Маяк в бездне

12 марта 1823 года

Больше всего на свете Аксель ненавидел своего отца, работу и свою мягкотелость, которая не позволяла раз и навсегда уйти от проклятия под названием «Наследственная служба». Потому он был безумно рад командировке в Гамбург. Это тот глоток свежего воздуха, который был так необходим юному сержанту. Конечно, отцу не нравились его частые плавания туда-сюда, он считал, что Аксель просто пытается избегать своих прямых обязанностей. «Ты ни одной ведьмы не завалил за такой-то срок службы! Позорище!» – подобные высказывания время от времени проскакивали в разговорах отца и сына, стоило им пересечься. В свои 24 года, из которых 9 лет службы и ещё 4 года обучения, он до сих пор не мог понять к чему излишняя жестокость по отношению к ведьмам и магам, ведь они такие же люди, просто наделённые удивительной силой. Ах, как бы ему хотелось перевестись на направление Йельп; у этих ребят хотя бы стычки с «одарёнными» происходят не так часто. Но это всего лишь мечты, в которые он с удовольствием погружается, вдыхая прохладный морской воздух. Они почти прибыли в порт. Гамбург – впечатляющее место, особенно для того, кто посещает его в первый раз: начало весны, свежий воздух, без утомительного северного холода; величественные здания, корабли и люди, что бегут куда-то, словно муравьи. Так и веет духом торговли, новых знакомств, что не может не отразиться на открытой всему новому душе. Аксель, сам того не замечая, мягко улыбнулся, будто увидел давнего друга из прошлого. В ответ, ветер, гуляющий по порту, игриво пытается стащить фуражку с головы сержанта, но тот успевает её ухватить. От резкого движения зазвенели немногочисленные значки на груди. Голову посетило ощущение, что этот день преподнесёт нечто хорошее в его жизнь – круговорот ругани и разочарований. Уже стоя на пирсе, Аксель со стороны наблюдал за разговором капитана с каким-то человеком, который, кажется, был какой-то важной шишкой. Члены отряда были предоставлены сами себе на какое-то время, которое парень решил потратить на оценку обстановки. Сержант знал, что они здесь за тем, чтобы передать отчёты за последний месяц, что в дальнейшем должны пройти одобрение главы, а затем упокоиться в архиве; но он не понимал к чему вести разговоры с простыми гражданскими – тот мужчина больше походил на торговца, чем на сотрудника «Полуденных Жнецов». От дотошного анализа незнакомца его оторвало лёгкое похлопывание по плечу, такое бесцеремонное, что Аксель невольно покрылся мурашками с головы до ног. Нарушителем внутреннего спокойствия парня была девушка, на вид того же возраста, что и он сам. Она выглядела словно ангел спустившийся с небес. В её ярко голубых глазах играло любопытство, золотистые волосы, превосходно подчёркивало голубое платьице, так не подходящее для порта, наполненного речной прохладой, а на светлом лице расплылась неловкая улыбка, кажется, она долго не решалась подойти и что-то спросить. С её точки зрения юный полуденник выглядел намного дружелюбнее своих коллег, потому именно к нему она обратилась, держа в голове мысль: «если что-то пойдёт не так – статус зарешает». – Простите за беспокойство, а что обсуж... – она осеклась, обратив внимание на погоны, а затем заметив лёгкое непонимание, появившееся на лице сержанта, – ой! Простите! Вы же не местный! – затараторила девушка уже на датском, сильно жестикулируя от волнения. – Всё в порядке, – стараясь выглядеть подобающе своему званию, произнёс Аксель, – вы что-то хотели? – Какие у вас дела с моим отцом? – быстро вернув прежнюю беззаботность, ответила вопросом на вопрос девушка, указав пальцем на мужчину, который всё ещё вёл беседу с капитаном. – Прошу прощения, я не владею этой информацией. Вам нужно спросить у самого капитана, – теперь парень указывал пальцем на того, к кому девушке стоит обратиться. – За это меня папа прибьёт... Кажется, он не хочет, чтобы я знала об его делах, – пробубнила себе под нос девушка на родном языке, переводя взгляд на чаек, кружащих над мачтами парусников. Теперь она выглядела слегка разочарованной, – а почему вы здесь? Это ведь не какая-то тайна? – её глаза вновь всматривались в лицо парня. – Мы сопровождаем транспортировку груза в главный штаб. Уже сегодня должны ехать в сторону Берлина, – непринуждённо ответил Аксель. Хоть он и воспринимал эту командировку как своего рода отпуск, но основную цель знал как свои пять пальцев. – Что за груз? Какие-то реликвии? Или магические штучки убиенных ведьм да магов? – найти среди полуденников разговорчивого человека – большая редкость! Потому девушка не хотела терять свой шанс послушать истории о таком необычайно манящем мире магии, с которым полуденники были тесно связаны. – Ответьте на мой вопрос и я потешу ваше любопытство, – сказал Аксель, совсем не скрывая улыбки, – всё-таки на два ваших вопроса я уже дал ответ. – Вообще-то, на один... – недовольно пробурчала девушка. Она совсем недолго раздумывала над предложением парня, – хорошо, я отвечу на ваш вопрос. – Как вас зовут? – такая просьба явно выбивалась из общепринятого этикета, но сама ситуация с самого начала была окрашена в приятные тона неформальности. – Мариам Штраль Оберхофнер! – гордо произнесла девушка, сделав изящный реверанс, – могу ли я узнать ваше имя, сержант? – хихикая, произнесла девушка, её явно забавляла эта ситуация. – Аксель Хольм, – ответил парень, приподняв фуражку и легко кивнув головой. Он старался не смеяться, хотя улыбка сама по себе становилась всё шире. – У вас даже имя такое северное! – она точно хотела что-то спросить о Родине сержанта, но постаралась сосредоточиться на уже заданных вопросах, что должны получить ответы, – кхм, теперь вы можете рассказать о грузе? – Конечно, фройляйн Штральен, – это прозвучало приторно формально, что не могло не вызвать реакции со стороны Мариам. – Это ещё что такое? Как вы меня назвали? – она уже во всю хохотала, явно уловив шутку. Аксель рассмеялся вместе с ней, схватив козырёк фуражки, дабы скрыть раскрасневшееся лицо. Их смех растворялся в порту, смешиваясь с криком чаек и шумом воды. Они отлично провели ближайшие два часа, пока строгий зов работы не разлучил их. Но вскоре их диалог продолжился. Письмо за письмом.