Часть 35

Глава 35 ч.5 Временная пересадочная станция «Циклон-Омега» гудела, как растревоженный улей. Тысячи людей, сотни грузовых дронов, непрерывный рёв посадочных двигателей. Воздух был тяжёлым от пыли, топлива и страха. Повсюду кричали дети, ругались взрослые, кто-то тихо плакал в углу. В небольшом относительно спокойном ангаре для «особых гостей», отгороженном от основного хаоса, стояли четверо. Венера в истинной форме сидела на массивном контейнере, обхватив руками колени. Ноя стояла рядом, скрестив руки на груди. Шарлотта нервно ходила туда-сюда. Нокаут прислонился спиной к стене, сложив руки на груди, и мрачно молчал. – Они знают координаты N-14, – тихо сказала Ноя. – И мы все прекрасно понимаем, куда отправился Оззи. Один. Как всегда. Венера подняла голову. Её огромные розовые глаза были полны решимости. – Он не справится. Не в этот раз. Шелдон… он уже не тот человек, с которым Оззи когда-то спорил по ночам. Это монстр. И если мы ничего не сделаем, Оззи погибнет. А потом и всё Содружество. Шарлотта остановилась и кивнула: – Ты права. Если есть хоть малейший шанс вытащить его оттуда… Нокаут резко оттолкнулся от стены. – Вы повредили мозг? – рыкнул он. – Вы хоть понимаете, что будет, если вы туда полезете? Мегатрон мне буквально оторвёт голову и использует вместо кубка для энергона, если я не остановлю Венеру! А вы двое собрались устроить самоубийственную миссию в логово этого психа! Он посмотрел на Венеру, потом на Ною. – Вы хоть представляете, что там сейчас творится? Шелдон только что уничтожил целую звёздную систему! Вы думаете, он вас просто так отпустит? Да он вас использует как разменную монету! Повисла тяжёлая тишина. Ноя долго смотрела на Нокаута. Потом медленно, почти незаметно кивнула. – Поняла. Она подняла руку, и перед ней мгновенно открылась личная червоточина. Венера без единого слова подошла к Ное и встала рядом. Нокаут расширил оптику. – Эй! Эй, вы куда?! Стоять! Но было уже поздно. Ноя и Венера шагнули в проход одновременно. Червоточина схлопнулась за ними, оставив после себя только лёгкое мерцание в воздухе. Нокаут замер с вытянутым манипулятором. Несколько секунд он просто стоял, не моргая. – …ФРАГ! – выдохнул он наконец, опуская руку. – Они серьёзно это сделали. Просто взяли и ушли. Шарлотта подошла ближе и осторожно положила руку на его голень. Нокаут закрыл оптику ладонью и тихо, но очень грязно выматерился. – Мегатрон меня убьёт. Медленно. И будет прав. --- Нокаут стоял посреди ангара, глядя на то место, где только что закрылась червоточина, и чувствовал, как по бронепластинам пробегает холодный озноб. – Фрааааааг – выдохнул он и рывком активировал экстренный канал. Голограмма развернулась почти мгновенно. Перед ним стояли Мегатрон и Оптимус. – Мегатрон! – почти закричал Нокаут. – У нас полный…! Мегатрон прищурил горящие красные оптики. – Говори. Быстро. Динамик Нокаута скрипнул. – Венера и Ноя… Они ушли на N-14. Сами. Ноя открыла свою червоточину, и они просто шагнули туда. Я не успел их остановить. Они сказали, что не могут бросить Оззи и Содружество… – ЧТО?! – Взревел Мегатрон, и его рык был таким мощным, что голограмма задрожала. – МОЯ ВЕНЕРА?! Ты позволил моей Венере уйти в логово этого выродка?! Он сделал тяжёлый шаг вперёд, когтистые манипуляторы сжались в кулаки так, что металл заскрипел. В его оптике смешались ярость, животный страх и настоящее бешенство. – Если с ней хоть что-то случится, Нокаут… я найду тебя. И ты будешь молить о смерти. Ясно?! Оптимус рядом с ним стоял неподвижно, как статуя. Но его синие оптики полыхали таким отчаянием и гневом, которого редко кто видел. Его огромные ладони медленно сжались, деформируя ближайшую консоль. – Ноя… – тихо, почти шёпотом произнёс он, но в этом шёпоте было столько боли и ярости, что даже Мегатрон на секунду замолчал. – Она только вернулась… Только вернулась ко мне… Оптимус резко поднял голову. Его голос стал низким, опасным, стальным: – Мы идём. Сейчас. Мегатрон повернулся к нему. Между двумя гигантами проскочила почти видимая искра. – Наконец-то ты сказал что-то разумное, Прайм, – прорычал Мегатрон. – На этот раз я не буду ждать, пока агенты Мио оторвут свои задницы от стартовых площадок. Я разнесу эту систему к чертям, если понадобится. Он резко развернулся и активировал спейсбридж. Сияющий зеленый разлом разорвал пространство с оглушительным гулом. Оптимус шагнул к порталу плечом к плечу с Мегатроном. Его лицевая пластина застыла, но в оптике бушевал настоящий шторм, страх потерять Ною, ярость на Шелдона и холодная, беспощадная решимость. – Если они хоть пальцем её тронут… – тихо, но страшно сказал Оптимус. – То мы не оставим от N-14 даже пыли, – закончил за него Мегатрон, оскалив клыки. Два гигантских трансформера, лидеры двух самых могущественных фракций, без армии, без плана, без подкрепления, шагнули в портал одновременно. —--- Датчики внешнего периметра лаборатории на N-14 внезапно взвыли, обнаружив всплеск экзотической энергии. Найджел Шелдон резко поднял голову от консоли. На голографических экранах вспыхнули красные маркеры. – Поверхность… – тихо пробормотал он и увеличил изображение. На мёртвой, покрытой трещинами и кратерами поверхности планетоида, всего в полукилометре от главного входа в подземный комплекс, развернулась червоточина. Из неё вышла Венера, величественная, в полной боевой форме. Следом шагнула Ноя. Оззи, который всё ещё стоял парализованный в лаборатории, увидел это на голограммах и почувствовал, как внутри всё оборвалось. – Нет… Нет, вы что творите?! – хрипло выкрикнул он. – Уходите оттуда!!! Найджел медленно повернулся к ближайшему экрану. На его лице появилась холодная, почти весёлая улыбка. – О… Старик, – спокойно сказал он, глядя на Оззи через плечо, – похоже, к тебе действительно пришли спасатели. Как трогательно. Жаль, что совершенно напрасно. Он щёлкнул пальцами. По всей поверхности планетоида начали открываться скрытые бункеры, из которых ровными рядами выдвигались тяжёлые боевые роботы — остатки личной гвардии Шелдона. Два десятка машин, увешанных плазменными пушками и ракетными установками. Венера мгновенно активировала браслет на запястье. Вокруг неё вспыхнуло мощное, переливающееся голубым силовое поле. Ноя резко повернулась к ней. – Венера… Откуда у тебя это?! Венера вместо ответа быстро кинула Ное второй браслет. – Лови! Ноя поймала браслет на лету, несколько секунд растерянно смотрела на него, а потом активировала. Второй кокон силового поля вспыхнул вокруг неё, и в ту же секунду поверхность планетоида превратилась в ад. Два десятка плазменных пушек открыли огонь одновременно. Ярко-голубые сгустки плазмы с рёвом понеслись к двум фигурам. Ракеты оставляли за собой огненные хвосты. Взрывы поднимали в воздух тонны каменной крошки и пыли. Грунт под ногами дрожал и плавился. Силовые поля держались, но под таким шквалом начали грозились схлопнуться от перегрузки. По голубой поверхности пробегали яркие красные всполохи. Оззи смотрел на это через экраны и чувствовал, как его парализованное тело покрывается холодным потом. – Венера! Ноя! – кричал он, хотя они не могли его услышать. – Уходите! Пожалуйста, уходите!!! Найджел стоял в лаборатории, сложив руки за спиной, и спокойно наблюдал за трансляцией. – Две самонадеянные дурочки, – тихо, почти ласково произнёс он. – Посмотрим, сколько вы продержитесь против моей игрушек. Он сделал лёгкое движение рукой, и роботы усилили огонь. Поверхность планетоида N-14 превратилась в сплошной огненный ад. Роботы Шелдона стреляли без остановки. Два десятка тяжёлых машин вели непрерывный огонь, не давая Венере ни секунды передышки. Плазменные залпы сливались в сплошную голубую стену смерти. Взрывы гремели один за другим, поднимая в воздух тонны каменной крошки и расплавленного грунта. Силовое поле вокруг Венеры яростно вспыхивало и трещало под ударами,его голубая поверхность превратилась в алую, грозя вот-вот лопнуть. – Венера! – крикнула Ноя, прижимаясь к земле. Она была без оружия, и это чувствовалось особенно остро. Венера, оскалившись, ответила огнём из своих энергетических пушек. Два мощных луча ударили по ближайшим роботам, разнося одного в клочья, но остальные тут же усилили натиск. Ей едва удавалось держать щит. – Ноя! – перекрикивая оглушительный грохот, заорала Венера. – Я их отвлеку! Ищи вход в его логово! Судя по координатам, он где-то рядом! Беги! Ноя кивнула, с трудом поднялась и рванула в сторону ближайшей скальной гряды, петляя между взрывами. Плазменные сгустки проносились буквально в метре от неё. Один из залпов попал в силовое поле, и оно опасно прогнулось, обдав девушку жаром. Венера рычала, продолжая отстреливаться. Она двигалась огромными скачками, пытаясь отвлечь как можно больше огня на себя. Её щит уже начинал перегреваться, алые вспышки стали пурпурными. Ноя добежала до скалы, прижалась к ней спиной, тяжело дыша… и вдруг грунт под её ногами провалился. Она вскрикнула, беспомощно махнув руками и рухнула вниз, в тёмный, узкий провал. В ту же секунду в нескольких десятках метров от Венеры с оглушительным рёвом разорвалось пространство, и ярко-зелёного телепорта одновременно шагнули два гиганта Оптимус Прайм и Мегатрон. Мегатрон сразу увидел Венеру, окружённую шквалом огня, и его красные оптики вспыхнули безумной яростью. – ВЕНЕРА!!! – прогремел он так, что даже роботы Шелдона на мгновение сбились с ритма. Оптимус тоже мгновенно оценил ситуацию. Его голос прозвучал холодно и смертельно: – Ноя… где Ноя?! Венера, тяжело дыша и держа щит на последнем издыхании, крикнула им сквозь грохот: – Она ищет вход! Там, за скалами! Мегатрон не стал тратить время на слова. Он активировал все свои орудия и с рыком бросился вперёд, открывая ураганный огонь по роботам Шелдона. Оптимус рванул следом, его бластеры уже были наведены. Два самых опасных существа в этой части галактики только что прибыли на поле боя. И они были очень, очень злы. Бой на поверхности был коротким, но яростным. Оптимус, Мегатрон и Венера работали как единый механизм уничтожения. Два самых сильных трансформера галактики и атлантская богиня в ярости — это было слишком даже для элитных роботов Шелдона. Мегатрон разрывал машины голыми руками, разламывая корпуса и вырывая энергосердечники. Оптимус точными, выверенными выстрелами сносил головы и ракетные установки. Венера прикрывала их силовым полем и наносила мощные энергетические удары. Последнего робота Мегатрон буквально раздавил ногой, превратив в металлическую лепёшку. – Всё? – прорычал он, тяжело вентилируя. Но ответить никто не успел. Грунт под их ногами внезапно исчез. Секция поверхности просто провалилась, открыв огромный вертикальный тоннель. Все трое рухнули вниз в кромешную тьму. --- Когда включилась подсветка, они уже не могли пошевелиться. Огромная, стерильно-белая лаборатория. Высоченный потолок, стены, покрытые сложными технологическими панелями. А в центре — мощное электромагнитное удерживающее поле нового поколения, созданное на основе технологий, которые Шелдон вырвал из памяти Сэта, которое подавляло энергетические потоки, искры и даже нейронные импульсы. Оптимус, Мегатрон и Венера оказались полностью обездвижены. Рядом с ними, у стены,с глазами полными отчаяния, стоял парализованный Оззи. Найджел Шелдон медленно вышел из-за консоли, аплодируя. – Браво. Просто браво, – на его лице сияла довольная улыбка. – Я, честно говоря, даже не ожидал, что вы прилетите все вместе. Как мило. Прямо семейный выход. Он обвёл их взглядом и слегка нахмурился. – Хотя… где четвёртая? Эта милая девочка, Ноя, кажется? Найджел щёлкнул пальцами. Несколько поисковых дронов тут же сорвались с потолка и исчезли в коридорах. – Найдите её. Живо. Потом он повернулся к пленникам и широко развёл руки. Оптимус поднял голову. Несмотря на то, что тело не слушалось, его голос прозвучал твёрдо, глубоко и грозно: – Тебе не победить, Шелдон. Зло всегда проигрывает. Мегатрон не сдерживался от ярости, оскалив клыки, он прорычал так, что даже Найджел невольно вздрогнул: – Ты, жалкий, трусливый кусок дерьма! Когда я вырвусь отсюда, я лично вырву тебе позвоночник и засуну его тебе в глотку! Я размажу твои мозги по этой белой сраной стене! Ты сдохнешь медленно, Шелдон! Я заставлю тебя жрать собственные кишки, пока ты не начнёшь молить меня о смерти, ублюдок! Найджел только усмехнулся, глядя на двух самых опасных существ галактики, застывших перед ним беспомощными. – Как трогательно. Два великих лидера… и оба сейчас абсолютно бесполезны. — Найджел сделал небрежный жест рукой, и электромагнитное поле прижало всех троих к большим круглым металлическим платформам в центре лаборатории. – Ну что ж, – спокойно произнёс Шелдон, поворачиваясь к главной консоли. – Раз вы все здесь, не будем тянуть. Я разберу вас без погружения в стазис. Думаю, так будет… познавательнее. Он повернулся к консоли и начал вводить команды. В этот момент Оптимус, удерживаемый полем, заметил движение в тени под консолью. Маленькая женская фигура. Каштановые волосы. Ноя, которая упала в одну из шахт, незаметно пробралась в лабораторию и затаилась, готовая действовать. Она была в своём человеческом облике, маленькая, почти незаметная. Молча, с сосредоточенным лицом, она протянула руку и резко выдернула толстый питающий кабель, идущий к платформе. Раздался громкий электрический хлопок, и поле вокруг Оптимуса мгновенно исчезло. В следующую секунду огромный красно-синий манипулятор метнулся вперёд с такой скоростью, что загудел воздух. Найджел только начал оборачиваться, когда его тело оказалось зажато в стальном кулаке Оптимуса. – Что… – начал было Шелдон, но голос превратился в сдавленный хрип. Оптимус медленно поднял его на уровень оптики. В её синеве горела такая холодная, беспощадная ярость, какой никто и никогда не видел у Прайма. – Ты… Кулак начал медленно, но неумолимо сжиматься. Кости затрещали. Лицо Шелдона побагровело, глаза вылезли из орбит. – Ты уничтожал миры, – низким, вибрирующим голосом продолжал Оптимус. – Убивал миллиарды. И думал, что сможешь забрать у меня то, что мне дороже всего во вселенной? Кулак сжался сильнее. Из-под пальцев Оптимуса потекла кровь. Мегатрон и Венера, всё ещё удерживаемые полем, смотрели на это с мрачной удовлетворённостью. Найджел захрипел, пытаясь что-то сказать, но изо рта вырвался только булькающий звук. Оптимус наклонился ближе, его голос стал тихим, почти шёпотом, но полным смертельной угрозы: – Я не убиваю людей. Но ты не человек. --- Кулак Оптимуса продолжал медленно сжиматься. Найджел хрипел, изо рта текла кровь, а глаза были налиты ужасом. – П-подождите… – с трудом выдавил он. – Без меня… вы не остановите… квантовые ракеты… Только я знаю… коды… активации… и траектории… В этот момент рядом с ними с тихим серебристым всплеском открылся элегантный Глорионский портал. Из него вышла Нут. Спокойная, почти расслабленная. Она оглядела картину — висящего в кулаке Оптимуса окровавленного Шелдона, обездвиженных Мегатрона и Венеру, и на её губах появилась холодная, слегка презрительная усмешка. – Как мило, – произнесла она. – Ты всё ещё думаешь, что ты здесь главный. Нут сделала шаг вперёд, глядя прямо в глаза Найджелу. – Я существовала задолго до того, как сформировалась эта галактика, Шелдон. И я — гениальный инженер. Пока ты тут играл в бога, я уже вычислила местоположение всех твоих квантовых ракет. Всех до единой. Они будут нейтрализованы в течение ближайших минут. Найджел попытался что-то сказать, но из его горла вырвался только булькающий хрип. Пока Нут говорила, Ноя быстро подбежала к консоли и выдернула ещё один кабель. Поле вокруг Мегатрона мгновенно исчезло. Мегатрон вскочил на ноги с тяжёлым металлическим грохотом, и не сказав ни слова, просто сделал два быстрых шага вперёд, протянул огромную когтистую ладонь, схватил Найджела за голову и резко, с хрустом, оторвал её от тела. Кровь брызнула фонтаном. В кулаке Оптимуса осталось только обезглавленное, дёргающееся в агонии туловище Шелдона. Из обрубка шеи хлестала кровь, заливая белый пол лаборатории. Мегатрон стоял с оторванной головой в руке, глядя на неё с холодным, звериным удовлетворением. Потом небрежно отбросил голову в сторону, как ненужный мусор. – Вот и всё, – тихо прорычал он. Оптимус медленно разжал кулак, и обезглавленное тело упало на пол с влажным шлепком. В лаборатории повисла тяжёлая, почти гробовая тишина. — Эпилог Клиника Центрального Медицинского Центра Элланума была тихой и светлой. Оззи лежал в специальной восстановительной камере, его тело всё ещё было частично парализовано, но глаза уже блестели привычным живым блеском. Рядом с камерой стояли Паула Мио и Ноя. Паула скрестила руки на груди и тяжело вздохнула, глядя на старого друга. – Гений, мать твою… – проворчала она. – Самый умный болван, которого я знаю. Один пошёл к этому психу. Без поддержки. Без плана. Какой же ты всё-таки идиот, Оззи. Оззи слабо улыбнулся. – Я думал, смогу его убедить… В последний раз. – Вот именно, – фыркнула Паула. – В последний раз. – Но я разблокировал систему Гарлмонда– слабо запротестовал Оззи. Паула фыркнула и отвернулась к окну. Снаружи, за огромным панорамным окном, стояли два гигантских силуэта, Мегатрон и Оптимус, просто заглядывали внутрь, как два огромных металлических стража. Мегатрон хмыкнул, услышав слова Паулы. – Я согласен с человеком, – пророкотал он. – Болван. Полный. Оптимус лишь слегка улыбнулся уголком рта, но ничего не сказал. Ноя, которая стояла рядом с камерой Оззи, тихо засмеялась. – Главное, что всё позади… – мягко сказала она. – Мы справились. Все живы. И это самое важное. Она подошла ближе к окну. Оптимус осторожно протянул огромный манипулятор через широкий оконный проём, его ладонь нежно обхватила Ною, вытащила её из палаты и прижала к своей груди. Ноя обняла его нагрудную пластину обеими руками и прижалась щекой к тёплому металлу. Она слышала, как глубоко и сильно пульсирует его искра. – Мы победили… – тихо прошептала она. Оптимус опустил голову, почти касаясь лицевой пластиной её волос. – Да, – ответил он мягко. – И клянусь искрой, я сделаю всё, чтобы этот бой остался последним. Мегатрон, стоявший рядом, закатил оптику, но в его голосе тоже проскользнула непривычная теплота: – Слюни разводите. Хотя… после всего этого дерьма — имеете право. Он отвернулся и посмотрел в сторону горизонта, где уже начинался закат. – Ладно. Нужно найти Венеру, пока она не решила найти приключений. Оптимус и Ноя остались стоять у окна. Она распласталась у него на груди, а его огромная ладонь, закрывающая всё ее тело, бережно прижимала её к броне, словно он боялся, что если отпустит, она исчезнет. --- P. S. Нокаут носился по огромному ангару, как будто за ним уже гнался сам Мегатрон с бензопилой. – фраг-фраг-фраг… – бормотал он, судорожно запихивая в чемодан свои коллекционные лаки для брони. – Куда бежать? Куда с…ка, бежать?! Он замер посреди комнаты, а оптика металась из стороны в сторону. – Иллюминат? Нет, слишком близко, Мегатрон там первым делом посмотрит… Элланум? Там сейчас полный бардак после атаки, меня сразу найдут… Может, в миры Внешнего Кольца? Или… фраг! нет, только не на Дальнюю! Это же вообще дыра, там даже нормального спа нет! Венера, величественная, белоснежная и прекрасная, как всегда, в своей истинной форме лениво полулежала на широкой платформе, держа в руке бокал с розовым вином. Она наблюдала за его паникой с лёгкой, ехидной усмешкой. – Нокаут, милый, – мурлыкнула она, делая маленький глоток. – Ты же понимаешь, что это не поможет? Если Мегатрон захочет тебя найти, он найдёт. Хоть на Иллюминате, хоть на Дальней, хоть в соседней галактике. Нокаут повернулся к ней с выражением чистого ужаса на лице. – Ты серьёзно?! Вы просто ушли! А я виноват в том, что просто стоял и смотрел, как ты с Ноей свалила в этот гребаный портал! Он мне голову оторвёт! Не фигурально! Буквально! И будет из неё пить энергон! Шарлотта сидела на высокой консоли, болтая ногами, и с наслаждением доедала огромный бургер. Соус стекал по её пальцам и капал на идеально чистый пол. – Ммм, вкусно, – пробормотала она с набитым ртом. – Нок, ты слишком нервный. – Я нервный?! – взвизгнул Нокаут. – Да у меня сейчас трансмиссионная жидкость потечет от страха, а ты тут ещь и пачкаешь пол! Шарлотта! Это лимитированный пол! Нокаут наконец запихнул последний баллончик лака, захлопнул контейнер и с тяжёлым вздохом трансформировался в свой спортивный автомобильный режим. Шарлотта спрыгнула с консоли, вытерла руки об джинсы (чем вызвала у Нокаута ещё один тихий стон ужаса) и села за руль. – Поехали, красавчик, – сказала она, похлопав по панели. – Пока Мегатрон не вернулся. Двигатель Нокаута взревел. Прямо перед ними открылся спейсбридж. – Если меня убьют… – трагично произнёс Нокаут перед тем, как тронуться, – знай Венера, что я тебя любил… как сестру. Очень красивую и очень страшную сестру. Венера только тихо рассмеялась и подняла бокал, провожая их. Автомобиль с Шарлоттой внутри резко рванул вперёд и исчез в портале. — P.P.S. Огромные залы замка освещались только мягким светом кристаллов и отблесками двух лун за панорамным окном. В главной спальне, где потолок терялся в темноте, было тихо. Предакинг стоял у окна, его массивная фигура отбрасывала длинную тень на каменный пол. Нут подошла сзади бесшумно, как всегда, и обняла его за талию, прижавшись щекой к холодной броне между лопатками. – Ты сегодня был особенно страшен, – тихо промурлыкала она с улыбкой в голосе. – Даже я немного испугалась. Предакинг издал низкий, вибрирующий рык — почти смех. – Ты врёшь. Ты никогда меня не боишься. Он медленно повернулся, нависая над ней всей своей громадой. Его огромная когтистая ладонь осторожно легла ей на спину, притягивая ближе. Нут подняла голову, глядя ему прямо в горящие глаза. – Сегодня всё могло закончиться плохо, – тихо сказал он. – Если бы ты не вычислила эти ракеты… – Но я вычислила, – перебила она, проводя пальцами по краю его нагрудной пластины. – И мы здесь. Живые. Вместе. Воздух между ними начал медленно нагреваться. Предакинг наклонился ниже, почти касаясь своим шлемом её лба. – Ты понимаешь, что сегодня я чуть не потерял тебя? – прорычал он тихо, но очень глубоко. – Когда ты ушла на N-14 без меня… Нут улыбнулась той самой опасной, манящей улыбкой, которую он так любил. – Тогда, может быть, сегодня ты мне это припомнишь? – Она медленно провела пальцем по его нижней челюсти. – Чтобы я точно запомнила, кто здесь главный. Предакинг издал низкий, хищный рык. Его когти слегка сжались на её талии, оставляя лёгкие следы на одежде. – Осторожнее с желаниями, маленькая звезда, – прошептал он ей прямо в губы. – Потому что сегодня я не собираюсь быть нежным. Нут только тихо рассмеялась, притягивая его голову к себе. – А я и не просила тебя быть нежным… Свет кристаллов в спальне начал медленно гаснуть.