Глава 6 Красные отметины на запястье

— Я так и знала, — прошипела она, шагнув внутрь и захлопнув дверь. Её каблуки стукнули по паркету, когда она подошла ближе, скользя взглядом по Лениной растрёпанной блузке, по руке Александра, всё ещё лежащей на её бедре. — Ты даже не смогла продержаться до вечера. Ольга Дмитриевна стояла, скрестив руки, её ноздри раздувались от гнева. Лена попыталась прикрыть расстёгнутую блузку дрожащими пальцами, но Александр Валерьевич лишь рассмеялся — низко, беззвучно, как будто это было частью какого-то чёрного спектакля. — Ольга, — произнёс он, не убирая руки с Лениного бедра, — ты прерываешь важную проверку компетенций. — Проверку? — Ольга Дмитриевна резко подошла ближе, её каблуки впивались в ковёр. — Я вижу только, как ты разлагаешь мою сотрудницу на своём столе, как последнюю... — Твою? — Александр перебил её, голос внезапно став ледяным. Он медленно поднялся, заслоняя Лену. — Напомни, кто подписывает твои премии? Кто закрыл твой провал с клиентом в прошлом квартале? Ольга Дмитриевна замерла, её пальцы сжались в кулаки, но она не отступила ни на шаг. В кабинете повисла тягучая тишина, прерываемая только тяжёлым дыханием Лены, всё ещё прижатой к столу. Александр Валерьевич медленно провёл ладонью по её бедру, словно демонстрируя владение, и Ольга Дмитриевна сжала губы до белой линии. — Ты перешла черту, — сказала она, но голос её дрогнул, выдавая нерешительность. Александр лишь усмехнулся и потянулся к стакану с коньяком, небрежно отпивая глоток, словно в комнате не было никого, кроме него. — Черту? — он поставил стакан с лёгким стуком. — Ты сама привела её ко мне. Ольга Дмитриевна сделала шаг вперед, её маникюрные ногти впились в ладони. «Ты думаешь, я не знаю твоих игр?» — её голос дрожал, но не от страха, а от ярости. Она бросила взгляд на Лену, всё ещё прижатую к столу, её блузка распахнута, губы припухшие. «Выпускница. Совсем зелёная. Ты даже не потрудился выбрать кого-то... опытнее.» Александр Валерьевич рассмеялся — коротко, беззвучно, только плечи слегка дёрнулись. Он налил ещё коньяка в стакан, медленно размешивая жидкость. Лёд звенел, как предупреждение. «Опыт — это скучно, Оленька. А она...» Его пальцы скользнули по Лениной талии, заставив её вздрогнуть. «Она вся дрожит, как голодный котёнок. Разве не прелесть?» Ольга Дмитриевна резко выдохнула через нос. «Ты забываешься. Я не позволю тебе...» «Не позволишь?» Александр перебил её, внезапно сжимая Ленино запястье так, что кости хрустнули. «Кто в прошлом году закрывал твои налоговые схемы? Кто хранит фотографии с корпоратива в Сочи?» Его голос стал тише, но каждое слово падало, как камень. «Ты здесь не для запретов, Ольга. Ты здесь для уборки.» Лена попыталась отодвинуться, но его ладонь прижала её к столу. Экран ноутбука показывал теперь пустой коридор — камеры явно отключили. Ольга Дмитриевна побледнела, её рука дрогнула у клатча. Ольга Дмитриевна сделала шаг назад, её каблук зацепился за край ковра. В глазах мелькнуло что-то животное — страх, гнев, расчёт. Александр Валерьевич отпустил Ленино запястье, оставив красные отметины, и потянулся к папке на столе. — Вот, — он швырнул её через стол. Папка скользнула, остановившись в сантиметре от Ольгиных пальцев. — Отчёт по «Климату». Исправь к завтрашнему утру. Лена видела, как скулы Ольги Дмитриевны напряглись. Та медленно наклонилась, подбирая папку, не сводя глаз с Александра. — Ты заплатишь за это, — прошептала она, но её голос дрогнул на последнем слове. — Выйди, — приказал Александр, даже не глядя на неё. Ольга Дмитриевна замерла на секунду, её взгляд скользнул по Лениным бёдрам, по тёмным пятнам на кружевных трусиках, по дрожащим пальцам, всё ещё цепляющимся за край стола. Затем она резко развернулась и вышла, хлопнув дверью так, что задрожали стёкла в шкафу. Тишина.