Часть 1. Завтра приедут герои

06.11.2022 Вестник Правды

Снова на учёбу?

      После всего того, что пришлось пережить нашему славному городу, желание кукол незамедлительно отправиться в Большой Мир понятно и знакомо каждому. Ведь сколько можно жить, считая себя полным ничтожеством, не заслуживающим и капли внимания ребёнка, верно? Всем непременно хочется доказать одному блондину-выскочке, насколько сильно могут любить «уродливую» куклу. Однако, после официального закрытия института «Совершенство» многие игрушки стали возвращаться назад. Судя по их словам, они оказались совсем не подготовлены к Большому Миру. «Когда я вышел из портала, всё вокруг изменилось настолько, что поначалу я сильно испугался. Самый обычный стул оказался таким огромным! Честное слово, я бы не смог на него залезть, даже если бы очень сильно захотел! Тогда я попробовал представить, как вести себя с ребёнком, который наверняка раза в два больше этого стула, и испугался ещё сильнее. Вообще ничего не понимаю…» — поделился своим опытом с корреспондентом газеты «Вестник правды» недавно вернувшийся Альберт, так и не нашедший своего места в идеальном мире.       Таких граждан с каждым днём становится всё больше и, как мэр, я не могу игнорировать эту проблему. Для её разрешения, как бы странно для вас, мои дорогие жители, это ни звучало, я обратилась к опыту моего предшественника. Все мы помним, что институт «Совершенство» при его правлении служил лишь ловушкой, клеткой, откуда могли выбраться лишь некоторые, но не могу отрицать, что выпускники, которым удалось уйти, не горели желанием отправиться на фабрику. Из этого делаем логический вывод: институт помогал игрушкам понять само устройство Большого Мира, учил как жить в нём. Значит, его необходимо восстановить. Обучение вовсе не обязательно. Если вы уверены в своих силах, можете свободно пройти к порталу и покинуть нас. Однако, если есть желание узнать чуть больше о будущем доме — милости просим в Главный Институт Большого Мира!

Дословное цитирование обращения Мэнди на её встрече с директором нашей газеты.

      Нолан удовлетворённо кивнул, в очередной раз бегло перечитав напечатанную статью. Никто ничего не додумал, не приукрасил, своих комментариев редакторы решили не вносить, за что парень им мысленно чуть ли не памятник воздвиг. Жители, судя по чересчур уж громким крикам «слава Богу», которые изредка доносились до окон мэрии, были более чем довольны решением новой власти. Жизнь в городе налаживалась, хотя бедняга Мэнди, ещё пару недель назад боявшаяся показаться другой, сейчас была с головой погружена в работу. Ещё многое предстояло исправить: нужно было решать проблему с перестройкой города, дабы он соответствовал представлениям разношёрстного населения об идеальном месте, перебрать законы, удаляя ненужные и внося новые, придумать какие-нибудь мероприятия для сплочения мягких игрушек и кукол двенадцатой модели, но начало явно положено. Жители медленно, но верно начинают привыкать друг к другу и уважать Мэнди с её помощником, доверять им, несмотря на недавний форс-мажор, связанный с тем, чьё имя теперь нежелательно упоминать.       Парень потянулся, отложив наконец газету подальше. Сегодня они с коллегой поработали даже больше, чем планировали изначально. Усталость разливалась по телу, неприятной тяжестью оседая в веках и руках, но Нолан всё равно был рад. Как он может не радоваться, когда все вокруг наконец начинают понимать, насколько здорово жить в городе, где верхушке не наплевать на своих жителей? Они все ходят с широченными улыбками на лицах, что просто не может остаться незамеченным. Их счастье приносит счастье и Нолану, заряжают его энергией и желанием что-то делать. Ради такого он готов засиживаться за столом до поздней ночи, внимательно вчитываясь в документы, помогать Мэнди искать решения для самых сложных проблем. Наверное, быть помощником мэра — это именно то, чем он хотел заниматься всю свою жизнь.       В ночной тишине раздался тихий скрип двери. Парень заинтересованно глянул в сторону своего гостя, и улыбка его стала ещё довольнее, когда он увидел на пороге Мэнди, наконец решившую сделать небольшой перерыв. Девушка выглядела выжатой, словно лимон, но так же, как и Нолан, считала честью служить обществу, которое не так давно считала потерянным и жестоким. Ей выпал шанс изменить место, где она родилась, в лучшую сторону, и она крепко вцепилась в него. — Привет, Нолан, — зевнула она, распуская пучок на голове. Рабочий день закончен, так что Мэнди он больше не нужен, — Как там газета? Ничего лишнего не написали? — Можешь быть уверена. Представь, они, кажется, даже гордятся этой встречей с тобой, — парень решил не терять времени. Он с поразительной точностью расставлял по полкам папки, которые взял для анализа. — Ну что за глупости? Они забыли, что я всегда рада обсудить важные вопросы, даже лично?       Шатен лишь весело хихикнул. Конечно, мэр была абсолютно права. В её расписании (уж кому как не ему об этом знать) вся следующая неделя уже под завязку была набита самыми разными встречами. То местный архитектор хотел спросить, какой стиль лучше использовать для нового института, то обычные жители изъявили желание выдвинуть свои предложения по благоустройству довольно пустынной территории. На каждом этом собрании должен присутствовать и сам Нолан, правда скорее в качестве менеджера Мэнди, чтобы она ни о чём не забыла. — Ты только не переживай особо по этому поводу, ладно? Ты прекрасно со всем справляешься. — Думаешь? Господи, ты бы знал, как сильно я боюсь стать такой, как… Этот, — её лицо презрительно скривилось. Ненависть по отношению к Лу в её сердце горела настолько ярким пламенем, что порой она не могла её сдержать. Однажды она даже хотела выпустить закон, запрещающий в принципе говорить о нём или хотя бы упоминать в разговоре, но, слава Богу, Нолан тогда смог её убедить в неразумности этого указа.       Парень смущённо закусил губу, отвернувшись обратно к стеллажам, дабы подруга не увидела его замешательства. Дело было в том, что весь город терпеть не мог Лу, да и в общем-то заслуженно. В конце концов, многие безумно хотели попасть в Большой Мир, а предыдущий правитель этому мешал как только мог, он обзывал их, смешивал с грязью, делал из себя святошу, крал сердца как девушек, так и парней, чем неслабо бесил тех, кто уже был влюблён в его истинных поклонников. Нолану же было… всё равно почему-то. Он спокойно отпустил все его грехи и искренне хотел верить, что Лу никогда никого так и не убил. Шатен испытывал по отношению к блондину лишь безграничную жалость, граничащую с безумием. «Прототипы не предназначены для людей. Для меня нет дороги в Большой Мир», — эти фразы, брошенные им случайно, вот уже который день не давали Нолану покоя, терзая его по ночам. Днём удавалось забыть, погрузившись в работу, но перед сном он долго глазел на площадь, где Лу должен был подметать асфальт, кое-как сдерживая щемящее сердце сострадание. Нолан ведь хочет, чтобы в их городе все были счастливы. И Лу тоже. Только вот обидно, что если он скажет такое вслух, его тут же заклеймят презрением. — Давай о чём-то более позитивном? Как там Мокси? Ты вроде говорила, что она собирается сходить в гости на днях. — Ах точно! — девушка тут же обрадовалась. Её глаза просияли искренним восхищением. Она больше всех обожала розовую, никогда не сдающуюся девчушку, ведь если бы не она, страх в душе Мэнди продолжал бы держать её в узде, не позволял бы даже вздохнуть неидеально, — Она хочет прийти завтра. Я уже распорядилась накрыть большущий стол с самыми разными вкусняшками! Окс мне назвал её любимые блюда, так что с этим проблем быть не должно. Кстати, у нас же на завтра нет ничего важного, да? Я хочу провести с ней всё своё время! Она как бы между прочим бросила: «А с друзьями можно?». Вроде бы шутка, а вроде как намёк. Как думаешь? — Думаю, ты завтра встретишь и Зубастер Дога, и Вейдж, и Бабо, и Счастливчика Бета, — фальшиво, но достаточно правдоподобно улыбнулся в ответ шатен. Мысли о Лу уже прочно вцепились в его голову, поэтому он не мог думать о радостной встрече старых друзей. — Я очень надеюсь на это! Мне так интересно, какой на самом деле Большой Мир и дети! Они мне непременно расскажут! И наши старые деньки! Я так скучаю по временами, когда мы были все вместе!       Мэр, вся из себя строгая и деловая девушка, сейчас была похожа на малютку, не умеющую сдерживать свои эмоции. Она чуть ли не прыгала на месте, прижав ладошки к груди. Встреча с друзьями явно радовала её больше всего на свете, даже больше чем сам освобождённый город и сосредоточенная в её руках власть. — О! Есть идея! Давай издадим указ о том, что теперь они все — национальные герои города? Это будет мой им подарок! И смотри, даже за уши ничего притягивать не нужно. Их героизм очевиден! — Как скажешь, мэр, — подмигнул ей Нолан, поправив причёску, — Ты здесь босс. Мне заняться? — Как-то не хочется оставлять тебя одного… Ты уверен, что хочешь? Ты и так много для меня делаешь, не хотелось бы перегружать. — Ох, брось, Мэнди. Мы же друзья, да? Да и один приказ меня не убьёт. Я составлю в соответствии с законом, а ты завтра утром быстренько подпишешь, ладно? Ты работаешь куда больше меня, иди домой и хорошо отдохни. У тебя завтра очень важный день.       Радость в её глазах, кажется, вспыхнула ещё сильнее. Девушка кинулась другу на шею, выкрикивая благодарности, и даже быстро чмокнула его в щёку. — Только не задерживайся слишком сильно, хорошо? Не хочу, чтобы мой друг и верный помощник завтра ходил, как овощ, а не праздновал визит героев со всеми. Понял? Будешь сонным или усталым, я тебя укушу!       Нолан весело хихикнул, согласно кивнув подруге. Девушка улыбнулась в ответ, накидывая на плечи длинное пальто кофейного цвета. Помахала другу рукой и, закрыв дверь, упорхнула из мэрии, освещая тёмные улицы своим искренним счастьем. Нолан лишь хихикнул, доставая местную Конституцию. «Ну раз уж обещал», — вздохнул он, листая страницы книжки в поисках нужной.