Часть 4

Утро после разоблачения было одним из самых счастливых, что Адриан помнил. Он встал раньше будильника, на его сонном лице появилась медленная улыбка, когда он потянулся, просыпаясь. Мозг не требовал «ещё пять минут». На самом деле, Адриан был в отличном настроении, когда сел в постели, почти за 45 минут до обычного времени пробуждения. Вовсе достаточно времени, чтобы собраться. Адриан направился прямиком в душ, намереваясь привести себя в максимально презентабельный вид. Конечно, он выглядел презентабельно каждый день (это было частью жизни Агреста), но теперь в этом процессе чувствовалась новая срочность. «Теперь всё по-другому», — подумал он, яростно чистя зубы. Мокрые волосы щекотали уши от этих лихорадочных движений. «На этот раз она знает, что это я». Правда, Маринетт видела Адриана почти каждый день и никогда не жаловалась на то, как он одевается. «Совсем наоборот», — вспоминал он с оттенком самодовольства. Но отношения между ними кардинально изменились. Он больше не был супермоделью Адрианом Агрестом, способным заставить её потерять сознание от одной лишь улыбки. Теперь он был Котом без маски. Сочетание двух парней, за которыми она гонялась и в прямом, и в переносном смысле последние два года. И она больше не была просто Маринетт, его милой, застенчивой одноклассницей, слепо очарованной гламурными представлениями о нём. Она была Ледибаг, его преданной партнёршей и, возможно, единственным человеком, который знал его целиком. Как сумму двух его жизней. Она была смелой и любознательной; бесконечно сострадательной и опасно одарённой. Она была самой известной супергероиней Парижа, способной совершать невероятные героические подвиги почти ежедневно, при этом незаметно сливаясь с толпой обычных подростков, когда маска снималась. Мягко говоря, она была самым невероятным человеком, которого Адриану когда-либо доводилось знать. И, само собой разумеется, ему нужно было приложить больше усилий, если он хотел привлечь (удержать?) её внимание. Конечно, это было легче сказать, чем сделать, как оказалось. После часа работы Адриан всё ещё сидел в халате, скрестив ноги, в своём огромном шкафу, на грани полного нервного срыва. Всё содержимое его гардероба было разбросано вокруг него, горы одежды, которую он считал недостойной носить рядом со своей Леди, лежали на ковре. Адриан издал раздражённый крик, драматично отскочив в сторону с побеждённым вздохом. С вершины шкафа Плагг застонал от чрезмерной театральности своего друга. Он слетел вниз и приземлился на плечо Адриана, приподняв пряди светлых волос, чтобы пристально посмотреть на парня. «Ты всё усложняешь. Одеться — это просто. Просто надень одежду и выйди за дверь». Адриан ответил ещё одним жалобным стоном, перевернувшись и положив предплечье на переносицу. «Не помню, говорил ли я тебе об этом или нет, но повторюсь на всякий случай», — пробормотал Адриан с трудом. — «Маринетт — это Ледибаг». «Да, ты, наверное, раз двенадцать с вчерашнего дня мне об этом говорил», — ответил Плагг с таким же сарказмом. «Я не понимаю, почему это как-то связано с тем, что ты носишь в школу». «О, ты ничего не понимаешь», — посетовал Адриан, поднимаясь на ноги и осматривая горы дизайнерской одежды, сложенные вокруг него. Он взглянул на настенные часы, чуть не подавившись, увидев время. «И у меня нет времени тебе это объяснять!» Адриан запаниковал, в отчаянной попытке укротить растрепанные волосы, лихорадочно стаскивая одежду с пола. Услышав последний предупреждающий гудок водителя, Адриан натянул на себя простую черную рубашку, с ругательствами схватил сумку и выскочил за дверь. «Тебе бы следовало быть осмотрительнее и не просыпать будильник». Натали предупредительно сказала, вручая Адриану его, к счастью, короткое расписание на день, когда подросток промчался мимо нее и спустился по главной лестнице. «Больше не повторится!» — крикнул он через плечо, резко распахнув входную дверь. Направляясь к серебристому седану, припаркованному в начале подъездной дорожки, Адриан испытывал смешанные чувства: волнение и тревогу перед предстоящим днем. По крайней мере, его ждал урок физкультуры.

***

Она опередила его на уроке. Типично. Маринетт и Алья устроились на своих обычных местах, последняя продолжала безжалостно расспрашивать свою лучшую подругу о событиях предыдущего дня. «17 сообщений я тебе отправила, Мари, а ты даже ни разу не ответила, чтобы сообщить, что ты еще жива?» «Я же тебе говорила, у меня была долгая смена в пекарне, и я рано уснула». Это была ложь. Маринетт всю ночь наблюдала, как разрывается ее телефон. Она знала, что у нее неподходящее настроение отвечать, поэтому не стала. Вместо этого она выключила звук, чтобы подумать о своем однокласснике/партнере. «Говоришь о дьяволе — он явится». Именно в этот момент появились парни. Маринетт чувствовала, как Алья внимательно наблюдает за ними, но, игнорируя подозрительную подругу, ответила на восторженную улыбку Адриана. «Доброе утро!» — весело сказала она, обрадовавшись, что в её приветствии не было и следа заикания, несмотря на трепет в груди. Его улыбка стала ещё шире. — Доброе утро, Маринетт, — ответил Адриан, опускаясь на своё место и поворачиваясь лицом к девушкам. — Алья. — Агрест. Маринетт толкнула подругу локтем в ответ на её язвительный ответ и снова повернулась к Адриану. Он сегодня выглядел особенно хорошо, — рассеянно заметила она. Черный действительно был его цветом. «Ой, не обращайте на нее внимания, она просто ворчит, я не ответил ей вчера вечером». Алья просто смотрела в ответ, переводя взгляд с одного на другого, прежде чем остановиться на Нино с выражением лица «ты это видишь??». Двое других подростков не обратили на это внимания, каждый из них продолжал болтать о том, что их ждет в этот день. Не в силах сдержаться, Маринетт повернулась к блондину, прищурив глаза, и бросила ему следующий вызов. «Так вот, я слышала, что сегодня у нас матч по вышибалам между мальчиками и девочками… ты готов ко второму раунду?» Адриан наклонился вперед, положив руки на стол и озорно склонив голову. Он уверенно встретил ее вызывающий взгляд, и когда он ответил, перед ней не было и следа никого, кроме Кота Нуара. «Хотя лично я не имею права нападать на дам…» — протянул он, не замечая испепеляющих взглядов Альи и Нино, — «…я думаю, сегодня сделаю исключение». «Я тебя первым выбью, неудачник». «Давай, принцесса». Прошло мгновение, прежде чем они разразились добродушным смехом. Адриан в последний раз улыбнулся ей, прежде чем повернуться на своем месте, услышав первый звонок. Маринетт откинулась на спинку стула, все еще демонстративно уклоняясь от пристального взгляда Альи, пытаясь сосредоточиться на словах инструктора сквозь головокружительную радость, кружащуюся у нее в голове. Это обещает быть интересным.

***

Конечно же, они остались последними двумя на площадке. То, что началось как битва полов в вышибалах, быстро переросло в игру «держись подальше от Маринетт и Адриана». Эта парочка была безжалостна, настолько сосредоточена на том, чтобы выбить друг друга, что любой, кто оказывался на их пути разрушения, немедленно выбывал. Подростки играли смертельную схватку, постепенно ослабляя соперника, пока наконец не осталась только игра один на один. Скамейки запасных кричали, требуя головы Адриана, подбадривая Маринетт, чтобы она победила ради девушек. Аналогично, выбывшие юноши подбадривали своего чемпиона, воя и требуя, чтобы Адриан добил её. Тренер просто стояла в недоумении. Никогда она не видела, чтобы ученики получали больше удовольствия от просмотра вышибал, чем от игры. «Я могу делать это вечно!» — пела Маринетт, кружась вокруг каждого нового снаряда, летящего в неё. «С мячом в животе — нет!» — насмешливо ответил Адриан, готовясь к очередной серии смертоносных резиновых бросков. Одноклассники, жаждущие крови, наблюдали за их схваткой несколько минут, пока… Маринетт с садистским ликованием смотрела, как Адриан, оглядываясь по сторонам, мысленно искал мячи, но обнаружила, что все мячи находятся на её стороне площадки. Она повернулась к упавшим товарищам по команде, подняв руки в знак победы, а девушки, словно стая гарпий, закричали от радости. Лениво подхватив мяч, Маринетт снова обратила внимание на парня напротив, наслаждаясь тем, как он выпрямил плечи и надулся… «Есть ещё какие-нибудь слова?» — невольно спросила она, делая небольшие шаги к центральной линии, чтобы добить его. Адриан лишь покачал головой, вытянув руки в жесте, который она приняла за поражение, пока готовилась к броску. Маринетт бросила мяч… чуть не упав, когда увидела, как его руки резко дернулись к груди в последний момент, чтобы поймать его. Кот усмехнулся. «Ты выбыла», — просто сказал он, позволив мячу безвредно упасть на землю, когда прозвучал свисток. Маринетт издала дикий крик, который был заглушен абсолютным хаосом празднования мальчика. Победившая команда обезумела, слетев с трибун с детским хором «О-о-о!», окружив своего победителя, триумфально толкая Адриана и расхаживая взад-вперед. Адриан принимал похвалу с широкой улыбкой, принимая как приветствия в виде ударов по спине, так и кулачковые приветствия… но настоящую радость ему доставляло ехидное выражение лица его поверженной Леди. Маринетт расхаживала по своей части спортзала, вымещая свою злость на каждом мяче, который ей попадался, слепо пиная их в сторону ликующей группы. Не прошло и нескольких секунд, как остальные члены её проигравшей команды присоединились к ним, и спортзал снова погрузился в хаос, когда девушки обрушили свой гнев на своих одноклассников-мальчиков. Свистки раздавались снова и снова, но всё было бесполезно. Вскоре обе стороны принялись за дело, устроив яростный, импровизированный раунд вышибалы без правил и без аутов. Их тренер просто безнадежно смотрела на всё это, пожимая плечами в явном заявлении: «Мне за это мало платят», прежде чем откинуться на спинку кресла и позволить хаосу идти своим чередом. Ученики свободно переходили через разделительную линию, прыгая и набрасываясь друг на друга с криками, хрипами и смехом, пока весь класс дрался. У Маринетт было лишь мгновение, чтобы осознать происходящее, прежде чем она бросилась туда, где увидела, как из толпы поднялась голова блондинки, намереваясь отомстить. Он, должно быть, почувствовал её приближение, потому что Адриан вовремя обернулся, чтобы отразить её первый удар, смеясь, когда ярко-рыжая зажигалка использовала два мяча в своих руках как боксёрские перчатки, снова и снова обрушивая их на него. Адриан обхватил руками талию неуклюжей девушки, а Маринетт, хихикая, продолжала свою атаку. Это продолжалось почти 4 минуты, прекратившись только тогда, когда звонок, возвестивший о начале следующего урока, разрушил царившее вокруг неё заклятие. В порыве смеха и дружеских угроз студенты бросили оружие и, охваченные безудержным весельем, направились к раздевалкам. На этот раз тащить её вела Алья, а Маринетт, с самодовольным видом, в последний раз предупредила Адриана, чтобы он был начеку, когда её протащили через тяжёлые металлические двери. Улыбка не сходила с её лица до конца дня. Или до следующего…