4. начало выяснения

      В семь утра Малфой уже был в Министерстве.        Неприлично рано даже для самых рьяных работников.       Охрана проводила его удивленными взглядами, но лезть с вопросами не решилась.       Захлопнув за спиной дверь своего кабинета, Драко стремительным шагом прошел к рабочему столу.       Усевшись в кресло, он достал из верхнего ящика зачарованное зеркало.       Что ж. Времени подготовиться было достаточно.       — Скай, — бросил Драко зеркалу, — мне нужна моя информация.       Скай Паркинсон — дальняя родственница Пенси, работавшая в отделе магического правопорядка и имевшая доступ ко всем базам данных Министерства, появилась в зеркале с заспанным и крайне недовольным видом.       — Малфой, ты охренел? Семь утра!       — Мне плевать, — он не повел бровью и даже не извинился за беспокойство:       — Меня интересует всё о Поттере и Уизли. Говори.       — Удивительно…— Скай насмешливо фыркнула: — Ты же его терпеть не можешь.       — С каких пор тебя волнует, кого я терплю? Просто говори.       Скай дернула худенькими пончиками и исчезла из поля зрения.       Через пять минут ведьма появилась в зеркале вновь. Уже более собранная и с пергаментом в руках.       Изредка поглядывая в текст на пергаменте, девушка начала говорить.       — Поттер уехал из Англии два года назад. Живет в Норвегии, в районе Бергена. Женился на Джинни Уизли, у них годовалый сын.        Она усмехнулась, скользнув чёрными глазами по строчкам:       — Ни хрена не работает, уделив все свое время и внимание семье. Короче говоря, живет припеваючи на денежки родителей и иногда пишет какие-то статьи по истории магии, но так, больше для развлечения.       Драко слушал и чувствовал только глухое раздражение.       Поттер, пиздец — молодец, свалил в Норвегию, трахает рыжую и тратит папочкины деньги.       А Грейнджер тем временем..       — С Грейнджер он общается?       — Только по переписке, — Паркинсон пожала плечами: — Совы летают раз — два в месяц. Обычные переписка друзей… ничего подозрительного.       — Понятно. — Малфой задумчиво побарабанил пальцами по столешнице:       — Теперь Уизли.       Скай поджала губы, изучая информацию и медленно протянула:       — А вот это интереснее. Уизли исчез с радаров примерно год назад, — она запнулась, — но как — будто для этого были предпосылки…       Драко напрягся.       — Подробнее…       — Слишком интересно исчез…. Из Аврората уволился или его уволили, там темная история. Долгов наделал кучу — должен всему Лондону, а потом — раз и нет его. Никаких следов.       — Мертв?       — Неизвестно. Тела не нашли. Магический след оборван. Может, сбежал, может, сдох где-то в канаве, — Скай помолчала, поднимая глаза на Драко, — ты знал, что он на наркоте сидел крепко? Такие долго не живут.       Малфой выдохнул сквозь зубы.       Он искренне надеялся, что рыжий сдох. Сдох где-нибудь в грязной подворотне, захлебнувшись собственной блевотиной после очередной дозы. Это было бы справедливо.       — Что по Грейнджер и её контракту?       Паркинсон закивала и продолжила говорить:       — Контракт Грейнджер оформлен на головную компанию — «Зеленые огни лимитед». Зарегистрирована на подставное лицо, но реальный владелец…       — Кто?       — Не могу пробить, — Скай беспомощно развела руками:       — Слишком мощная защита. Магический контракт высшего уровня, но я нашла адрес офиса ведущего представителя. Косой переулок, как водится. Я думаю, что стоит попробовать пообщаться…       Она продиктовала координаты. Драко запомнил с первого раза.       — Спасибо, Скай. Я в долгу.       — Ты мне всегда должен, Малфой! — Паркинсон подмигнула и разорвала связь.       Малфой откинулся в кресле, уставившись в потолок.       Значит, Поттер счастливо поживает в Норвегии и скорее всего не в курсе, что его лучшая подруга работает в борделе.       Уизли исчез… сдох или прячется от кредиторов?       Это он обязательно выяснит позже… пока главной целью был ведущий представитель хозяина борделей…и к нему стоит отправиться немедленно…

***

      Офис представителя находился в неприметном здании в тупике Косого переулка.       Драко, пораженный мощью защитных чар, обошел здание трижды по кругу, прежде чем нажать на кнопку звонка.       Что ж. Он умел входить даже туда, куда не звали.       Внутри оказалось тихо и пусто. Приемная, пустой стол секретарши и ни души.       Малфой медленно прошел по светлому, короткому коридору и толкнул дверь с табличкой «Директор».       В слабо освещенном кабинете, за большим, темным, неприлично дорогим столом сидел старик.       Чем-то внешне похожий на старика Дамблдора, с лицом, изрезанным морщинами и глазами такого глубокого зеленого цвета, что в них можно было утонуть.       Он словно не удивился появлению визитера на его пороге.       Молча указал морщинистой ладонью на стул напротив, не сводя с Малфоя пронзительных глаз.       — Садитесь. Я вас ждал.       Драко остался стоять, опираясь рукой о спинку стула и глядя на старика в упор.       — Вы знаете, зачем я пришел.       — Знаю, — старик кивнул, — мне уже известна ваша заинтересованность нашей девочкой… Мелисса.       — Она не Мелисса. Она — Гермиона Грейнджер, героиня войны и она не должна быть в вашем борделе.       Старик беззлобно, устало усмехнулся.       — Мистер Малфой, вы же умный человек. Понимаете, что в этой жизни никто никому ничего не должен. Каждый делает свой выбор и следует обязательствам…       — Она не могла взять на себя эти обязательства добровольно.       Старик вздохнул, откинулся в кресле и уставился в окно, задумавшись.       Несколько минут в кабинете висела тяжелая, напряженная тишина, а потом он медленно, словно выбирая слова, заговорил:       — Как вам наверняка известно, все стороны контракта обязаны молчать. Я, мисс Грейнджер и наш непосредственный хозяин. Таким образом, я не могу разглашать подробности ни ее появления у нас, ни условий ее пребывания. Если я скажу хоть слово — контракт убьет меня. Мгновенно. Без права на возрождение.       Малфой сжал кулаки, едва сдерживая злость.       — Тогда зачем я здесь? Чтобы вы сказали мне, что ничего не скажете?       — Я дам вам один хитрый совет…— сделав вид, что не заметил его дерзких слов, старик повернулся к нему и в зелёных глазах блеснула хитрость:       — Умейте задавать правильные вопросы при правильных обстоятельствах. Контракт защищает тайну появления в нашем заведении и его условия, но не запрещает мисс Грейнджер отвечать на вопросы о подробностях её жизни…просто задайте правильные вопросы.       Драко смотрел на него, переваривая услышанное.       Старик, видя работу мысли на лице гостя, медленно продолжил:       — Все ответы, которые вы ищете, может дать та, кем вы интересуетесь…кроме того, есть ещё обстоятельства, при которых контракт теряет силу.       — Какие обстоятельства? — Малфой заинтересованно подался вперед.       Старик покачал головой:       — Больше я не скажу. И так сказал слишком много. Уходите, мистер Малфой. И помните: правда умеет больно жалить, но умеет и согревать.       Драко бросил на старика за столом презрительный взгляд и вышел из кабинета, не попрощавшись.       Весь обратный путь он прокручивал в голове слова старика.       «Правильные вопросы при правильных обстоятельствах».       Так… дело за малым. Нужно продумать вопросы и задать их в тот момент, когда Гермиона не сможет соврать или избежать разговора.       Ответ пришел сам собой, когда он уже подходил к своему особняку.       Драко вошел в дом, швырнул пальто на руки подбежавшему домовику и рухнул в кресло в гостиной.       В голове было пусто и шумно одновременно. Мысли метались, как бешеные.       Серые глаза метнулись к напольным часам и Малфой задумчиво хмыкнул.       Чуть за полдень…       Что ж, на обдумывание правильных вопросов у него было время…

***

      Он ворвался в «Изумрудные огни» как ураган, швырнув увесистый кошель с золотом в лицо распорядителю и потребовал привести Мелиссу немедленно.       Сейчас же.       Но распорядитель, со своей вечной масленой улыбочкой, развел руками:       — Милорд, мадемуазель Мелисса… занята. Она будет свободна не раньше, чем через час.       Драко показалось, что пол ушел у него из-под ног. Занята. Этим словом здесь называли только одно.       — Кто? — прорычал он, не спуская ледяного взгляда с распорядителя: — Кто с ней?       — Милорд, политика заведения не позволяет разглашать…       Драко потребовалась вся его многолетняя выдержка, чтобы не начать крушить все вокруг и не врываться в каждую комнату, вышвыривая голых мужчин вон.       Вместо этого он занял кресло в баре, заказал виски и принялся ждать.       Каждая минута тянулась вечность.       Каждая мысль о том, что какой-то ублюдок сейчас трогает ее, целует ее грудь, входит в нее… жгла каленым железом.       Малфой допивал третью порцию виски, когда в поле зрения появилась Гермиона.       Она спускалась по лестнице, поправляя на ходу то самое темно-синее платье. Волосы растрепаны, губы чуть припухли, на шее едва заметный красноватый след. Засос.       Внутри что-то оборвалось.       Он поднялся на ноги, быстрым шагом пересек разделяющее их пространство и, схватив ее за руку, потащил к знакомой двери, даже не взглянув на ухмыляющегося клиента, спускающегося следом.       В комнате Драко захлопнул дверь с такой силой, что с потолка посыпалась штукатурка.       Гермиона отшатнулась, но в ее глазах не было страха. Только усталое любопытство.       — Малфой, ты в курсе, что существуют приличные манеры и очередь?       — Кто это был? — рявкнул он, нависая над ней: — Кто тебя трогал?       — Клиент, — пожала плечами девушка, отступая на несколько шагов и упираясь икрами в край аккуратно заправленной постели:       — Ты же знаешь, чем я тут занимаюсь…       — Заткнись! — Он схватил ее за плечи и встряхнул: — Я спрашиваю: кто он? Я убью его.       — Ты можешь убить половину Лондона, Малфой, — холодно усмехнулась Грейнджер, ничуть не смутившись, — я пользуюсь популярностью.       Эта усмешка и ее спокойный тон били по нему сильнее, чем любое заклятие.       Ревность душила, разъедала изнутри.       Ему нужно было знать. Нужно было убедиться, что она хоть немного принадлежит ему.       — Он трахал тебя…— голос Драко упал до хриплого шепота.       — Малфой…       — Я не разрешал говорить…— прошелестел он, запуская руку в ее волосы и оттягивая голову назад.       Серые глаза горели безумным огнем:       — Он входил в тебя, верно? Кончал в тебя? Ты кончала с ним?       Гермиона молчала, глядя на него с вызовом и это молчание было хуже правды.       Драко резко рванул подол ее платья вверх, задирая ткань до талии.       Одной рукой он удерживал ее за волосы, а вторая скользнула между ног, грубо раздвигая горячие складки.       Пальцы вошли внутрь без предупреждения.       Резко, глубоко, на всю длину.       Туго. Горячо. Влажно.       Внутренние мышцы ведьмы инстинктивно сжались вокруг пальцев и Малфой выдохнул сквозь стиснутые зубы, глядя в её расширенные глаза и наблюдая за тем, как стремительно затапливает зрачок карюю радужку.       От нее не пахло другим мужчиной.       Ни следа чужого запаха, ни капли чужой спермы внутри.       Только ее возбуждение. Или, может, это смазка для игрушек, которыми пользуются здесь?       Мысли путались. Пальцы двигались внутри нее сами собой.       Медленно, глубоко, изучающе.       Грейнджер выгнулась, хватая ртом воздух, вцепившись пальцами в его плечи.       — Что ты хочешь узнать? — выдохнула она в губы Драко, с трудом контролируя голос, когда его пальцы нашли особо чувствительную точку внутри: — Кончала ли я с ним?       Он замер. Пальцы застыли в ней, не выходя и не двигаясь.       Малфой смотрел в карие глаза и в них плясало адское пламя.       — А что если я скажу, что да? — прошептала Гермиона и в голосе послышалась хрипотца наслаждения от его пальцев внутри: — Имеет ли это значение?       Существовал только один правильный ответ. Тот, который он не мог дать.       Потому что «да» значило бы, что он признает — она свободна и не принадлежит ему…       — Сука, — прорычал Драко вместо ответа.       Резким движением он выдернул пальцы и толкнул ее на колени.       Гермиона охнула от неожиданности.       — Раз ты на работе, — прошипел он, расстегивая брюки, — работай. И если хоть раз подумаешь о ком-то постороннем, пока мой член у тебя во рту, я клянусь, что прикончу вас обоих.       Его налитой, пульсирующий член, с прозрачной капелькой смазки на головке, вырвался наружу.       Грейнджер подняла на него глаза, в которых плескался тот самый вызов, который сводил Драко с ума.       Она медленно облизала губы и опустила взгляд на член.       — Так смотрят только на то, что хотят попробовать, Грейнджер, — выдохнул Малфой, изнывая от нетерпения.       — Я и хочу, — ответила она и, не отводя взгляда, взяла член в рот и Драко задохнулся от ощущений.       Гермиона взяла глубоко. Сразу. Без прелюдий и без дразнящих касаний языком. Просто заглотила почти полностью, так что головка уперлась в нежное нёбо.       А потом начала двигать головой.       Ее губы смыкались вокруг него туго, жарко, идеально. Язык выписывал немыслимые узоры, проходясь по уздечке, обводя головку, дразня чувствительное местечко под ней.       Драко закатил глаза, откидывая голову.       Её ритм сводил с ума.       То быстро, то мучительно медленно и каждое движение ее губ отдавалось электрическим разрядом в позвоночнике, каждое касание языка заставляло мышцы живота сводить судорогой.       — Черт, Грейнджер… — выдохнул Малфой, когда Гермиона, отстранившись, провела языком по всей длине снизу вверх, а потом снова взяла член в рот, расслабляя горло и заглатывая до самых яиц.       Он почувствовал, как головка проскальзывает в горло, как она давится, но не отстраняется, а продолжает двигаться, приноравливаясь, втягивая его в этот райский, влажный, обжигающий плен.       На глазах Грейнджер выступили слезы, тушь потекла… и этот вид… его член в ее рту, заплаканные глаза и покорность и одновременно власть над ним… добили окончательно.       Драко приглушенно зарычал и начал двигаться сам.       Мелко, осторожно, но потом все глубже и глубже и она не сопротивлялась.       Наоборот, Гермиона помогала, массируя член языком, принимая его так глубоко, как только могла, постанывая вокруг члена и эти вибрации посылали его в космос.       — Смотри на меня, — приказал Драко хрипло:       — Смотри, когда я буду кончать тебе в глотку.       Ведьма медленно подняла глаза. В них были слезы, желание и торжество.       Торжество от того, что она делает это с ним. Что он на грани безумия из-за нее.       И с протяжным стоном, в котором смешались наслаждение и полная капитуляция, Малфой залил ее рот горячей струей спермы.       Гермиона глотала, не отстраняясь и принимая все до последней капли, пока он не обмяк, обессиленно опираясь ладонями о ее плечи.       Тишину нарушало только тяжелое дыхание.       Грейнджер медленно отстранилась и облизала губы, вытирая тыльной стороной ладони подбородок.       Поднялась на ватные ноги и окинула его пристальным взглядом.       Драко резко подался вперёд и, грубо подхватив ее на руки, уложил лицом вниз на кровать, нависая сверху и задирая подол платья Гермионе на спину.       Коленом раздвинул бедра шире, устраиваясь между ними.       Его член, все еще влажный после ее рта, скользнул по горячей расщелине, дразня, но не входя.       — На четвереньки, — приказал он хрипло: — Хочу видеть тебя всю.       Грейнджер послушно приподняла таз, вставая на колени, но Драко недовольно покачал головой.       Он надавил ей между лопаток, заставляя лечь грудью на кровать, а таз оставить приподнятым.       — Вот так. Лежи.       Малфой навис над ней на руках, так что его грудь касалась ее спины, а губы — уха.       Член уперся во влажную плоть, но он медлил, дразня обоих.       — Поговорим ещё разок, Грейнджер? Более обстоятельно…