Часть 3. Вся правда о пожаре.

      Ночь.       Сэм шла в библиотеку почитать. В руках она несла свечку. Придя в пункт назначения и выбрав нужную полку, девочка потянулась за книгой. Случайно уронила свечу. Звук хрустящего дерева охватил комнату. Испуганная девочка отпрыгнула от желтых языков пламени, что уже вовсю овладели помещением. –Чёрт! –крикнула красноволосая, перекрывая рот и нос рукавом, чтобы не вдыхать дым.       Парочка ожогов уже появились на бледном теле. Хоть эта малышка и любила получать увечия, испытывать боль и тому подобное, сейчас радости не было. Хотя нет, была. Она радовалась тому, что пожар уже не остановить и люди в этом здании могут сдохнуть! Но мысль о том, что сама девочка умрет вместе со всеми брала свое и убивала единственный шанс на радость.       Ноги и руки дрожали, голова болела,в глазах мутнело. Крики детей и Лины резали слух. Пьяной походкой Сэм блуждала по зданию и искала путь к выходу, но раз за разом находила лишь горящие комнаты, в которых лежали трупы сгоревших детей. –Сука, –прошипела Сэм, когда в очередной раз, вместо удачи и шанса на спасение и счастье нашла лишь кучку ьурпов и сгоревших детей, которых она так ненавидела за всё.       Несгоревший целиком коридор нашелся. Деревянный пол пламенился и искрился, но не горел целиком. Огонь и дым резали глаза, от этого капали слёзы. Истерический и довольный смех раздался из уст красноволосой. Но одна лишь картина заставила заткнуться. Ее друг – Кай лежал на полу. Мертвый. Части тела пламенились, а некоторые и вовсе уже сгорели, например волосы и лицо. Лишь кулон, что мальчик всегда носил на шее послужил опознавательным знаком. –Кай! –вмиг подбежала малышка к телу. –Нет! ТЫ НЕ МОЖЕШЬ УМЕРЕТЬ! ЖИВИ, УМОЛЯЮ, ЖИВИ! –истерила Сэм.       Страх овладел ей. Языки пламени подступали по коридору. Недолго думая, черноглазая сорвала кулон с шеи единственного друга,чтобы была хоть одна памятная вещь о нем, и побежала куда глаза глядят.       В попытке обмануть смерть девочка засела на втором этаже приюта. В спальне. Ветер, внезапно поддавший в спину, пересчитал косточки. На этот ледяной поток обернулась Сэм. Одна стена, видимо, выпала из-за пожара или что-то вроде того. В общем ее не было. Это спасло малышку. Разбежавшись, она выпрыгнула. Из черных глаз капали слезы, бледное тело дрожало, голова кружилась и болела. Болело всё. Начиная от самого тела, заканчивая засохшим от нелюбви и нехватки тепла сердцем Сэм.       Прищимление не было мягким. Красноволосая отбила себе ноги и стерла колени в кровь. Это боль была ничтожной по сравнению с остальной физической и полученной моральной. –Он...умер,–шептала в землю она.       Грусть, злость, ненависть... Это всё вылилось в истерическом смехе красноволосой, после чего она отключилась. Да-да, хрупкое, но сильное тело девочки не смогло вытерпеть всего. А может, моральная боль взяла свое и организм отключился от переутомления? Может она вырубилась, не жилая чувствовать всю это боль, физическую и моральную? Может просто не хотела ощущать всю серьезность ситуации? Очередная попытка сбежать от проблем? Вопросы останутся будет ответов.