Глава 24

Планета Дромунд-Каас была не самым гостеприимным миром в галактике Небесная Река. Единственное место посреди ядовитых болот и непроходимых джунглей, где разумные существа могли хоть как-то жить, — это столица. Каас-Сити была возведена ситхами древности прямо в сердце джунглей, словно тёмная жемчужина в зелёной оправе смертоносной флоры. В числе цитаделей этого мрачного города особенно выделялся храм Пророков тёмной стороны. Культ был основан Дартом Миллениалом, не принявшим знаменитое «правило двух». В качестве опоры ордена Пророки избрали именно этот мир, сам по себе являвшийся мощным источником Силы. В последующие годы после создания ордена адепты с помощью кровавых жертвоприношений и тёмных ритуалов напитывали тьмой весь храмовый комплекс и саму цитадель, превращая её в средоточие мрака. Теперь во времена Первой Галактической Империи, авторитет Пророков тёмной стороны сильно возрос. Каданн — нынешний глава культа — приобрёл значительное влияние на самого императора, став одним из его тайных советников. Владыка Вейдер с нескрываемым омерзением смотрел, как извивается в силовом захвате коротышка в чёрной мантии. Перед самым входом в храм, на мощёной площади, царил вязкий полумрак. Небо планеты было всегда затянуто свинцовыми тучами, сквозь которые лишь изредка пробивались тусклые лучи местного светила. — Каданн, что ты можешь сказать в своё оправдание? — произнёс Энакин через вокодер, и его механический голос прозвучал холодно и беспощадно. Несмотря на отчаянное положение, коротышка буквально фонил чёрной ненавистью, которая волнами исходила от него в Силе. Интересно, а что он думал? Что лорд Империи и главнокомандующий флотом должен простить два покушения на свою персону? Такое даже джедаи никому не спускали с рук. Хотя, если вспомнить Квай-Гон Джина… Верховный пророк Каданн, по мнению лорда Вейдера, совершенно потерял стыд и хоть какое-то понимание приличий, даже для ситха. Владыка Сидиус держал его при себе исключительно из-за пророчеств, которыми тот якобы владел. А эти шарлатаны занимались откровенной фальсификацией предсказаний и воплощением в жизнь собственных корыстных желаний. И вот сейчас этот наглец смел утверждать, что, покушаясь на главнокомандующего, он исполнял древние пророчества о Сит’хари — избранном тёмной стороны. Как за последнее время понял Энакин, это пророчество Каданн пихал везде, где только можно, с поводом и без повода, словно универсальное оправдание любых своих действий. А ещё он мутил всякие нехорошие дела с предсказаниями гибели «Звёзд Смерти» — объекта стратегического вооружения, между прочим. Это лорд Империи ещё мог хоть как-то понять: желая подтвердить пророчество, они сливали информацию Сопротивлению. Но вот покушение на него лично и на лаборатории Арканиса Дорна в этот перечень точно не входили. За последние месяцы лорд Вейдер усиленно осваивал целительские техники и занимался пересадкой повреждённых тканей. Проводились все эти операции в условиях абсолютной секретности. Комплекс Арканиса Дорна подходил для этого как нельзя лучше. Во-первых, арканиане имели самые передовые достижения в медицине и клонировании одарённых существ. Во-вторых, в обмен на щедрое финансирование их исследований они были готовы сделать что угодно, не задавая лишних вопросов. Император лично одобрил идею ученика и даже посетил один из исследовательских центров известного арканианского учёного. Позже разведка докладывала Энакину о прохождении императором полного курса лечения и реабилитации в одном из этих центров. Главнокомандующий был готов заложить оставшуюся здоровую ногу, что учителя тоже заинтересовал проект клонирования и омоложения. Всё шло просто превосходно. Энакину заменили всю повреждённую кожу на клонированную — в три приёма, чтобы организм успевал адаптироваться. Для приживления новой кожи ему пришлось подолгу медитировать, применяя, как джедайские, так и ситхские техники исцеления, балансируя на грани между светом и тьмой. Затем пришла очередь клонированной почки — и тут случилась первая диверсия. Нанятые ледорубы запустили вирус в системы медицинских дроидов. Главнокомандующего спас лично Дорн, взявший операцию на себя, и служба собственной безопасности, шустро вычистившая вирус и арестовавшая всех причастных к саботажу. Вейдеру такая ситуация совершенно не понравилась. Он был ещё в самом начале долгого курса лечения, и для нормального приживления клонированных органов требовались очень специфические медитации в бакта-резервуаре. То есть фактически второе лицо государства при этом оказывалось полностью беззащитным — без доспехов, без оружия, погружённым в целительный транс. Естественно, пришлось выпотрошить воспоминания всем арестованным, да ещё подключить Айсарда с его разведывательными ресурсами. Потому что император тоже находился под угрозой — центр его лечения был практически тот же самый. Но в первый раз добраться до истинного заказчика покушения не удалось. Второе покушение едва не стало удачным. Пересадка лёгких — операция крайне сложная и непредсказуемая, требующая ювелирной точности. В этот раз сама операционная была обезопасена максимально: силовые поля, дополнительная охрана, проверенный персонал. Но главнокомандующий пострадал во время восстановительной медитации в бакта-резервуаре, когда его бдительность была притуплена целительным трансом. Нападавшие не стали применять хитроумные планы, а просто устроили мощный взрыв. Последнее, что Энакин запомнил, — это разлетающаяся на осколки бакта-камера, вспышка пламени и острая боль. А потом он оказался в совершенно незнакомом месте. Какой-то холм и река по виду напоминали Набу, но это было неточно — больше походило на ощущение, чем уверенность. Там он встретил очень странную девушку-джедая, которая почему-то знала о нём больше, чем следовало бы. И если бы не её мощный импульс Силы, посланный прямо в его многострадальную грудную клетку, главнокомандующий точно бы отправился в Силу. А так он не только выжил, но и очень быстро пришёл в себя, словно целительная энергия запустила какие-то скрытые резервы организма. А дальше было дознание — жёсткое, беспощадное — и карательная операция на Дромунд-Каасе. Давно надо было прикрыть этот гадючник, рассадник заговоров и интриг. Владыка равнодушно посмотрел на ещё трепыхающегося в силовом захвате Каданна. Кронал будет визжать знатно, защищая своего бывшего босса, но вряд ли император отнесётся с пониманием к его воплям. Особенно после тех неопровержимых доказательств измены, что были обнаружены здесь, в самом сердце храма Пророков — зашифрованные послания, планы покушений, связи с Сопротивлением. Да и после провала операции с отшельником-джедаем на речной луне Кронал впал в немилость. — Эй, Вейдер! — в распахнутых настежь воротах главного корпуса храма появился Рам Кота, его силуэт чётко выделялся на фоне мрачного неба. — Ты должен это увидеть! С бывшим джедаем они смогли договориться ещё в прошлом году, найдя неожиданную точку соприкосновения. Теперь Кота участвовал в операциях службы безопасности главнокомандующего, возглавляя одно из самых эффективных подразделений. У бывшего джедая был отряд элитных наёмников, которые выполняли различные задания за хорошую плату. Они могли быть наняты повстанцами или Чёрным Солнцем, имперцами или контрабандистами. Бывшему джедаю было без разницы, кто платит, — пока он не встретился с Вейдером и не узнал правду о том, что произошло в Храме джедаев в ту роковую ночь. Тогда Энакин долго беседовал с бывшим генералом по душам, рассказывая о случившемся и своей роли в перевороте. Рам Кота и будучи в Ордене не считался покорным джедаем — он всегда и во всём имел собственное мнение. Так, во время войны он работал исключительно с добровольцами, без клонов. И, как стало ясно позже, правильно делал: большинство его людей ушло вместе со своим командиром на вольные хлеба, избежав участи, погибнуть от рук собственных солдат. Сейчас на зачистку храма Пророков Тёмной стороны он согласился с нескрываемым удовольствием. За время работы с главнокомандующим Кота привлёк в свой отряд нескольких беглых джедаев и потерянных падаванов, оставшихся без наставников. И, по мнению Энакина, последним жизнь под руководством обученного, чувствительного к Силе была только на пользу. Задания они выполняли отменно, а отряд одарённых Дарту Вейдеру было взять больше негде. Не у Гранд-инквизитора же просить помощи с его падшими идиотами, право слово. А Джерек со своей Академией на Алмасе тоже мутил воду, всё вёл какие-то подозрительные исследования в Руусанской долине. Одним движением пальца главнокомандующий переломил шейные позвонки Каданну, и тело Верховного пророка безжизненно обмякло. Энакин последовал за Котой в главный корпус храма. Большая часть адептов была уже зачищена, но они шли мимо медитационных залов, спускаясь всё глубже в подземелья, где воздух становился всё более спёртым и пропитанным тёмной стороной. — Тут такое дело, босс, — начал Кота, и Вейдер скривился под маской. Называть лорда ситхов «боссом» было форменной наглостью. Но помощь отряда стоила небольшой толики терпения. — Что будем делать с пленниками? — продолжил бывший джедай, указывая на решётчатые двери впереди. Владыка Вейдер прошёл вдоль шипастой решётки, разглядывая чувствительных к Силе по другую сторону. Картина была удручающей. — Сговорились, твари, — прорычал он в вокодер, и механический голос прозвучал особенно зловеще. — Это ты о чём? — заинтересовался Кота, подходя ближе. — Ещё один цикл назад я запретил инквизиторам брать необученных сотрудников, — пояснил Вейдер. — А весь имеющийся молодняк велел передать Джереку на Алмас. А теперь посмотри сюда. — Он ткнул рукой, затянутой в чёрную перчатку, в несколько маленьких скорчившихся на полу фигур с красно-золотыми глазами, выдававшими падение в тёмную сторону. — Их ломали по методике Гранд-инквизитора. Придушу эту бледную сволочь! — Да кто же тебе даст, — усмехнулся Рам Кота с долей чёрного юмора. — А я бы не отказался казнить падшую стражу храма собственноручно. — Да уж, Джерек таких не возьмёт, — вздохнул Энакин, и вокодер ретранслировал этот вздох хриплым механическим звуком. — Он и прошлых-то брать не хотел, ныл, что возни много. Пришлось на него надавить. — Детей я знаю, кому пристроить, — серьёзно ответил Кота. — Есть одно место, где могут помочь и таким мелким одарённым. Не волнуйтесь босс, об Ордене речи не идёт. Что-то мне подсказывает, что джедаи лечат подобное только ампутацией головы. — И не говорите, мастер, — устало махнул рукой Вейдер. — Операцию пора завершать. Рам Кота отдал приказ по комлинку своим людям и направился открывать клетки с падшими чувствительными к Силе детьми. Для того чтобы справиться с этими озверевшими от боли и страха малышами, нужен был опытный мастер-джедай. Дарт Вейдер отдал приказ своим людям о погрузке оборудования и пленников из сектантов. — Командор, все трупы сжечь и провести полную зачистку территории. Задача ясна? — Так точно, главнокомандующий! — вытянулся в струнку сотрудник военной разведки главкома. Энакин проследил, как взлетали корабли Рама Коты с частью пленников, уносящие спасённых детей к новой жизни. И краем глаза отследил погрузку клеток с ценными свидетелями — Айсард наверняка заинтересуется, да и учитель будет рад посетить дворцовые казематы. Его мысли вернулись к Гранд-инквизитору. Вот ведь настырный! Инквизиторий стремительно исчерпывал свою полезность для Империи. Пау’ан прекрасно понимал, для чего открыта академия на Алмасе. Надо было быть очень тупым, чтобы не заметить резкое прекращение поступления молодняка на Нур и увеличение потока на Алмас. Естественно, Гранд-инквизитор сложил два и два. А проект Вейдера с имперскими рыцарями был ему как бельмо на глазу, угрожая его влиянию и положению. Вот он и сговорился за спиной главнокомандующего с Каданном, и Пророки начали ломать под него пойманных одарённых, создавая собственную армию фанатиков. Ну ничего, бледный поганец ещё у него побегает по инстанциям, выбиваясь из сил в попытках сохранить влияние. Имперский Сенат уже одобрил законопроект о признании Инквизитория официальной силовой структурой. А это означало, что там обязаны будут работать разумные, имеющие специальное образование и квалификацию. Что, в свою очередь, предполагало создание системы обучения и переподготовки кадров. Таким образом, владыка Вейдер хотел убить двух нексу одним выстрелом: и Джерека занять надолго, чтобы тот не занимался странными делами в Руусанской долине, и Гранд-инквизитора хорошенько прижать, лишив его бесконтрольной власти над одарёнными. Шаттл лорда уже входил в посадочный ангар «Исполнителя» — флагманского звёздного разрушителя главнокомандующего. Через четверть стандартного часа Энакин уже шёл по знакомым коридорам к своему кабинету. Таковой имелся на каждом объекте, приписанном к главкому имперского флота, — символ положения и высшей власти. К сожалению, принимать пищу обычным способом Энакин пока не мог — повреждения были ещё слишком серьёзны. Но он упорно работал над этой проблемой и надеялся на положительные изменения в будущем. А пока он лёг на кушетку в комнате, прилегающей к его кабинету, и приготовился к внутривенному питанию. После отдыха ему предстоял насыщенный рабочий день. За два часа до этого, ещё когда он находился в храме Пророков, на его комлинк пришло важное сообщение. И сейчас главнокомандующий с нетерпением ждал прихода своего шпиона. Нет, главы шпионов — надо называть вещи своими именами. Военную разведку он начал создавать всего-то неполные два года назад. А вот собственную службу безопасности — меньше стандартного года назад. И началось всё с того, что Вейдер вспомнил парнишку-падавана, которого он вытащил с Нура по просьбе влиятельных родственников. Парень был уже достаточно взрослым, и таким давали простой выбор: либо Инквизиция, либо казнь. Но когда у тебя есть достаточно состоятельные родственники с Чандриллы, всё можно решить проще и элегантнее. Парня отпустили, а также позволили обучаться в Академии безопасности флота. Тогда Энакин пребывал в разумном состоянии лишь периодами, потому вспомнил о парне только год назад. К тому времени Элиан Векс уже закончил необходимый курс в Академии Безопасности Корусанта. Что примечательно, учился парень на деньги семьи, не прося помощи у того, кто спас ему жизнь. Как сотрудник этот молодой чандрилианин подходил Вейдеру идеально. Во-первых, был предельно предан — парень прекрасно знал, кому обязан своей свободой и жизнью. Во-вторых, пребывание на Нуре его не сломило: Элиан нашёл в себе силы на учёбу и собирался делать карьеру, несмотря на все препятствия. В-третьих, он был чувствительным к Силе. А что бы там ни думали сенаторы, ненавидящие одарённых, таковых было не так уж много, и каждый представлял ценность. Решение поставить его во главе ещё только формирующегося подразделения было одной из лучших идей владыки Вейдера. После последнего покушения главнокомандующий не забыл откровения неизвестной джедайки. Хоть девушка и морщилась от этого слова, но Сила, что от неё исходила, совершенно точно не фонила тьмой. Правда, чистым светом это тоже не было — скорее нечто среднее, балансирующее на грани. Но слова незнакомки Вейдер решил проверить. И действовать не как жирная банта в посудной лавке, а как серьёзный политик — пора было начинать привыкать к своему статусу второго лица Империи. И пока он занимался допросами и расследованием последнего покушения на свою особу, это деликатное дело он поручил именно Элиану Вексу. И, судя по отчётам и сообщениям, парень справился с задачей превосходно, проявив незаурядные способности к агентурной работе. Когда Энакин, готовый к действию, вошёл в рабочую зону своего кабинета, Элиан его уже ждал. Молодой человек стоял у панорамного окна-экрана, за которым простиралась бесконечность космоса, усеянная далёкими звёздами, и диск Дромунд-Кааса. Главнокомандующий опустился в своё кресло и кивнул Вексу, давая понять, что тот может начинать доклад. — Милорд, направление работы на Полис Массе оказалось чрезвычайно перспективным, — начал будущий глава службы собственной безопасности главкома, и в его голосе звучала сдержанная напряжённость. — Я взял на себя смелость внедрить своих агентов для долгой игры. Дело в том, что это небольшое скопление астероидов является одной из баз так называемого «Сопротивления». На самом деле это организация, финансируемая группой сенаторов, недовольных последними реформами и антикоррупционным законодательством Империи. Молодой человек замолчал и внимательно посмотрел на Вейдера. Тот почувствовал неладное и невольно напрягся, его пальцы сжались на подлокотниках кресла. Элиан прекрасно знал, кем был нынешний лорд Империи и главнокомандующий до издания Приказа 66. — Видите ли, милорд, мои люди достали записи, касающиеся вас лично, — при этих словах у Энакина внутри всё похолодело, но он сдержанно кивнул своему сотруднику, и тот продолжил с явной осторожностью. — Я не в курсе, почему эти записи не были стёрты из архивов медицинского центра, но это так. Прежде чем мы продолжим, вы должны просмотреть их без свидетелей. Это важно, милорд. Элиан Векс выложил на стол лорда Вейдера несколько инфокристаллов. Тускло поблескивающих в свете ламп. Сила бушевала внутри Энакина и просто кричала в уши: «Вот оно! То, чего ты не замечал!» Усилием воли он взял себя под контроль и взмахом руки отпустил сотрудника безопасности. А сам направился в специальную комнату для просмотра секретной информации. Здесь новейшее оборудование не было подключено к общей сети, и всё, что происходило в этом помещении, не могло выйти за его пределы — идеальное место для государственных тайн. Дрожащей рукой Энакин вставил первый кристалл в гнездо для просмотра и копирования. Дальше он ожидал чего угодно — только не этого. Последние часы жизни Падме Наберри-Скайуокер. Что он упускал? Сила... Да он был слепым идиотом! Двое его детей! Вот о чём говорила Сила каждый раз, когда он засыпал, показывая непонятные, обрывочные видения. Падме... Сила! Какие же они сволочи! Прямо в записи на инфокристалле он наблюдал, как убивали его жену — медленно, методично, — пока он сам валялся без сознания на Мустафаре или в операционной под скальпелями дроидов! Это было совершенно точно спланировано заранее, каждая деталь продумана. Теперь становилось понятно, почему его бывшему учителю понадобилась беременная Падме на Мустафаре. Йода точно всё знал! Всё предвидел и использовал! «Так, Йода... Надо немедленно заблокировать Силой всё, что здесь происходит», — лихорадочно думал Энакин, чувствуя, как ярость поднимается волной из самых глубин его существа. Энакин впервые за два года прибег к ситхской технике контроля эмоций — той практике, что он освоил во время Войны Клонов, она позволяла заморозить чувства и оставить холодным разум. А сейчас ему был нужен ясный рассудок как никогда. Детей надо было забрать, но сделать это следовало одновременно, чтобы не дать противникам времени на реакцию. Это означало, что кого-то из малышей должен будет забрать не он лично — нужен был человек, которому он мог доверять безоговорочно. Лея находилась на Альдеране у этого напыщенного хлыща Бейла Органы. А куда дели Люка? Ответ был очевиден из записи. Слов Йоды не было слышно, но по движению губ всё становилось понятно: Татуин. А там существовал только один возможный адрес: ферма Ларсов, семьи его сводного брата. Сколько у него времени? Сила, как когда-то давно, развернула перед своим избранным чёткую картину: не более двух лет. За это время ему надо было найти безопасное место для обоих детей. И если с Леей всё было относительно просто — можно было надавить на Руви или Джобал Наберри, и они примут девочку. Хотя они приняли бы дочь Падме и без всякого давления. Наберри очень тяжело пережили смерть младшей дочери и были бы безмерно рады внучке, живому напоминанию о любимой Падме. А вот куда определить Люка? Где мог воспитываться сын главнокомандующего Империи? Сам Энакин желал бы, чтобы Люк жил и учился рядом с ним, под его защитой и руководством. Вот только он был вторым лицом Империи, и на него покушения совершались почти каждый месяц. Сейчас он разобрался с Пророками тёмной стороны, но потом неизбежно вылезет кто-то ещё — такова была цена власти. А ещё был император, владыка Сидиус никогда не выпустит его сына из виду. И совершенно точно включит ребёнка в свои планы. А этого Энакин точно не желал. Быть императором — это не для него. Слишком уж у Скайуокеров был неподходящий для этого темперамент: они были воинами, пилотами, но не интриганами на троне. Вот и Люк, скорее всего, мечтал о небе и полётах, унаследовав эту страсть. Значит, надо готовить место для сына, там, где он мог бы быть в относительной безопасности и при этом развивать свои способности. Когда он, успокоившись и обретя внутреннее равновесие, вышел в кабинет, Элиан Векс терпеливо ждал его, стоя у окна. План постепенно начал вырисовываться в сознании Энакина, обретая чёткие очертания. — Скажите, полковник Векс, вы видели эту запись? — спросил он, и в его механическом голосе прозвучала сталь. Молодой человек немного смутился, но ответил честно и прямо: — Да, милорд, но кроме меня больше никто. Даю вам слово. — Это хорошо, — кивнул Вейдер с удовлетворением. — Сенатор Бейл Органа входит в группу недовольных сенаторов, финансирующих Сопротивление? — Да, милорд, — коротко подтвердил Элиан. — Очень хорошо, — Вейдер был явно доволен этой информацией. — Установите за ним пристальное наблюдение. Не беспокоить, не привлекать внимания, но собрать надо всё, что можно. Вплоть до того, сколько денег он ворует из государственных контрактов и как именно отмывает средства. — Разумеется, милорд, — Векс положил на стол объёмный документ. — Это полный список всех сенаторов, причастных к финансированию Повстанцев. — Какая прелесть, — владыка Вейдер откровенно улыбался под маской, читая список. В нём значились в основном сенаторы от богатых планет Ядра — те, кто больше всего терял от антикоррупционных реформ. Но мелькали там и имена вроде сенатора от Рилота, и прочих криминальных деятелей. Прикрывающих свои делишки политическим иммунитетом. Любопытно, что самой яростной защитницы прав разумных, Райо Чучи, в списке даже близко не было — видимо, девушка была искренней идеалисткой. — Действительно, кровь и дерьмо в политике — дело привычное, — пробормотал он себе под нос. — Приоритетная цель — Бейл Органа. Официально наблюдение ведём из-за имперских оборонных контрактов, которые проходят через Альдеран. Также поставить под негласное наблюдение Мон Мотму и Гарма Бел Иблиса. Следить и за их семьями тоже — слабые места часто находятся именно в этом месте. — Будет сделано, милорд, — Элиан Векс сделал несколько пометок в своём планшете, его пальцы быстро скользили по светящемуся экрану. — Ещё надо будет навестить Братство Знаний на Набу, — продолжил Вейдер, и в его голосе прозвучали нотки, которые Элиан не мог определить — то ли боль, то ли решимость. — Там семь лет назад был зарегистрирован брак Энакина Скайуокера и Падме Наберри под именами Вере и Сета. Надо забрать официальное свидетельство — оно хранится у Максирона Аголеры или его преемника. Вам его отдадут без вопросов, таковы были договорённости. Всё это надо сделать в строжайшей секретности, полковник. Никаких следов, никаких свидетелей. — Понятно, милорд. Я сам займусь этим делом, — кивнул Векс, понимая всю важность поручения. — Слежку за сенаторами я поручу проверенным людям из своей команды, а Бейла Органу буду держать на личном контроле. Надо ли отслеживать его супругу? Что нравилось Вейдеру в новом сотруднике, так это его профессионализм и понимание с полуслова. Поэтому он одобрительно кивнул. — Обязательно. Дело, как вы, полковник, поняли, крайне деликатное. Королева Бреха может знать больше, чем, кажется на первый взгляд. Это пока всё, вы свободны. Полковник Векс отдал честь и вышел, его шаги постепенно затихли в коридоре. А Энакин подошёл к панорамному окну-экрану, которое устанавливали во всех кабинетах главнокомандующего по его личному распоряжению. Все они транслировали обстановку за бортом корабля или станции, где находился главком, создавая иллюзию открытого пространства. Сейчас он задумчиво смотрел на закрытый свинцовыми облаками Дромунд-Каас, где ещё дымились руины храма Пророков. Мысли его были далеко — в прошлом, с покойной супругой. Падме, смеющаяся на солнечных лугах Набу. Падме, серьёзная и сосредоточенная в Сенате. Падме, нежно прикасающаяся к его лицу... Через мгновение владыка Вейдер встряхнулся, отгоняя воспоминания. Не время было раскисать — его ждала большая работа. Если джедаи решили поиграть в грязные игры, используя его детей, то он был к этому готов. Более чем готов. И они пожалеют, что решились на это. Энакин Скайуокер всегда защищал тех, кого любил и считал своими. Теперь, узнав правду, он не остановится ни перед чем.