Глава 11. Ее страхи, его сомнения

      Гажил шел за Леви, в который раз рассматривая их сплетенные руки. Видеть ее, больше не дрожащей перед ним от испуга, оказалось непривычно, но что-то мужчине подсказывало, что это все напускное и на самом деле девушка все еще боялась. Возможно, прямо сейчас источником ее страха являлся не он, но это вовсе не значило, что и его самого она перестала опасаться. Да и то, что Гажил вмешался в ее распри с отцом и даже применил к нему чары, совершенно его не красило. Пусть Леонард и сам напросился.       Редфокс никогда в жизни так много не разговаривал, как сегодня. Но в тот момент инстинкты буквально кричали ему переключить внимание советника на себя, оградить его от Мелкой хотя бы словесно. А затем, уже наедине, успокоить ее, показать, что ему можно доверять, что ей нечего бояться и что он не позволит ей испытать боль от измены, как случилось с ее покойной матерью. И Редфокс, как ему показалось, достойно справился с обеими миссиями. Не это ли значила нежная улыбка Мелкой, с которой она рассматривала перстень Редфоксов на своем пальце? Вручая кольцо, он пошел на ответственный шаг, ведь по драконьим меркам он заявил права на эту женщину, а она согласилась. Узнай об этом Металликана, наверняка бы умер повторно от смеха. Все же его сын вырос на поле боя и совершенно не вписывался в образ примерного семьянина. Он бы им, наверно, и не был, свято поддерживая репутацию свирепого воина. Но ради Мелкой постарается измениться. Возможно, он уже менялся.       Боль в глазах Леви от слов Леонарда до сих пор не давала покоя и ворошила что-то в груди. Гажил искренне не понимал, как можно не хранить верность своей паре, ведь это причиняло страдания, рушило семью и мешало здоровому взрослению потомства. Драконы отдавали свое сердце лишь единожды и вступали в интимную связь только со своим избранником. Только с ним строили семью и только ему ставили метку, связывая судьбы навсегда.       На последней мысли Гажил рефлекторно сжал руку Леви сильнее и уставился на высокие окна, мимо которых они сейчас проходили. Закат давно затопил коридор алыми лучами, сообщая, что завтра всех ждет не по сезону жаркий день. Через месяц начнется зима.       «Один месяц… — Редфокс вновь перевел взор на МакГарден, вернее, на ее затылок, туда, где кожу волшебницы прожигал след для его клыков, сейчас из-за волос и слепящего солнца почти незаметный. — Это меньше, чем я рассчитывал. Выходит, она должна была умереть в декабре».       Как и любой дракон, Редфокс ненавидел зиму. Именно в это холодное время четыреста лет назад началась война. Тот кровавый февраль навсегда отпечатался в памяти каждого в клане и не забудется так просто. В этом году Гажил будет впервые проводить Дегон в новом статусе, поскольку свадьба состоится уже в январе и его супруге тоже придется присоединиться к ритуалу. Для Леви это наверняка станет испытанием, ведь клан будет наблюдать за тем, как она относится к их традициям. Но девушке вроде бы нравятся драконы, она многое о них знает, так что велика вероятность, что все пройдет гладко. Возможно даже, Леви в курсе, как именно проводится Дегон и насколько он важен.       Редфокс замер, тем самым заставив остановиться и МакГарден, от неожиданности упавшую ему прямо в руки. Вот же дурак, уже размышляет о ее участии в клановом мероприятии, когда они до сих пор не поговорили на тему того, где будут жить дальше. И будут ли жить вместе вообще. Чтобы попасть на Дегон, необходимо находиться в клане Драконов, а МакГарден еще не сказала ему, что согласна покинуть замок и уйти с ним под землю. Резкий переход от роскоши к чему-то обычному и даже варварскому может стать для нее ударом.       — Ты правда согласна на этот брак? — он задал явно не тот вопрос, который собирался. Но ведь о ее отношении к свадьбе он тоже слышал лишь из спора с Леонардом. Леви вполне могла ляпнуть это на эмоциях, а потом пожалеть.       Будто прочтя его мысли, Леви в его руках зашевелилась, пытаясь подняться и заглянуть ему в глаза. Пристально посмотрев на него и будто что-то увидев, она ответила:       — Изначально наш брак был утвержден Советом и я действительно считала его не больше, чем долгом перед кланом. Но, пообщавшись с тобой, я передумала.       — Почему? — дракон нахмурился. Похоже, МакГарден все-таки не по душе идея замужества со своим мучителем. Он должен был догадаться об этом раньше, еще по ее реакции на беременность.       — Потому что я сама захотела за тебя замуж.       — Зная меня меньше суток?       — Мы знакомы чуть больше, — МакГарден хихикнула в кулак, окончательно убивая логику диалога. Вспоминать их первую встречу с улыбкой на лице было как минимум странно, если не сумасшедше. Редфокс с трудом понимал эту девушку, но надеялся, что вскоре это изменится. — Ты первый мужчина, который сперва напугал меня, а потом защитил. И я уже приняла твое кольцо, забыл?       — Даже несмотря на то, что я на тебя напал?       Вопрос сорвался с языка прежде, чем Редфокс понял. Он не был готов услышать ответ и точно знал, что волшебница его все еще боялась. Это читалось в ее движениях, виделось в мимике, ощущалось в запахе. Леви еще ни разу не смотрела ему в глаза дольше трех секунд, будто пыталась избежать его взгляда. Вечно сжималась в нервный комок, будто ждала от него удара. Периодически касалась шеи, будто пыталась скрыть на ней след для метки, как позорное клеймо. Хотелось бы ему не замечать всего этого, но драконье зрение слишком острое.       — Ты ведь объяснил причину и обещал, что это не повторится, — Леви вдруг покраснела, и регулярный румянец — единственное, что пока выбивалось из пугливых штрихов ее поведения. Ее неловкость и смущение каждый раз давали мужчине надежду на то, что страх перед ним однажды исчезнет. Однажды, но точно не сейчас.       — Не повторится, — как под гипнозом, повторил Гажил. Моргнув, он выпустил девушку, которую, оказывается, все это время придерживал за плечи, и отступил на шаг. — Тебя ищет та блондинка. Не оставайся пока одна, Леонард может вернуться и попытаться отомстить. Если он как-либо тебя обидит, сразу дай знать мне или кому-то из драконов, мы примем меры.       — Не нужно, — МакГарден вновь улыбнулась, но на сей раз улыбка была как будто через силу. — Все-таки он — моя семья и…       — Я теперь тоже твоя семья.       МакГарден удивленно вскинула голову, будто он сказал что-то шокирующее. Как он и думал, на самом деле она еще не принимает его в качестве супруга. Стоило Редфоксу так подумать, как волшебница покраснела сильнее прежнего.       — Т-ты прав, я еще просто не привыкла… Гажил, — Леви вдруг схватила его за безрукавку и в который раз попробовала посмотреть в глаза. В который раз отводя их уже через пару секунд. — Гажил, ты… Ты правда заберешь меня с собой? Даже если Совет будет против?       — А ты этого хочешь? — вопрос против воли прозвучал холоднее, чем он планировал. Возможно, Леви заметила это, поскольку вздрогнула всем телом и обхватила себя руками. Если бы не алые щеки, Гажил бы точно решил, что вновь напугал ее.       — Хочу…       Всего одно слово — и мозг мужчины был готов подорваться. Казалось, даже сердце пропустило удар, хотя обычно с ним, воином до мозга костей, такого не происходило даже на поле боя.       — Тогда в чем проблема? — он ухмыльнулся, обнажая клыки и, совсем на мгновение, душу. Почему-то рядом с Леви его броня регулярно давала трещину.       — Вот вы где, — за спиной МакГарден возникла Хартфилия, и Редфокс поспешил вернуться обратно в свой панцирь равнодушия и отчуждения. — Как прошел разговор с Леонардом-саном?       — Ну… — пока МакГарден подбирала слова, Редфокс махнул им рукой и направился к своим покоям. Пора оставить девчонок наедине и вернуться к остальным драконам, Эрза и Лаксус явно рассказали не все, что произошло на Совете.       Пройдя весь коридор и свернув в другой, Гажил остановился, резко посмотрев на одну из дверей. Из комнаты совершенно точно исходила темная магия, которой просто не могло быть в обители Светлых. Поддавшись инстинктам, смешанным с любопытством, Гажил попробовал открыть дверь, но та ожидаемо не поддалась. Тогда дракон создал подходящий по форме ключ и беспрепятственно проник внутрь.       — Что это?       Внутри стоял гроб. Судя по звуку и запаху — пустой. Мужчина обошел его, на всякий случай постучав по могильному дереву. Остатки темной магии исходили действительно от него.       — Он для Мелкой? — кулаки так и зачесались желанием разнести теперь уже бесполезную деревяшку в щепки, но в памяти вовремя всплыла просьба Лаксуса следить за своими словами и действиями. Он и так уже натворил делов с Леонардом, к ужину однозначно грядет скандал. Конечно, если этот ублюдок осмелился доложить обо всем Совету. Хотелось верить, что теперь у него, как у жениха, здесь в самом деле появилось влияние, о котором говорили Лаксус и Эрза.       Вдалеке зазвучали шаги, и Редфокс поспешил покинуть злосчастную комнату, не забыв запереть за собой дверь и чарами замести следы. Сегодня он услышал и увидел достаточно, чтобы окончательно решиться укусить Леви как можно скорее. И уж точно не в декабре, который должен был стать последним месяцем в ее жизни.              Первым, что увидел Гажил, вернувшись в покои, был Нацу, выбрасывающий вазу из окна.       — Они снова принесли эту траву, — посетовал он, отряхивая руки от листьев под жалостливый звон внизу. — Гайка, скажи уже своим волшебникам, чтобы они прекратили нас травить цветами!       — Почему опять я? И вообще, какого ляда они мои? — отказался Гажил. Махнув на надоедливого товарища рукой, он плашмя рухнул на ближайшую кровать и устало зажмурился.       — В смысле почему ты? А у кого еще из нас веское слово в замке? — насупился Нацу.       — У Леви, — честно ответила Эрза. И столь же честно не поняла, почему Лаксус заржал, а Нацу посмотрел на нее с обидой.       — Я имел в виду не магию, а то, что слово Гажила, в отличие от нас, здесь играет амплуа! — окончательно надулся Драгнил.       — Нацу-сан, так не говорят, — уже привычно вздохнула Марвелл, наверняка втайне мечтая, чтобы однажды нашелся кто-нибудь терпеливый и наконец научил всех драконов выражаться нормально. Кто же виноват, что, оказавшись в изоляции на долгие четыреста лет, многие из них изрядно утратили остроту восприятия, поскольку упорно отказывались от чтения книг. Если женская часть клана еще хоть как-то пополняла свои знания, то мужская с головой ушла в оттачивание боевых навыков и изучение темной магии, чтобы понять причину своего поражения в войне. Быть может, поэтому они до сих пор так ни к чему и не пришли.       — У Мелкой магия веского слова? — Редфокс даже открыл глаза.       — Гайка, ты реально болван, — хохотнул Дреяр. — Собрался жениться, а магию невесты узнать не удосужился.       — Будто ты знал, — парировал Редфокс, намекая, что изначально в роли жениха выступал именно он.       — Так, давайте о важном, — не выдержала их мелкой стычки Скарлет. Теперь, когда все в сборе, самое время обсудить результаты переговоров и возникшие подозрения. А у драконов за время пребывания в замке их накопилось немало. — Гажил, свяжись сегодня с Мастером и в подробностях расскажи, что чувствовал при первой встрече с Леви. Мы хотим понять, как работает «защита» магов и как ее обойти. Есть вероятность, что в замке прячутся и другие «судьбы», постарайся их найти, когда будешь приезжать сюда.       — Только не Мастер, — Гажил практически взмолился, но Эрза была непреклонна.       — Звонишь сегодня же, — сверкнула глазами она.       — Как реально прошли переговоры? — поспешил сменить тему он. Сработало. Эрза тут же вернула лицу серьезность и привычную хмурость.       — Светлые что-то планируют, — доложила она, — но мы пока не разгадали, что именно.       Железный нахмурился, но продолжил слушать. Титания и Громовой переглянусь, прежде чем приступить к объяснениям. Железный даже невольно подумал, что они опасались его реакции, а значит, разговор, скорее всего, пойдет об их местожительстве с Леви после церемонии. Они-то с Мелкой уже все решили, но это не значит, что Совет будет того же мнения. Особенно один конкретный советник с фамилией его Мелочи. Скорее бы уже ее фамилию сменить на Редфокс.       — Светлые слишком сильно заинтересованы в легендарном ребенке, — произнесла Титания, и все напряжение мужчины как рукой сняло.       — Что здесь такого? — хмыкнул он. — Наши старики на нем тоже повернуты.       — Тут другое, — не согласилась с ним оружейница. — На переговорах советники дали нам ясно понять, что очень не заинтересованы в том, чтобы Леви покидала пределы замка, особенно когда забеременеет. Они довольно активно выдвигали условие, что мы обязательно должны вернуть Леви обратно во время ее беременности или хотя бы ближе к родам, и едва согласились отпускать ее к нам. Сработало только замечание, что для беременности вам нужно налаживать контакты и чаще оставаться наедине. Такое ощущение, что они хотят обладать ребенком единолично, и мы не можем игнорировать этот факт. Все-таки у вас родится не волшебник, а дракон, и неизвестно, для каких целей Совет будет его использовать. Если они собираются сделать из него универсальное оружие, то это в целом ставит под вопрос наш союз…       — И что вы ответили? — Железный снова закрыл глаза, обдумывая ситуацию. Услышанное ему не понравилось. Особенно из-за того, что это тут же напомнило реакцию Мелкой на тему детей.       — Естественно, отказались.       — И добавили, что решать этот вопрос должен ты, — вклинился Громовой. — В конце концов, невестушка — человек и не сможет выносить ребенка дракона, если отец будет подолгу находиться вдали. А раз разлучить вас нельзя, то и возвращаться в замок вам придется вдвоем. Решать за тебя, жить в нашем клане или среди Светлых, мы уж точно не вправе, вот и отправили магов к тебе. Так что в ближайшее время готовься к давлению со стороны Совета.       — Разумеется, я не останусь в замке, — покривился Железный. — С Мелкой мы это тоже обговорили, она уйдет со мной. И вообще, как они собрались растить дракона среди волшебников? С помощью чего они сделают из него воина, который предотвратит войну? Заклинаниями, которыми он даже не сможет воспользоваться? Я был на их полигоне, там даже толкового оружия не имеется, сплошной мусор.       — Знаем мы, как ты там был, — ехидно оскалился Лаксус. — Наши окна как раз выходили на полигон, так что весь Совет знает. Лицо Леонарда в тот момент надо было видеть.       — Это объясняет, почему он так стремился меня прогнать, — задумчиво протянул Гажил.       — Слушайте, — в беседу вмешался Нацу, — а если нам проверить их оружие в действии?       — Предлагаешь напасть на Светлых? — вскинул бровь Лаксус.       — Да нет же! — Нацу придвинулся ближе. — Почему бы нам не устроить тренировку с магами? А потом скажем, что их боевых навыков недостаточно для воспитания воина, и оставим Леви и ребенка у себя.       — Нацу прав, это может сработать, — Эрза вдумчиво закусила губу. — Но тогда нам нужен безобидный предлог, если сказать все в лоб, то они могут отказаться.       — У Гажила как раз остались личные счеты с двумя волшебниками, — вспомнил Лаксус с садистской ухмылкой. — Они очень уж сильно хотят вызвать его на дуэль, вот пусть и дует с ними в тренировочный бой. Соврешь что-нибудь, мол, чувство вины съедает, спать не дает, побейте меня окаянного перед свадьбой.       — Звучит вполне безобидно. Хорошо, займемся этим завтра, — предложение было успешно утверждено Эрзой и столь же успешно проигнорировано Гажилом, уже думавшим о своем.       Если советники действительно так зациклены на ребенке, не имея при этом ни малейшей возможности взрастить из него достойного бойца, то зачем он им вообще? Соперничество кланов? Банальное нежелание отдавать в их лапы кого-то из своих? Какие бы доводы маги ни привели, ни один не заставит Гажила передумать забрать Леви с собой. Тем более когда она дала свое согласие. Здесь ей точно не место, он практически чувствовал это.       — Значит, определились, — Драгнил довольно потер ладони, а Скарлет снова повернулась к Редфоксу.       — Гажил, — настораживающе приказным тоном обратилась она, — ты должен воспользоваться своим новым положением в магическом замке и раздобыть как можно больше информации обо всем этом. Вроде бы Леви и ее друзья к тебе неплохо относятся, попробуй начать с них. Я специально озвучила при них некоторую информацию о переговорах, чтобы проверить реакцию, и они действительно повели себя так, будто отлично понимают, что здесь происходит.       Редфокс не ответил, понуро пяля в потолок. Совет пытается заранее присвоить себе еще даже не зачатого дракона, а Мелкой противна сама идея беременности от него. Еще и подвешенный им советник и найденный гроб со следами темной магии. Положение максимально паршивое, и он впервые не знал, как поступить. Принуждать Леви к чему-либо он точно не станет, но по достижении ею совершеннолетия маги наверняка начнут их торопить. Что бы сделал на его месте Металликана? Жаль, мертвые не могут ответить. Драконы давно хотели поговорить с предками с помощью чар, но это возможно только при наличии целого скелета. А ублюдки волшебники как специально разнесли ошметки плоти и кости драконов по всему континенту, теперь их даже по частям не собрать.       Гажил усилием воли заставил себя добавить «темные волшебники». В конце концов, Макаров и Полюшка неспроста столь упорно вдалбливали это им в головы. Пусть для него разницы между темными и светлыми не существовало до сих пор, как и для большинства в их клане, но Леви показала ему, что эта разница все же есть. Такие, как Леви, не смогли бы напасть даже на врага. Такие, как Леонард, убили бы даже ближнего. Светлые маги у Железного теперь отчетливо ассоциировались с МакГарден, и хотя бы ради нее он хотел приучить себя разграничивать эти два клана, некогда составлявшие один.       Обзор внезапно закрыло упавшим на лоб листом бумаги и последовавшим за ним пером, еще недавно собиравшими пыль на столе у окна.       — Зачем мне это? — Железный убрал их с лица и недовольно посмотрел на Титанию.       — Составлять список из пяти волшебников, конечно же, — как нечто само собой разумеющееся, сообщила она.       — Зереф, я и забыл про них.       — У тебя осталось не так много времени, — напомнила ему Скарлет. — Не забывай, через два дня мы возвращаемся в клан, список должен быть готов к нашему отъезду.       — Вот черт.       — И да, по возможности подбери тех, кто не доставит проблем и не попытается ввязаться в драку, — влез с советом Дреяр. — Иначе наши паршивцы от «гостей» и тряпок не оставят.       Редфокс вздохнул и сел удобнее, расположив бумагу на импровизированной металлической подставке. Выведя размашисто «Леви МакГарден» и «Люси Хартфилия», он с безнадегой отвернулся к окну. Осталось трое, и двое из них — советники. Но кого вписать? Редфокс откинулся обратно на подушки, наверняка зная лишь одно: в этом списке никогда не окажется имени его будущего тестя.       Вздохнув еще раз, он все же глянул на Скарлет и спросил:       — Кто из Совета больше всех шел на уступки?       — Дай-ка подумать, — женщина с пониманием приложила кулак ко рту. — Таких было четверо. Яджима, Белно, Уртир и Зигрейн.              Зигрейн склонился над пустым гробом и кивнул Уртир. Главное, чтобы они не опоздали и никто из драконов не почуял здесь темную магию.       — Где будем чертить руну сокрытия? — спросила волшебница, поднимая на него голову и готовясь колдовать.       — Давай на внутренней стороне крышки, и сразу замаскируй его заклинанием, — дал указания маг. Рука сама потянулась к лицу, половину которого уродовал красный рисунок.       Джерар смотрел, как Уртир вычерчивала на гробовой доске такую же драконью руну, как на его щеке, и непрерывно чесал алые линии, будто умалишенный. Если бы он знал, что драконы именно в их веке вернутся на поверхность, то обязательно нанес эту дрянь на менее доступное место. Но чертовы рептилии решили, что им пора высунуться из-под земли именно сейчас.       «Главное, продержаться до окончания их визита», — напомнил себе Фернандес, сильнее раздирая ногтями кожу. Еще два дня — и аспиды вернутся в свои владения. Когда МакГарден начнет систематически отправляться туда с ними, станет значительно легче. Ведь его дело пойдет куда быстрее, если аспиды будут появляться в замке лишь время от времени, а не поселятся в нем на столетия.