Глава VI: Право на страх

Леон понимал, что находится в деревне слишком опасно. Обещанный вертолет из-за погоды, также не торопился за ними прилететь. Делать было нечего, поэтому они с Эшли двинулись в поисках безопасного места. Хотя, оно вообще здесь имелось? И, как обычно, Леон Скотт Кеннеди оказывался в самое неподходящее время в самом неподходящем месте. В поисках этого места, он смог одолеть старосту деревни и оказаться в огромном замке. Он вздымался перед ним - мрачная громада из камня и вековой злобы, чьи шпили пронзали рассветное небо, точно копья. - Красивое местечко, - бросил он Эшли, даже не пытаясь скрыть сарказм. - Настоящий испанский уют. Девушка, прижимавшаяся к его спине, ничего не ответила. Лицо ее было бледным, под глазами залегли тени, но она держалась. Хотя бы внешне. Их заперли внутри, как крыс, а связь со штабом оборвалась. Хотя, кое-кто все-таки смог дозвониться до него - Hola. Это Луис. Вы где? - Вообще-то, я хотел домой, но Эшли решила осмотреть замок, - усмехнулся Леон и увидел, как девушка, с улыбкой закатила глаза, - Мара рядом с тобой? - Она ненадолго отлучилась. Но у нас для вас подарок. Мы раздобыли лекарство, чтобы слегка отсрочить неизбежное. - Где ты? - Итак… Приходите во внутренний двор замка. Буду ждать там. Чао! – И он отключился. Они поторопились уйти с открытой местности. Внутри замок оказался еще более гнетущим. Высокие сводчатые потолки терялись в темноте, факелы бросали дрожащие тени на стены, и каждый шаг эхом разносился по пустынным залам, будя невидимых обитателей. Леон вел Эшли через анфилады комнат, сквозь столовые с накрытыми столами, где еда давно превратилась в прах, и библиотеки с книгами, чьи страницы шелестели на сквозняке, точно голоса умерших. Они двинулись дальше. Чем выше они поднимались, тем больше Леон чувствовал себя не охотником, но дичью. Взгляды из темноты. Шорох шагов, затихающих, стоило обернуться. И этот запах - сладковатый, тошнотворный - запах разложения, который маскировали благовония. Двери в тронный зал распахнулись сами. И ждал их на возвышении – маленький человек, щеголеватый, с руками, заложенными за спину, и бесконечным презрением в голосе. Рамон Салазар. Так его звали. Он хотел забрать Эшли, но агент весьма не двусмысливыми словами дал тому понять, что этого не будет. И тронный зал превратился в мясорубку. Леон двигался как машина - короткие очереди, смена магазина, нож, снова стрельба. Культисты налетали волнами, их красные балахоны мелькали в полумраке, точно языки пламени, а гортанные выкрики на незнакомом наречии сливались в единый, пульсирующий гул. Он пробивался через анфилады комнат, через столовые с накрытыми столами, где еда давно превратилась в прах, и библиотеки с книгами, чьи страницы шелестели на сквозняке, точно голоса умерших. Всюду были они - культисты в красных балахонах, выскакивающие из ниш, из-за колонн, из люков в полу. Леону не только приходилось сражаться с ними, но и защищать Эшли в одиночку. В какой-то момент он вышиб очередные ворота и оказался в коридоре, залитом лунным светом. Воздух стал другим - свежим, пахнущим зеленью и ночной прохладой. Леон сделал несколько шагов и замер. Перед ним был сад. Замковый сад, раскинувшийся под открытым небом. Аккуратные дорожки, фонтан, статуи в нишах из живой изгороди. Идеальный, выверенный, мертвый. Луна заливала его серебряным светом, и в этом свете даже тени казались неподвижными. Именно тут Эшли стало плохо и ее разумом овладел лидер этого проклятого культа. Под его влиянием она выхватила у него нож и приставила к горлу, пока не отошла подальше, чтобы закрывшиеся ворота не разделили их. Придя в себя, девушка ужаснулась от своих действия, и в страхе, убежала от агента прочь. Чтобы догнать ее, Кеннеди пришлось зайти в еще не исследуемую часть замка. И там он встретил ее. Он узнал ее раньше, чем увидел - тот самый запах, тот же щелчок каблуков, и время на секунду остановилось. Ада всегда была слышна - ее шаги, ее голос, ее присутствие, которое заполняло пространство, не оставляя места тишине. Она вышла из тени с той же улыбкой, что и шесть лет назад, и сердце пропустило удар, потому что вот она - живая, настоящая, стоящая перед ним в этом проклятом замке. А потом в голове непроизвольно, мелькнула другая - та, что не имела запаха, чьих шагов никогда не было слышно, чье присутствие ощущалось только тогда, когда сама этого хотела. Мара появлялась из ниоткуда и исчезала в никуда, оставляя после себя только вопросы. Ада оставляла запах цветов, обещания и этот знакомый щелчок каблуков, который преследовал его все шесть лет. Мара не оставляла ничего - ни следа, ни звука, ни надежды. И теперь, глядя на Аду, Леон чувствовал странную двойственность: одна женщина всегда была слышна, но никогда не оставалась; другая - беззвучная тень, которая остается с ним, даже когда он этого не видит. Парень почувствовал весьма противоречивые эмоции. По крайней мере они отличались от его ожиданий. Обменявшись с Адой парочкой любезностей, Леон продолжил свои поиски. Леон вылетел на винтовую лестницу, перепрыгивая через ступени, и рванул вверх, к выходу на стену. Вдруг сзади начался грохот гигант в броне, казалось, заполнил собой всю башню, и каждый его шаг сотрясал камень. Леон выскочил на стену, и первый же булыжник, брошенный гигантом, разнес парапет в трех метрах от него. Каменная крошка хлестнула по лицу. Леон откатился за выступ, вскинул пистолет, выстрелил - пули отскакивали от брони, не причиняя вреда. - Отлично, - прошипел он, уворачиваясь от следующего камня. Гигант закидывал их один за другим, снося зубцы и укрытия. Леон петлял по стене, стреляя наугад, но понимал, что долго не продержится. - Тебе в словаре нужно посмотреть значение словосочетания «безопасное место», - раздался голос у него за спиной. Леон обернулся. Мара стояла на парапете, бесшумная тень, шлем скрывал лицо, но в голосе звучала усмешка. - А ты всегда появляешься, когда все самое интересное закончилось? - огрызнулся он, уходя от очередного камня. - А ты всегда находишь неприятности, когда я прихожу? - парировала она, спрыгивая вниз. - Поможешь или так и будешь языком чесать? - Чем? Тремя патронами? - напомнила ему свои скудные запасы, - Или ножом, которая скорее будет служить для него зубочисткой? - И что ты предлагаешь? - Пушка в конце стены, - бросила она, уходя в перекат. - Заряжена. Я отвлеку. - Тремя патронами? Или зубочисткой? – в его голосе слышался смешок. - Харизмой, - гордо ответила она, - Смотри и учись. Мара рванула вперед, ведя гиганта за собой, кружа, уворачиваясь, не давая ему прицелиться. Леон побежал к пушке, развернул тяжелое орудие, навел. - Давай! - крикнула Мара, отпрыгивая в сторону. Леон нажал на спуск. Снаряд пробил броню гиганта, и тот рухнул в пропасть, увлекая за собой камни. Тишина. Только ветер гулял по пустой стене. - Неплохо, - сказала Мара, подходя к нему. - Я лучший, - ответил Леон, отряхиваясь. - Скромнее надо. - Учусь у тебя. - Не этому ты должен был научиться, покачала головой, - Та-а-ак, а где Эшли? - Нас с ней разделили, - с ноткой стыда признался он, - Сейчас как раз направляюсь к ней. - Смотрю вас и на пять минут нельзя оставить, - вздохнула Мара, - Ну что ж, пошли. Они нашли ее в маленькой боковой комнате, заваленной обломками мебели и осколками витражей. Эшли сидела в углу, прижавшись спиной к стене, обхватив колени руками, и плечи ее мелко вздрагивали. Услышав шаги, девушка резко вскинула голову, глаза ее расширились от страха, и она выставила перед собой руку, словно пытаясь отгородиться от невидимой угрозы. - Стой там! - голос сорвался на крик. - Вдруг снова пораню. Мне так страшно. В тот момент… Я словно перестала быть собой. Я была кем-то еще. Леон замер на пороге, медленно поднимая руки, показывая, что не представляет угрозы. Мара остановилась у него за спиной, прислонившись плечом к косяку, и наблюдала молча. - Эшли, это очень пугает. Я знаю, - Леон сделал осторожный шаг вперед, голос его был мягким, почти шепотом. - Правда? - девушка подняла на него заплаканные глаза, и в них плескалось столько надежды, что у него сжалось сердце. - Бояться - это нормально. Бежать - нельзя. Надо идти вперед. Мы справимся. Вместе. - А вдруг я не смогу… - прошептала Эшли, снова пряча лицо в коленях. - Сможешь. Но дай мне знать, если снова решишь меня убить. Эшли подняла голову, и в уголках ее губ мелькнуло что-то похожее на улыбку. - Леон… Спасибо. Мара, до этого момента стоявшая в тени, тихо шагнула в комнату, и Эшли перевела взгляд на нее. Девушка в шлеме чуть склонила голову, разглядывая ее. - Слушай, - голос Мары из динамиков звучал ровно, без обычной колкости, - Я тебе сейчас одну историю расскажу. Про одного человека, который в свой первый рабочий день вляпался в такое дерьмо, что тебе и не снилось. Леон напрягся. Он почувствовал подвох, но промолчал. - Представь себе: новичок, только что получил назначение, приезжает на место, где все уже горит синим пламенем. И первым делом, вместо того чтобы спрятаться и ждать помощи, лезет в самое пекло, спасать незнакомых людей. Его, между прочим, предупреждали: «Не ходи туда, сиди на месте». Но разве он послушал? Эшли смотрела на нее, забыв о слезах. - И как он? Справился? - спросила она шепотом. Мара сделала паузу, чуть повернув голову в сторону Леона. - Ну, справился не сразу. Сначала его чуть не убили в первый же час, потом он едва не лишился ноги, потом вляпался в историю с каким-то секретным проектом, а под конец - взорвал все к чертовой матери. Приходилось следить за ним. Но знаешь что? - Что? - Он все равно не сдался. Даже когда было страшно. Даже когда все шло не так. Просто продолжал идти вперед. Как будто у него не было другого выбора. Мара чуть наклонилась к Эшли, и в голосе ее проскользнула едва уловимая теплота. - А потом я прочитала его личное дело. И знаешь, что там было написано в характеристике? «Упрямый, как сто ослов. Но надежный. И если ему дать задание - сделает, даже если придется пройти сквозь ад». Леон фыркнул, скрестив руки на груди. - Ты читала мое личное дело? Мара медленно повернулась к нему. Даже сквозь шлем было понятно - она усмехается. - С чего ты взял, что это про тебя? - спросила она так спокойно, будто речь шла о погоде. - А про кого же? - Мало ли, - Мара чуть склонила голову набок. - Может, я про себя рассказывала. - И тебя тоже называли упрямой? - О-о-о-о… Тебе лучше мое личное дело не читать. Столько новых слов узнаешь… Эшли переводила взгляд с одного на другого, и на лице ее постепенно расцветала улыбка. - Так это был не Леон? - спросила она. - А кто его знает, - Мара пожала плечами. - Может, он. Может, я. А может, какой-то наивный, но упрямый идиот с невинной улыбкой, который решил, что без него не обойдутся. Ну, разве он похож на него? Леон смотрел на нее, чувствуя, как внутри поднимается что-то теплое и одновременно раздражающее. Она опять выкрутилась. Опять не дала прямого ответа. Считает ли она его тем самым упрямым идиотом, или просто дразнит. - Ты невыносима, - сказал он, но в голосе не было злости. - Ой, спасибо, - махнула рукой Мара и кивнула в сторону двери. - Пошли. Эшли ждет. Она развернулась и шагнула в коридор. Эшли уже ждала там, прислонившись к стене, и смотрела на них с любопытством. - Вы всегда так разговариваете? - спросила она шепотом, когда Леон поравнялся с ней. - Всегда, - вздохнул он. - Она любит раздражать. - Я все слышу, - донеслось из темноты сзади, но вскоре поравнялась с ними, - Но это правда. Эшли тихо рассмеялась, и в этом смехе Кеннеди снова услышал что-то живое, настоящее. И это всегда было только рядом с Марой. С тех пор, как они оба оказались в этой проклятой деревне, она стала их единственным поводом для смеха. - Идем, - сказал он, мягко подталкивая ее вперед. - Она права. Нам надо выбираться. И они двинулись по темному коридору - втроем, в тишине, нарушаемой только их шагами и где-то далеко, в глубине замка, завыванием ветра. Они шли по коридорам замка, пробиваясь сквозь бесконечные волны культистов. Красные балахоны мелькали в полумраке, серпы со свистом рассекали воздух, и Леон уже сбился со счета, сколько раз он менял магазины. Мара двигалась рядом — бесшумная тень, которая появлялась там, где ее не ждали, и исчезала раньше, чем кто-то успевал нанести удар. - Да сколько их здесь?! - выдохнул Леон, всаживая пулю в лоб очередному. - Много, - лаконично ответила Мара, перерезая горло третьему за минуту. Эшли держалась за ними, стараясь не отставать, но лицо ее было белым, а дыхание сбивчивым. Леон чувствовал, что она на пределе, но остановиться было нельзя. Они выбили очередную дверь и оказались в просторном зале. В центре, на постаменте, возвышалась огромная каменная статуя - какое-то древнее божество с тремя разными головами животных, похожая на химеру из легенд. Вокруг нее горели факелы, отбрасывая пляшущие тени на стены. - Стойте, - сказала Мара, поднимая руку. - Здесь что-то не так. Леон остановился, прислушиваясь. Тишина. Слишком тихо для замка, который еще минуту назад был полон голосов и топота. - Может, они отстали? - с надеждой спросила Эшли. - Не отстали, - покачала головой Мара. - Загнали. Она шагнула к статуе, осматривая ее. Леон последовал за ней, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Что-то здесь было не так. Что-то… Пол под ногами дрогнул. - Назад! - крикнул Леон, хватая Эшли за руку, но было поздно. С лязгом и скрежетом из-под пола взметнулись металлические решетки. Они вырастали из каменных плит, уходя вверх, к самому потолку, и смыкались вокруг них с пугающей быстротой. Сплошные стены из прутьев, от пола до потолка - ни пролезть, ни перелезть. - Беги! - заорал он, просовывая руку между прутьев и хватая ее за плечо. - Беги, найди место, спрячься! - Леон! - голос Эшли сорвался на крик. - Ну же! Девушка колебалась секунду, не больше. Потом развернулась и побежала к выходу в дальнем конце зала. Последнее, что Леон увидел – ее светлые волосы, мелькнувшие в проеме двери. - Молодец, - сказала Мара, стоящая у него за спиной. - Не оборачивалась. Леон развернулся. Решетки сомкнулись полностью, отрезая их от выхода. Они были в клетке - высокой, круглой, с прутьями, уходящими вверх, к самому потолку. Свободного пространства - метра три в диаметре, не больше. Вокруг, на безопасном расстоянии, замерли культисты. Леон насчитал шестерых. Они не торопились. Ждали. А выше, на галереях второго яруса, замерли арбалетчики. Их было четверо. Тетивы натянуты, болты нацелены вниз, в клетку, где они стояли как звери в зоопарке на всеобщем обозрении. - Зверинец, - констатировала Мара, оглядываясь. - Чувствуешь себя экспонатом? - Не очень, - ответил Леон, сжимая пистолет. Первый болт вонзился в пол в метре от них. Леон рванул к статуе, увлекая Мару за собой. Каменное изваяние возвышалось в центре клетки, и его массивное тело стало единственным укрытием. - Пригнись! - крикнул он, прижимаясь спиной к холодному камню. Сверху посыпались болты. Они впивались в пол, в прутья клетки, с визгом отскакивали от металла, крошили камень статуи, выбивая искры. Леон высунулся, стреляя в ответ, но арбалетчики были высоко, а угол обстрела - неудобным. - Сколько у тебя патронов? - спросила Мара, доставая нож. - Два магазина, - ответил Леон, передергивая затвор, и взглянул на нее, поднимая бровь. - У тебя? - Ай, вот только по больному не надо. Первый культист, почувствовав, что стрельба утихла, шагнул к решетке, занося серп. Мара встретила его молниеносным ударом — лезвие вошло в руку по самую рукоятку, и культист отшатнулся с воем. - Я как-нибудь и с этим справлюсь, - помахала ножом. Второй попытался достать ее серпом через прутья, но она ушла вниз, пропуская удар над головой, и полоснула его по пальцам. Третий и четвертый наступали с другой стороны, но Мара двигалась по клетке с пугающей быстротой, появляясь то у одной стены, то у другой, и культисты не успевали за ней. - Мара, сверху! - крикнул Леон, отстреливаясь от арбалетчиков. Она подняла голову. На верхнем ярусе двое стрелков целились в нее. Болты свистнули, но Мара уже не была на месте — она прыгнула. Вцепилась в прутья, подтянулась, и ее тело взлетело вверх, скользя по металлической стене. Она двигалась как тень — легко, быстро, цепко, и культисты внизу только провожали ее взглядами. На высоте трех метров она оттолкнулась ногами от прутьев и перелетела на противоположную сторону клетки. Арбалетчики на галерее заметались, пытаясь поймать ее в прицел, но она была слишком быстрой. - Давай! - крикнул Леон, прикрывая ее. Мара спрыгнула вниз, приземлилась на корточки прямо перед пятым культистом и, пока тот заносил серп, всадила нож ему в бедро. Тот рухнул на колени, и она добила его коротким ударом в шею. - Осталось двое…