Глава 2

      Несмотря на то, что море было успокоительным для Розы, на новом месте она спала всегда плохо. По крайней мере, в первые дни. Ей нужно было привыкнуть. Вот и сейчас девушке неспалось. Какие-то время она просто лежала, ворочаясь. Но когда поняла, что в ближайшее время точно не уснёт, встала с кровати, накинула поверх пижамы тёплую кофту, чтобы не замёрзнуть, и вышла на палубу. Подышать свежим воздухом. А в море он был действительно свежий. Гораздо лучше, чем на суше где-нибудь в городе.       На улице было темно. На небе ярко светила луна. Помимо луны также виднелись звёзды. Роза подошла к краю палуды и облакотилась руками об ограждение, принявшись смотреть в небо, высматривая звёзды.       Так как была ночь, все спали. На корабле было тихо. Не было той суеты, которая была днём. Обстановка придавала свой особый шарм. — Почему ты не спишь? — послышался из тишины мужской голос.       Роза вздрогнула. Днём она бы не обратила на это внимание. Но, учитывая ситуации, сейчас это было ещё как жутко и пугающе.       Повернувшись в ту сторону, откуда шёл голос, Роза увидела Дитфрида. На плечи был накинут тот самый пиджак. А волосы уже не были заплетены в косу. Они были… Распущены. — Я… — от испуга Роза не могла собраться с мыслями. — Я обычно плохо сплю на новом месте. Мне нужно время, чтобы привыкнуть. Вот и сейчас не могла уснуть. А раз не могла уснуть, то мне надоело просто лежать, смотря в потолок, и я решила прогуляться, подышать свежим воздухом. Вдруг поможет. А Вы, капитан, почему не спите? — Проблемы со сном. Бессонница. Я уже и не помню, когда в последний раз действительно нормально спал за последние несколько месяцев.       Дитфрид переживал из-за ситуации с Вайолет. Из-за этого у него начались проблемы со сном. Но говорить Рлзе почему именно это началось мужчина не стал. Это её не касалось. — Сидеть в каюте всю ночь бывает скучно. Поэтому, чтобы скоротать время, я часто выходу на палубу прогуляться. Посмотреть на звёзды, возможно. Мы с братом в детстве часто так делали, когда не спали до позднего времени. Это… Довольно занимательно. Конечно, если нас замечали, нам влетало за это. По большей части мне. За то, что не сплю посреди ночи. И при этом ещё и младшего брата к этому приучаю. Гилберт всегда был более покладистым, чем я. Именно он всегда делал то, чего хотели родители.       Капитан сейчас был откровенен. Очень откровенен. С чего бы? Роза не была с ним близка. Она только-только пришла в команду. — Капитан, скажите… Какого это? Ну. Иметь брата или сестру?       Роза не знала почему она задала этот вопрос. Нет. Не так. Она знала почему она его задала. Ей действительно было интересно какого это быть не единственным ребёнком в семье. Вопрос был в том, почему она спросилато именно у Дитфрида? В конце концов, она могла задать этот вопрос кому-то из друзей, у кого были братья и сёстры.       Дитфрид, кажется, совсем не удивился этому вопросу. Даже ухом не повёл. Значит, Розу не убьют в первый же рабочий день. По крайней мере, она надеялась на это. — Мы с Гилом совсем разные. Думаю, если бы ты пообщалась с ним, то ты бы поняла это. Но, несмотря на это, в детстве мы ладили. И сейчас мы не жалуемся. Он столько раз защищал меня перед отцом… Кажется, Гила родители всегда любили больше. Мне даже стыдно, что мне действительно много раз удавалось избежать проблем только потому, что ко мне относились гораздо строже, а брат… Мало того, что он всегда делал то, что от него хотели родители, ему и прощали всё проще. Не то, чтобы я завидую ему. Наш отец действительно своебразным человеком. Честно, я даже в какой-то степени рад, что его больше нет. А на мать я никогда не злился. Она была хорошей. Хотя и с ней я иногда думал, что Гила она любит больше. — Почему? Материнское сердце не может ведь любить одного больше, чем другого. — Гилберт идеальный. Во всём. Я люблю брата. Так что не думай лишнего. Но, как его старший брат, никогда не смогу быть хотя бы таким же, как он.       Дитфрид, также, как и Роза, стоял рядом с огражденмем. Его волосы слегка развивались на ветру. Вдали пожалуй, можно было бы подумать, что это деавшка, хотя на самом деле это было не так.       Роза поняла, что Дитфрид на самом деле имеет много проблем. Одной из них была низкая самооценка. Из-за плохого детства, как это бывает у многих. Но Дитфрид активно пытаеся скрыть свои проблемы. Для этого он выбрал стратегию, что ему всё равно на всех и вся. И на первый взгляд действительно создавалась впечатление, что Бугенвиллея довольно общителен. И очень уверен в себе. Возможно, отчасти так и было. Но это боролось с чувством того, что он всегда будет хуже своего брата. — Вы сами говорите о том, что Вы с братом разные. Так, может, просто… Быть собой? — Роза несколько секунд смотрела на Дитфрида, а потом перевела взгляд на небо. — Я единственный ребёнок в семье. У меня нет брата или сестры. Поэтому я не знаю какого это, бороться за внимание родителей. Но ведь главное, чтобы человек сам счастлив от понимания того, что он делает всё, что может. И то, чего хочет. Оправдывать чужие надежды слишком тяжело. И больно. — Это так…       Роза снова посмотрела на Дитфрида. Несмотря на внешнее спокойствие, в душе капитана бушевала самая настоящая буря. В конце концов, Дитфрид тоже был человеком. У него тоже были чувства. Только Дитфрид никому этих чувств не показывал. Он пытался справиться со своим горем и со своими демонами самостоятельно. — Капитан, — Роза всматривалась прямо в глаза Дитфрида. — У вас очень красивые глаза. Такой красивый оттенок. Они прямо как изумруды.       На Розу тоже что-то нашло. И прямо сейчас она делала комплимент своему капитану. Дитфрид молчал с секунду. Было понятно, что он не ожидал, что разговор зайдёт так далеко. Но потом мужчина попытался расслабится. — Ты напоминаешь мне Вайолет, — сказал Дитфрид. — Она уже много лет тоскается с брошью, что ей подарил брат. Говорит, что она по цвету в точности, как его глаза. И что глаза прекрасны. — Вайолет? Та самая? Ну, которая Эвергарден? Вы её знаете? — Знаю. Именно я нашёл её когда-то. И передал брату. А потом всё закрутилось и… Они с братом, вроде как, сладкая парочка. Даже тут брат отличился. — Но это не отменяет того факта, что у Вас всё ещё красивые глаза.       Дитфрид крепче ухватился одной из рук за ограждение на корабле. Не о злости. Дитфрида мало кто поддерживал. Можно было бы даже сказать, что совсем никто. Поэтому было непривычно осознавать, что кто-то испытывает к нему некую жалость. — Спасибо. — Моя мама работает флористом в неюольшом цветочном магазине. Она говорит, что лаванда успокаивает. И помогает хорошо спать. Не пробовали ли Вы ставить в комнате, в которой спите, лаванду? — спросила Роза. — Я не сильно разбираюсь в цветах. И уж тем более в том, как они влияют на тело человека. — В море мы цветов не найдём. Но, когда мы вернёмся на сушу, можно попробовать.       Дитфрид заправил часть волос за ухо. Когда они не были завязаны в косу, можно было в полной мере оценить их длину. Военным, в том числе и морякам, было запрещено иметь длинные волосы. Но Дитфрида это не особо волновало, потому что его волосы были такой же длины, как у среднестатистической девушки. И что удивило Розу, так это то, что за всё время никто ничего с этим не сделал. Роза не знала причину почему Дитфриду разрешают ходить в таком виде. Но нельзя было сказать, что такая причёска не шла Дитфриду.       Роза зевнула. Сон начал накатывать на неё. Ночная прогулка сделала своё дело. — Наконец-то устала? — Дитфрид ухмыльнулся. — Думаю, мне стоит пойти в каюту. — Надеюсь, я тебя не утомил. В конце концов, я много чего о тебе рассказал. Я никогда ни с кем не говорю о своей личной жизни. — Всё нормально. Иногда нужно поделиться с кем-то о том, что тревожит. — Спокойно ночи, — Дитфрид запутался чуть сильнее в пиджак, что был накинут на его плечи. — Спокойно ночи, — Роза начала потихоньку проходить мимо капитана. — Вы тоже постарайтесь поспать. Всё-таки… Нужно хотя бы иногда отдыхать. — Хорошо.       Теперь Роза ушла. Дитфрид остался на палубе один. Он посмотрел вдаль морской гладит. Мужчина задумался. Многие люди уважали Дитфрида. Доверяли ему. Но, кажется, что всех привлекал именно тот образ, который Дитфрид хотел всем показать. Но никто не знал Бугенвиллею настоящего. Кроме его брата, конечно же. С сёстрами и другими родственниками он давно не общался. За последние годы он видел их лишь на похоронах матери. Роза стала первой, кому он осмелился излить душу. С кем он решился снять маску самоуверенного наглеца. Даже с Вайолет не было такого. Хотя и с ней в какой-то момент Дитфрид начал вести себя мягко. Наверное, Дитфриду тоже стоило пойти отдохнуть. Что-то сегодня он сам не свой.

***

— Какое красивое, — Вайолет внимательно рассматривала кольцо на пальце Каттлеи. — А я-то думала почему-то директор в последние дни себе места не находит, — Айрис стояла чуть поодаль. — И я прекрасно его понимаю, — Эрика начала заступаться за Ходжинса. — Когда ты очень любишь человека, то бывает очень страшно сказать ему о своих чувствах. Потому что есть шанс, что человек тебя отвергнет. — Страшно? И ничего не страшно! Вот, если бы мне кто-то нравился, я бы подошла и прямо сказала: «я люблю тебя», — Айрис была как всегда уверена в себе. — Точной даты свадьбы пока нет. Но сейчас мы будем по мере возможности заниматься подготовкой. И вы, девочки, приглашены. Также мы отправим приглашения ещё нескольким друзьям. Вайолет, не могла бы ты и Гилберту передать приглашение, — Каттлея передала блондинке слова Ходжинса. — Клаудия хотел бы позвать не только тебя, но и Гилберта. Как своего старого друга. — Хорошо, спасибо, я передам ему. — Как, кстати, ваши с Гилбертом дела? — спросила Каттлея. — После того, как вы воссоелинились. — Всё в порядке. Сейчас всё наладилось. Сейчас Гилберт не боится того, что мы вместе. Отчасти это всё благодаря Дитфриду. — Мне кажется, брат Гилберта начал менять своё отношение к тебе. Я заметила, что он уже не так агрессивен к тебе, каким был раньше. — Он сильно поменялся за последнее время. И с ним сейчас происходит что-то, о чём он не хочет говорить. Нас Гилбертом это смущает. — Вы пробовали говорить с ним? — Да. Дитфрид не озвучивает причину своего странного поведения. — На него не похоже, — Каттлея задумалась. — Мне казалось, что он более разговорчив. — Обычно так и есть. — Но, возможно, ему действительно есть, что скрывать. И ему нужно время, чтобы рассказать об этом. Думаю, когда Дитфрид будет готов говорить, то вы с Гилбертом будете первыми, кому он всё расскажет. — Девчонки, — в помещении, где находились Каттлея, Вайолет, Айрис и Вайолет вошёл Бенедикт. — Я, конечно, понимаю, что сплетни — это ваша неотъемлемая часть, но… Там к вам клиент. Он просит Вайолет.       Вайолет покорно пошла в приёмную после слов Бенедикта. Там было несколько автозаписывающих кукол, что уже обслуживали клиентов. Также в помещении находился молодой человек. Он явно только пришёл. И Вайолет поняла. Именно он был её клиентом. — Вы… Вы Вайолет Эвергарден, верно? — парень, кажется, был немного смущён. — Да, Вы всё правильно понял. Вас приветствует служба автозаписывающих кукол. Мы готовы прибыть в любое место, где бы Вы не находились, чтобы помочь написать Вам письмо, — Вайолет поклонилась в приветствии. — Давайте пройдём с Вами к рабочему месту и обсудим заказ.       Вайолет прошла к свободному столу, где находилась печатная машинка. Парень проследовал за ней. И через несколько секунд они уже сидели за ним. — Что бы Вы хотели написать в письме? — спросила Вайолет. — Мне нравится одна девушка, — парень говорил не очень громко. Как будто чего-то стеснялся. — Мы с ней дружим с детства. А потом мы начали встречаться. И вот уже пару лет мы находимся в отношениях. И суть в том… Что я хочу жениться на ней. Но чтобы жениться на ней, мне нужно сделать ей предложение руки и сердца. Я не очень хорош в том, чтобы подбирать красивые и поэтичные слова. А когда я буду делать предложение, то я точно всё забуду и совсем начну путать слова от волнения. Я не хочу испортить этим такое важное событие. Поэтому я хотел бы обратиться к автозаписывающей кукле. Чтобы она могла красиво изложить то, что я чувствую к своей любимой. И что я хочу на всю свою жизнь связать свою судьбу с ней. Это будет мой некий подарок любимой. К письму я также приложу кольцо. И подарю своей девушке. — Я с удовольствием помогу Вам написать подобное письмо. Вы готовы начать?       Парень кивнул. Он пытался объяснить то, как сильно он любит свою девушку. Как сильно он хочет, чтобы она стала его женой. Чтобы она стала матерью его детей. Вайолет записывала всё это на бумаге. Только пытаясь подобрать более красивые слова. Когда они закончили, Вайолет вручила парню письмо, чтобы тот мог прочитать то, что получилось. Несколько секунд между ними было молчание. Но потом глаза парня загорелись. Он был доволен тем, что написала Вайолет. — Спасибо Вам. Получилось очень хорошо. Надеюсь, она поймёт силу моих чувств и серьёзность моих намерений. И, конечно, согласится выйти за меня. — Удачи Вам. Если нужно, то письмо можно отправить прямо здесь на стойке регистрации. Хорошего дня.       Молодой человек ушёл. Вайолет задумалась. Гилберт часть говорил ей о том, что он любит её. Показывал это на действиях, а не только на словах, так как он действительно заботился о ней. Но они ни разу не заткнулись о своей свадьбе. Конечно, официально вступили в отношения Вайолет и Гилберт совсем недавно. Но, тем не менее, происходило что-то между ними давно. По правде говоря, Вайолет хотела бы выйти замуж за Гилберта. Она ни с кем не хотела связать свою жизнь так, как с Гилбертом. Тот же Клаудия был для неё, скорее, как отец.       Вайолет вернулась назад. Она подошла прямо к Каттлее. Она хотела задать ей один вопрос. — Каттлея, я хочу кое-что спросить. — Да, милая. Слушаю тебя. Спрашивай всё, что хочешь. — Только что я написала письмо для молодого человека, который хотел передать девушке, с которой он находится в отношениях, то, как сильно он её любит и предложил ей выйти за него замуж. — О, как это мило, — Каттлея начала умидяться тому, что только что сказала Вайолет. — Так вот… И директор сделал тебе предложение. Я хотела спросить как это произошло? Ну, что он сделал? Сколько времени это заняло? — Я, конечно, непротив рассказать тебе об этом, но к чему эти вопросы? — Просто… Я подумала, что я была бы непротив, если бы Гилберт сделал что-то подобное. Прошло не так много времени с тех пор, как Гилберт вернулся домой, а Дитфрид помог нашим отношениям. Но, тем не менее, я хотела бы хотя бы приблизительно знать то, на что мне надеяться. Месяц? Год? Два? Война давно закончилась. Но… Вдруг она когда-то начнётся снова? И тогда я точно потеряю Гилберта? Или, может быть, произойдёт ещё что-то, из-за чего мы не сможем быть вместе. — Вайолет, — Каттлея была удивлена словами девушки. — С чего вдруг такие мысли? — Я люблю майора, — хотя прошло уже много лет и Гилберт уже не был военным, Вайолет всё равно иногда называла его майором. — И я боюсь потерять его снова. Или что у нас ничего не получится. — Вайолет, ну что ты? Я уверена, что у вас с Гилбертом всё будет хорошо. Что бы не потеряешь его. И что ты обязательно когда-нибудь выйдешь за него замуж. Просто дай ему время. Возможно, он хочет сделать тебе предложение в ближайшее время. Просто ты не знаешь об этом. Думаю, любой мужчина хочет сделать это сюрпризом, чтобы порадовать свою любимую девушку. Подожди немного. И ты обязательно получишь то, чего хочешь. Если нужно, то Клаудия даже поговорит с ним. Или, в конце концов, ты можешь сказать об этом Дитфриду, чтобы тот поговорил с братом. — Подождать? — Да, именно это мой совет тебе. Как уже говорила Эрика, иногда человеку бывает трудно признаться в своих чувствах сразу из-за страха, что его отвергнут.       Вайолет немного успокоилась. Хотя её всё ещё не отпустило чувство, что нужно поговорить с Гилбертом по этому поводу.