими экстрасенсами, без критики всё равно не обошлось: все методы Мэри подверглись доскональному разбору. Участники осудили её долгую настройку на работу, срывы и импульсивность, снова провели аналогию с видениями Шепсов. Виктория упрекнула Мэрилин за использование крови в ритуалах, будто жертвоприношения ради информации — признак слабого, начинающего практика. Девушка держалась перед объективами камер как могла, изображая уверенность и профессионализм. Возможно, постоянные оглядывания и непроизвольное сжатие рук в кулаки могли её выдать, но Мэри не понимала, видят ли это другие. Она держалась лишь за мысль, что скоро всё закончится и она поедет с Олегом на долгожданный отдых. Когда материал был отснят и все кости перемыты, ясновидящая поспешила в гримёрку. Первым делом она проверила сообщения в телефоне. Олег написал, что застрял в пробке и задержится примерно на полчаса. Обычное дело для Москвы, но эстонке стало не по себе. Мысль о том, что ей придётся ещё ненадолго остаться здесь одной, заставила сердце неприятно сжаться. Она подошла к окну, наблюдая, как экстрасенсы один за другим покидают здание. Вышел и Максим, свернув за угол. Только тогда Мэри выдохнула и переоделась из нарядного платья в оверсайз‑футболку и джинсовые шорты. Она включила электрочайник и решила немного перекусить, чтобы скоротать время в ожидании любимого.

***

«Мэри предупредил, главное, чтобы она ничего не заподозрила», — крутилось в голове у Олега, стоявшего в паре жилых домов от особняка Стахеева. Тело непроизвольно потряхивало, желудок сводило спазмами. Челюсти стучали друг о друга, и он то прикусывал внутреннюю сторону щеки, то приоткрывал рот, пытаясь удержать дыхание ровным. В кармане медиум сжимал маленький складной нож, то и дело тренируясь резко его открыть. Ладонь вспотела так, что рукоять стала неприятно скользкой, и это только сильнее выводило его из себя. «Какой ты слабак ебаный», — словно чёрт шептал за левым плечом, раззадоривая парня и вынуждая его усомниться в собственном замысле. Олег прекрасно знал ещё со своей Битвы сильнейших путь Левина до остановки городского автобуса. Нищета позорная. И вот крепкий мужской силуэт показался на горизонте, и медиум сошёл с заасфальтированной дорожки, скрывшись за мусорными баками и невысокими кустами. Страх поднялся к горлу, блокируя дыхание, но пути назад не было — он сюда не поиграть в прятки пришёл. Когда Максим подошёл вплотную, Олег резко ударил его со всей силы кулаком в челюсть. Чудовище вскрикнуло и закряхтело, оборачиваясь по сторонам и закрывая лицо. Звук хрустнувшей челюсти стал усладой для ушей медиума. — Сука, ты не жилец, — сквозь зубы процедил Олег, ударяя в бровь. Он начал терять контроль: руки словно сами замахивались, выбирая новые мишени. — Щенок ёбаный, — прохрипел Левин, отталкивая парня и нанося несколько неподготовленных ударов в голову. Олег не решался кинуться повторно, понимая, что если он это сделает, то оба окажутся в травмпункте в лучшем случае. — Стой, тут везде камеры! Посреди белого дня, — Максим уповал на рациональные доводы, защищаясь. — Ух ты ж, блять! Это только ты мастер в планировании похищений. Что, в ментовку побежишь? Не забудь сознаться в своих деяниях. Глаза колдуна начала застилать ярко‑красная пелена нездоровой, граничащей с сумасшествием агрессии. Он сделал резкий шаг вперёд, приближаясь почти вплотную к Олегу. Максим уже потянул руку, чтобы схватить парня за горло, как тот достал нож. — Одно неверное действие — и он у тебя в печёнке, — выделяя каждое слово, процедил Олег, переминаясь на ногах. Левин отступил и осторожно попятился назад. Пройдя так шагов десять, он развернулся и перешёл на бег. — Беги, скотина помойная! Скоро твои ножки перестанут носить твою тушку по этой земле. Наслаждайся последними возможностями, — крикнул вслед Олег, заходясь в нервном, почти истерическом смехе. Медиум дошёл до своей машины и сел в салон. Взяв в руки телефон, он наигранно спокойно, словно пытаясь успокоить себя, написал Мэри: «Скоро буду, солнышко, не скучай». Затем он открыл зеркальце и принялся вытирать влажной салфеткой следы крови на виске, пытаясь отмыть испачканные волосы, лишь бы его девушка ни о чём не догадалась — ей сейчас лишние переживания ни к чему.

***

Дверь гримёрки скрипнула, и Мэри рефлекторно вздрогнула, проливая кипяток на кончики пальцев мимо кружки. — Мэрь, ты чего? Это же я, — удивилась Марьяна, заходя в комнату. — Просто сильно громко. Я испугаться, — призналась эстонка, сжимая обожжённые пальчики. — Я думала, все уехать. — Все — да. А у меня запись на ногти на вечер. Домой заехать не успею, думаю, посижу здесь часок. Смотрю, ты тоже никуда не спешишь. — А я… Мы с другом собраться на озеро. Он в пробке стоять, я ждать его. — Ммм, понятно, — сказала Марьяна, закидывая пакетик чая во вторую кружку и ставя на стол коробку с сахарным печеньем, жестом приглашая Мэри угоститься. — Слушай, пока мы одни, можно задам тебе пару вопросов? — Да, — спокойно ответила Мэри, хотя всё внутри начинало бушевать. — Что у тебя с Олегом? — наливая воду из чайника, спросила Марьяна. Эстонка замялась, не ожидая вопроса в лоб, на который она ещё не придумала ответа для окружающих. — Ну же, — напирала шаманка, расплываясь в улыбке. — Мы вместе, — призналась Мэрилин, всё ещё не до конца уверенная, что сейчас время открываться конкурентке. — Ого, поздравляю! Я это сразу поняла, увидев вас в лесу в Люберцах. Не осуждаю — 2.0 версия Шепса действительно получше первой, — Марьяна подмигнула, шутливо облизывая верхнюю губу. — Была бы я на твоём месте… Я бы тоже от бэби‑Шепса не отказалась. Но спокойно — я на него не претендую. — Спасибо, — улыбнулась Мэри, потянувшись за печенькой. — Совет да любовь молодым, как говорится. — Только, пожалуйста… никому не говорить. — Я — могила, успокойся, — заверила Марьяна. — Только это не всё, что я хотела обсудить тет‑а‑тет. — Что ещё? — спросила Мэри, чувствуя, как только что появившееся облегчение вновь сменяется затягивающимся нервным узлом. — Я на тебя смотрю в последнее время, и твоя энергетика словно пробита. В ней огромные дыры. Ты просто горишь каким‑то страхом и болью. Я вижу, как ты дёргаешься от мужиков, особенно Левина. Как стараешься от нас с Линой не отходить ни на шаг. Мы-то не против, наоборот, только рады твоей компании. Но это странно, как минимум. Олежка с тобой ничего не делает? — С Олегом всё хорошо, — сказала Мэри, сжав горячую кружку так, что тепло стало болью. Её взгляд сразу же стал беспокойным, а голос начал ломаться. По реакции эстонки Марьяна поняла, что предчувствие её не обмануло. — Все меня считают фриковатой тёткой, относятся несерьёзно. А я единственная, кто поняла, что с тобой творится неладное. Что случилось? — Ничего, — ответила Мэри, из последних сил стараясь себя не выдать. Её пальцы ещё сильнее обхватили обжигающую кружку. Эстонка догадывалась, что её магическую защиту Марьяна может обойти. Практики шаманизма имеют лазейки через чужие энергетические блоки, поставленные с помощью магии вуду, некромантии и колдовства. Особенно легко заглянуть за ослабленный барьер, который давно не подпитывали ритуалами и энергией — на что у Мэри в последнее время не было ни сил, ни желания. Марьяна точно располагала какой‑то информацией, но глубину её видений было трудно оценить. — Ну я же вижу твоё состояние! Я не могу на тебя давить, но камон, расскажи, что происходит. Может, я смогу помочь. Я чувствую от тебя огромный страх перед мужчинами. — Это не Олег, — Мэрилин поспешила защитить любимого. — Хорошо, не Олег. А кто? — спокойно продолжила свой допрос Марьяна. — Кто‑то отсюда? Левин? Мэрилин вздрогнула, не ожидая, что Марьяна попадёт в яблочко со второй попытки. — Откуда ты зн… — вырвалось у эстонки прежде, чем она успела себя остановить. В этот момент она поняла, что окончательно сдалась под напором подруги. Слёзы невольно потекли по щекам, и Мэри поспешила прикрыть лицо ладонями, отодвигая кружку с чаем, который уже не хотелось пить. — Тише, крошка, — Марьяна поспешила заключить её в объятия. — Он к тебе приставал? Вот же сука, я с самого начала чувствовала его гнилое похабное нутро. — Приставал — это мягко сказать. Очень мягко. — Мэрилин открылась, понимая, что перед проницательностью Марьяны она беззащитна. — О боже, — едва проронила шаманка, — бедная девочка… как ты вообще держишься? Мэрилин, застигнутая врасплох прямотой Марьяны, рассказала подруге всё: о двух инцидентах насилия, о том, как было больно и страшно. О том, как пережитое повлияло на её отношения с Олегом, на прохождение испытаний, на её повседневную жизнь и самовосприятие. Она объяснила, почему не пошла в полицию и чего стоило ей скрыть первый эпизод от своего парня. Начав говорить, Мэрилин уже не могла остановиться. Марьяна пообещала подруге навести десятикратную порчу на Максима, но Мэри лишь пожала плечами и попросила не растрачивать свою энергию на её обидчика. Шаманка поблагодарила её за честность и сказала, что теперь будет внимательнее относиться ко всем девушкам на съёмках. Мэрилин разблокировала экран телефона и увидела сообщение от Олега, что он уже подъехал и ждёт её неподалёку. Она хотела убежать к любимому сразу, но Марьяна проконтролировала, чтобы Мэри допила чай, и на всякий случай проводила до машины, помогая донести вещи. — Ого, Марьяна, привет, — Олег опустил стекло и поздоровался, когда девушки подошли ближе. — Не ожидал тебя увидеть. Марьяна поприветствовала медиума, закинула пакеты в багажник и, убедившись, что её подруга в безопасности, поспешила обратно в готический зал. Олег растерянно посмотрел на Мэри и заметил её покрасневшее от слёз лицо. — Так, что случилось? — парень развернулся к любимой и приобнял её, положив руку на коленку. — Ничего. Но Марьяна всё знать. С помощью магии и своей интуиции она сама всё догадаться. Я лишь подтвердить. Она меня поддержать. Олег на секунду судорожно сжал пальцы на её колене, физически почувствовав, как на лбу проступила пульсирующая вена: появление непредсказуемой Марьяны ломало его намеченную схему, ведь он мало общался с шаманкой и понятия не имел, чего от неё стоит ожидать. Лишняя свидетельница могла всё разболтать той же Лине, слить на съёмках или вообще в интернет — это не просто спугнуло бы Левина, но и снова травмировало бы Мэри, окончательно её добив. Но Олег быстро смог взять себя в руки и отвернулся, чтобы девушка не заметила его реакцию. — Не важно. Поехали? — улыбнулся парень, завершая разговор и настраиваясь на отдых, который был так необходим им обоим. Дорога к озеру заняла около двух часов. Наконец-то указатель с перечёркнутым словом «Москва» остался позади, уступив место густому лесу и долгожданной тишине и прохладе. За это время медиум успел полностью перевести дух и унять внутреннюю дрожь после драки. Олег припарковал машину рядом с небольшим пляжем, на котором, к удивлению, было относительно мало людей. Мэрилин сразу же подбежала к неподвижной водной глади. Она слегка наклонилась и провела пальцами по прохладной поверхности, нарушая её идеальный покой. Девушка застыла, умиляясь проплывающим мимо уточкам и любуясь оранжевым закатом, который красиво отражался на зеркальной поверхности. — Акулу заказывали? — прошептал Олег над самым ухом и шутливо укусил Мэри за шею. Девушка засмеялась, прижимаясь к Олегу и цепляясь за его плечи. Вскоре они вернулись к вещам, чтобы расстелить плед и разложить всё необходимое. Мэри ушла переодеться и вернулась в купальнике, поверх которого накинула широкую футболку. Олег, понимая её нерешительность, решил первым показать пример: быстро скинул одежду, оставшись в плавках. Мэрилин какое-то время просто стояла у покрывала. Но, осмотревшись по сторонам и убедившись, что никто, включая Олега, не смотрит на неё в упор и не разглядывает каждый миллиметр её тела, она наконец сняла футболку. На ней был чёрный раздельный купальник с лифчиком из двух треугольников и длинными завязками, которые крестом оборачивались вокруг её тонкой талии. Оставшись в одном купальнике, Мэри почувствовала непреодолимое желание побыстрее спрятаться от любых возможных взглядов. Не желая лишний раз акцентировать внимание на своём теле и не давая никому — даже самой себе — успеть его рассмотреть, она тут же развернулась и со всех ног побежала к воде. Олег непроизвольно заметил, как сильно похудела его девушка: со спины её острые лопатки и тонкие позвонки отчётливо проступали под кожей при каждом движении. Сердце неприятно сжалось от этой картины, и он поспешил вслед за Мэри, одновременно давая себе обещание следить за тем, чтобы она начала нормально питаться. Медиум догнал Мэри, когда она зашла в воду по колено. — Попалась! — крикнул Олег и плюхнулся в озеро дельфинчиком, шутливо кружась перед ней. Для него главным смыслом этой поездки было отвлечь любимую и не дать ей снова погрузиться в тяжёлый, липкий слой собственных мыслей. Олег потянул Мэри за руку вглубь озера, плескаясь и брызгаясь. Вскоре его беззаботное настроение передалось и девушке. Она в ответ ударяла по воде, обливая медиума с головой, а затем уплывала прочь, пока тот её догонял. Олег, как и обещал, был послушным «акулозаменителем», то и дело подставляя спинку и катая на ней Мэрилин. В эти минуты они словно забыли, что являются сильнейшими экстрасенсами, встречи с которыми одновременно жаждут и боятся. Они просто дурачились как беспечные дети, оставив позади мысли об испытаниях, работе и тяжёлом прошлом. Постепенно солнце начало опускаться за верхушки сосен, переставая дарить тепло уходящему дню своими ласковыми лучами. Холодный ветерок коснулся плеч Мэрилин, а силы активно двигаться, чтобы согреться, уже были растрачены. — Я сдаюсь, — эстонка подплыла к Олегу, обвивая его шею руками, а живот ногами. Олег подхватил её под бёдра, поднимая на неё свой взгляд. — Ты такая красивая, — тихо прошептал он, любуясь её залитым светом лицом. Мягкий закат нежно падал на Мэрины изящные черты лица. Её рыжие волосы потемнели от влаги и спутались, тяжёлыми прядями прилипая к щекам и шее. По едва тронутым румянцем щекам стекали прозрачные капли, а ресницы намокли, но в очистившихся слезами глазах сейчас горело солнце, подчёркивая их невероятный изумрудный цвет. Олег смотрел на неё и думал, что ни разу в жизни не видел ничего прекраснее. Мэри выглядела так естественно, находясь полностью в его руках, и это казалось чем-то волшебным. Медиум был готов отдать многое, лишь бы она всегда смотрела на него таким доверчивым, спокойным и счастливым взглядом. Мэрилин тоже всматривалась в его лицо по-особенному проникновенно. Прохладная озёрная вода будто смыла весь чужой, грязный и навязанный опыт. В её глазах больше не было страха или заученного желания угодить — в них читались лишь нерастраченная нежность, доверие и искренняя влюблённость. Девушка провела рукой по скуле Олега, не разрывая зрительного контакта. Медиум бережно перехватил её ладонь, прижал к своим губам и оставил на ней долгий, горячий поцелуй. Затем он сократил последние сантиметры между ними. Сначала её губы, влажные от озёрной воды, показались ему совсем ледяными, но с каждым новым прикосновением они поддавались его теплу и становились невероятно мягкими, горячими и жаждущими его внимания. Большие ласковые ладони Олега начали медленно и уверенно растирать её замёрзшие бёдра, поднимаясь к талии и спускаясь обратно, скользя к внутренней стороне. От этих движений по коже Мэрилин мгновенно пробежала волна мурашек, совершенно не связанных с холодом. Когда эстонка нехотя отстранилась, ловя ртом воздух, Олег увидел на её лице самую счастливую и настоящую улыбку. Почувствовав под ладонями ощутимую дрожь, медиум понял, что одними поцелуями согреть любимую не получится. Он покрепче перехватил Мэрилин и направился к суше. С берега за этой сценой завистливо наблюдала компания подростков. Девочки лет тринадцати уже предъявляли своим двухнедельным интрижкам, что те на такое не способны, и требовали учиться, а парни лишь стыдливо опускали глаза и утыкались в свои смартфоны. Но Мэри с Олегом ни на кого не обращали внимания, растворяясь друг в друге. Медиум донёс её до расстеленного пледа и осторожно опустил на него. Девушка только начала оборачиваться в поисках полотенца, как мягкая махровая ткань опустилась сверху на её плечи. Олег сел рядом и, приобняв её за талию поверх полотенца, спросил: — Ну что, как тебе наши самарские акулы? — Ещё лучший, чем в Эстония, — засмеялась Мэрилин, с трудом сдерживая трясущуюся от холода челюсть. Она сидела, то и дело оглядываясь через плечо на расстеленное покрывало. Ей так хотелось совершить привычный ритуал каждого отдыха у воды — просто лечь на плед и вытянуть ноги. Без этого действия поездка на пляж казалась неполноценной. Остаточное тепло дня манило, но сбросить полотенце и остаться в одном купальнике теперь казалось непосильной задачей — прежде всего для неё самой. На этом открытом пространстве Мэрилин вдруг застеснялась даже Олега, хотя он уже видел всё. Медиум заметил её нерешительный взгляд. Мэри робко подтягивала колени и сильнее куталась во влажное, уже ставшее противно‑холодным полотенце. — Солнце, если хочешь полежать, то ложись, — ответил Олег на её немой вопрос. Она улыбнулась, скинула полотенце и опустилась на спину, подставив тело летнему теплу. Олег остался сидеть на краю покрывала, глядя по сторонам и охраняя её покой. Убедившись, что он защищает её, а не рассматривает шрамы, эстонка позволила себе закрыть глаза и помечтать. — О, смотреть, там лодки есть, — спустя минут пятнадцать раздалось за спиной Олега, когда он проверял рабочие чаты в телефоне. Мэри радостно указывала рукой в сторону пирса, на пункт проката, где на волнах покачивались выстроенные в ряд деревянные лодочки. В её глазах разгорелся тот самый искренний детский восторг, который Олег так отчаянно пытался воскресить. — Мы с отчимом и сестрой часто на таких плавать, когда я быть маленькая... Давай покатаемся? Сейчас ещё сильнее стемнеть, так красиво будет. — Если моя прибалтийская русалочка захотела покататься на лодочке, то кто я такой, чтобы отказывать? — улыбнулся Олег, поднимаясь с покрывала и подавая ей руку. Мэрилин с Олегом быстро обулись и, переплетя пальцы в замок, поспешили по тёплому песку к пункту проката. Эстонке так сильно хотелось поскорее окунуться в детские воспоминания, что она в нетерпении забегала вперёд, увлекая за собой медиума. Пожилой мужчина, от которого доносились тонкие нотки спирта, сначала отказался давать в прокат лодку из‑за отсутствия спасательных жилетов и позднего времени. Но немного чаевых сотворили чудеса, и вот уже Олег подавал обе руки Мэрилин, осторожно переступающей на покачивающийся борт. Олег взялся за вёсла, и лодка медленно и плавно двинулась прочь от берега, разрезая водную гладь. С каждой секундой суета отдыхающих оставалась всё дальше, их резкие голоса затихли, сменившись шумом воды и стрекотанием насекомых. Мэрилин устроилась на корме за спиной медиума, поджав под себя ноги. Она подставила лицо ветру, позволяя ему подхватить волосы, и прикрыла глаза, наслаждаясь этим спокойным вечером. Неожиданно потянуло прохладой, и по её коже пробежали мурашки. Олег, даже не спрашивая, холодно ли ей, достал из рюкзака свою футболку и протянул девушке. — Мне так спокойно, — сказала Мэрилин. — Мне тоже, — выдохнул Олег. — Ну что, похоже на твоё эстонское озеро из детских воспоминаний? — Даже лучше, — улыбнулась она. — Намного лучше. Маленькой я кататься и мечтать о принце, а сейчас этот принц и есть капитан моего корабля. — Моя ты хорошая, — усмехнулся Олег, вскидывая голову в ожидании, что Мэрилин обнимет его за шею и поцелует в волосы. Стоило ему лишь чуть податься к Мэри, как она сама потянулась навстречу, обнимая его за плечи и крепко целуя. Парень, словно растаяв от этого жеста, на миг потерял контроль, и лодка тут же начала поворачиваться. — Тихо, — Олег вернулся к вёслам, простраивая в голове маршрут к дальнему берегу. — Олеж, это так… волшебно, что мы с тобой, — устраиваясь поудобнее на лавочке, произнесла Мэрилин. — Что именно? — откликнулся парень, желая услышать развёрнутый ответ. — Что мы вместе. Что мы встретиться спустя столько лет, — задумчиво начала Мэри, подгибая колени и натягивая футболку поверх них. — Раньше я даже не мочь представить, что мы с тобой… Хотя я знать тебя очень долго. — Я тоже не мог этого представить, — улыбнулся Олег. — Но я мечтал оказаться на месте Сашки с момента нашего знакомства. — Чего? — удивилась рыжая ведьмочка. — Все мы не без греха, — выдохнув, сказал Олег, налегая на вёсла. — Слушать, только… — Мэри замялась, вытягивая длинную завязку лифчика из‑под футболки и перебирая её пальцами. — В двадцать первом сезоне Битвы, когда тебя… как там это слово?.. шипперить с Ира, ты сказать, что не хотел бы, чтобы твоя девушка была ведьма. Мне это так запасть в душу, и я часто прокручивать эту фразу. Почему ты выбрать меня? — Ты правда думала об этом? — удивился Олег, даже не подозревая, что его любимая могла запомнить это случайно брошенное в эфир предложение. — Я должен был тогда развеять слухи, что между нами с Ирой что‑то есть. Вот и всё. А так мне плевать, кем будет моя девушка. Я бы не мог жить с чёрной ведьмой, которая разбрасывается проклятиями на каждом шагу. А ты для меня — самая светлая, честная и справедливая ведьма. — Ну и не самая я добрая, — рассмеялась Мэри, вспоминая свои кровавые обряды. — Тем более мы классно друг друга дополняем, — продолжил Олег. — Ни один простой человек не смог бы меня так глубоко понять. Как и я тебя. Поэтому наша связь — это что‑то неземное. — Мы и есть магия, — процитировала Мэри немного изменённый девиз Олега. Эстонка всё сильнее тянулась к Олегу: то аккуратно проводила ногтями по его спине, то делала лёгкий массаж плеч. Медиум понял, что им срочно нужна остановка, и заприметил изгиб озера, завернув за который они полностью пропадут из вида отдыхающих. Лодка причалила к совершенно глухой части водоёма, скрытой от пляжа за объёмными ветвями плакучей ивы. — Иди ко мне, — остановившись, позвал её Олег, жестом приглашая сесть на лавочку между его ног. Девушка незамедлительно перебралась вперёд. Медиум всем телом прижался к ней со спины, обвив руками и зарываясь лицом в её волосы. Мэри затихла в его объятиях, отдаваясь этому моменту и мягко скользя кончиками пальцев по его ладоням. — Что с кости? — спросила Мэрилин, остановившись на сбитых костяшках Олега. — В магазине помогал пацанам коробки разгружать, — соврал он, всё сильнее притягивая к себе девушку в стремлении отвлечь её от неприятного разговора. Мэрилин прекрасно знала, что в ассортименте магазина Олега нет ничего тяжёлого: амулеты, обереги, свечи, авторские книги. Но сейчас был неподходящий момент для расспросов — Мэри буквально таяла под его руками, чувствуя нежные горячие прикосновения губ к своей шее. Она откинула голову и потянулась к любимому, углубляя поцелуй. — Нас точно здесь не видеть? — спросила эстонка, желая получить подтверждение. — Пару лягушек на нас пялятся в открытую, — буквально на сантиметр оторвавшись от её губ, сказал Олег и указал взглядом на камень вблизи берега. — Ну и если кто-то с нашего пляжа тоже обладает рентгеновским зрением. Олег заметил, как Мэрилин едва ощутимо дрожит от холода в объятиях и цепляется за его тёплые руки, сильнее прижимая их к себе. Медиум настроился на ауру девушки — на этот раз она светилась сливочно-жёлтым светом, что свидетельствовало о гармонии внутри неё и отсутствии страха перед физическим контактом. Олег уловил, что Мэри приятны его прикосновения, и легонько скользнул ладонями под футболку. Он огладил её талию, выпирающие косточки рёбер и остановился на лифчике. Мэрилин наверняка мёрзла от холодной мокрой ткани, и Олег запустил обе руки под небольшие чёрные треугольнички. Эстонка перехватила запястья Олега, буквально вцепившись в них, но не одёргивая, а лишь для сохранения чувства контроля над ситуацией. Парень послушно остановился, позволяя ей привыкнуть к его рукам и дать невербальное согласие на продолжение. Спустя пару мгновений медиум почувствовал, как Мэри сильнее прижала его ладонь к своему телу. Он улыбнулся уголками губ и начал активнее сжимать её грудь, уделяя особое внимание чувствительным соскам. Олег медленно очерчивал их контуры подушечками пальцев, заставляя Мэрилин судорожно ловить губами воздух. Девушка мягко направляла его руки, непроизвольно показывая, как ей нравится. Для неё было важно чувствовать, что Олег прикасается к ней только с её согласия, и парень это отчётливо понимал. Он не сопротивлялся этой хватке, полностью подчиняясь её движениям, но сохраняя уверенность и ритм. Когда девушка сильнее прижалась спиной к его торсу и положила голову ему на плечо, парень мягко скользнул руками к её талии, легонько задевая пальцами мокрую ткань трусиков. Горячими поцелуями Олег прошёлся по её шее и плечу, стягивая с него футболку. Он чувствовал, как Мэрилин рвано дышала ему в волосы, теряя связь с реальностью от смеси возбуждения, волнения и предвкушения, и коротко целовала его шею, изредка проводя по ней языком и поднимаясь к мочке уха. Руки Олега, по-прежнему удерживаемые за запястья, все чаще касались ткани её трусиков, не встречая сопротивления. Мэри изгибалась, не в силах сдерживать нарастающее возбуждение. Внезапно она сама направила ладонь медиума чуть ниже. — Ты хочешь этого? — спросил Олег, отрывая губы от её шеи. — Да… пожалуйста, — изнемогая, прошептала Мэри. Она немного развела бедра, впуская руку Олега. Парень аккуратно очертил боковую линию трусиков и оттянул эластичную ткань, коснувшись влажных — теперь уже не от озёрной воды — складочек. Он медленно собрал выступившие капли на кончики пальцев. Быстро нащупав чувствительную горошинку, Олег сорвал первый приглушенный стон с губ Мэри. Он не спеша провёл пальцем из стороны в сторону, а затем начал мягко, круговыми движениями растирать её естественную смазку, заставляя Мэрилин буквально пылать под его руками. Олег всматривался в её лицо, боясь уловить в нём отпечаток боли и страха, но ничего, кроме страсти и желания, он не мог разглядеть. Мэрилин потянулась к губам любимого, жадно цепляясь за них, облизывая и посасывая. Девушка рвано выдыхала ему прямо в приоткрытый рот, давая полностью удостовериться, что он всё делает правильно. В сбитом от возбуждения состоянии она то проводила руками по ногам Олега, то поднимала их к его лицу, аккуратно обрамляя ладонями щёки. Мэри выгнулась в пояснице, ритмично двигая бёдрами навстречу руке медиума, улавливая его неспешный, но уверенный темп. — Нас никто точно не заметить? — быстро спросила Мэрилин в перерыве между тяжёлыми вдохами. Олег действительно оглядел территорию вокруг на триста шестьдесят градусов, ни на миг не останавливая движений правой руки под надетой на Мэрилин его собственной футболкой. — Всё тихо, — медиум успокоил любимую. Он продолжил ласкать её клитор, наслаждаясь невероятной картиной — тем, как сильно Мэри отзывается на его действия. — О боже, — прошептала она над его ухом. Олег отвёл пальцы от влажного бугорка, переместив их к сочащемуся естественной смазкой входу. — Я могу? — тихо спросил он. Мэрилин едва уловимо качнула головой. — Солнце, скажи, я могу или нет? — Олег требовал однозначного устного согласия. — Да, я хотеть, — хрипло ответила Мэрилин. Парень придвинулся ближе к ней, давая как можно сильнее почувствовать своё возбуждение, и одновременно с этим легонько, буквально на две фаланги, скользнул в неё одним пальцем. Мэрилин вскрикнула, и этот чистый, полный наслаждения звук утонул в шуме ивовых листьев. Олег остановился на пару секунд, давая ей привыкнуть. — Не больно? — уточнил он. Вместо ответа Мэрилин немного подалась бёдрами вперёд. Когда её мышцы чуть расслабились, принимая его, медиум сделал первое медленное, проталкивающее движение, а затем плавно потянул руку обратно, лаская податливые, скользкие стенки. Он добавил второй палец, слегка разводя их и исследуя каждый миллиметр внутри неё. Олег продолжил свои тягучие и глубокие движения, не сводя глаз с Мэри, ловя каждую её реакцию и запоминая, на что она сильнее отзывается. С губ Мэрилин сорвались громкие, тяжёлые выдохи. Она судорожно сжимала запястья медиума, впиваясь ногтями в его кожу, а в следующий миг бессильно отпускала их. Мэри изгибалась, насколько это было возможно в её положении на этой неудобной, маленькой для двоих лавочке. Девушка то непроизвольно отстранялась, немного уводя бёдра назад, то, наоборот, всё активнее насаживалась на пальцы любимого. — Солнце, всё хорошо? Если нужно прекратить, говори, — тихо сказал Олег, переживая за её состояние. — Молчать, — приказала Мэри и впилась поцелуем в его губы, проникая языком внутрь. Вторая рука Олега спустилась с её груди вниз и, проникнув под трусики сверху, коснулась набухшего от возбуждения эпицентра удовольствия. Легонько надавливая и ритмично стимулируя клитор снаружи, медиум всё увереннее и глубже проникал в неё пальцами другой руки. В воздухе повисли тихие хлюпающие звуки, а лодка плавно покачивалась, вторя их движениям. Мэрилин начинала окончательно терять рассудок от двойного давления, откидываясь на Олега и зарываясь лицом в его волосы от смущения и избытка телесных реакций. — Я… скоро… — Мэри едва смогла вспомнить русский язык. — Что скоро? — немного поддразнил её Олег, сильнее вжимаясь чуть согнутыми пальцами в переднюю стенку и надавливая на клитор. — Я… — на выдохе бросила Мэрилин, не в силах закончить фразу. Она зажмурилась, сильнее утыкаясь лицом в его шею, пока весь мир вокруг сузился до размеров этой лодки и невыносимой пульсации между ног. Олег почувствовал, как её внутренние стенки ритмично и активно начали сокращаться, то втягивая его пальцы, то, наоборот, выталкивая. Судороги сотрясли Мэри, заставляя Олега убрать вторую руку от клитора и крепко обхватить её, чтобы она не упала. Новая порция влаги растеклась по его пальцам, и он, совершив ещё пару глубоких и нежных движений, на которые эстонка отзывалась особенно чувствительно, медленно покинул её тело. Мэрилин обессиленно откинулась на его грудь, тяжело и прерывисто дыша. Олег не выпускал любимую из объятий, зарываясь носом в её волосы и оставляя на них короткие, невесомые поцелуи. Несколько минут они провели в тишине, нарушаемой лишь постепенно выравнивающимся дыханием Мэрилин и тихим плеском воды о борта лодки. Медиум мягко поглаживал её по плечам, помогая прийти в себя и шепча на ушко ласковые слова. Постепенно бешено колотившееся сердце Мэрилин вернулось к своему привычному ритму. Открыв глаза, она удивилась тому, как сильно успело стемнеть: жёлтый полумесяц уже ярко отражался в тёмной глади воды. Возвращаясь в реальность, она снова почувствовала прохладу ночного ветра и поспешила одёрнуть вниз просторную футболку Олега. — Ну что, маленькая моя, пора возвращаться? — тихо спросил Олег, неохотно разжимая крепкие объятия. Мэрилин ещё раз потянулась к его губам за быстрым поцелуем. Коснувшись ладонью его щеки, а другой рукой зарывшись в волосы, она вдруг нащупала жёсткий и шершавый комок. Эстонка отстранилась и посмотрела на свои пальцы — на коже остались мелкие тёмные крошки. — Что это? — Мэри подалась вперёд, пытаясь разглядеть рану на его голове, но Олег тут же отклонился в сторону и поспешил поправить причёску. — Представляешь, в магазине перекладывал товар на полки, и с верхней на меня упал заговорённый череп из дымчатого кварца. Чуть не разбился! Я его перехватил — так бы четыреста косарей потеряли. Девушка отвернулась, не поверив в эту невероятную историю. Если допустить, что эта рана получена от чьего-то черепа, то точно от черепа, обтянутого кожей, содержащего мозг и вполне себе одушевлённого. Но пытаться выудить информацию из Олега, не желающего ею делиться, обычно походило на допрос мертвеца человеком, не имеющим экстрасенсорных способностей. Портить такой замечательный вечер не хотелось, и Мэрилин сделала вид, что поверила ему. Она поспешила пересесть на лавочку за его спиной. Медиум взялся за вёсла и повернул в сторону пирса. Эстонка молча вглядывалась вдаль, сжимая в руках ткань футболки. Внезапно сквозь плеск воды Олег услышал, что её дыхание вновь сбилось, и обернулся через плечо. — Эй, что случилось? — парень заметил покатившуюся по её покрасневшему лицу слезинку. — Я что-то не так сделал? — Нет... Всё хорошо, я серьёзно, — сказала Мэри, старательно сдерживая дрожь в голосе. — Просто эмоции, не обращать внимание. Мне всё понравиться, это быть классно. — Мэрь? — Олег отложил весло и легонько погладил её коленку. — Просто эмоции, правда, — девушка улыбнулась и сквозь слёзы с теплотой посмотрела на него. Медиум ещё на пару секунд задержал взгляд на её лице, а руку — на коленке, но так и не нашёл подходящих слов. Он отвернулся, стараясь изо всех сил побыстрее добраться до пляжа. Вскоре лодка ткнулась носом в деревянный причал. Олег подал Мэри обе руки, помогая выбраться. Полупьяный сотрудник пункта проката вышел навстречу, что-то невнятно бормоча под нос. — Извините, что так долго, немного увлеклись, — сказал ему медиум, на последней фразе переводя взгляд на Мэрилин и отдавая мужчине верёвку, чтобы тот привязал её к причальному колышку. Пара быстро забрала с пляжа оставшиеся вещи и отошла в кусты переодеться. Ощутить на себе мягкую повседневную одежду вместо ещё не до конца высохших нейлоновых купальников и плавок оказалось невероятно приятным. Олег накинул на плечи рюкзак и перехватил холодную ладонь Мэрилин, крепко сжав её пальцы в своих, и они быстрым шагом направились к парковке. Оказавшись в салоне автомобиля, Олег быстро завёл двигатель, и пространство тут же наполнилось приглушённым гулом и спасительным теплом. Мэрилин сразу забралась на заднее сиденье, понимая, что её вот-вот начнёт клонить в сон. Мерное покачивание машины и внезапно забарабанивший по стёклам дождь действительно подействовали убаюкивающе. Вскоре Мэрилин легла и, подтянув колени к груди, свернулась клубочком. Олег нашёл в салоне свою старую зипку и бережно укрыл её. Охраняя покой любимой, он сосредоточенно вёл автомобиль сквозь ночную темноту, лишь изредка улыбаясь воспоминаниям об этом дне. Для Мэрилин путь пролетел как один миг, а Олег всё же немного устал сконцентрированно следить за дорогой и отвлекаться на новые сообщения в своём телефоне. Припарковавшись у подъезда, медиум помог полусонной Мэри выбраться из машины. Ведя её под руку по лестничным пролётам, он неожиданно сказал: — Слушай, мне завтра с утра нужно в Самару выезжать к семье. Я буквально на одну ночь. Ты же справишься без меня? Ясновидящая мгновенно очнулась ото сна. Ей захотелось по-детски его остановить, попросить, чтобы он никуда не уезжал, напроситься поехать с ним. Но она прекрасно понимала, что не имеет никакого права запрещать своему любимому видеться с семьёй. — Конечно, справлюсь, — тихо ответила Мэри, не сумев полностью скрыть легкую грусть в голосе. — Только возвращаться скорее.