Глава 12. День, когда ты перестанешь меня бояться

      — Он правда это сделал? — Люси, обрабатывавшая ссадины Леви драконьей мазью, уставилась на нее во все глаза. Та кивнула, сама еще не до конца осознавая случившееся.       Гажил действительно не позволил отцу ее ударить. Это шокировало не только советника, но и саму девушку, и наверняка понесет последствия.       — Да уж, — звездная волшебница покачала головой, откидываясь на диванные подушки. Сразу после ухода Гажила они вернулись в покои Леви, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, особенно после произошедшего. — У твоего Гажила явно какой-то пунктик на подвешивании магов.       — Он не мой, — на автомате возразила маг слова.       — А по кольцу на твоем пальце не скажешь, — хмыкнула Люси, с хитрой усмешкой наблюдая за тем, как подруга после ее слов смущенно завела руку с перстнем за спину. Перстень ей удивительно пришелся в пору, словно под нее был и уготован. Тонкая сталь приятно согревала даже спустя некоторое время, что позволило девушке понять: дело было не в остаточном тепле Гажила, а в самом металле. Он как будто пылал прямо на ее пальце, но не обжигал, а нежно обволакивал. — И все же, поступить так с Леонардом-саном… Святая Мавис, такими темпами я скоро начну уважать дракона! Твой отец, наверно, в бешенстве. Если он пожалуется Совету, у Гажила могут быть неприятности.       — Я тоже этого боюсь, — Леви вздохнула.       А еще она боялась, что Гажил поверил словам отца. Поверил в то, что она жаждет любви от первого встречного и мечтает быть нужной хоть кому-то. По мнению Леонарда, Гажил всего лишь стал таким первым встречным. Ничего не значащим для нее мужчиной, чье место мог занять любой. Волшебница действительно переживала, что дракон поверил в это, иначе с чего ему вдруг понадобилось так резко уйти, даже не попрощавшись? Словно только и ждал возможности оставить ее.       Возможно, в чем-то Леонард прав, ведь МакГарден действительно нашла в Редфоксе спасение своей жизни, надежную защиту и возможность покинуть замок. Вот только если бы у МакГарден спросили, кто он для нее на самом деле… То она бы затруднилась ответить. Со стороны могло и правда показаться, что Редфокса просто используют, но все обстояло несколько иначе. И не последнюю роль здесь играла истинность, которая будто магнитом тянула волшебницу именно к этому дракону.       Сначала свое внезапное желание находиться рядом с Гажилом Леви и правда списывала на глупую истинность. Но за этот бесконечно длинный день она успела понять, что Гажил действительно стал для нее особенным. Его присутствие, его тепло, его голос — все в нем заставляло реагировать, несмотря на сковывающий страх и дрожащие коленки. Леви со счету сбилась, сколько раз рядом с ним краснела и как часто сердце начинало колотиться сильнее.       К нему хотелось прикасаться. Ей до сих пор интересно, каковы серебряные чешуйки на ощупь. На него хотелось смотреть. Необычный для магов, слегка варварский вид мужчины оставлял неизгладимое впечатление и будоражил что-то внутри. Его хотелось перестать бояться и наконец безоговорочно довериться. И пока что Гажил умудрялся шаг за шагом завоевывать это доверие, будто и не происходило никакого распятия в парке.       Ему хотелось стать нужной. Но вовсе не потому, что Леви недоставало любви, как считал Леонард. А потому что в глазах Редфокса МакГарден каждый раз успевала заметить одиночество, пусть ее духу смотреть на него и хватало всего на пару секунд.       Его хотелось обнять. И с каждым разом это желание становилось все настойчивее и пугающе. Потому что она знала, что в их ссоре с отцом Гажил принял ее сторону не из чувства любви, не из проявления мужественности и даже не из влияния истинности. Дракон всего лишь охранял то, что теперь принадлежит ему. За свое эти существа способны впиться в глотку любому, и многих это пугало. Ее тоже, ведь Леви все еще помнила те горящие гневом глаза, направленные на Леонарда. Но, как выяснилось, вероятность того, что из-за этого Гажил сам пострадает, ее пугала намного больше.       — Леви? — лицо Люси, нежданно ворвавшееся в обзор, выбило Леви из размышлений. — Не думай об этом, Гажил сумеет постоять за себя. Помнишь же, что сказали другие драконы? У него появилось влияние в замке, так что теперь Леонард-сан не сможет так просто добраться до него. Если только они не останутся наедине, что навряд ли, ведь Совет почти наверняка постарается этого не допустить. Да даже тогда Гажил побьет его, ведь он намного сильнее, я уверена!       — Да, я тоже, — Леви выдавила улыбку и повернулась к окну. Закатные лучи приятно пробежались по коже едва заметным теплом. После жара драконьего тела даже солнце казалось не таким горячим, как раньше.       Как и советовал Гажил, с момента их расставания в коридоре Леви оставалась с Люси. Вместе с ней скрывшись в своей комнате от чужих глаз и ушей, она поведала подруге о произошедшем, но рассказать о душевных терзаниях не сумела. Люси она доверяла всецело и делилась любыми переживаниями. Но почему-то поделиться чем-либо о Гажиле она просто не смогла. К тому же драконы не приветствуют, когда о них говорят за спиной, так что, возможно, оно и к лучшему.       МакГарден сама не понимала, что чувствует. То, что от пристальных взглядов алых глаз и низкого хриплого голоса замирало в груди, еще было рано называть любовью, но и страхом это больше определенно не являлось. Хотя где-то внутри она действительно опасалась, что вышедший из себя Редфокс мог снова причинить ей боль. Она по-прежнему напрягалась от прикосновений мужчины, но уже буквально через пару секунд расслаблялась, не ощутив былой опасности и не получив новых ран. Кроме того, тепло его рук немыслимым образом успокаивало. И пусть МакГарден была все еще не в силах долго смотреть Редфоксу в глаза, но уже определенно не испытывала столько страха, как прежде.              С Люси она провела весь оставшийся день. Эффект от мази оказался впечатляющим, и тело больше действительно не ломило, а синяки и раны затянулись сами собой. Впервые за несколько долгих дней Леви в полной мере ощутила себя здоровой и полной сил. Ей безумно хотелось поблагодарить Гажила и Венди за это, и потому, набравшись смелости и заручившись поддержкой Люси, словесная волшебница направилась к гостевым покоям, но в них никого не оказалось. Девушки то гуляли по саду, то наведывались в библиотеку, проходили мимо зала Совета и даже заглядывали на тренировочную площадку, но драконов больше так и не встретили. Те как сквозь землю провалились, а покои все еще пустовали. В какой-то момент Леви забеспокоилась, что они просто вернулись в свой клан, никого не оповестив и ничего не оставив, но после вспомнила, что те собирались провести в замке не меньше трех дней, да и Гажилу поручили составить список волшебников, что будут допущены к последующему визиту в клан Драконов. Учитывая, что там должны присутствовать и советники, Леви искренне надеялась, что Гажил подберет кого-то, с кем ей будет хоть сколько-нибудь комфортно. И практически молилась, чтобы в списках не оказалось отца. С Леонардом даже столь потрясающий выезд превратится в изощренную пытку. К тому же волшебник мог запросто доставить кучу проблем, ведь драконов он на дух не переносил. Причем начать он мог уже сегодня, для этого ему достаточно просто заявить о нападении Редфокса.              К ужину выяснилось, что тревоги МакГарден были напрасны. По крайней мере, касательно жалоб отца. Замок молчал, маги привычно готовились к застолью. Вот только драконов по-прежнему нигде не было видно. Сколько бы МакГарден ни вглядывалась в окружающие лица, в обеденном зале не находилось хоть одного нужного. Пришли даже Макао с Ромео, пропустившие сегодня обед за работой и теперь с улыбками махавшие ей рукой. Но никого из драконов.       — Не могли же они в самом деле уйти… — почти с отчаянием пробормотала Леви, разглядывая алый, как взор одного дракона, камень на перстне. Металл был все еще теплым, но больше не согревал, ведь думы девушки непрестанно вертелись вокруг того, кто его подарил. Люси, стоявшая рядом, посмотрела на подругу с сочувствием, но ничего не сказала.       Леви закусила губу. Мог ли Гажил передать список в Совет и покинуть магический замок, не предупредив ее? Конечно, мог. Он ведь не обязан перед ней отчитываться. Драконы в принципе никогда ни перед кем не отчитывались, ведь до войны тысячелетиями жили поодиночке. То, что Гажил надел на Леви кольцо, вовсе не значило, что теперь она должна быть в курсе каждого его действия. Но если он правда ушел и не попрощался…       В груди помимо беспокойства кольнуло что-то болезненное. Схожие чувства волшебница испытывала в моменты обиды на отца после незаслуженных оскорблений. Она понимала, что не имеет права испытывать подобное по отношению к Гажилу, ведь он ей ничего не обещал. Да только сделать ничего не могла. Непослушное сердце уже страшилось не увидеть в ближайшее время красных глаз с тонкими змеиными зрачками, не услышать его хриплого голоса и не ощутить теплоты его рук. Но больше всего пугало, что отец пока не объявился тоже. Отсутствие сразу обоих участников недавнего конфликта, всех прибывших драконов и большей части советников заставляло лезть в голову не самые светлые мысли, даже несмотря на то, что Совет до сих пор не обмолвился о случившемся и словом.       — Неужели вы в самом деле ушли?..       — Кто ушел? — за спинами девушек раздался жизнерадостный голосок Венди, и МакГарден чудом удержалась от порыва броситься к ней с объятиями. Рывком обернувшись, она увидела спешащую к ней малышку с подпрыгивающими от каждого шага хвостиками.       — Я думала, вы покинули замок, — все же схватив девочку за руки, призналась МакГарден. Почувствовав уже знакомый жар чужой кожи, словесница с облегчением выдохнула, но почти сразу забеспокоилась вновь. — Где вы были? И… где Гажил? Отец не… Ничего не случилось?       — А что должно было случиться? — Марвелл выглядела слегка озадаченной ее поведением, но не боле. Похоже, Леонард до них пока и правда не добрался.       На миг нахмурившись, Марвелл вдруг улыбнулась, как если бы наконец поняла, чего от нее ждут.       — Так значит, ты искала Гажила-сана? — уточнила она весело, подхватив Леви под руку и вместе с ней направившись к столу. Люси немедля последовала за ними. — Он скоро придет с Эрзой-сан и остальными. Мы летали над вашим замком, разминали крылья. Долго сидеть в тесной комнате скучно, да и крылья затекут без полетов, вот мы и решили развеяться. Спасибо, что показали Гажилу-сану полигон, там достаточно места для разгона! А то мы беспокоились, что здесь негде взлететь, а лазить по крышам замка не хотелось, мы бы только напугали местных жителей или случайно разрушили ваши хрупкие башни.       — Как же мы пропустили сразу пятерых огромных драконов? — поразилась Люси.       — Чтобы не наводить панику своим обращением, мы использовали руны сокрытия, — Венди вновь улыбнулась. — Поэтому само обращение вы и не заметили. Но если бы вы подняли головы, то увидели пять темных пятен, заслоняющих небосвод!       — Понятно, — Леви окончательно успокоилась. Выходит, все это время ей было достаточно просто посмотреть на небо. Драконы — любители полетов. Даже прочтя о них сотни книг, она забыла о столь обыденной вещи.       — Рада видеть на вас этот перстень, Леви-сан, — вдруг произнесла Венди. Леви тут же почувствовала, как щеки залил румянец, а руку вновь захотелось спрятать, но, увы, девочка придерживала ее именно за этот локоть. — Значит, Гажил-сан наконец-то решился отдать вам свою защиту.       — О чем ты? — почему-то слова младшей из их гостей МакГарден встревожили. Что-то ей подсказывало, что на сей раз сказанное — больше, чем неправильно использованные фразы.       — О перстне на вашем пальце, о чем же еще, — Марвелл хихикнула в кулак. — Такой есть у каждого в нашем клане. Родители создают перстень своему новорожденному дитя из собственных чар, вкладывая в него мощь обоих родов, чтобы он оберегал юного дракона по жизни. Мы носим их внутри непрерывно, пока не встретим того, с кем захотели бы связать свою жизнь. Тогда мы обмениваемся перстнями с избранником, что фактически означает обмен защитой рода, буквально впускаем друг друга в свои родовые системы. Гажил-сан отдал вам защиту своего рода, Леви-сан, и род Редфокс вас принял. Будь это иначе, перстень не сел бы на вас, как влитой, а при попытке надеть оставлял бы серьезные ожоги.       — Вот оно что, — МакГарден взглянула на кольцо с внезапным приливом нежности. Она читала, что кольца драконов в этом плане столь же схожи с магическими, которые привыкли использовать волшебники, сколько и отличались. И те, и другие принимали форму своего носителя, какого бы размера ни были ранее. Но если драконьи кольца свой внешний вид не меняли, то магические приобретали окрас, соответствующий силам своего нового хозяина. На Редфоксе оно определенно стало бы серебристо-черным. Правда, в отличие от драконьих, изготавливались они специально обученными мастерами и заговаривались определенными заклинаниями. О защите драконьего рода МакГарден тоже слышала, но не знала подробных деталей. Столь сокровенные факты о жизни драконов в книгах волшебников никогда не описывались.       Лицо словесницы внезапно омрачила печаль. Обменявшись перстнями с другим драконом, дракон обретает защиту его рода вместо своего. Но Гажил отдал свой перстень ей, родившейся человеком. Слова Венди подразумевали собой самый что ни на есть прямой смысл. Гажил отдал ей свою защиту, но не обрел таковой взамен.       «Кольцо мамы, — вспомнила Леви, вновь беря себя в руки. — Пусть оно не обладает такой же силой, как драконье, но оно тоже призвано защищать. Так я хотя бы смогу дать Гажилу защиту от темной магии».       Решительно кивнув самой себе, девушка наконец улыбнулась.       — Я тоже дам Гажилу кольцо своей семьи, — сообщила она Венди, и та мгновенно стала лучиться счастьем.       «Вернее, кольцо мамы».       У Леонарда не имелось подобных обычаев, но таковой был у Вивьен. В роду ее матери испокон веков хранилось кольцо, которое передавалось по женской линии, чтобы дочь могла подарить его своему избраннику. Вивьен отказалась вручать его Леонарду, и это тоже стало одной из череды недомолвок их супружеской жизни. Только Леви знала, где находилось кольцо сейчас. Только она могла свободно взять его в руки и не получить при этом отдачу от заговоренной магии. И только она могла распорядиться его дальнейшей судьбой.       Словно прочтя ее мысли, в зал вошел злой Леонард в компании хмурой Белно. Леви, уже собиравшаяся сесть за стол вместе с Венди и Люси, случайно встретилась с ним взором и побледнела. Мужчина был в ярости, и она как никто другой знала причину его настроения. На счастье или беду, сама причина на ужин пока запаздывала, но если верить Венди, то в скором времени обязательно должна прийти.       Когда встретить вошедших коллег поднялся Оуг, Леви напряглась. А когда услышала в их речах «этот ублюдок» и «Редфокс», то сорвалась с места. Ноги буквально унесли ее к советникам, подгоняемые волнением за Железного дракона.       — Подумать только, отважиться так со мной поступить! — низвергал ярость Леонард. — И Совет совершенно бездействует! Или вы, как и эта малолетняя идиотка, стали жертвами его чар?       — В той ситуации неразумно поступил ты, а не Редфокс, — не согласилась с ним Белно. — Ты пытался ударить женщину дракона на его глазах, естественно, он вмешался. Не говорю уже о том, что ты в который раз поднял руку на свою дочь. Ей ведь готовиться к свадьбе! В каком свете ты выставил наш клан перед Драконами, если бы Леви периодически приходила с побоями?       — Вы только о своей репутации и печетесь, — взбесился маг. — Я сам разберусь, как мне воспитывать дочь! Если еще хоть раз увижу этого патлатого, все лохмы ему выдеру!       — Скорее уж, мы снова найдем тебя приколоченным к стене, — заметила женщина, из последних сил подавляя желание вздохнуть.       — Отложи свой гнев на потом, не устраивай сцен за столом, — шикнул на него подоспевший Оуг, оценивающе бегая глазами по всем присутствующим и останавливаясь на Венди, пока что единственной представительнице Драконьего клана. Судя по выражению лица старца, тот безошибочно смекнул, что девчонка их слышала своим удивительным острым слухом, но почему-то совершенно не подала виду. — Леонард, твое счастье, что драконы запаздывают. Как, впрочем, и некоторые советники. Где вообще носит Зигрейна и Уртир в такой час? Ох, Леви, ты тоже здесь, — Оуг мгновенно переключился на словесницу, неожиданно закрывшую ему вид на Венди.       Леви проигнорировала советника и замерла перед отцом, окинув его самым сердитым взглядом из всех, что у нее получались.       — Не доставляй проблем Гажилу, — холодно произнесла она, неотрывно глядя в глаза родителю. — Ты можешь бить меня сколько влезет, но не лезь к нему, ради себя же. Не хочу, чтобы Гажил тратил силы на кого-то вроде тебя.       — Ишь, как заговорила, — язвительно усмехнулся МакГарден. — Разочек не огребла по его милости и почувствовала себя неприкосновенной? Где же он сейчас? Что-то не вижу здесь твоего защитничка.       Леви продолжила сверлить отца взглядом, хотя хотелось сбежать. Она нечасто подходила к нему первой, почти никогда. И уж тем более не заступалась перед ним за кого-то. Вряд ли Гажилу вообще нужно ее заступничество, но иначе она не могла. Ей хотелось отстоять честь этого дракона хотя бы словесно. Хоть так отплатить ему за доброту, что он проявил к ней сегодня. К тому же… К тому же Леви просто оказалась не в силах слышать подобные высказывания о мужчине, который скоро станет ее мужем. Гажил назвался ее семьей. Раз так, она защитит ее.       — А ты обернись, — хриплый голос, раздавшийся над их головами, заставил ноги подкоситься от волнения, но девушка устояла. Чуть наклонившись, чтобы видеть, что находится за спиной Леонарда, МакГарден заметила ухмылявшегося Редфокса, стоявшего на пороге зала рядом с Дреяром и Скарлет. Драгнил уже несся в сторону еды, справедливо решив, что со своим тестем Железный справится и сам. Дреяр и Скарлет обменялись взорами и последовали его примеру. Негоже вмешиваться в дела другой семьи, уж лучше они придут на подмогу, когда это действительно потребуется.       — Ох, вы вернулись! — Оуг тотчас засуетился, от беспокойства не зная, куда себя деть и с чего начать. На выручку ему пришел Редфокс, который приблизился к пялившим на него советникам, но даже не глянул в их сторону, все свое внимание приковав к покрасневшей и донельзя счастливой МакГарден. Девушку и саму смущал столь внезапный порыв радости от простой встречи, но скрывать свои чувства от Гажила она не хотела. По его примеру не удостоив советников внимания, Леви минула их и подбежала к своему дракону.       — Как прошел ваш полет? Венди мне рассказала. Замок… замок стал тебе нравиться хоть чуточку больше? — Леви посмотрела на Гажила с трепетом ожидания, на что тот тихо гихикнул.       — Сверху он и правда куда симпатичнее, — ответил дракон, и волшебница незаметно даже для себя самой с облегчением выдохнула. А вот Редфокс заметил. И тут же озадаченно протянул: — И чего ты только так заморочилась на эту тему?       — Я здесь выросла, — МакГарден в очередной раз зарделась, уже даже не пытаясь прятать щеки в ладонях, все равно бесполезно. Рядом с ним она постоянно краснела, как девчонка, придется просто смириться. — А еще, — кровь все же отхлынула от щек, уступив место легкой грусти. — А еще здесь умерла моя мама. И… Я бы хотела передать тебе ее кольцо. Оно очень важно для моей семьи и переходит от матери к дочери, чтобы та могла отдать его своему мужчине, и я… В общем… Я…       — Я понял, — Редфокс снова гихикнул. — Судя по твоим пустым рукам, оно не здесь. Веди.       — А ужин? — встрял Оуг, прекрасно слышавший их диалог наравне с Белно и Леонардом. Если первая успешно делала вид, что ее тут вовсе нет, то последний активно строил гневные мины, особенно после слов о кольце и его предназначении, которое в свое время он от Вивьен не получил.       — Подождет, — Гажил махнул на советника рукой и повернулся к Леви. Та немного смущенно кивнула и помчалась прочь из уже надоевшего зала, с замиранием сердца слыша за спиной грузные шаги.       Остановилась она только у покоев, двери в которые не открывались уже несколько лет. Именно здесь жила Вивьен до замужества и именно сюда сбегала после очередной ссоры с мужем. В этой комнате женщина с головой уходила в книги о драконах, укрываясь от проблем, и оттачивала свои магические способности. Сюда она не раз приводила и Леви.       — Здесь жила моя мама, — пояснила она Редфоксу, хмуро разглядывавшему ее печальное лицо. Покачав головой, точно вытряхивая из нее все дурные мысли, МакГарден отперла двери заклинанием и жестом пригласила Железного войти. — Проходи. Ты первый, кого я привожу сюда.       «И, надеюсь, последний».       Леви искренне надеялась больше никогда сюда не возвращаться. Слишком уж тяжелые воспоминания несли эти стены. Ведь именно сюда маленькая Леви сбегала от криков и побоев отца, когда Вивьен умерла.       — Здесь уютно, — Гажил впервые дал положительную оценку чему-либо в замке, не считая тренировочной площадки, и от неожиданности Леви даже запнулась. — Тесновато, конечно, как и везде, но атмосфера хорошая. О, это записи про нас? Занятно.       — Моя мама изучала ваш клан, — пояснила Леви слегка взволнованно. Гажил мог отнестись к этой новости непредсказуемо, ведь он не выглядел любителем людей.       — Так подробно и аккуратно расписано. Теперь понятно, откуда в тебе столько любви к драконам, — Гажил сел прямо на пол, листая толстый самодельный переплет с несвойственной ему осторожностью. Леви настолько поразила эта картина, что на мгновенье она даже забыла, зачем они вообще сюда пришли. Она просто любовалась непривычно спокойным Гажилом, который с необыкновенной внимательностью и бережностью просматривал писания ее матери. — Так ты уже бывала на наших землях. Здесь так написано, — мужчина ткнул в одну из страниц и поднял взгляд на МакГарден.       — Да, но лишь однажды и в далеком детстве, — девушка улыбнулась, предаваясь пробужденным воспоминаниям. — Вы тогда еще находились глубоко под землей… Я уже не помню, что именно там видела. Помню только ужасное чувство тоски, что одолело меня, едва я ступила на территорию клана Драконов.       Последние слова она произнесла почти шепотом, зная, что Редфокс все равно услышит.       — Как будто что-то вырвали из груди? — уточнил Редфокс, склонив голову набок и о чем-то задумавшись. МакГарден молча кивнула. Лишь после этого осознав, что именно говорила и кому. Щеки мгновенно заалели, а руки сами потянулись их закрыть, но вместо этого схватили шкатулку с маминым кольцом и вцепились в нее мертвой хваткой.       — Здесь написано, что это было десять лет назад, — Гажил вдруг отложил импровизированную летопись Вивьен и посмотрел на сжавшуюся от неловкости Леви. — Однажды я испытал такое же чувство, но не понял, что вообще произошло. Но теперь понимаю. Это была ты.       Пальцы сдавили шкатулку сильнее от осознания, что, вероятно, в тот далекий день они оба испытали одно и то же по одинаковой причине.       — Почему же я ничего не ощутил, когда увидел тебя в парке…       — Тогда на мне была защита, — Леви отчаянно искала силы повернуться. Руки тряслись, отдавая дрожью во всем теле, и эта дрожь только усилилась, когда Гажил внезапно поднялся и замер за ее спиной. Девушка слышала, как шевельнулись его одежды, словно мужчина собирался ее коснуться, но ничего не последовало. Долгих несколько секунд они просто стояли в абсолютной тишине.       — …Надеюсь, день, когда ты перестанешь меня бояться, однажды наступит, — голос Редфокса прозвучал совсем близко и еле слышно. Но то, с какой болью это было сказано, практически убивало. МакГарден буквально ощутила его безнадегу, столь же явственно, как тепло его дыхания на своей шее. След для будущей метки тут же истомно заныл, требуя вонзить в него клыки, в голове стало пусто, а ноги будто налились свинцом. МакГарден уже сама не понимала свое тело, которое одновременно и боялось этого мужчину до потери пульса, и жаждало принадлежать лишь ему одному. Возможно, таково и есть проявление треклятой истинности, связавшей их с самого рождения.       — Я-я не боюсь…       — Я же вижу.       — Нет, я правда… — Леви сглотнула и крепко зажмурилась. Как до него достучаться? Как объяснить, что эта дрожь — лишь недоразумение, вызванное их роковой связью? Гажил ведь не поверит ей. А это — последнее, чего сейчас хотелось.       Рывком развернувшись и зажмурившись еще сильнее, Леви сама сделала шаг к своему светлому будущему. Раз просто так ей никто его не даст, Леви сама возьмет.       Затаив дыхание, волшебница что есть силы прижалась к дракону и обняла его. Горячее тело тут же приятно согрело все внутри и снаружи, но не принесло привычного успокоения. Она не видела лица Гажила, но ощущала, как напряглись его мышцы. Мужчина явно не ожидал от нее подобного и теперь не знал, как себя вести.       — Я не боюсь тебя, — повторила МакГарден чуть тверже и плотнее прижалась к Редфоксу. — Я правда не боюсь, тело само почему-то так реагирует. Наверно, потому что я — «судьба дракона», а ты — мой дракон… Но я не боюсь тебя, Гажил. Правда… Совсем…       — Я понял, — кажется, Гажил усмехнулся. Тело под ладонями Леви медленно расслабилось, и Леви — вместе с ним. Особенно когда Гажил неуклюже обхватил ее в ответ. Долгожданное тепло тут же окутало с ног до головы, наконец-то погружая в чувство полной защищенности от всех бед этого мира. Даже если ее собственное тело все еще дрожало, ощущение безопасности в лапах этого дракона оказалось мощнее любых страхов.       Редфокс дал слово, что больше не навредит ей. Он также дал слово, что заберет ее с собой. Как словесница, МакГарден не понаслышке знала силу слов и что за ними таится. Редфокс был честен с ней. И самое время ответить ему тем же.       Робко пошевелившись, Леви дождалась, когда Гажил ее отпустит, и отстранилась, но лишь затем, чтобы протянуть свое фамильное кольцо. Сейчас невзрачное и с потухшим камнем, но оно обязательно вернет свои краски, попав к новому владельцу.       — Оно не несет в себе какой-то ценности и было выковано простым кузнецом, — проговорила она, посмотрев Гажилу в глаза и впервые найдя в себе силы не отвести взор. — Но оно — символ любви и доверия в моей семье. Это кольцо заговорено от темной магии, пусть оно защищает тебя вместо моего рода.       — Пусть, — просто ответил Редфокс и протянул к ней свою ладонь. МакГарден осторожно надела магическое кольцо на безымянный палец Редфокса. Бесцветный камень тут же заискрился, становясь насыщенным иссиня-черным, а ободок превратился в резные хитросплетения подобно серебряному дракону. Это невольно напомнило, что теперь по драконьим меркам до метки на ее шее Гажил стал тоже неприкосновенен для других женщин. А укусив ее, он утратит интерес ко всем женщинам мира, кроме нее. Осмысление этого откликнулось трепетом в груди и вибрациями по телу, заставив крепче сжать ладонь Гажила, которую она не успела отпустить. И на сей раз это точно была не трусливая дрожь.       Всецело принадлежать кому-то и полностью обладать кем-то в ответ. Возможность любить самой и быть любимой. МакГарден даже не мечтала о таком. Отец всю жизнь распылялся на любовниц, а мать повесилась, так и не познав любви. Леви своими глазами видела боль и страдания их обоих и поклялась себе ни за что не повторить их судьбы. И, кажется, вместе с Гажилом у нее получится.       Леви думала об этом, рассматривая перстни на их руках, отныне и навсегда связавшие их воедино. Пусть до свадебной церемонии по всем традициями и канонам обоих кланов еще целых два месяца, но для нее они стали семьей уже сейчас. И она во что бы то ни стало защитит эту семью. Если потребуется, даже от собственного отца.