Часть 3. Нехороший дом. Успокоение

      Наверное, впервые в жизни она проснулась сама. Такую рань. В семь утра. От голода. Хотелось съесть половину холодильника, однако в холодильнике особо ничего не было. Немного хлеба, колбаса, сыр. В целом, нормально, чтобы немного перекусить — как она всегда любила, но явно недостаточно на этот раз.       — Да еб твою! — выругалась Лиза и, понимая, что до пар еще достаточно времени, решила немного поспать.       — Ну что, довольна? — спросил кто-то прямо над ухом. — Может, пожрешь хоть?       После таких заявлений спать расхотелось совершенно. Лиза, прекрасно понимая, что она немного придремала, выключила будильник — все равно не будет дремать, после чего сказала сама себе:       — Так, надо завязывать, а то с голодухи то ли чепуха снится, то ли всякая ересь мерещится.       Девушка пошла на кухню, достала пачку лапши, которую купила больше про запас, подумала, отложила. Достала пачку овсянки, которую никогда не ела и купила больше потому, что на нее была акция, поставила вариться кашу. Параллельно с этим пошла умываться.       Чувствуя какую-то неправильность всего этого, Лиза даже чуть боялась смотреть в зеркало, не желая увидеть что-то за спиной, чего там нет на самом деле — ну прямо как в Сочи на даче Квитко. Да, там экскурсовод просто нагонял жути для атмосферности места, но здесь…       Лиза взглянула в зеркало — все в порядке. Пошла на кухню, без особой радости съела кашу на воде и без масла — ну не было в доме больше ничего, тяжело вздохнула, больше злясь на собственную лень. Потом разделась догола, покрутилась перед зеркалом. Наверное, впервые в жизни пришла к выводу, что ее фигура идеальна, пообещала себе «больше никогда не страдать херней». Все равно желая есть, сделала пару бутербродов, потом взглянула на часы — пара уже совсем скоро. Спешно собралась, помчалась на учебу.       — Проспала? — сочувственно спросила ее Ника, видя, что Лиза вбежала в аудиторию за десять минут до начала пары — не слишком поздно, но было видно, что на столь ранний приход девушка не надеялась.       — Наоборот, — ответила Лиза. — Встала сильно рано и чем попало занималась. Например, кастрюлю мыла.       — Тяжело, наверное, жить одной? — спросила Ника.       — Нет, — к немалому удивлению собеседницы произнесла Лиза. — Завтрак — это бутерброды, ты все равно их делаешь, на обед я хожу в столовую, ну а ужин — как говорит бабушка, как бог пошлет. А обычно он мне посылает поход за кулинарией или что-нибудь несложное. Сварить рис — это нетрудно, сделать плов — тем более. Ну, разумеется, не «настоящий» плов, а когда на сковородке обжаривается мясо, а потом досыпается рис.       — А я не умею готовить, — честно сказала Ника. — И ни капли не стыдно. Научиться можно всегда. При тепершнем-то интернете.       — И я не умела готовить до этого лета, — ответила Лиза. — Мама все переживала, что я с голоду здесь сдохну. Пыталась научить в последние дни. А я ей просто один раз показала, как суп варю — ну строго по интернету, второй раз показала про драники. Ну она и успокоилась. Сама понимаешь, драники — это прямо кулинария, кинуть кусок мяса на сковородку куда проще.       — Мне искренне жаль тех, кто уже со школьного возраста стоит у плиты, — произнесла Ника. — Вся жизнь впереди, чтобы научиться.       Домашних заданий им почти что не задавали — еще рано, идут только лекции, поэтому Лиза решила, пока она уж точно свободна, подработать. Тем более, что место нашлось легко — пиццерия неподалеку от дома. «Девочка, которая принимает заказы по телефону и через интернет».       До этого момента Лиза работала у себя дома официанткой в летнем кафе и баристой, поэтому прекрасно понимала, что найти что-нибудь на подработку будет не слишком сложно. Да еще и в центре города, где так много разных точек.       Собираясь на работу, Лиза увидела, что вещи на кровати лежат немного не так, как она клала. Немного испугавшись — а вдруг охреневшие хозяева приходят домой в ее отсутствие, девушка успокоила себя мыслью, что она могла не до конца запомнить, что и как схватила в спешке, после чего собралась, закрыла дверь и поставила что-то, вроде маячка. Веточку, которая бы непременно была бы сдвинута при открытии двери. Хоть и понимала, что второй раз за день никакие хозяева к ней не придут — что они, совсем больные на голову?       Смена пролетела быстро. Лиза вернулась домой, посмотрела на ветку — лежит на том самом месте, на котором и оставалась. Посмотрела на кровать — вещи лежат немного не так.       Девушка немного испугалась — что это такое-то, почему ей все мерещится? На мгновение задумавшись, резко сказала:       — Кто хулиганит — найду, оборву руки и засуну в жопу. Понял?       Лиза помыла руки, пошла в комнату, чтобы переодеться и увидела, что вещи снова лежат «правильно».       «Ну вот, значит, мне просто или померещилось, или под другим углом что-то показалось не так», — подумала девушка и пошла на кухню.              Сегодня на перемене они с Никой обсуждали театр и поступление в театральное училище. Видать, одногруппница и вправду была заядлой театралкой, раз была готова говорить на эту тему постоянно.       — Мы на отборочных турах познакомились с одной девочкой, она была такая пухленькая, но именно пухленькая, а не жирная, — сказала Ника. — И она рассказывала, как последний год худела для поступления в училище. Говорит, за год скинула десять килограмм. Не знаю, много это или мало, но она прямо именно, как говорится, ух, огонь! Милый пухляшик. И она рассказала, как варила так называемую солянку. Из куриной грудки и картошки с томатной пастой. Типа, диетическое блюдо.       Диетических блюд уже не хотелось, однако желание попробовать эту самую «солянку» было достаточно сильным. Лиза порезала сырую курицу, поставила суп, через положенное время сняла с плиты и налила в тарелку — ну а что, вполне прикольно. И быстро, и достаточно вкусно. И довольно дешево.       Не успела Лиза поужинать, как пришло сообщение от Ники:       «Пошли в драмтеатр на Турандота? Либо на Двенадцать стульев».       «Хочу на Грозу. Турандота видела в интернете, видюху. Оперу. Сюжет вообще говно, не понимаю, почему в Москве так по нему ссутся».       «Ну это типа классика. Его Вахтангов лично поставил. В театре Вахтангова, разумеется.       На Турандота можно пойти по контрамаркам. На Двенадцать стульев тоже. А на Грозу — там другие исполнители, мне никто контрамарок не даст.       Только сразу предупреждаю — по контрамаркам сесть в зале может не получиться. Остается балкон, а там видно неидеально.       Ну или черт с ним, пошли за деньги».       «Ладно, обсудим».       Лиза отложила телефон, доела чуть остывший суп. В принципе, можно было бы и бесплатно сходить на какой-нибудь спектакль, а потом, если понравится театр, пойти на желаемый за деньги.       — Ну а что, можно себе позволить, — сама себе сказала Лиза. — Это не из наших ебеней ездить куда-нибудь в театр. Можно хоть каждый день ходить.       Девушка взглянула на кровать — все в идеальном порядке.       «Точно, померещилось», — подумала Лиза.