Часть 3

      К своему стыду, Гермиона обдумывает предложение Малфоя. Это похоже на кратковременное наваждение, девушка автоматически набрасывает плюсы и минусы, возможные риски и степень их оправданности, а затем, опомнившись, нервно трясет головой – тут и думать не о чем! Драко ведет себя в высшей степени неуместно, и она ни в  коем случае не должна вестись на провокации, пусть Пэнс и считает ее идиоткой.       Грейнджер чувствует легкое волнение, как обычно бывает перед важными мероприятиями. Она знает, что скажет будущим партнерам (о, девушка убеждена, у нее получится их склонить к сотрудничеству), знает, как себя вести в обществе, и в целом ее довольно сложно смутить. Единственное, в чем она не уверена – это ее «напарник».       После того разговора у дверей ее кабинета она мастерски избегает с ним встреч, хоть до конца даже самой себе не может объяснить зачем. А еще ей неловко за те фото белья… Господи, как же было стыдно!       Она даже сперва надевает красное, назло Малфою! А затем сама себя осаждает – откуда он это узнает? Гермиона же не собирается перед ним раздеваться! Поэтому девушка спокойно переодевается, поправляет мягкое кружево, и надевает платье, то самое, что советовала подруга. В конце концов, Пэнси права – какой бы умной ни была женщина, в мире мужчин ее все равно оценивают сначала по внешности.       Девушка скептически осматривает себя в зеркале, поправляя прическу. Пышные вьющиеся волосы сложно поддаются  укладке, но она привыкла с ними справляться. В ушах переливаются бриллианты, а между оголенных ключиц сверкает небольшой кулон. Все же она была права, и вместо деловой женщины похожа на девицу, ищущую не деловых партнёров, а половых. Может, переодеться?       Стук в двери заставляет ее глянуть на часы – до назначенного времени еще полчаса. Неужели Малфой приволокся так рано?        Но на пороге стоит ее бывший. Рональд за эти пару месяцев, что они  расстались, кажется, поднабрал лишних килограмм. Видимо его нынешняя девушка, к которой он собственно и ушел от Гермионы, кормит его на убой.       — Чем обязана? — внутри нее все странным образом сжимается до неприятной рези под ребрами – ничего особенного, простое напоминание, что она живая и все еще умеет чувствовать.       — Эм… Ты куда-то собираешься? — Рональд топчется на пороге, словно не зная, как начать разговор. — Слушай, мы с Ла… Я…       Гермиона хмурится и бросает взгляд за плечо бывшего жениха – в его машине, припаркованной у опрятного почтового ящика с небольшой нарисованной смешной совой, на переднем сидении сидит та самая Лаванда.       Воздух становится комом в легких и хочется глубоко, судорожно вздохнуть. Она знала о наличии третьего лица в их отношениях, знала, что Рон не просто с ней рвет, а делает это из-за нового увлечения. Но одно дело просто знать, и совсем другое увидеть все своими глазами.       Девица в машине выглядит самой обыкновенной. Вот на это он ее променял? На постное лицо и кудрявые светлые лохмы?       — Мы обо всем поговорили, я не понимаю, зачем ты сюда приехал, — ей необходима передышка. Смотреть на Уизли становится до того противно, что в желудке приподнимается кислая муть.       — Нет, мы просто расстались, я даже вещи не все свои забрал, — внезапно противится мужчина, расправляя плечи. Видимо присутствие любовницы прибавляет ему бестолковой храбрости.       — И что же ты хочешь забрать? — складывает руки на груди. Каблуки кажутся внезапно слишком высокими, а разрез чересчур неприличным… Ей холодно, нужно бы набросить на плечи хотя бы пальто…       — Дом, — решительно и нагло. Он засовывает руки в карманы и улыбается в рыжую бороду. Господи, зачем он отрастил это убожество?       — Что прости? — ей показалось. Рон не может требовать от нее съехать с их бывшего общего дома. Да, они были помолвлены и купили его вместе, но она сама его искала,  оформляла все внутри, ее взнос был больше и вообще, он сам выбрал уйти от нее...       — Я тут подумал и решил… — мямлит Рон, и Гермиона вздергиват брови.       — Это что-то новенькое, — язвит, стараясь быть равнодушной.       — На дом мы имеем общие права и… — пропускает мимо ушей колкость.       — Серьёзно?! — слишком эмоционально, и Гермиона быстро себя одергивает. — Рон, я нашла этот дом. Ты вообще не хотел сюда переезжать, так что…       — Я тоже платил свои деньги, — не уступает, коротко обернувшись назад. — И зачем тебе дом, в котором ты почти не бываешь?       Удар по больному. Гренйджер злится и готовится спорить, но этого не требуется. К дому направляется знакомый ей черный автомобиль, и Рон, замечая чужую машину, непонимающе смотрит на свою бывшую невесту:       — Этот к тебе?       — Мне некогда сейчас,— Гермиона берет себя в руки. Она хватает с комода сумочку и делает решительный шаг вперед, оттесняя Рона от двери. — Я спешу, ты не вовремя. Все вопросы, касательно дома, мы решим в суде. Хотя, уверена, у тебя нет никаких шансов.       — Это мы еще посмотрим, — морщится Уизли, почесывая лохматый рыжий загривок. Он открывает рот, чтоб сказать еще что-то, но замолкает.        Никогда прежде Гермиона не была так рада Малфою! На фоне ее бывшего Драко во всем выглядит выигрышней – он стройный и высокий, с аристократическими чертами лица, уверенный в себе и это чувствуется в каждом его небрежном жесте. Вот он ладонью убирает челку с глаз, поправляет пиджак, пока идет к ним неторопливой, вальяжной поступью. Словно кинозвезда, прибывшая на красную дорожку…       — Новый парень? — Рон находит наконец-то слова.       — Не твое дело, — грубо и резко.       Девушка стараясь выглядеть уверенной и спокойной. Внутри все неприятно пульсирует, и в ушах бьется сердце, и в горле пересыхает… Пускай она и не испытывает к Рону тех чувств, что были в начале их отношений, но ей все равно досадно, и обидно, и неприятно…       — Ты потрясающе выглядишь, — Малфой оказывается рядом поразительно быстро. Он невозмутим, будто бы сто раз заезжал за Гермионой, при этом напарываясь на ее бывшего жениха.       Мужчина лишь на секунду заминается, глядит по сторонам, ведя бровью, оценивая происходящее. Драко коротко хмыкает, и в тот же момент на своей талии Гермиона чувствует тяжесть чужой руки, а возле уха раздается сбивчивый горячий шепот:       — Кивни, если нужно подыграть, —  от него пахнет дорогими духами и едва уловимо сигаретами. Приятно, притягательно и очень по-мужски.       Девушка кивает, терять нечего. Она оборачивается на обалдевшего Рональда, и глубоко в душе вспыхивает знакомое чувство  морального удовлетворения. Лаванда тоже едва ли не вываливается из окна машины.       — Детка? — Драко говорит намеренно громко. — А это кто?       — Уже никто, — выдыхает Гермиона  и натянуто улыбается. У нее дрожат колени, но она не позволяет минутной слабости собой завладеть.       — Тогда поехали, нас ждут...— кивает Малфой, перехватывает ее за руку и тянет в сторону своей машины. Он распахивает перед ней двери, помогает усесться, приподнимает подол длинного платья, чтоб не придавить его дверкой…       — Эй, вам точно не нужна помощь, — направляясь к водительскому сидению, Малфой обращается к Рональду, который превратился в каменное изваяние. — Вы не заблудились?       Грейнджер наблюдает за этим цирком, понемногу приходя в себя. Рон поднимает челюсть с пола и отрицательно машет головой. Сутулится, супит брови и уходит в сторону своей машины.       — Ты как? — заводит авто Драко, бросая на Гермиону быстрый взгляд. — Нормально?       Она снова кивает. Ей не хочется ничего объяснять, вряд ли Малфой удержится от комментариев и неудобных вопросов типа «где ты нашла этого придурка».       Мужчина выезжает на дорогу, и поворачивает  к транспорту Уизли – старенькой тачке, доставшейся в наследство от брата, хотя им с Грейнджер ехать совсем в другую сторону.        Драко опускает стекло со стороны Гермионы, наклоняется в ее сторону, накрывает своей ладонью ее оголенную коленку и притормаживает возле Рона.       — Выше по улице полицейский участок.  Там точно помогут, — он улыбается, словно сделал доброе дело, мимолетно касается губами виска девушки, и лихо вывернув руль, устремляется по дороге, закрывая окно...

***

Чат с "Выбывший" (Рон): Выбывший: И сколько же ты заплатила этому актеру за такую игру на публику? Гермиона: Ты Лаванде тоже платишь, что она с тобой? Это многое объясняет. Выбывший: С Лавандой у нас любовь. А кто тебе этот мужик еще нужно выяснить? Наняла мальчика из эскорт-агентства? Гермиона: Молись, чтоб я не показала ему это сообщение. У него хорошо поставлен удар. Выбывший: Мне тебя жаль. Строишь из себя не понятно что. То напиваешься и пишешь мне ночью, то теперь вот проститутa себе нашла. Гермиона: Проститутку нашел как раз ты. Лаванде привет. И я же просила — не пиши мне больше. Я занята. Во всех смыслах. Выбывший: Ты всегда была для меня занята. Хотя, даже капля твоего внимания могла бы спасти наши отношения. Гермиона: Ты изменял мне в нашей общей кровати. Спасать уже было нечего. Выбывший: А будь ты дома по вечерам, я бы и не изменял тебе. Гермиона: Хочешь сказать, это я во всем виновата? Выбывший: Ну, а кто? Я и так терпел, сколько мог все твои совещания, переговоры, поездки, ночные звонки и вечное «у меня нет на это времени». Ты уничтожила нашу любовь, выбрав работу! Зато Лаванда всегда рядом и дарит мне то, чего ты не смогла. Гермиона: И что же это? Холестерин и хламидии? Выбывший: Тепло, поддержка и секс. А еще она готовит, чего от тебя я так и не дождался. Мама всегда говорила, что ты в отношениях только со своей работой. Так что, я никогда не поверю в то, что у тебя новый парень. Гермиона: Да я и не собираюсь ничего доказывать. И дом тебе не отдам. Твой взнос — это мизерная часть. Я заплачу тебе эти деньги, но сам дом не отдам. Выбывший: Не понимаю, зачем тебе дом, в котором ты не живешь? Гермиона: Мне есть с кем там жить. Выбывший: Не ври. Ты ледышка и никто тебе не нужен, Миона.

***

      Гермионе хочется выбросить телефон в окно на полном ходу автомобиля. Миона! Она ненавидит, когда ее так называют! Словно кличка морской свинки… Прозвище придумал Рональд, и она миллион раз говорила ему, что ей не нравится это дурацкое сокращение, но он все равно находил момент так ее назвать.       Их отношения с Роном никогда не были идеальными, а с течением времени все и вовсе свелось к банальной привычке быть вместе. Девушка заподозрила некоторые странности в поведении жениха, теперь уже бывшего, еще летом. Но, будучи занятой на работе, стремясь добиться признания, ей некогда было разбираться. Рональд все пытался не развалить бизнес брата, и его плохое настроение она зачастую списывала на неудачи именно в работе.       Осенью случился короткий отпуск, они с Роном поехали в Грецию – немного отдохнуть и побыть вдвоём, где он ей торжественно заявил, что уходит к другой. Такой вот романтик - решил плюнуть в душу на берегу моря.       Грейнджер стойко вынесла и бестолковый разговор, полный упреков, и все претензии, обвинения, истерику взрослого мужика. Уизли не гнушался подробностей: так девушка узнала, что он приводил ту лохудру к ним домой, и что вместе с Лавандой они хотят строить будущее, и что она в сто! Нет! В миллион раз лучше Гермионы.       Она понимает – бывший просто хотел ей сделать больно. А тогда новость об измене оказалась такой сногсшибательной, что у нее не нашлось для него даже каких-то громких слов и обвинений. Она собрала вещи и улетела, ничего толком не выясняя. По приезду домой Рональда ждал чемодан с его барахлом у двери. Конец истории их многолетних, длительных отношений получился некрасивым и грустным.       И сейчас, увидев его снова, внутри нее нет ничего кроме отвращения и злости. Да как он посмел вообще? Явится к ней, после всего, что сделал, и еще требовать дом! Вот же скотина!       — Мудак… — эти слова сами собой вырываются из накрашенного рта, и она снова стискивает зубы. Выворачивать душу перед Малфоем она по-прежнему считает плохой идеей.       — Мне тоже так показалось, — роняет мужчина, притормаживая на повороте.       Гермиона понимает, что они, скорее всего, опоздают на прием и все из-за нее, вернее ее корявых попыток наладить личную жизнь. Пэнси сразу сказала, что «рыжее пугало» ей не пара, но фирменное упрямство Грейнджер в очередной раз сыграло с ней злую шутку.       — Что ему было нужно? — тишина в машине очень быстро становится давящей, и Драко задает простой вопрос, который едва ли можно назвать личным. Она находит любопытство мужчины оправданным – на его месте, Гермиона тоже хотела бы знать, в какой дешевый театр абсурда ее втянули.       — Дом, — коротко и прямо. — Видите ли, он тоже за него платил. Придурок… Его часть – это капля в море. По документам дом мой. Понятия не имею, на что он надеется.       — Думаю, это идея его новой барышни, — Драко бросает на Гермиону короткий взгляд, уверенно ладонью сжимая руль. — Обычно мужикам плевать, где жить.       — Мне все равно, — устало выдыхает, прикрыв глаза. — Тратить еще хоть минуту своей жизни на него – это глупость. А чтоб он рот закрыл, я выплачу ему эти деньги…       — Еще чего! — возмущенно выпаливает Малфой. — Вы не в браке, помолвка – чисто юридически ничего не значит. Это ведь не совместно нажитое имущество. И пускай еще докажет сначала, что он вносил какую-то суму. У него есть чек?       Гермиона удивленно глядит на собеседника, растерянная его уверенной речью. У нее нет моральных сил выяснять отношения с Рональдом и его новой девицей. Одна переписка вон испортила и так плохое настроение на несколько дней вперед.       — Этим нужно заниматься, а у меня нет времени, — решает свернуть разговор побыстрее. Это точно не то, что следует обсуждать с коллегой. Тем более с тем, с которым не планируешь продолжать общение. Личная жизнь на то и личная, что ее требуется держать в тайне.       — Я дам тебе номер адвоката. Он занимается такими делами под ключ. Просто платишь деньги, и пока ты живешь свою жизнь, он раздевает твоего бывшего до дырявых носков, — хмыкает, растягивая губы в злой улыбке.       Гермиона думает, что Малфой понимает, о чем говорит. В конце концов, он ведь тоже недавно расстался с невестой. Господи, какое грустное и дурацкое совпадение.       — Мне ничего от него не надо, — прячет телефон в сумочку и отворачивается к окну. Рон ее предал, а с предателями она предпочитает не иметь никаких дел. Пускай живет со своей Лавандой, ест ее стряпню и помрет от ожирения. Такой сценарий Гермиону тоже устроит.       — Я понимаю, как паршиво осознавать, что тебя предпочли кому-то. Сам факт предательства мерзкий и болезненный, — в его голосе нет ни издевки, ни сарказма, ни колкой шутки. Он серьезен, и Гермиона снова бросает на мужчину внимательный взгляд, пытаясь понять, к чему эти утешительные разговоры.  — Но сегодня важное мероприятие и нам нужно хорошо поработать. Но так же я вижу, что ты расстроена и… Хочешь, езжай домой, а я все сам сделаю без тебя.       Хлёсткая волна злости колючим фейерверком вспыхивает внутри. Внезапно проблемы с Роном, домом, личными переживаниями отходят на второй план. Девушка приосанивается, глядя на мужчину с прищуром:       — Еще чего! — в голосе щедрая пригоршня раздражение. — Это моя сделка, Малфой! Ты просто переводчик, ясно тебе! Спасибо, конечно, что подыграл, но это ничего не значит. Я не принцесса в беде, меня от дракона спасать не надо.       — Ясное дело, — тоже привычно ощетинивается мужчина. — В этой сказке ты и есть дракон.       — Ненадолго хватило твоей вежливости, — ехидничает, нервно дергая разрез на платье.       — Прибереги красноречие для наших партнеров, Грейнджер, — хмыкает, подъезжая к высокому помпезному зданию.       — Я и без тебя знаю, что мне делать, — она заводится с пол-оборота. Еще Малфой не указывал ей, как себя вести!  Она готовится выскочить из машины, не забыв громко хлопнуть дверью, но едва авто останавливается, Драко перехватывает ее за руку, удерживая на месте:       — Предлагаю заключить перемирие на время сегодняшнего приема. Если мы упустим возможность заполучить расположения итальянцев, нас обоих уволят к Рождеству, — его голос звучит ровно, спокойно, одни сухие факты без примеси флирта или язвительности. Гермиона все это знает и без него. Да, может, ее и не уволят, но неприятный разговор с шефом ей обеспечен. А она терпеть не может подводить людей! Если девушка что-то пообещала, то выполнит это ценой собственной жизни.       Драко мягко отпускает ее предплечье и протягивает раскрытую ладонь для мирового рукопожатия. Смешно, еще бы мизинчик предложил, как в детском саду. Гермиона смотрит на широкую ухоженную мужскую ладонь и намеренно тянет время, чуть склонив голову вбок. Что ж, его предложение звучит весьма рационально.       — Но только на сегодняшний вечер, — это была бы не она, если б не оставила за собой последнее слово. Грейнджер пожимает чужую руку, принимая условия. Даже интересно, что из этого получится.       Малфой тянет губы в своей коронной нагловатой ухмылке, а затем ловко переворачивает их переплетенные руки и мимолетно касается губами тыльной стороны женской ладони.       Это странным образом и злит Гермиону, обескураживает и волнует одновременно. Она закатывает глаза и резко вырывает свою руку из плена чужих горячих пальцев. Ну что с него взять! Малфой позер, каких еще не видывал свет.       Мужчина помогает ей выбраться из авто, а затем ловко бросает ключи парковщику, что-то ему разъясняя, но Грейнджер не слышит, она устремляется побыстрее к длинной лестнице, желая как можно скорее оказаться в тепле. Пальто ведь она так и не захватила.       — Мисс Грейнджер, позвольте… — Драко догоняет ее быстро, предлагая свою руку, согнутую в локте. И едва девушка, презрительно окинув его взглядом, все же принимает предложение, следуя исключительно правилам этикета, он шепчет ей куда-то в висок:       — Надеюсь, ты все же последовала моему совету и надела черное…