Битвы над пеплом. Лэ о Наисэллэ

Явись же мне и пелену откинь. Открой свой лик, мой лицемерный недруг. Что, тьму клеймя за тысячи личин, Себе на помощь призывает тени. Я разрушаю чары и заклятья. Душе нагой велю предстать на суд. Кто бы ты ни был - эльда или майа - От Ока ускользать - напрасный труд. Твой голос тих средь мрака подземелий. В речах о чести кое-что ты упустил. Спроси у тэлэри, зарубленных в постелях, Как долго кровь прибой не уносил. Ты слышишь вой за этими стена́ми? Он тоже часть той песни, что звучит. В темницах А́нгбанда ей в тон звенят цепями. Все те, кого ты знал, кого любил. Я чую страх - и он тебя погубит. Игрушку Эру, что в плену Небытия. Пади же ниц - и, может, тьма отступит. Здесь чародей один - и это я.

***

Поверженного в поединке песен эльфа вместе со всеми спутниками Майрон заключил в темнице Тол-Сириона, а не отправил в Ангбанд. Он подозревал, что этой странной компанией правит тайная рука - и хотел понять, чья именно. И жалел об этом решении до конца времён.

***

Уже вторая за последние дни песня - на этот раз у ворот - не произвела на Майрона впечатления. Он лишь единожды взглянул из окна в сторону дочери Мелиан и улыбнулся. Девушку схватят даже без его помощи и очень скоро - он уже слышал, как во внутреннем дворе замка начинается возня и тихо рычат верные волки. Красивая эльдиэ совершает красивый, почти самоубийственный, жест - Мелькору понравится. Даже если он не захочет развлечься с ней сам, ее все ещё можно использовать, чтобы давить на Элу Тингола.. Но рассеянная задумчивость постепенно сменилась раздражением - время шло, а эльфийку все ещё не привели. Неужели это проклятие любой крепости, в которой он становится комендантом - все надо делать самому? Когда по ступеням наконец начал кто-то подниматься, Майрон встал с кресла и сделал шаг к двери.. "Как это возможно?.." В дверях появился Драуглуин - с выдранной шерстью, подволакивающий лапу и истекающий ручьями крови на полированный мрамор. Глаза исполинского волка смотрели без страха и почти без боли - с горечью. - Майрон.. девчонка.. с ней Хуан.. - хриплый голос волка сорвался в хлюпанье, когда в горле забулькала кровь. Лапы зверя подкосились, он тяжело рухнул на пол, из пасти потянулась красная струйка. Майрон в мгновение ока оказался подле него, упал рядом с ним на одно колено, приподнял морду с пола обеими руками. - Тише, меховой коврик.. я сейчас что-нибудь придумаю. Смотри на меня, не закрывай глаза, приказа помирать не было. - голос Майрона дрогнул, когда ладони, поддерживавшие лобастую морду, испачкались в крови. Майар неведома настоящая смерть, но после той, древней, войны Драу даже такой простой облик давался с трудом, а это значит.. "Таланар.. это не главное. Тхури, она.. эта песня застала ее в полете.." - слабая, срывающаяся осанвэ майа коснулась разума друга. Пронзительный взгляд серых глаз - единственное, что осталось в нем от прежнего облика, встретился с янтарными глазами. "Мы все ещё встретимся в Дагор Дагоррат, Таланар.. будь готов к ней, когда я вернусь." - Нет.. нет, нет, нет.. - пальцы огненного майа изо всех сил сжали сизую шерсть и затрясли волка, но искра в серых глазах уже погасла, они медленно закатывались, закрывались. Он уже сжигал это тело однажды, но только зная, что они встретятся снова.. руки Майрона вспыхнули, пламя перекинулось на серую шерсть, в оцепенении он сидел в огне, пока тело волка не превратилось в прах. Наконец поднявшись, он зашагал наружу - все вокруг двигалось медленно, как в страшном сне, в ушах шумело, будто от сильного ветра и он не слышал треска огня за спиной, постепенно переходящего на стулья.. "Нет." Тхури в облике мыши лежит в луже крови у стены замка. Перепончатые крылья порваны и переломаны - разбилась о стену, на секунду одурманенная песней Лютиэн. Майа остановился только на секунду - прикрыть веками безжизненно смотрящие на него красные глаза. "Сможет ли она вернуться?.." Он не слышит собственных шагов, двор плывет мимо, ворота и мост приближаются и становится видно тела, разбросанные то тут, то там - волчата, которых он выкармливал с рук. Некоторые из них были детьми Драу.. "Убью. Убью, убью, убью, убью!" Одежда с треском рвется, губы приподнимаются, освобождая клыки, в ушах шумит уже не ветер, а кровь. Боль, горечь и бешенство плещутся внутри, не давая ясно мыслить, поглащая, оставляя только одно - жажду рвать, крушить, уничтожить.. Его прыжок, взмах плаща Лютиэн и хватка Хуана. Он кусал, сколько мог, драл когтями шерсть и плоть, пока они не сломались, рвался из захвата и рычал как обезумевший зверь. "Ненавижу." Когда силы оставили его, накатило безразличие. Он едва понимал, что ему говорят - и без торга оставил замок эльфийке - все равно он никогда, ни за что не вернётся сюда. Едва зубы валинорской шавки разжались, он взмыл вверх и скрылся в спасительной тьме Таур-ну-Фуин.

***

Это был первый сон со времен.. он уже и не помнил, когда в последний раз спал по-настоящему. Камня было жаль, но корона, которую он втайне ненавидел, стала легче, а боль в висках - терпимее. Мелькор обводил зал взглядом и не мог понять, куда пропала злость, которой он сам от себя ожидал. В груди была просто.. пустота. Такая же незаполнимая, как сиротливо смотрящее пустой глазницей гнездо для Сильмарилла в центре венца.. Дверь, тихо скрипнув, открылась. Вошёл незнакомый майа - совершенно седые волосы, сгорбленные плечи, лицо исчерчено глубокими морщинами, взгляд такой же пустой, как у него самого. Постойте.. Майрон? "Мэлко, убей меня.. это я виноват в краже камня." - осанвэ такая же выхолощенная и безжизненная, как и облик. "Это работа Намо и Ирмо, Майрон. Братья-Валар не пускали меня в сны с тех самых пор, как я вернулся, а в нужный момент позволили дочке Тингола усыпить меня. Ты не смог бы остановить ее. Но сила Намо, которая провела ее сюда, позаботится о и том, чтобы Камень приносил эрухини только вред." - Мелькор ответил в осанвэ, слова сейчас казались тяжёлыми и бессмысленными. Вала молча наблюдал, как Майрон медленно идёт с столу и опускается в кресло - все такой же согбенный и безжизненный. "Ты не отреагировал бы так на потерю Сильмарилла, я знаю, что ты их ненавидишь." Мелькор сделал паузу в мыслеречи и подождал, пока Майрон поднимет потухшие янтарные глаза и встретится с ним взглядом. "Кто?" "Драу и Тхури." Волк и девчонка? Кажется, они были вместе в гарнизоне Ангбанда перед тем, как все впервые пошло под откос. "Они не смогут создать новые фана?" "Да." Мелькор встал, оставив насмешливо мерцающую корону на черном троне. Сделал несколько шагов к неприметному шкафу у дальней стены, достал бутылку с темно-красным вином. Сел рядом с Майроном за пустой стол для совещаний, наполнил два кубка, пихнул один из них в его сторону. - Мы им за все отомстим, маленькое пламя. Клянусь. Взгляд Майрона на секунду оторвался от столешницы, посмотрел на Владыку, нет.. на учителя и сюзерена, так, словно искал в бледном, перечерченном шрамом лице какой-то ответ. Потом залпом выпил. - Им всем.